Глава 18
— О чем ты все время думаешь? — спросил Кей, расставляя на столе тарелки и чашки. — Неужели, о Гере? — он вздохнул. — Я уже жалею, что рассказал тебе обо всем. Надо было придумать что-нибудь другое…
— А тебя разве это не беспокоит? — я посмотрела на него с некоторым осуждением. — Гера собирается устроить переворот, да еще и на Играх, как тут…
— Меня это беспокоит, — ответил Кей с нажимом, — но я не хочу, чтобы это волновало тебя. Ты все равно ничего не изменишь одна. Кто ты против Геры? Что касается Игр… Я же сказал, что она не собирается их срывать… И уж тем более вредить студентам. Как я понял, все произойдет после их закрытия…
— А ты, Кей? Что будет с тобой, если ты столько знаешь?
— Гера не в курсе, что я знаю о ее плане. Я служил лишь ее курьером, меня никто не посвящал в эти вопросы. Я обо всем узнал от Хель, верховная тоже захотела взять ее в союзники.
— Ты виделся с сестрой? — это откровение шокировало меня еще больше, чем новость о готовящемся перевороте. — Почему сразу не сказал? Она узнала тебя?
— Да, теперь она знает, что я жив…
— И как все прошло? Как она среагировала? — я во все глаза смотрела на Кея, тот же, наоборот, отводил взгляд и старательно делал вид, что ничего особенного не произошло, но на душе у него, уверена, было неспокойно.
— Кажется, она обрадовалась, — как-то неуверенно отозвался он.
— А другие боги Асгарда? Они ничего не узнали?
— Хель не живет в Асгарде, ее дом — подземный мир мертвых. И она так же не любит асов, как и мой отец. Как и я. Поэтому она не расскажет им. Разве что Ферниру, но он тоже на дух не переносит Асгард…
— Вот видишь… — я ласково улыбнулась Кею. — Ты зря переживал. И, возможно, зря избегал встречи с Хель тогда, в царстве Аида… Может быть, вы встретились бы раньше и поговорили…
— Всему свое время, — он подвинул ко мне тарелку с нарезанным хлебом и сыром. — И хватит разговоров. Давай уже ешь…
— Кей… — я же никак не могла успокоиться. — А, может, кому расскажем? Ну, тем, кому точно можем доверять. Тем, кто наверняка будет против этого переворота.
— И кому же мы можем доверять? — с сарказмом уточнил Кей. — Ты знаешь таких?
— Да. Дионис, например, — робко предложила я. — Он уж точно не любит Геру. И Гермес… И…
— Я не хочу иметь никаких дел с Дионисом. Если ему доверяешь ты, это не означает, что ему доверяю я, — Кей так резко плеснул кипяток себе в чашку, что перелил через край. Тихо процедив какое-то ругательство, он отставил в сторону чайник и, схватив салфетку, принялся убирать лужицу со стола.
— Ты просто предвзято к нему относишься, — я взяла чайник и тоже налила себе чаю. — И лучше было бы тебе отбросить эмоции и подумать над этим хорошенько. Обещай, что подумаешь?
— А ты обещай, — Кей посмотрел на меня в упор, — что больше не будешь во все это вмешиваться. Предоставь решать такие вопросы мне.
— Но Кей…
— Неужели ты не понимаешь, что я переживаю за тебя? Не хочу, чтобы тебя хоть как-то коснулась вся эта заварушка. Учись, развлекайся с друзьями, ходи со мной на свидания, в общем, живи как все студенты, но только не лезь в разборки верховных богов.
— Ты думаешь, так легко вести прежний образ жизни, зная, что впереди всех нас ждет такое? Ведь мы даже предположить не можем, чем аукнется нам всем абсолютная власть Геры.
— Я же сказал, — Кей обошел стол, заставил меня подняться со стула, сам занял мое место и посадил меня себе на колени, — оставь решать такие вопросы мне.
Он положил ладонь мне на затылок и притянул к себе. Его губы захватили мои в сладкий плен, и я сдалась без малейшего сопротивления, в раз забыв, что меня волновало еще секундой ранее.
— Я хочу, — проговорил Кей, почти не разрывая поцелуя, — чтобы ты жила у меня…
Я замерла, переваривая услышанное. Просыпаться рядом с Кеем каждое утро, проводить рядом все свободное время, завтракать вместе как вот сейчас… Все это было так заманчиво, однако….
— Это будет не очень прилично, — я уткнулась лбом в его лоб. — Ты теперь преподаватель, я твоя студентка… Мне кажется, нам не следует спешить…
— Но отношения с Дионисом тебя не смущали, — в пику мне заявил Кей, и взгляд его помрачнел. — А он ведь тоже твой преподаватель…
— Мы с Дионисом старались ничего не афишировать. И уж точно не собирались жить вместе. Это раз, — я обняла Кея за шею. — И прекрати уже ревновать, я к нему по-прежнему испытываю только дружеские чувства. Это два. И три. Я могу проводить у тебя все выходные, с вечера пятницы по вечер воскресенья. Такой компромисс тебя устроит?
— Если только на первое время, — Кей усмехнулся и снова меня поцеловал. — Но я обязательно придумаю, как переманить тебя ко мне насовсем…
Аяме встретила меня загадочным молчанием. Когда я вошла в нашу комнату, она просто села на свою кровать и посмотрела на меня с многозначительной улыбкой.
— Что? — я тоже улыбнулась.
Подруга на это помахала моей запиской.
— Нашла? Замечательно. Значит, не должна была волноваться, — с деланным спокойствием отозвалась я. — Как праздник закончился? Я ничего не пропустила интересного?
— Ну… Думаю, ты провела время куда более интересно…
— Возможно, — снова уклонилась я от ответа.
Аяме не выдержала первой:
— Ну? Хватит! Рассказывай! Я жду!
— Все хорошо, — я начала покусывать нижнюю губу, борясь с очередной улыбкой.
— Вы помирились?
— Да! — выдохнула я и смущенно закрыла лицо.
Аяме радостно вскрикнула и бросилась меня обнимать.
— Я хочу знать все, — категорично заявила она потом. — Как вы встретились, что он тебе сказал, как вы помирились. Все-все подробности.
— Все-все я тебе точно не расскажу, — засмеялась я, — потому что слишком э-э-э личное…
— Ну хоть что-нибудь, — взмолилась Аяме.
В своем рассказе я утаила от подруги лишь интимные моменты и, конечно же, планы Геры. О том, где был Кей все лето, пояснила в двух словах и не вдаваясь в подробности, но Аяме и того было достаточно: ее больше интересовали наши с Кеем признания и романтические моменты.
— Ой, а у нас что было! — спохватилась потом подруга. — Ханна… Наша ледяная леди призналась в любви Пашке!
— Да ну? — пораженно выдохнула я. Вот уж чего не ожидала от нее!
— Притом почти на глазах у всех! — продолжала Аяме возбужденно. — Как раз после фейерверков. Вот так прямо подошла к Паше и сказала: «А ты знаешь, что я тебя люблю?»
— А он как среагировал? — я не верила своим ушам.
— А он был с Теоной. И ответил Ханне: «Извини, у меня есть девушка». А Ханна ему: «А как же я? Ты же за мной весь прошлый год бегал! Сам же не отставал! Вот чего стоит твоя любовь!» Паша ей говорит: «Извини, но все хорошо вовремя. Теперь я люблю другую, и это взаимно. Желаю тебе тоже встретить того, с кем у вас будет взаимно». Ну, это я своими словами пересказываю… Ты же знаешь, у Паши с красноречием не все гладко… Но суть я точно передала!
Вот так-так… Не у одной меня была ночь откровений. И, значит, Пашка все-таки сделал выбор в пользу Теоны. И я одобряю его полностью. А Ханна… Она действительно свой шанс упустила. Хотя, какое у них с Пашкой будущее? Они такие разные, что рано или поздно разбежались бы все равно. Так что придется Ханне поискать счастья с другим человеком…
— Ой, а что это у тебя на голове? — заметила вдруг Аяме. — Заколочка новая… Похожа на нашу, японскую или китайскую…
— Это Кей подарил, — я достала из волос шпильку. — Он сказал, что ее мне передала Накимэ… Знаешь такую?
— Накимэ? Конечно! — Аяме произнесла имя этой богини с особым благоговением. — Она такая классная! И такая красивая!
— Красивая? Очень? — ревниво уточнила я.
— Да. Она фазаниха, — подруга бережно крутила заколку в руках.
— Фазаниха? — тут я опешила.
— Ну да, она превращается в нее, когда оплакивает чью-то смерть… И провожает душу в загробный мир. Это у нас так принято: птицы помогают умершим, — Аяме продолжала восхищенно рассматривать шпильку. — Ника, ты даже не представляешь, какое сокровище получила… Ее ведь носила сама Накимэ…
Я рассеянно кивала в ответ на восторги подруги, а сама думала о том, что Гера, похоже, пыталась заручиться поддержкой богов именно царств мертвых. Взять ту же Хель. Или Накимэ. Возможно, последняя к заговору не имела никакого отношения, однако встретил ее Кей как раз таки в царстве мертвых, значит, находился он там, скорее всего, все по тому же поручению верховной… И тогда напрашивается вопрос: а не перебежал ли на сторону Геры Аид?..
Кею все-таки удалось уговорить пожить у него хотя бы на время каникул, и теперь меня ждало две недели полного единения с любимым. А еще ванная комната с душем, которой можно было пользоваться в любое удобное время, а не ждать для банных процедур отведенных часов, да еще и проводить их в компании порой совершенно незнакомых людей.
— Что-то у меня закрадываются подозрения, что ты согласилась переехать ко мне именно из-за душа, — с долей иронии предположил Кей, когда я, только появившись у него в доме, первым делом оккупировала ванну, даже вещи не разобрала.
— Будто ты сам не помнишь, каково это — мыться в общественном месте, — отозвалась я из-за двери. — И как хочется в такой, можно сказать, интимный момент побыть одной…
— А ты уверена, что здесь тебе это удастся? — в тоне Кея послышались коварные нотки. — Что в этом доме тоже найдется тот, кто захочет нарушить этот твой интимный момент?
— Думаю, с ним мне удастся договориться…
— Звучит многообещающе, — я услышала Кея у самой двери и проворно закрыла ее на замок. — Считаешь, — Кей громко хмыкнул, — эта задвижка станет для меня препятствием? Она, кстати, самая обычная, без грамма защитных заклинаний, и для такого всесильного бога…
— А этот всесильный бог, между прочим, собирается меня кормить? — со смехом перебила его я. — Он разве не знает, что когда я голодна, буду пострашнее Зевса?
— Бог помнит это, и очень хорошо, — Кей с заметным сожалением вздохнул, и его шаги стали отдаляться.
Итак, душ я приняла в долгожданном одиночестве, после чего разомлевшая и повеселевшая, отправилась на кухню.
— И всегда ты так питаешься? — полюбопытствовала, разглядывая почти все тот же ассортимент блюд, чем Кей угощал меня вчера на завтрак: хлеб, сыр, пару ломтей ветчины, немного овощей и несколько яблок. Нет, вполне здоровая пища, но есть подобное постоянно и лишь в холодном виде… Я так не смогу.
— Преподаватели, в отличие от студентов, находятся на своем личном довольствие, — пояснил он с некоторым смущением.
— А с кулинарными навыками у тебя проблемы, — догадалась я и усмехнулась. — Вижу, придется этим вопросом заняться мне, во всяком случае, пока живу у тебя.
— Ты умеешь готовить? — Кей, кажется, даже удивился.
— До шеф-повара мне, конечно, далеко, но твое холостятское меню точно сделаю разнообразней, — заверила я с улыбкой. — Где ты берешь продукты?
— Два раза в неделю приходят сатиры за списком, который я сам составляю, а на следующий день приносят уже сами продукты. У других богов, для этого, конечно, есть прислуга, но я еще ею не обзавелся…
— Ясно, значит, ближайший список составляю я.
— Ловлю тебя на слове, — улыбнулся Кей. — А сейчас давай доедай быстрее и пойдем тренироваться.
— Уже? — встрепенулась я. — А мы не можем перенести это на завтра? Я думала денек еще отдохнуть. Каникулы ведь только начались…
— Ну, если тебе совсем не хочется исправлять свою четверку, то можем и на неделю отложить, — с напускным равнодушие пожал плечами Кей.
— Эй, — возмутилась я, — а по чьей это вине у меня четверка? То есть ты тут совсем ни причем? Это ты меня не научил, преподаватель!
— Помнится мне, студентка тоже не сильно рвалась учиться, — глаза Кея смеялись. — Все отсиживалась в сторонке… И никогда ни о чем не спрашивала, ничего не уточняла, не просила помочь…
— А то ты бы помог, — упрекнула я. — Только и ждал, когда уколоть… А ещё… — на меня вдруг нахлынули прежние обиды. — Ты ни разу не пришел меня проведать, когда я лежала в больничном крыле после футбола… А я, между прочим, ждала, думала…
— Я приходил, — совсем тихо произнес Кей, останавливая поток моих слов. — Каждую ночь приходил, когда ты спала…
— Значит… — сердце наполнилось смесью из стыда, облегчения и радости. — Мне тогда это не снилось? И мокрые следы были твоими? — а после озарила новая, еще более ошеломительная догадка: — И это ты меня тогда спас? Ты не дал мне разбиться на лестнице?
Кей отвел глаза в сторону и торопливо поднялся из-за стола.
— Жду тебя во дворе, — сказал он и вышел.
Кей, милый… Значит, это был ты… А ведь я думала об этом, но боялась поверить… Ну конечно, я ведь даже видела, краем угасающего сознания видела, как он бежал ко мне, только вот память старательно запрятала этот момент поглубже, подсунув на поверхность иные события и действующие лица. Например, Диониса, который оказался со мной в момент, когда я очнулась…
Я уже быстрее доедала обед, спеша к ждущему меня Кею.
— Готова? — он встретил меня уже в прежнем веселом настроении.
— Да, — ответила я, тоже улыбаясь. — С чего начнем?
— Ну… — Кей задумался. — Хотя бы с того, что ты все-таки умеешь. Теорию ведь ты сдавала неплохо…
— Но на практике ее применить у меня не получилось, — напомнила я.
— И в чем, как ты думаешь, твоя проблема?
— В тебе, — я усмехнулась. — И концентрации. Мне никогда не удавалось сконцентрироваться в твоем присутствии. А одной я тренироваться не решалась…
— То есть сейчас ты тоже не сможешь этого сделать? — Кей вопросительно приподнял одну бровь.
— Думаю, сейчас у меня должно получиться намного лучше, — я подошла к нему ближе, приподнявшись на цыпочках, быстро сдернула с него повязку и чмокнула его в губы.
— Это несерьезно, Ника, — он нахмурился, но потом не удержался и быстро поцеловал в ответ.
— А это и вовсе не профессионально, — пожурила я его. — Вы же преподаватель…
— А ты наглый провокатор. И еще лентяйка. Все, стой вот так, — он развернул меня к себе спиной. — И думай о перевоплощении… Ты уже определилась с ипостасью?
— Я тебе уже говорила, что хочу быть как ты, волком. Будем парой, все время вместе… Это же романтично, разве нет? — я по-прежнему не могла вернуть себе серьезный настрой, мне все еще хотелось дурачиться и подтрунивать над Кеем.
— Для этого тебе необязательно быть волком, — со вздохом отозвался он. — И, вообще, где ты набралась этой ерунды? Начиталась романтической чуши про оборотней? Но ты не какой-то оборотень, ты почти богиня, и звериная ипостась не будет иметь на твою жизнь никакого влияния. Она лишь твоя помощница в определенных обстоятельствах, не более того… Так что подумай еще раз, кем ты себя представляешь. Вернее, кем себя ощущаешь… Закрой глаза, отключи сознание. Попробуй почувствовать зверя в себе… Как на занятиях по медитации, помнишь?
Как на медитации? Конечно, помню… Здравствуйте, профессор Тахо…
Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на своих внутренних ощущениях. Присутствие Кея на этот раз вселяло уверенность, я расслабилась и отпустила мысли. Сознание туманилось, затягивалось дымкой, мелькали какие-то размытые образы, за которые я никак не могла ухватиться… «Пожалуйста, покажись, — попросила я, желая этого со всей искренностью. — Покажись…» Пелена спала внезапно, будто ее сдернула невидимая рука, и я увидела глаза, круглые, маслянисто-черные… Они смотрели на меня не мигая. Только это были глаза не волка… Когда же существо проявилось полностью, я пошатнулась от неожиданности…
— Что случилось? — Кей подхватил меня, не дав потерять равновесие.
— Я видела, — мои губы пересохли от волнения, и я облизнула их. — Видела свою ипостась… Ты был прав… Это не волк… И даже не зверь. Это птица, Кей… Сова-сипуха, черт побери! — название птицы всплыло само по себе. — Но почему именно она? Почему она, Кей?..