Глава 24–2

– Обожаю его.

Наблюдая за тем, как Лео с очаровательной непосредственностью носится по кухне, я не могла не согласиться с Заком. Мы все были влюблены в этот крохотный меховой комочек, а ведь он прожил у нас всего две недели. Мы с Эйденом успели составить режим для маленького озорника. Я держала Лео при себе и старалась каждые пару часов выводить его на улицу.

На самом деле я уже жалела о том, что подарила собачку Эйдену, а не оставила ее себе. Впрочем, это было не так уж и важно, поскольку самого хозяина практически не бывало дома. Игры чередовались с тренировками, и Эйден с его гиперответственностью находился в постоянном стрессе.

Я, как могла, пыталась поддерживать его. Иными словами, каждый день готовила обильный ужин, чтобы хватило на всех. Эйден, когда у него выпадала свободная минутка, или отдыхал, или играл с новым питомцем.

– Ну как его можно не любить? – сказала я, наблюдая за тем, как щенок устраивается спать у меня на ноге. – Знаешь, он часами посапывает у меня на коленях, пока я работаю. Жаль, что приходится спускать его с рук.

Зак наклонился и пощекотал Лео кончиками пальцев, но тот спал как убитый. Мы с Заком позволили ему поноситься около дома, после того как вернулись после очередной пробежки. Сегодня мы одолели двенадцать миль.

– Ты идешь на завтрашний матч? – спросил Зак, выпрямляясь на стуле.

– Собиралась. Хочешь составить мне компанию?

– Больше тебе не с кем пойти?

После той первой игры Зак не ходил со мной на матчи «Трех сотен».

– Я могу сходить одна. В чем проблема?

– Я знаю, что можешь. Но это дивизионная игра. Там будет чистое безумие.

– Да ладно. Я выросла с тремя психопатками, как-нибудь справлюсь.

– Я все-таки схожу с тобой завтра, – хмыкнул Зак. – Пусть только Эйден достанет нам хорошие места, раз уж ты не снисходишь до семейной ложи.

– Что? – вырвалось у меня. – Да я просто не хочу сближаться с женами других игроков, вот и все.

Теперь уже Зак уставился на меня с недоумением.

– Почему?

– Я ведь тебе уже говорила. Чувствую себя самозванкой.

– Ты не самозванка.

– Так я себя чувствую, – пожала я плечами. – Вдобавок футбольный сезон на исходе, и я не знаю, что будет дальше. Что там у Эйдена в планах. Я даже не знаю, когда он уезжает в Колорадо.

– Со мной он тоже не очень-то откровенничает, Вэнни. А с Тревором мы обсуждаем только мои дела. В последний раз вот говорили о том, что я буду делать в ближайшие месяцы.

– А ты уже решил, чем будешь заниматься?

– Пару недель назад мне позвонил мой старый техасский тренер. От его города до нашего дома рукой подать. Так что я хочу вернуться в Остин и поработать с ним.

В Остин? Ну вот, пожалуйста.

– Ты серьезно?

– Вполне. Дома, как известно, и стены помогают. Да и перед дедом неудобно.

Я знала, что дедушка Зака не раз упрекал внука в том, что тот редко заглядывает домой.

Но сама я могла только сожалеть о таком решении. Зак – мой самый близкий друг, и вот теперь выясняется, что мы можем разъехаться по разным штатам.

Это насколько же надо было погрузиться в себя, чтобы забыть о такой возможности?

Видимо, все эти эмоции отразились у меня на лице, потому что Зак уставился на меня с искренним недоумением.

– Чего это ты так расстроилась?

– Получается, что мы больше с тобой не увидимся. – От этой мысли мне захотелось плакать. – Ты – один из моих самых близких друзей!

– Ты замечательный друг, Вэн. – Его голубые глаза смотрели с неподдельной искренностью. – Даже не знаю, что бы я делал без тебя все эти месяцы.

Я смахнула с глаз слезинку. Похоже, я становлюсь настоящей плаксой.

– И чего я так разнюнилась? Мы же можем обмениваться сообщениями, верно?

– Ясное дело. – Он протянул мне руку. – Ну-ка, обними меня. Еще немного, и у меня потечет тушь.

Засмеявшись, я крепко обняла этого шутника.

– Дурацкие у тебя шуточки, но я все равно люблю тебя.

Мне показалось или он хихикнул?

– Если хочешь, можешь не бежать со мной марафон, – сказала я, уткнувшись носом в его рубашку.

– Хочешь сказать, столько мучений и все напрасно? Нет уж, побежим вместе.

– Но если ты хочешь поскорее уехать в Остин…

– Не говори глупости. – Он взглянул мне в лицо. – Ты же знаешь, что все у тебя будет хорошо!

– Ты про марафон или про то, что Эйден может перейти в другую команду и мне придется уехать вместе с ним?

– Насчет марафона я ни капельки не волнуюсь. Я больше про твой переезд.

– Да ладно, – пожала я плечами. – В Далласе меня все равно ничто не держит. А Эйден в последнее время общается со мной гораздо чаще.

В ответ я ожидала услышать что-то вроде «я заметил». Зак безжалостно подшучивал надо мной с того момента, как вернулся домой и увидел кольцо, которое подарил мне Эйден.

Но Зак лишь улыбнулся и кивнул:

– Я уверен, что он позаботится о тебе.

В ответ я только фыркнула. Сомневаюсь, что Эйден возьмется устраивать меня на новом месте. Центральное место в его жизни занимал футбол, а вовсе не я.

– Как насчет вас с Эйденом? – спросила я Зака. – Какие у вас сейчас отношения?

– Все хорошо, – беспечно улыбнулся он. – Почему ты спрашиваешь?

– Смотрю, вы в последнее время практически не разговариваете. Вот и подумала: может, что-то случилось?

– Да нет, просто ситуация изменилась. Эйден не знает, о чем говорить со мной, а я не знаю, о чем говорить с ним. В последний раз, когда я попытался к нему обратиться, он прочел мне нотацию на тему того, что я сам виноват во всех своих бедах. Да ладно, что тебе беспокоиться обо мне? Не я же ношу на пальце его кольцо. У вас обоих все будет хорошо.

Секундочку.

– Что ты имеешь в виду?

– А то ты не догадываешься, – подмигнул он.

– Понятия не имею, о чем ты, – прищурилась я.

– Хватит тебе изображать из себя дурочку. Он лег с тобой в постель…

– Это потому, что я была напугана!

– Он бросился защищать тебя, Вэн. Уж если это ничего не значит, то тут и говорить не о чем.

– Это потому…

Похоже, Зак меня даже не слушал.

– Я вижу, как ты смотришь на него. Это стоит тысячи слов.

Нет.

– Более надежного, преданного парня тебе не найти, Вэн. Да и ты для него самая лучшая пара. Ты единственная, кто способен терпеть все его странности. Надеюсь только, вы не станете тратить время попусту.

На это я уже не нашлась, что сказать.

Мы молча смотрели друг на друга, пока не услышали, как открылась дверь гаража. Не прошло и минуты, как на пороге кухни появился Эйден. Лео тут же выскочил из-под стола и засеменил к нему на своих крохотных лапках.

Эйден присел на корточки и подхватил на руки пушистый комок. Затем выпрямился и взглянул на нас с Заком. Видок у нас был, должно быть, тот еще: как у школьников, пойманных на какой-то шалости.

– Привет, – сказала я, смущенно откашлявшись.

– Привет.

Не спуская с рук Лео, Эйден шагнул ко мне и поцеловал в щеку.

Да что тут такое происходит?

– Ладно, я в душ, – подмигнул мне Зак.

Продолжая улыбаться, он поспешил к себе в спальню, а я осталась наедине с Эйденом.

Пытаясь справиться с замешательством, я бросила на него робкий взгляд.

– Ну, как прошел день? – выдавила я.

– Хорошо, – пожал плечами Эйден. – Деловые встречи и тренировки. Как ваша пробежка?

– Еле доползли. Одолели сегодня двенадцать миль.

Я взглянула на щенка, который так уютно устроился на этих мускулистых руках.

– Твой малыш уже гулял. Я отпускала его побегать во дворе.

При словах «твой малыш» на губах у Эйдена мелькнуло что-то вроде улыбки.

– Как ты, не раздумала идти завтра на матч?

– Нет, конечно. Ты как, не против?

До сих пор я все время ходила болеть за Эйдена. Если игры велись на местном стадионе. В другие города он меня не приглашал, да я и не настаивала.

– Хватит уже глупых вопросов, Ванесса, – фыркнул Эйден, направляясь к холодильнику. – Я всегда рад тебя видеть. И матчи не исключение. Ясно?

Будь я поумнее, наверняка смогла бы отшутиться. Но я лишь промямлила:

– Э… Ясно.

Ну, не дура ли?

До конца дня я мучилась мыслями о собственной глупости.

* * *

Недовольство буквально затопило стадион. Со всех сторон слышались оглушительные выкрики.

Фанаты «Трех сотен» не находили себе места от злости и разочарования. Такой ужасной игры я давно не видела. Еще в первой четверти квотербек ушел с поля со сломанной рукой. В третьей четверти пострадал Кристиан Дельгадо: во время падения он потерял шлем и получил сотрясение мозга.

И это было лишь верхушкой айсберга. Зак, который вызвался быть моим телохранителем, стал хвататься за сердце еще с начала игры, а ведь он не ходил болеть за клуб «Три сотни» с того момента, как его выставили из команды.

Нападение играло хуже некуда, и Денвер не преминул воспользоваться тем, в каком смятении находилась защита «Трех сотен». Казалось, все были сбиты с толку. Все, кроме Эйдена. Всякий раз, когда камера выхватывала его лицо, оно излучало непроницаемое спокойствие, будто одного лишь его присутствия было достаточно, чтобы команда выиграла.

К сожалению, нет.

Болельщики начали свистеть и кричать еще до окончания игры. Когда прозвучал свисток и игроки «Трех сотен» начали уходить с поля, Эйден на мгновение задержался. Он стоял лицом ко мне, опустив массивные руки на бедра.

Разочарование сквозило в каждом его жесте.

Я подняла руку и помахала ему.

Он и не подумал махнуть в ответ, чему я ничуть не удивилась. Не так-то просто исцелить мужское сердце.

Тогда я сделала проще. Опустив руку к животу, я продемонстрировала ему средний палец – совсем как раньше, когда я делала это украдкой, чтобы не разозлить своего босса.

Эйден лишь покачал головой, что с его стороны было равносильно смеху.

– Эй, какого дьявола ты посылаешь Эйдена Грейвса? – раздался снизу сердитый мужской голос.

Я бросила взгляд на соседний с нами ряд.

– Это мой муж, – сообщила я энергичному мужчине средних лет. От меня не ускользнуло, что он тут же посмотрел на мою руку, где красовалось новенькое обручальное кольцо.

– Шутишь небось? – рявкнул он.

– И не думала.

– Ага… Ясно.

Было видно, что гнев его сошел на нет.

– Не могла бы ты передать ему, мол, Гэри из Дентона надеется, что он не бросит с ходу эту гребаную команду? Без Грейвса нам конец.

Ну что я могла сказать ему в ответ на это?

– Конечно. Передам.

Но, когда я взглянула на поле, Эйден уже исчез.

– Не матч, а издевательство, – подвел итог Зак.

Достаточно было взглянуть на табло, чтобы понять, что он не шутит.

31–14.

– Нам надо поскорее выбираться отсюда, – сказал Зак, глядя на верхние ряды, где дело близилось к потасовке.

– Идем. – Я встала, и он пошел следом за мной.

Я стала пробираться сквозь толпу, которая струилась по лестнице к выходу. Уже у касс я повернула в небольшой закуток, где не было народа. Фанаты перекрикивались и переругивались. Шум стоял такой, что у меня даже уши заложило.

– Ну что, идешь в семейную комнату? – прокричал Зак.

Вспомнив плачевный итог матча, я пожала плечами:

– Даже не знаю. Пойдешь со мной?

Зак посмотрел на меня так, что я тут же сообразила, какую глупость сморозила.

– Нет. – Он не стал распространяться на эту тему. – Но тебе стоило бы.

– Вряд ли он захочет видеть меня прямо сейчас, – сказала я, привстав на цыпочки.

Но Зак был неумолим.

– Иди.

– Не хочу бросать тебя одного, – объяснила я. – А что, если Эйден не захочет подвезти меня до дома?

– Смелее, Вэн. Ты вовсе не бросаешь меня. Ты нужна сейчас Эйдену. Возможно, я пропущу стаканчик перед тем, как ехать домой. Но если я тебе понадоблюсь, позвони.

По правде говоря, я не испытывала слишком радужных ожиданий. Я знала Эйдена. Знала, как болезненно он воспринимает любой проигрыш.

Но опять же, чего мне бояться? Что он наорет на меня?

Плевать. Я никогда не была трусихой.

Взяв с Зака обещание, что он не сядет за руль поддатым, я зашагала в сторону семейной комнаты. По пути мне несколько раз пришлось показывать пропуск, но в конце концов я добралась до места. Здесь было не протолкнуться. Кто-то держался нарочито бодро, кто-то не скрывал переживаний.

Похоже, не я одна боялась, как тут отреагируют на мой приход.

Другое дело, захочет ли Эйден вообще меня видеть? Да, он дал мне пропуск и намекнул, что мне стоило бы сходить на игру. Но это было до того, как они проиграли. Тот, прежний Эйден наверняка захотел бы, чтобы его оставили в покое. Но тот человек, каким он стал в последнее время… тут не было никаких гарантий.

С другой стороны, я не обижусь, если он не захочет разговаривать со мной.

В конце концов, мы всего лишь друзья, и наш брак – не более чем сделка.

Слова эти отозвались пустотой в моем сердце. Сезон закончен. Что Эйден собирается делать дальше?

Не зная точно, чего мне ожидать, я пристроилась в уголке возле коридора, чтобы не пропустить знакомую фигуру.

Помахав рукой парочке женщин, с которыми уже общалась раньше, я приготовилась ждать. Не прошло и несколько минут, как игроки один за другим начали выходить из раздевалки. Но Эйдена среди них не было.

Нервно потерев руки о штаны, я принялась копаться в телефоне – просто чтобы занять время. Часы отмеряли минуту за минутой, комната понемногу пустела. Похоже, пора было вызывать такси. Заку звонить не стоило: наверняка он успел вернуться домой.

Снова потерев руки о джинсы, я нервно сглотнула. Затем принялась играть с молнией куртки. Вверх – вниз. Вверх – вниз.

Так прошло еще десять минут. В комнате, кроме меня, народу почти не осталось.

Я достала телефон и нашла номер такси. В последний раз со вздохом подняла голову… и увидела высокого темноволосого красавца, который шагал по коридору. Весь облик его говорил: «Держитесь от меня подальше».

Вот черт.

На мгновение мне захотелось отступить подальше и молча вызвать такси. Но раз уж я была тут…

– Эйден! – окликнула я и стала ждать, затаив дыхание.

Эйден поднял голову, потом замедлил шаг. Темно-серый костюм сидел на нем как влитой, и только спортивная сумка, висевшая на плече, напоминала другого Эйдена Грейвса. Того, который чувствовал себя комфортно в шортах, кроссовках и старенькой куртке.

Я махнула рукой, чтобы привлечь к себе внимание.

Заметив, как дернулся у него уголок рта, я поняла, что совершила ошибку. Не стоило мне приходить сюда. Надо было ехать с Заком.

Эйден сделал шаг вперед. Затем еще.

Мысленно я ругала себя за глупость. Ну почему я решила, что все те знаки внимания, которые он оказывал мне в последнее время, значат что-то большее, чем просто дружеская симпатия?

Еще шаг, и Эйден остановился прямо передо мной. По сравнению со мной, он выглядел просто… огромным. Казалось, он занял собой половину комнаты.

Я выдавила из себя нервную улыбку.

– Привет. Не знала, захочешь ли ты меня видеть, но решила…

– Хватит болтать.

Рука Эйдена коснулась моей щеки, вторая взяла меня за шею. Он наклонился и поцеловал меня.

Эйден меня поцеловал.

Наши губы встретились, моя ладонь легла ему на шею, на рельефный узор из мышц.

Мне хотелось спросить, как он себя чувствует, но я и без того знала ответ. Подняв вторую руку, я начала осторожно массировать его шею. Конечно, у Эйдена было предостаточно денег, чтобы заплатить профессиональному массажисту, но меня это не остановило. Я продолжала разминать закаменевшие мышцы. В этот момент мне не было дела до окружающих. Все они будто отошли на второй план.

– Спасибо, – шепнул Эйден.

Я удвоила усилия, чем заслужила улыбку от человека, который раздавал их с той же щедростью, как скупердяй – золотые монеты.

– Ну как, лучше? – спросила я, опуская руки.

– Гораздо лучше, – кивнул Эйден.

– Дома я приготовлю тебе ужин. Ты не против?

– Ничуть.

– Ну что, пойдем?

Он снова кивнул, на этот раз без особого энтузиазма. А меня снова начали мучить сомнения. Уж не перестаралась ли я? А вдруг Эйден уже жалеет о том, что поцеловал меня? С другой стороны, он был не из тех, кто сожалеет о сделанном.

– Подбросишь меня до дома, ладно? А то Зак уже уехал.

– Конечно.

Улыбнувшись, я пошла за Эйденом к выходу. Тот с каменной физиономией шагал мимо товарищей по команде, кивая в ответ только служащим стадиона.

Добравшись до машины, Эйден первым делом распахнул переднюю дверцу и помог мне забраться внутрь. Я изо всех сил старалась не показать, насколько удивлена. Потом он забросил на заднее сиденье сумку, а сам уселся за руль. Наступило молчание, в котором не было ничего странного или неловкого. В голове у Эйдена наверняка крутилось множество мыслей, и я не хотела ему мешать.

Зевнув, я принялась размышлять о том, что еще мне предстояло сделать сегодня вечером. Это было гораздо лучше, чем вновь и вновь задаваться вопросом, почему Эйден решил поцеловать меня на виду у такого количества людей.

– О чем ты думаешь? – неожиданно спросил он.

– Да вот, размышляю о том, что мне взять с собой в Торонто. Помнишь, я говорила тебе, что еду на книжную конференцию?

Он задумчиво покачал головой.

– Ну а ты, о чем ты сейчас думаешь?

Признаться, я никак не ожидала, что он ответит на мой вопрос. Но Эйден снова меня удивил.

– Думаю, готов ли я поменять что-то в своей жизни.

– В смысле, перейти в другую команду?

Я ухватилась за эту идею обеими руками. Что и говорить, высококлассному игроку вроде Эйдена приходилось нелегко в такой нестабильной команде.

Эйден в ответ что-то хмыкнул, продолжая смотреть прямо вперед.

– Ты не поднимешь этот вопрос в разговоре с Тревором?

– Нет. В последний раз, когда мы с ним беседовали, он сказал, что с планами лучше подождать до окончания сезона. Тревор знает, чего я хочу. Если он пожелает с этим работать, прекрасно. Нет… что ж, мой контракт с ним уже на исходе.

Ясно.

– А ты… ты уже знаешь, куда хотел бы перебраться?

Только теперь я поняла, почему Эйден не спешил обсуждать со мной эту тему. Хотел сосредоточиться на играх, а не на том, что может быть после. Но сезон завершается, и впереди замаячила возможность переезда.

Эйден еле заметно повел плечом.

– Что скажешь, если я предложу тебе перебраться на север?

Эйден бросил на меня взгляд через плечо.

– Э… а как далеко на север?

– Индиана… Висконсин… – пояснил он.

Я нахмурилась, пытаясь подобрать нужные слова.

– Знаешь, я могу жить где угодно. Надо только будет прикупить себе теплой одежды.

– В самом деле?

Мне кажется или мой ответ его позабавил?

– Ну да, – фыркнула я. – Мне нужны зимние сапоги, теплый шарф и перчатки. Тогда я вряд ли замерзну.

– Если понадобится, я куплю тебе дюжину новых курток и сапог.

Такое чувство, что наш разговор веселил его все больше и больше.

– Не придумывай, – встрепенулась я. – Ты и так делаешь для меня больше чем достаточно.

Он нетерпеливо побарабанил пальцем по рулю.

– Вэн, при желании, я куплю тебе хоть куртку, хоть десять. Мы с тобой накрепко завязаны друг с другом. Разве нет? – спросил он с неожиданной тревогой.

– Да, конечно. Мы с тобой – одна команда.

Он снова хмыкнул, а я вдруг вспомнила, о чем уже давно хотела спросить у него.

– Эйден, ты… когда ты едешь в Колорадо?

Футбольный сезон уже закончился. И если раньше Эйден спешил уехать как можно скорее, то в этом году он ни словом не обмолвился о своих планах. С другой стороны, не я занималась в этом году арендой его машины или жилья.

Эйден неожиданно насупился, плечи у него напряглись.

– В феврале. Где-нибудь на второй неделе.

Значит, до отъезда еще три недели.

– Как обычно, на два месяца?

Он молча кивнул, а у меня вдруг сжалось сердце. Его не будет дома целых два месяца. Мы редко вели доверительные беседы, но в последнее время мне часто приходилось бывать в обществе Эйдена. Иногда мы просто смотрели телевизор или сидели на полу в компании Лео.

– Чудесно, – пробормотала я, пытаясь скрыть огорчение.