Глава 20

— Не понимаю, зачем я вообще тебе ставила посуду, если ты все равно ничего не ел, — ворчливо заметила я, убирая со стола.

— Интересно, как ты себе это представляла? — Кей отнял у меня свою тарелку и поставил ее обратно на стол. — Или ты хотела, чтобы я уже разоткровенничался до конца и открыл перед твоим Дионисом лицо? Нет уж… Так далеко я никогда не зайду…

Я покачала головой, глядя, как он есть уже остывшую еду.

— Давай хоть подогрею…

— Не надо, мне и так вкусно… — Кей плеснул себе вина и сделал несколько глотков.

— Неужели, ты собираешься проходить в этой повязке до конца… — я запнулась, не зная, как закончить. До конца чего? Жизни? Но Кей ведь бессмертный. Веков? Мироздания? — В общем, долго собираешься в ней еще ходить? Это же невыносимо! — закончила несколько раздраженно.

— Я уже привык, — спокойно отозвался Кей.

— Привык он… — вздохнула я. — Но ведь Хель тебя все равно узнала! Значит, и другие из Асгарда могут узнать. На Играх же тоже будет команда оттуда… Какой тогда в твоей маске толк?

— В маске никто не узнает. Даже Хель раскусила меня не сразу… Она узнала меня скорее по каким-то моим повадкам, чем по внешнему облику.

— Хель будет на Играх, да? — спросила я уже более мирным тоном.

Кей кивнул.

— Но не с командой Асгарда, она сюда явится по личному приглашению Геры, — добавил он потом.

— Хель на стороне Геры? — уточнила я напряженно.

— Хель никогда не бывает ни на чьей стороне. И по правде говоря, не знаю, какую выгоду она преследует, решив посетить Олимп. Но сомневаюсь, что хочет помочь Гере. Скорее, использовать ситуацию в каких-то своих целях…

— Но она ведь зачем-то открыла тебе правду о планах Геры. Зачем?

— Я в двух словах рассказал ей о своих отношениях с Герой и почему нахожусь у той на побегушках, — ответил Кей. — Возможно, в ней взыграли родственные чувства, и она захотела дать мне это как козырь?

— Тогда твоя сестра не такая уж плохая… — улыбнулась я.

— Не заблуждайся. Я же сказал, что моя сестра себе на уме. Впрочем… Ко мне она всегда неплохо относилась. Мы с Вали были достаточно близки с ней и Ферниром. Но столько времени прошло… Не знаю. Не хочу заблуждаться на ее счет и думать, что эта близость по-прежнему есть между нами. Лучше бы Хель не помнила обо мне вовсе…

— Ты опять бежишь от себя… Но так нельзя, Кей. Когда-нибудь все равно придется остановиться.

Но Кей ничего на это не ответил, быстро сменив тему:

— Помнишь, что я тебе говорил перед тем, как пришел Дионис?

— Помню… — я смущенно кашлянула. — Но думала, мне это почудилось.

— Так как ты на это смотришь?

— На что? — уточнила я на всякий случай. Вдруг он все-таки не о том, о чем я думаю?

— Стать моей женой, — Кей это произнес совершенно будничным тоном, но я знала, что за этим скрывается волнение не меньше моего.

— Почему бы и нет? — с его же интонацией отозвалась я.

— То есть, это «да»? — Кей посмотрел на меня с сомнением.

— Да, — сказала я громче и усмехнулась.

Но Кей поднялся из-за стола, подошел ко мне вплотную и заглянул в глаза:

— Точно?

— Да, — повторила я и тут же едва не задохнулась в его крепких объятиях.

— Тогда на следующей недели я займусь этим вплотную, — выдохнул он радостно прямо мне на ухо. — А пока… — Кей приподнял мой подбородок и остановил взгляд на моих губах. — Мне все же хочется еще немного постирать чужие поцелуи… Чтоб уж наверняка…

Прошло несколько дней, а новостей от Диониса так и не было. Мне же не терпелось узнать, начал ли он что-то предпринимать относительно вопроса с Герой. Я еле дождалась ближайшей лекции по Виноделию, чтобы поинтересоваться у него, как идут дела.

— Пока ничего конкретного сказать не могу, — ответил он. — Я уже переговорил с Гермесом и Аполлоном. Сегодня собираюсь встретиться с Фемидой…

— И как на это среагировали Гермес и Аполлон?

— Безусловно, как я и ожидал. Они останутся на стороне Зевса. Когда я поговорю со всеми, кем планировал, хочу собрать всех вместе и обсудить уже все более детально. После этого сам сообщу вам с Кеем, к чему мы пришли, хорошо, детка? Не думай, я не забуду об этом, — Дионис с улыбкой потрепал меня по плечу. — Занимайся пока подготовкой к Играм, слышал, на завтра Гермес подготовил для вас тренировочный лабиринт…

— О, нет, только не это, — простонала я. — Начинается… Ты знал, что твой веселый братец на самом деле настоящий изверг? Мучает бедных студентов…

— Поверь, я знаю о нем вещи и пострашнее этого, — понизив голос, произнес Дионис.

— Только не рассказывай мне! — деланно ужаснулась я и засмеялась. — А то не смогу ходить к нему на занятия.

— Ты лучше скажи, — бог виноделия, озирнувшись, приобнял меня за талию, — я себя хорошо вел на ужине?

— Могло быть и лучше, но в целом ничего, — усмехнулась я.

— Я старался. Но Кей меня, похоже, все равно не любит…

— А за что тебя любить? — я сбросила его руку с талии. — За твои ужимочки и ухмылочки? Или за то, что ты его девушку «деткой» называешь? Кстати, если еще раз меня так назовешь, особенно при Кее… — я угрожающе провела ребром ладони по шее. — В общем, ты понял… Мало не покажется.

— Больше ни слова, — Дионис поднял руки в примирительном жесте и попятился от меня.

— То-то же, — хмыкнула я и поспешила на следующую лекцию.

Лабиринт Геремеса, как я и боялась, оказался жутким испытанием. Первый раз я и вовсе не смогла с него выбраться, потерялась, запуталась, даже не смогла определить стороны света, пришлось звать на помощь преподавателя. Вторая попытка была лучше, я наконец нашла желанный выход, правда, пришла к финишу самой последней и вымотанной настолько, что потом еле добралась до общежития. Где с удивлением обнаружила поджидающего меня на крыльце Кея. Странно… Вроде бы мы не договаривались сегодня о встрече, распрощались после его занятия до завтра.

— Что ты здесь делаешь? — сразу спросила я и, заметив удрученное выражение лица, забеспокоилась: — Что случилось?

— Давай отойдем, — он взял меня за руку и отвел в сторону, подальше от снующих туда-сюда студентов.

— Так в чем дело? — снова поинтересовалась я, пытаясь ухватить его ускользающий взгляд.

— Я сегодня разговаривал с Иридой, насчет того, как нам с тобой пожениться, — начал Кей хмуро. — Для этого нужно договариваться с Гименеем, а он появится на Олимпе не раньше Игр, а то и вовсе после них.

— Всего-то? — я улыбнулась с облегчением. — Я-то думала, что-то серьезное произошло.

— То есть ты не расстроена? — уточнил Кей.

— Нет, — я обняла его.

— И не обижаешься на меня?

— За что?

— За то, что сделал предложение, а свадьба откладывается… Чувствую себя последним…

— Так уж и «последним», — перебила его я, усмехаясь. — И вообще…. Я все равно не рассчитывала, что мы сможем пожениться раньше весны. А там ведь еще и Игры… И с Герой нужно решить вопрос. Так что… Нам не стоит торопиться…. А еще… Официального предложения я ведь так и не получила.

— Официального предложения? — тут же переспросил Кей.

— Ну да, — я сделала серьезное лицо. — Где соответствующая случаю атмосфера? Цветочки, колечки, шарики? Романтический ужин, вставание на одно колено? Или мы свадьбу тоже сыграем на кухне? Где-нибудь между тренировкой по перевоплощению и очередным приходом Диониса? — я очень старалась не рассмеяться, глядя, как вид Кея становится все более растерянным и озадаченным.

— Я не подумал об этом… — сказал он наконец. — Что-то я в последнее время совсем испортился.

— Какой у меня самокритичный жених, — я все-таки засмеялась.

— Я исправлюсь, — пообещал Кей твердо.

— Вообще-то, я пошутила, — призналась я. — Мне вовсе не нужна вся эта мишура. А вот ты как-то раздружился с чувством юмора, что уже не понимаешь, когда я шучу, а когда говорю серьезно…

— И все-таки ты права, я слишком спешу наверстать время, упущенное нами, что забываю о важных деталях… — Кей наконец тоже улыбнулся и повторил: — Но я исправлюсь…

В пятницу на дополнительном занятии Морфея нас ждал сюрприз.

— Сегодня тренировки не будет, — загадочно произнес он. — Вместо этого мы отправимся к Посейдону и посмотрим, как идет подготовка к Играм…

Отправимся к Посейдону? Вот это новость. Вся наша группа оживилась и стала переглядываться и возбужденно перешептываться.

— Мы спустимся прямо в море? — уточнил кто-то.

— Попробуем, — улыбнулся Морфей. — Ведь основные испытания будут проходить именно там.

Не могу сказать, что эта идея привела меня в восторг. Море я любила, но больше со стороны, например, лежа на пляже под южным солнышком, а вот самой воды, да еще в безграничных объемах, побаивалась. Плавала я тоже средненько, поэтому старалась никогда не заходить на глубину. И вот сейчас мне предстояло спуститься прямо под воду, а в обозримом будущем еще и проводить там по несколько часов кряду. И это, пожалуй, был один из самых неприятных моментов в приближающихся Играх. Конечно, я понимала, что никто утонуть мне не даст и явно есть иной, отличный от обычного плавания, способ нахождения в царстве Посейдона, но все равно испытывала инстинктивный страх перед походом туда.

Для того чтобы попасть к морским владениям брата Зевса, нужно было спуститься к самому основанию Олимпа. Лестница, что вела туда, терялась в облаках и казалась бесконечной.

— Во время Игр мы каждый раз будем сходить по ней, а затем подниматься? — ужаснулся Николя. И в этот раз я полностью разделяла его эмоции.

— На время Игр все команды будут жить на берегу, — пояснил Морфей. — А для болельщиков будут установлены подъемники.

— А сейчас? — продолжал возмущаться Николя. — Как нам спускаться сейчас?

— Если у кого-то есть обличие птицы, могут продемонстрировать его и спуститься к берегу на крыльях, — усмехнулся преподаватель иллюзий. — А остальным придется довериться своим ногам. Полагаю, после силовых тренировок Ареса, для вас это не должно составить особого труда.

Николя недовольно поджал губы, я же задумалась над возможностью обратиться в свою сову. Но нет. Я еще не настолько уверено чувствовала себя в теле сипухи, чтобы рискнуть и воспользоваться ее обликом для спуска. Да и афишировать свои умения тоже пока не хотела. Поэтому пришлось топать вниз на своих двоих как и все остальные. Тем более что ипостась птицы — ворона — оказалась только у третьекурсника Кима. Ему понадобилась несколько секунд, чтобы сменить облик и, устремившись вниз, пропасть из виду.

К концу лестницы ноги дрожали и гудели, о том же, что придется еще и подниматься по ней назад, даже думать не хотелось. Успокаивало, что в подобном измученном состоянии были все члены нашей команды, помимо Кима, конечно. Даже парни, чья физическая форма была на порядок лучше моей, и те сразу, как по команде, растянулись на траве и заявили, что никуда больше не пойдут. Девушки же оказались хитрее: дружно последовали примеру Джованны, которая первая догадалась разуться и окунуть уставшие ноги в прохладную воду. Так мы несколько минут расхаживали по морской кромке, наслаждаясь отдыхом. И только спустя время, немного ожив, принялись оглядывать окружавший нас пейзаж. А посмотреть было на что.

Берег в этом месте был пологий, с широкой полоской галечного пляжа. А чуть вдалеке вовсю шла стройка: десять одинаковых домиков, в два этажа каждый, уже были практически готовы, лишь требовали отделки, рядом расположилось более высокое здание, еще без крыши и верхних этажей.

— Это так называемый лагерь для участников, — увидев наши заинтересованные взгляды, пояснил Морфей. — В одном из этих домов будете жить вы. А в большом, тот что еще строится, — весь преподавательский состав гостей.

— А разве после прошлых Игр не осталось лагеря? — спросил Фирт. — Зачем строить каждый раз новый, если соревнования проходят раз в пять лет?

— Это прихоть Посейдона, — Морфей с улыбкой развел руками. — Ему нравится разнообразие. А еще удивлять других богов своей фантазией. Кстати, дизайн и архитектору он придумывает сам. Все сделано по его эскизам и чертежам. Если не ошибаюсь, в этом году все будет выполнено в стиле «поп-арта». Надеюсь, я правильно запомнил это название, — ухмыльнулся он. — Посейдон у нас следует всем нововеяниям в области дизайна…

Надо же… Посейдон, оказывается, сам себе интерьерный дизайнер? От такого заявления я испытала легкий шок. Впрочем, как и все остальные. Мы дружно замолчали на несколько минут, переваривая эту информацию. Теперь даже стало любопытно, как выглядит царь морских глубин.

— А арена и прочие площадки где? Под водой? — поинтересовался потом Ким.

— Да, я ведь уже говорил об этом, — отозвался Морфей. — Сейчас подождем Диониса, он принесет жабровый настой.

— Жабровый настой? — переспросила у меня шепотом Джованна с гримасой неприязни на лице. — Фу… Это что, у нас жабры что ли прорежутся?

— Похоже, да, — ответила я так же тихо и тоже не испытывая при этом особой радости.

— А вот и я, — бог виноделия, легок на помине, появился вскорости. В руках он нес несколько бутылочек с какой-то темно-зеленой жидкостью. — Ну, кто первый хочет стать рыбкой?

Рыбкой стать никто не рвался, поэтому повисла напряженная тишина.

— Да, кстати, этот настой нужен только второкурсникам, — как бы невзначай вспомнил Дионис. — Третьекурсники уже бессмертны и даже не заметят дискомфорта, пребывая под водой. Впрочем, как и остальные боги Олимпа. Так что у меня только три пузырька, по одному на пару. Разбирайте, — первую бутылочку он сразу сунул мне. — Поделись с кем-нибудь… Внимание! Действие настоя два часа! До истечения этого времени вы должны покинуть царство Посейдона! Иначе…

— Иначе что? — спросила я с опаской.

— Тебя я точно спасу, — понизив голос, ответил мне Дионис, и добавил еле слышно: — детка… — а потом засмеялся.

Я показала вредному богу кулак и отошла к Джованне — поделиться настоем.

Жабры выступили за ушами почти сразу и, к счастью, не принесли никаких неприятных ощущений. И на том спасибо…

Когда все, кому требовалось, обрели рыбьи органы дыхания, Морфей начал нас поторапливать, увлекая за собой в море. Погружаясь в воду, я испытывала нарастающий страх, особенно, когда та стала смыкаться над головой. Все-таки шагать по дну моря (но при этом не плыть), не думая о том, что над тобой толща воды, — странное ощущение. И дышится вроде как обычно, а все равно жутковато…

Но я позабыла о и своем беспокойстве, и неуютном состоянии, стоило вдалеке различить силуэты девушек с блестящими чешуйчатыми хвостами. Русалки!.. Вот это да…

— Нериды, — словно подслушав мои мысли, поправил меня Дионис. Он все это время шел со мной рядом, чему я была даже рада: все-таки с ним я чувствовала себя надежней. И спасти он меня обещал, ежели чего. — Морские нимфы…

Ну да, точно… Я вспомнила прошлогодние лекции профессора Пана. А еще есть наяды — речные нимфы, и океаниды, проживающие, соответственно, в глубинах океана. И все они похожи на знакомых славянам русалок…

Нериды тем временем поравнялись с нами. Вблизи их хвосты были еще более блестящими и яркими, переливаясь всеми цветами радуги.

— Аматея… Деро… Иона… — представились по очереди каждая из них. — Мы отведем вас к главной арене… Следуйте за нами…

— А Посейдона мы увидим? — спросила я у Диониса.

— Сомневаюсь… — ответил бог виноделия. — Он сейчас так занят подготовкой к Играм, что навряд ли выйдет с вами познакомиться… Может, в другой раз…

— Жаль… После того, что о нем рассказал Морфей, мне было бы любопытно на него посмотреть…

— Успеешь, — улыбнулся Дионис и вдруг взял меня за руку. — Ника, притормози чуть-чуть… У меня есть кое-какая информация по нашему делу…

— По нашему делу? — внутри все подпрыгнуло от нетерпения. — Что? Говори?

— В общем, мы с братьями посовещались и решили рассказать все отцу… Фемида тоже поддержала нас.

— И? — я затаила дыхание, ожидая продолжения.

— Мы уже сделали это. Вчера вечером.

— Зевс уже все знает? — от нахлынувшего волнения сердце забилось чаще.

— Да, — Дионис сопроводил ответ коротким кивком. — И он хочет видеть вас с Кеем…