Глава 19

Десять дней каникул пролетели быстро. Часть из них я была выбита из колеи, осознавая новую себя, вернее, мою неожиданно открывшуюся птичью ипостась. Прошла все пять так называемых стадий принятия неизбежного. Сперва отрицала и не могла в это поверить. Убеждала и себя, и Кея, что мне просто почудилась. Пробовала раз за разом представить себя иным животным, и каждый раз все заканчивалось одинаково: передо мной являлись глаза сипухи, только взирали они теперь на меня с укором. Потом началась стадия гнева. Я злилась на свою участь и на всех вокруг. Недоумевала, почему тот же Пашка, который в шутку хотел быть совой, стал в результате мустангом, а я… А у меня все наоборот. Правда, торговалась с мирозданием недолго, да и в депрессию Кей не дал мне погрузиться слишком глубоко, и я наконец приняла себя и свою птицу. А вскоре даже полюбила, увидев в ней множество положительных черт. И тогда все стало получаться само собой. Когда же на восьмой день тренировок я смогла на несколько секунд изменить облик полностью, то есть достичь третьей стадии перевоплощения, радости моей не было границ.

— Ты видел это? Видел? — спрашивала я Кея. — У меня получилось!

— Я даже не сомневался, что это произойдет и совсем скоро, — усмехался он, не скрывая гордости за меня. — Теперь бы ты точно сдала экзамен лучше всех.

— А ведь даже Николя не смог так, — вспомнила я, немного злорадствуя. — Представляю, как все удивятся, когда я продемонстрирую это на твоих занятиях… И Морфей будет рад.

— И заодно на меня не будет ругаться, — добавил Кей. — А то он меня после того экзамена несколько раз попрекнул твоими неуспехами…

Но больше всех за меня порадовалась Аяме. Я вернулась в общежитие накануне первого учебного дня и чуть ли не с порога сообщила ей эту новость.

— Это ведь так здорово! — восхитилась она моей ипостасью. — Ты хоть представляешь, что сможешь летать? И хорошо видеть в темноте? Двигаться бесшумно, чувствовать опасность на расстоянии? Это удивительно! Да и сама птица очень красивая и не похожа на других сов. Не понимаю, с чего ты расстраивалась…

— Разве что из-за того, что хотела быть похожа на Кея, ну как вы с Нобу… — призналась я. — Ты же все-таки стала лисой…

— Ерунда все это! — махнула рукой подруга. — И не так уж важно, я это поняла, только с опозданием. И предложи мне сейчас выбрать ипостась заново, я бы, может, и подумала над этим. И от птицы бы не отказалась. А лисы, волки… Их так много, что даже неинтересно, — засмеялась Аяме. — Никакой уникальности. Смотри, сколько волков только среди наших знакомых: Марк, Джованна, Корин… И на третьем курсе, говорят, много… Та же Фелиса из вашей команды…

— Фелиса? — встрепенулась я. — Откуда ты знаешь?

— Так Нобу рассказал. Он откуда- то узнал…

Опять эта Фелиса! И тут умудрилась насолить мне! Глупый червячок ревности вновь зашевелился в сердце, лишая равновесия. А ведь я забыла поинтересоваться у Кея, с какой такой стати он оказывал ей столько знаков внимания… Даже танцевал с ней! Ну, ничего, еще выясню это! А то как к Дионису меня ревновать, так он первый, а сам…

— Кстати, тут некоторые ребята все интересовались, куда пропала Ника, — хихикнула Аяме.

— Надеюсь, ты не призналась?

— Нет. В этот раз даже до Николя ничего не дошло. Нобу был как кремень. Пашка с Теоной тоже молчали. Мы всем говорили, что ты с утра до вечера учишься, чтобы исправить плохую оценку за экзамен.

— И так оно почти и было. Кей почти не давал мне расслабиться! — пожаловалась я в шутку. — Заставлял заниматься по пять часов в день!

— А остальные девятнадцать часов? — уточнила Аяме со смехом.

— Они, к счастью, были куда приятней… — я подмигнула подруге, и получила в ответ понимающий хмык.

— В этом семестре наша программа немного поменялась, — сказала Афина, только появившись в аудитории. — Отложим на несколько занятий изучение конкретных войн и попробуем изучить базовые основы тактики и стратегии. А уже после рассмотрим их на примерах прошедших войн. И даже попробуем разработать военные стратегии самостоятельно.

— Странно, — вырвалось тихое у меня.

— Ты о чем? — шепнула мне Аяме.

— Не знаю… Просто изменения такие внезапные. Я не понимаю, зачем нам эти знания. У нас же не военная академия… Это там преподают такие предметы. А тут… Проходили просто исторические факты, анализировали войны с точки зрения справедливости, и вдруг сами начнем составлять стратегии и вырабатывать тактику? Зачем? Мы же даже не на занятиях Ареса.

— Ну мало ли, — Аяме, похоже, не разделяла мое недоумение. — Решили и решили что-то там поменять. Нам-то что? Наше дело все это выучить и благополучно сдать на экзамене…

И все же такое объяснение не очень меня успокоило. Это была скорее интуитивная тревога, которой я пока не могла найти четкой причины…

На «мирной» лекции у Деметры я немного отвлеклась и на время забыла о военных стратегиях Афины. Моя покровительница немного задержала меня после занятия, чтобы поинтересоваться, как идут мои дела и решились ли проблемы, из-за которых я грустила. Я заверила ее, что теперь все в порядке и во много благодаря ее помощи.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я рада, что мой подарок оказался к месту и ко времени, — улыбнулась Деметра мне на прощание.

Что верно, то верно… Однако, если бы я знала всю правду намного раньше, то смогла бы избежать стольких ошибок!..

На лекцию Кея я впервые шла в хорошем расположении духа. И еще больше обрадовалась, когда столкнулась с ним около двери. Мы договорились пока не выставлять наши возрожденные отношения напоказ, поэтому лишь сдержанно поздоровались друг с другом, позволив взглядам досказать все, что еще вертелось на языке. Но я все-таки не удержалась от маленькой провокации и шепнула ему на ходу:

— Я соскучилась…

Кей в ответ на доли секунды сжал мою руку, и мы разошлись каждый по своим местам: я за парту, он к кафедре.

Во время занятия я то и дело ловила удивленные взгляды и перешептывания: одногруппников, кажется, озадачило неожиданно хорошее настроение преподавателя. Я же только усмехалась этому. Все-таки приятно знать, что той самой причиной являешься ты…

Хотя семестр сегодня только начался, тренировки к Играм никто отменять не собирался, и нашу десятку вновь ждала встреча с Афиной. Я же при виде нее не могла не вспомнить утреннюю лекцию о стратегиях и тактиках. Эта тема вновь захватила меня и встревожила, и после тренировки я решилась все же поинтересоваться у богини, почему нам внеслись такие изменения в программу.

— Странный интерес, Ника, студентов не должны волновать подобные вопросы, — как всегда сухо отозвалась Афина.

— И все же… Просто Арес нас на своих занятиях часто говорит о возможной войне, — я сделала наивное лицо, — а теперь еще и на ваших занятиях мы начали проходить военные стратегии… Вот студенты и начинают тревожиться еще больше… Слухи распространяют…

— Никаких слухов! Никакой войны! — тут же возмутилась Афина. — Просто ректор решила пересмотреть некоторые программы и внести в них небольшие изменения, только лишь для улучшения усвоения и понимания предмета. Так я понятно объяснила?

— Да, — поспешно кивнула я.

— Надеюсь, на этом вопросы закончились… — богиня резко развернулась и направилась прочь.

Вот уж нет… Одни-то вопросы может и закончились, зато другие появились… Например, с какой такой стати Гере менять программу в середине учебного года? И почему эти изменения напрямую связаны с войнами?.. А если еще вспомнить, что Арес, ее родной сын, тоже постоянно пугает нас войной, то напрашиваются странные выводы…

— Как тебе это? Не настораживает? — спросила я у Кея, после того, как поведала о своих подозрениях. — Уж не хочет ли Гера развязать войну, если у нее не получится сразу свергнуть Зевса?..

Тот отмалчивался, с задумчивым видом расхаживая по своей кухне.

— Кей… Давай все-таки расскажем Дионису, — забросила я снова прежнюю удочку. — Неужели ты можешь все так оставить? А вдруг Гера не сможет остановиться и тогда плохо уже будет всем? Кей… Я обещаю, что не буду сама ничего делать и никуда влезать. Во всяком случае без твоего согласия… Но поговори с Дионисом. У него есть куда больше возможностей узнать о ситуации изнутри… Ты же сам понимаешь, что надо что-то делать…

Кей остановился, все так же задумчиво потер подбородок и на выдохе произнес:

— Ладно, так уж и быть… Давай расскажем все Дионису…

Дионис на эту встречу согласился куда охотней. Правда, я пока не уточняла, о чем именно будет разговор, решила предоставить это Кею. Диониса же больше интересовало, как нам удалось вновь сойтись, о чем он и начал расспрашивать в свойственной ему бесцеремонной манере. И вот тогда меня прорвало, и я начала припоминать ему все его грехи.

— Значит, ты не видел Кея у прохода в мир смертных? — уточнила с упреком. — А вот он утверждает, что вы встретились взглядами…

— Я думал, мне показалось, — быстро ответил бог виноделия. — И я так волновался за твою ногу, что хотел поскорей отнести тебя в медпункт…

— Но ты мог мне потом об этом рассказать! А вместо этого потащил целоваться! Как ты мог? — выплескивала я на него свои обиды. — Да может быть, если бы ты мне сразу рассказал, мы бы с Кеем уже давно помирились и не мучили друг друга полгода! О чем ты мне еще не говорил? Может, о том, что это Кей меня спас на футбольном матче? Или о том, что видел, как он следит за нами? Или же о том, как ты постоянно при нем говорил о нас с тобой, а, может, еще и приукрашивал все? Вот скажи, как это называется? Разве друг может так поступать? Знаешь, кто ты, Дионис? Эгоист! Избалованный и несносный тип!

— Извини… — на меня уставились глазами виноватого спаниеля. — Но поверь, я не сказал тебе только о той первой встрече… Я просто хотел дать нам с тобой шанс, попробовать… И я действительно не знал, что это Кей тебя спас. Он молодец. И реакция у него лучше моей. И любит он тебя… Очень любит. По-настоящему…

— Я знаю, — тихо ответила. — Но Кей это Кей, а ты это ты… И как я могу доверять тебе после всего этого? Как?

— Тогда зачем пришла? — спросил Дионис с обреченным вздохом. — Зачем просишь о каком-то разговоре, если не доверяешь?

— Этот разговор… Это совсем другое. И касается не только нас, а многих. Может, даже всех. Всех в Академии и на Олимпе… И я думаю, твои интересы тоже могут быть затронуты…

— А вот сейчас я заинтриговался, — на губах бога виноделия заиграла привычная ухмылочка. — Что же это может быть?

— Скоро узнаешь, — мне же, напротив, было не до смеха. — И я очень надеюсь, что вы с Кеем не поссоритесь.

— А должны? — Дионис повеселел еще больше.

— Не должны, — отозвалась я, совсем неуверенная в этом утверждении. — И, повторюсь, разговор важный… Поэтому отнесись к нему серьезно.

— Хорошо, как скажешь, — он развел руками. — Буду серьезен как никогда…

— И еще, — я обернулась, стоя уже в дверях. — Будь добр, будь поосторожней в словах и в отношении ко мне… Не забывай, что мы уже не вместе.

— Боишься, что Кей приревнует? — самодовольная улыбка.

Боюсь… Но Дионису в этом не признаюсь.

— Нет, просто не хочу ворошить прошлое, — ответила и уже без промедления покинула его лабораторию.

Для нашего разговора мы пригласили Диониса в дом Кея. Был вечер пятницы, и я могла позволить себе задержаться подольше, а то и вовсе остаться у любимого ночевать. Встреча ожидалась напряженная во всех смыслах, поэтому решила приготовить на ужин что-нибудь интересное и даже испекла печенье, надеясь, что вкусная едва немного разрядит обстановку и улучшит взаимопонимание между мужчинами. Однако получила несколько иной эффект. Кей, увидев, что я хлопочу на кухне, истолковал это по-своему.

— Кого хочешь удивить своими кулинарными способностями? — ревниво поинтересовался он и остановился у меня за спиной, пытаясь заглянуть в сковороду через плечо.

— Ну уж точно не тебя, — ответила я невозмутимо. — Ты уже в курсе этого моего таланта…

Кей внезапно развернул меня к себе и заглянул прямо в глаза.

— Сколько раз он тебя целовал? У вас было что-то большее? Я должен это знать, прежде чем встречусь с ним…

— Кей, ты чего? — я сдавленно хохотнула. — Я же тебе уже рассказывала…

— Так было или нет? — он легонько тряхнул меня за плечи.

— Нет, — ответила я, хотя перед глазами сразу встала сцена нашей с Дионисом неудавшейся попытки сближения.

— Ты покраснела, — тут же среагировал Кей. — Неужели соврала?

— У нас. Ничего. Не было, — повторила я. — Мы не смогли переступить эту черту.

— А поцелуи? Вы часто целовались?

— Кей, прекрати… — я закатила глаза и устало качнула головой.

Он же в ответ сгреб меня в охапку и поцеловал, настойчиво и как-то неожиданно грубо. Я увернулась от этого поцелуя и посмотрела на Кея с осуждением:

— Что ты делаешь?

— Хочу стереть с твоих губ все его поцелуи, — заявил тот упрямо.

— Кей, твоя ревность… — шумно вздохнула я. — Она делает тебя до ужаса глупым. Ведешь себя как ребенок, честное слово… Но если тебя успокоит… Ты уже стер поцелуев Диониса в десятки, нет, сотни раз больше. И я бы уже давно забыла о них, если бы ты так часто не напоминал…

— Просто я как представлю тебя вместе с ним… — начал было снова Кей, нахмурившись.

— Раз уж ты завел разговор о ревности, — я мстительно сощурила глаза. — Расскажи-ка, что у вас было с Фелисой?

— Фелисой?

— О, только не надо делать вид, что не понимаешь, о ком речь! — я помахала у него перед носом ножом. — Об этой чудесной блондиночке с ясными глазками! С которой ты танцевал на балу Геры, а потом уединился в саду!

— А, ты о той Фелисе, — Кей как-то натужно засмеялся, что показалось мне весьма подозрительно.

— И чего это мы так занервничали? — я пошла на него. — Неужто тоже рыльце в пушку?

— Я с ней не целовался! — быстро ответил Кей, выставляя руки вперед. — И вообще ничего такого… Но если ты захочешь тоже стереть те эфемерные поцелуи своими, то я не против, — добавил он ухмыльнувшись.

— Что значит: тоже захочешь? — я угрожающе сдвинула брови. — Так были поцелуи или нет?

— Я же сказал, что нет! Мы просто один раз потанцевали и то по ее инициативе.

— А в саду?

— Да не ходили мы ни в какой сад! — теперь Кей усмехался весело и вполне искренно. — Дошли до Академии, подышали немного свежим воздухом и перекинулись парой слов об учебе. И ты слишком плохого мнения обо мне: я не завожу романы со студентками.

— Ну да, как же! — хмыкнула я. — Только вот знаю я одну такую… Студентку…

— Ммм… Это совсем другой случай, — Кей перестал отступать и обнял меня за талию. — И она не просто моя студентка… И, кстати, я нашел способ, как сделать так, чтобы она открыто могла жить у меня…

— И что за способ? — тут же заинтересовалась я.

И получила ошеломляющий ответ:

— Я решил сделать ее своей женой…

Сказать на это я ничего не успела, так как в дверь позвонили.

— Этот Дионис как всегда не вовремя, — Кей недовольно прищелкнул языком и пошел открывать.

Заметив, что они оба что-то долго топчутся на пороге, я тоже вышла навстречу гостю.12727c

— Привет, детка, — тут же брякнул Дионис, за что получил от меня убийственный взгляд. — То есть, Ника, — быстро исправился он, покосившись на Кея. У того же вид стал такой, будто ему в рот лимон засунули. — А я вина прихватил, — Дионис помахал бутылкой.

— Кто б сомневался, — усмехнулась я, забирая вино. — Проходи уже…

Мужчин за столом я усадила друг напротив друга, сама же заняла место рядом с Кеем, во избежание прочих недоразумений.

— Вкусно, — похвалил бог виноделия мою стряпню. — Не знал, что ты умеешь готовить, де… Ника.

— Спасибо, — улыбнулась я и незаметно ткнула Кея в бок. — Лицо погостеприимней сделай…

— А у тебя, Кей, разве прислуги нет? — как бы невзначай поинтересовался Дионис. — Если хочешь, могу прислать к тебе пару своих сатиров… Они отлично справляются с домашней работой…

— Не стоит, я и сам пока справляюсь… — кашлянул Кей.

— А давайте, может, уже о деле поговорим? — громко предложила я.

— Я не против, — сказал Дионис. — Сам сгораю от любопытства, ради чего все это затеяно?

— Кей? — я вопросительно посмотрела на любимого. — Расскажи…

— Гера собирается свергнуть Зевса, — без всяких отступлений заявил тот.

— Что? — Дионис посмотрел на него недоверчиво.

— Кей летом выполнял задание Геры, — заговорила тогда я. — Она велела отнести послания некоторым богам других пантеонов. Как оказалось, в них содержалась просьба поддержать ее во время переворота. Его Гера планирует совершить сразу после Игр.

— Но откуда ты узнал? — Дионис по-прежнему глядел на Кея.

— Один… Вернее, одна из тех богинь, кому я доставлял послание, оказалась моей родственницей. Она мне и рассказала.

Брови Диониса удивленно взлетели. «Родственницей? — так и читалось в его взгляде. — Значит, у тебя все-таки есть родственница… Интересно, кто она?» Однако вслух он произнес другое:

— В таком случае, можно подробнее?

— Все боги, к кому Гера обращалась, прибудут на Игры. Скорее всего, они будут включены в состав сопровождающих команды студентов. Как я понял, Гера хочет использовать ритуал наподобие Божественных цепей, а для этого ей необходима помощь, по меньшей мере, еще десяти богов с наивысшим уровнем силы…

— Ну, Гера, — Дионис сокрушенно покачал головой, — который раз уже пытается свергнуть отца… Но сейчас ее план выше всяких похвал.

— Именно поэтому мы и решили обратиться к тебе, Дионис, — сказала я. — Боюсь, если вдруг что-то выйдет из-под контроля, могут пострадать студенты… А еще… Гера зачем-то ввела нам военные дисциплины. И меня это настораживает, Дионис…

— Ты можешь назвать всех, к кому ходил? — спросил тот у Кея.

— Да, — Кей положил на стол заранее приготовленный список имен.

— Любопытно… — задумчиво протянул Дионис, внимательно его изучив. — Тринадцать богов… Пять из них властвуют над царствами мертвых, четверо — боги войн… Что же Гера предложила им взамен за их услугу? Уж не поддержку ли в каком другом мероприятии? Нет… — он будто спорил сам с собой. — Неужели, она пойдет на это? Неужели она настолько безрассудна… Ведь Зевс как раз пытается не допустить подобного.

— О чем ты? — насторожилась я.

— Пока ни о чем. Не хочу быть голословным… Мне нужно подумать, посоветоваться…

— У тебя же есть те, кому ты можешь доверять? — я что-то разволновалась, даже тарелку с едой от себя отодвинула, чувствуя, что не в силах съесть больше и кусочка. — Ведь у Геры и на Олимпе может быть поддержка.

— Гермес, Гефест, Аполлон, Артемида и Фемида — эти точно никогда не предадут ни меня, ни отца, — с уверенностью ответил Дионис. — А вот насчет других я бы подумал…

— И все-таки не понимаю, зачем это все Гере? — вздохнула я.

— Полагаю, — Кей откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, — это последствия прошлогоднего инцидента с богиней Никой… Гера не могла простить Зевсу ни очередного предательства, ни того, что виновница не была наказана по всей строгости… — он старался говорить нейтральным тоном, но во взгляде его все же сквозил упрек, адресованный Дионису.

— Возможно, — согласился тот неожиданно. — То, что мы натворили с Никой, вполне могло стать последней каплей в ее чаше терпения… А зная, какая моя мачеха мстительная, от нее теперь можно ожидать всего что угодно… А я-то думал, — Дионис снова усмехнулся, — почему Гера так спокойно восприняла приговор Нике?.. Оказывается, она лишь затаилась, чтобы нанести Зевсу решающий удар в спину… И, боюсь, пойдет до конца. Спасибо, — он перевел взгляд с меня на Кея. — Спасибо, что рассказали мне это… Возможно, теперь у меня есть шанс остановить Геру…