Глава 9

Кристина

— Я хочу уехать отсюда, — сказала решительно, в который раз за вечер наткнувшись взглядом на Дмитрия.

Рихард не ответил. Только подал очередной бокал с шампанским.

— Я хочу уехать! — уже зло. Оттолкнула его руку. Шампанское выплеснулось, попало мне на пальцы и брызнуло ему на рубашку. Всё так же молча он взял две салфетки. Стёр пятно и подал мне вторую. Я выхватила её и, скомкав, швырнула обратно. Больше ничего говорить не стала, просто развернулась и пошла к выходу.

Сперва мне казалось, что я способна вытерпеть этот парад лицемерия, но я переоценила себя. Последней каплей стал момент, когда бывший муж, глядя на меня, демонстративно выпустил из пальцев кружок апельсина и наступил на него. Ещё одно предупреждение. С меня было достаточно.

Выйдя из зала, я попросила гардеробщика подать пальто, но взять не успела. Это сделал Рихард.

— Я ухожу, — сказала решительно. — И не смей пугать меня дочерью!

— Тише, Крис.

Он указал на свою одежду. Взял моё пальто. Расправил, предлагая надеть его. Сама галантность, чёрт его подери!

— Зачем ты притащил меня сюда?! — прошипела, продевая руки в рукава. Развернулась к Рихарду. — Зачем, Ард? И не нужно твоих отговорок! Ты сделал это, только чтобы вывести меня из себя! Показать, что ты тут главный, а я должна быть умницей, в какое бы дерьмо ты меня ни ткнул носом! Так, Рихард?!

— Замолчи, Крис, — он взял меня за локоть. С предупреждением посмотрел в глаза. — Хочешь, чтобы тебя все услышали?

— А почему нет? — вырвала руку.

Рихард взял меня снова и, схватив со стойки своё пальто, толкнул к двери.

— Потому что это не в твоих интересах, — на ходу. Проигнорировав услужливо открывшего нам дверь швейцара, сам распахнул её. — Ты всегда была хорошей актрисой, так что мешает тебе играть сейчас? — с этими словами он вывел меня на улицу и развернул к себе. — Или роль не по зубам?

— Я никогда не играла! — повысила голос. — Никогда, Ард! В отличие от тебя! Это ты мастер двойных игр, разве нет? А что, удобно!

— Ты как была дурой, так дурой и осталась! — он потащил меня дальше.

Я едва поспевала за ним. Держа меня выше локтя, он широким шагом пересёк небольшую парковку. Внедорожник моргнул фарами. Открыв переднюю дверцу, Ард втолкнул меня в салон.

Я швырнула клатч на приборную панель. Вечер был прохладным, но холода я не чувствовала. Только гнев и злость. Они были такими сильными, что заглушили даже страх, который я испытала, когда Дмитрий раздавил ботинком апельсиновый кружочек. Такой же рыжий, как любимая игрушка Алисы. Маленький лисёнок, которого я купила ей во время одной из прогулок. Он всегда знал, как ударить меня, чтобы не осталось следов. Ударить, даже не дотрагиваясь, но настолько сильно, что невидимые следы не сходили месяцами.

— Добилась своего? — сев за руль, Ард с раздражением завёл двигатель.

— А тебе, я смотрю, очень хотелось остаться! Так иди! Я доеду на такси! Не хочу рушить твои планы на вечер!

Выматерившись, Рихард сорвал машину с места. Пристегнуться я не успела и едва не слетела с кресла. Что-то упало на пол с заднего сиденья, клатч проехался по панели, и ремешок его ударил меня по коленке. Рихард резко вырулил на дорогу. Сбоку раздалось гудение клаксонов, визг тормозов, едва успевшего сбросить скорость кроссовера.

— Псих! — крикнула я. — Решил нас угробить?!

Он стиснул зубы, вены на руках вздулись. Не обращая внимания на жёлтый свет светофора, Ард пронёсся через переход и мгновенно разогнался до сотни, хотя вряд ли можно было переходить за шестьдесят. Свернул на боковую дорогу, не пропустив отчаянно засигналившую иномарку, проскочил ещё один светофор.

— У тебя крыша поехала?! — закричала я. — Что, так задело, что не сумел как следует поздравить свою Аню?! Так надо было остаться!

— Заткнись! — процедил он и втопил ещё сильнее.

Тяжело дыша, я схватилась за ручку дверцы. Рихард походил на взбесившегося чёрта. Чёрные глаза сверкали, по скулам ходили желваки. Мне вдруг стало страшно. Этот страх был инстинктивным, смешанным с адреналином, заставляющим кровь нестись в венах с такой же ненормальной скоростью, с какой Рихард гнал автомобиль.

Я посмотрела в лобовое стекло, на Арда. Перед глазами мелькнуло довольное лицо брюнетки в красном, её крупный рот, растянувшийся в улыбке, когда она шла к нам. Перстень на длинном пальце.

— Неужели за всё это время ты не нашёл никого получше, Рихард?

— Ценю постоянство.

Я истерично рассмеялась и резко замолчала.

— И сколько у тебя таких постоянств? — язвительно, глядя на него с неприкрытой яростью.

— А тебе какая разница? — взгляд на меня и опять на дорогу.

Мы проскочили мимо большого круглосуточного магазина, мимо развлекательного центра. Едва не проехали поворот.

— Никакой, — выплюнула и вскрикнула. Ард свернул в последний момент. Меня отбросило на дверцу, локоть заныл, заколка выпала из волос и, отскочив от бедра, упала под ноги. Я потёрла руку.

Мне действительно нет никакой разницы до того, кого он трахает, где бывает. Давно нет. Всё, что мне от него нужно — моя дочь. Ради этого я вынесу всё, даже эту высокомерную суку. Они с ним — идеальная пара.

Смотрела на Рихарда, пыталась убедить себя в этом, а огонь в груди становился всё сильнее. Нет! Если уж он решил, что я должна быть его женой, придётся ему подержать ширинку под замком. Не позволю! Если он думает, что я действительно буду его послушной собачонкой, ему придётся разочароваться.

Спустя ещё несколько минут мы влетели на парковку. Пронеслись мимо мирно стоящих машин.

— Устроил показательное выступление?! — прошипела, когда Ард припарковал внедорожник с каскадёрской точностью. — Псих! Псих ненормальный! — как только он разблокировал двери, выскочила из машины.

Меня повело в сторону, ноги подкашивались, и я придержалась за капот. Услышала, как хлопнула дверца с другой стороны, и обернулась. Рихард стоял по другую сторону машины. Слегка растрёпанный, в расстёгнутом пиджаке. Не удивительно, что эта сука весь вечер тёрлась неподалёку. Изначально предполагалось, что обратно мы поедем на такси, но вспомнила я об этом только сейчас и разозлилась ещё сильнее. Обошла машину.

— Я не позволю тебе так обращаться со мной! — ударила Рихарда в грудь. — Не позволю тебе делать из меня посмешище! Я не буду терпеть твоих шлюх, ясно!?

— Условия тут выставляю я! — он поймал мою руку. Одну, вторую. Стиснул.

— Ни черта! — процедила. — Хватит с меня твоих грёбаных условий, Ард!

— Ты не в том положении, чтобы выбирать, — напомнил он с презрением. Дёрнул меня на себя, и я почувствовала его совсем близко.

Дыхание перехватило, исходящий от него жар обжёг. В глазах Арда вспыхнул огонь.

— Без меня ты никто, Кристина. Ты стала никем в момент, когда связалась с Афанасьевым, и ты это знаешь, — толкнул к капоту.

Ягодицами я врезалась в металл. Сглотнула. Ард прижал меня к машине, перехватил руки ниже. Я почувствовала твёрдость его ширинки и начисто забыла, что хотела сказать. Рванулась прочь — тщетно.

— Даже если так, — ему в лицо. — Я всё равно…

— Ты всё равно? — усмешка. Выпустив руку, он обхватил мой затылок. — Всё равно, — слегка сжал, — моя. Вышла за него, а оставалась моей. И мы оба это знаем, — вторая ладонь опустилась на моё бедро, платье под его пальцами поползло вверх.

Я сглотнула, во рту пересохло. Он смотрел мне в глаза, а я, желая послать его к чёрту, не могла. Даже возразить не могла — слова просто застряли в горле, остался только его горящий взгляд и пальцы, скользящие вдоль резинки чулка.

Рихард потянул капрон вниз. Опомнившись, я накрыла его ладонь. Сбивчиво выдохнула, пытаясь удержать руку, но он уже касался голой ноги. Обхватил мою голову крепче и принялся жадно целовать. Я не хотела поддаваться, не хотела чувствовать его и всё равно чувствовала. Его язык протаранил мой, дыхание перехватило. Ард сгрёб мои волосы, выпустил их и рванул чулок ещё ниже. Накрыл коленку и сдавил, целуя так, что поплыло в голове.

— Тут… нельзя, — зашептала сбивчиво.

Холодный металл капота отрезвил, но только на мгновение, пока я не наткнулась на взгляд Арда. Облизнула губы, вцепилась в его руку. Дыхание его, как и моё, было тяжёлым. Падающая на лицо тень вырисовывала твёрдые черты лица, делая их резче. Рихард посмотрел на мои губы, на шею, в глаза, и мне стало ясно — плевать ему на «нельзя».

Протиснув колено между моих ног, он резко поднял платье.

— Ард! — ахнула, вцепившись в его плечо.

Ещё один взгляд в глаза, мои пальцы в его волосах, губы на губах.

— Ты грёбаный псих, — зашипела, чувствуя, как впиваются в кожу пальцы. Подхватила поцелуй, прошлась ногтями по шее. Ему всегда нравилось, когда я делала так — по затылку, по шее и поцелуями по подбородку. Кто касался его так, кроме меня? Сука в красном?! Резко укусила его за губу.

— Дрянь! — процедил, сдавливая меня.

— Сукин сын, — в ответ. Схватила его за волосы и подалась вперёд сама. — Только попробуй ещё хоть раз трахнуть её, — дёрнула его голову. Ард поморщился, схватил меня за локоть. — Только попробуй, — прошипела и, подавшись к нему, ещё раз укусила.

Во рту появился вкус крови — солоновато-металлический. Слизнула выступившую каплю, кончиком языка прошлась по крохотной ранке.

— Я тебе не шавка, — прикусила уже мягко. — Не шавка, Ард. Не мечтай, — пальцы в его волосы, поцелуй — глубокий, стирающий границы между прошлым и настоящим.

Ард прорычал мне что-то в губы, выматерился, задирая подол. Его пах был таким твёрдым, что я не удержала стон. Потянула рубашку из-под его брюк, сунула под неё руку и, прижимаясь, погладила живот. Почувствовала, как напряглись мышцы под пальцами.

— Н-да, — Ард убрал трусики в сторону. Прошёлся пальцами по плоти. Я задрожала, острое возбуждение пронзило всё тело, с губ сорвался стон. — Похоже, Афанасьев держал тебя на голодном пайке.

— Иди к чёрту, — с новым стоном, дёргая вниз молнию ширинки.

Дотронулась до его члена. Тронула головку.

— Твоя любовница тоже не очень-то старалась, — поглаживая его.

Рихард прижался ко мне бёдрами, его член упёрся в меня. Я сходила с ума от жажды почувствовать его внутри, от выплеснувшегося в кровь адреналина и острой, жгучей ревности. Вдалеке что-то затрещало и затихло. Я лизнула Арда в уголок рта, и он тут же завладел моим. Повёл бёдрами.

— Ещё, — потребовала я, подаваясь к нему.

Почувствовала его усмешку и укусила в то же место. Снова этот пряный, солоновато-металлический вкус…

— Сука! — он рывком насадил меня на себя.

Я запрокинула голову, задыхаясь от остроты ощущений. Он заполнил меня до отказа, натянул так, что стало почти невыносимо. Схватила ртом воздух, выгибаясь в его руках, подставляя губам шею. Опустила веки, обвила его обеими руками.

— Сука, — подтвердила. — Тебе же нравятся суки?

Я была всё ещё немного пьяна от выпитого на вечере шампанского. Не знаю, откуда во мне взялась вся эта смелость. Гладила Арда по плечам, двигаясь с ним, и чётко понимала — если эта Анна подойдёт к нему, ей несдобровать. Никому несдобровать.

— Только одна, — крепко сжал мои ягодицы и принялся вбиваться в меня.

Каждое проникновение — удар, до сладкой боли, до всхлипов. Я постанывала, жадно вдыхая ставший разряженным воздух, чувствовала силу и мощь Арда и понимала — я готова ему подчиняться. Только ему, но с одним условием — я единственная женщина в его жизни. Никого, кроме меня. Никого, пока я с ним.

— Хочу платье. И чёртов статус, — поцеловала его в скулу, в шею. Колючая щетина слегка царапнула губы. — И штамп в паспорте…

— Расчётливо, — он почти вышел из меня. Взял за подбородок и поднял мою голову. Его глаза стали совсем чёрными. Я видела в них своё отражение — там, в самой глубине непознанной мною до конца бездны. Прошлась языком по губам, прильнула к нему, сама насаживаясь на него.

— Расчётливо, — собственный голос казался далёким. Ноги были слабыми, внутри я вся пылала.

Ард погладил по заду, пробрался под трусики и провёл по ложбинке между ягодиц. Коснулся ануса и обрисовал его, заставляя снова рвано выдохнуть, а потом подхватил и посадил на капот. Схватил под коленями и дёрнул на себя, проникая на всю длину.

Я упала, выгнулась. Его имя слетело с языка то ли со всхлипом, то ли с жалобным поскуливанием.

Подхватив под коленями, Ард имел меня. Перед глазами плясали точки подсвечивающих парковку ламп. Я заскребла ногтями по капоту. Казалось, я вот-вот рассыплюсь на миллиард частиц. С каждым его проникновением напряжение становилось всё невыносимее, влажный звук соприкосновения наших тел был настолько откровенным, что это вызывало смущение.

— Рихард! — вскрикнула, беспомощно потянулась к нему.

Он схватил мою руку и стиснул в своей. Погладил пальцем запястье, немного выше. И опять стиснул. По виску его катилась капля, и от желания слизать её заныли губы. Кожа горела огнём, повисшее на одном плече пальто скомкалось под спиной, волосы прилипли к шее. Туфля слетела на асфальт, когда я, пытаясь удержаться в реальности, опёрлась ступнёй о капот. Впустила его ещё глубже — так, насколько это было вообще возможно. Извивалась под ним, беспорядочно хватаясь за его пальцы.

— Ард… Ард… — шёпотом, не соображая, чего хочу.

Он склонился, и лицо его стало совсем близко. Прижал мою ладонь к машине, а я обняла его и всё-таки дотянулась. Влажная капля на языке…

— Кристина, чтоб тебя… — его низкий рык и пульсация внутри.

Живот стянуло так сильно, что я чуть не умерла, каждая жилка натянулась, а потом… Я провалилась в невесомость. Задрожала всем телом, запрокинула голову, губами беззвучно шепча имя мужчины, которого никогда не забывала, которого просто не могла забыть.

— Рихард… — то ли всё тот же беззвучный шёпот, то ли отзвук биения сердца. — Рихард…

Он выплёскивался в меня мощными толчками. Сжимал мою руку, заполняя не только тело, но и израненную душу. Губы пересохли, ресницы мои дрогнули, когда я смогла посмотреть на него. Глаза… Тёмные, цвета самого крепкого кофе и чёрная прядь чуть вьющихся волос, падающая на лоб.

Несколько секунд мы молчали, а едва я хотела убрать эту прядку, Ард отступил и потянул меня на себя. Подхватил, когда я оказалась рядом. Ноги были непослушными, колени подгибались.

— Я уже заказал тебе платье, — он одёрнул подол того, что было на мне. — Белое, — уголок жёсткого рта дрогнул. — Белый — цвет невинности, — взгляд мне в лицо и новая, почти незаметная усмешка. — Но какая разница, верно?

— Какой же ты всё-таки гад, — прошипела сквозь зубы и схватила его между ног. Слегка сжала и поняла, что он снова стал твёрдым. Едва подавила стон — только что я пережила потрясающий оргазм, а внизу живота снова сворачивался узел желания.

Губы Рихарда искривились. Мерзавец! Он всё понял.

— Хочешь повторить? — погладил ниже поясницы.

— Иди к чёрту, — толкнула его в живот, высвобождаясь, и, пьяная, пошла прочь. Но сделала всего несколько шагов и, остановившись, посмотрела на Арда.

— Никакой разницы, — бросила ему. — Белое, так белое.

А про себя подумала, что если он стал моим первым мужчиной тогда, в далёком прошлом, то я вполне имею право на белое. В самом деле, почему нет?