Глава 8.

Шло время, скорее, даже летело по кругу – фирма, бассейн, дом, не давая Владимиру очухаться. Хотелось достичь всего и сразу – денег и славы, и Владимир отдавался полностью, ничего не замечая вокруг. Для этого просто не было времени. Он поставил цель – попасть на следующую Олимпиаду, чтобы Регина гордилась им и перестала сердиться на него. Почти все время он проводил в бассейне, только изредка наезжал в офис к Гарику, подписывал на бегу какие-то бумаги, не вчитываясь в них.

Регина все чаще, оставляя дочку на няню, уезжала по каким-то своим делам. Теперь она не называла Владимира «мой чемпион», а просто – «Истомин». Больше не было той нежной и воздушной красавицы, появилась какая-то озлобленная на весь мир женщина, и Владимир никак не мог понять, что хочет его жена. И никак не мог понять, почему она стала часто приезжать к ним в офис и решать какие-то вопросы с его партнером. Гарик отговаривался, что Регина приезжает, чтобы передать какие-то документы от ее отца, но ни разу не показал их Владимиру. Задерганный до нервного тика, Истомин просто принимал эту информацию, не анализируя ее, даже ни разу не задал себе вопрос – что за бумаги привозит Регина?

Когда через год Гарик сказал, что собирается жениться и пригласил Истомина с женой на свою свадьбу, Регина категорически отказалась идти на нее. Когда Владимир пытался выяснить причину отказа, она просто устроила ему истерику, без каких-либо объяснений, а потом уехала к отцу.

Владимир продолжал свою спортивную карьеру, выезжал на соревнования, занимал первые места, получал призы. Вновь его лицо стало появляться в новостях. Появились нужные для их фирмы связи в федерации спорта, их дело становилось все более прибыльным, он даже мог бы купить квартиру для семьи, но пока почему-то не решался это сделать. Да и Регина больше не требовала купить ей дом. Ей было достаточно пару-тройку шубок в год, с десяток новых платьев от известных модельеров в месяц, несколько дорогих «блестяшек» на свои пальчики. Дочкой она не занималась совсем. Все заботы о девочке взяла на себя Полина. Хотя Владимиру было некогда, и он не чувствовал к ней отцовской любви, словно это был какой-то чужой ребенок, но находил время, чтобы помочь няне, иногда кормил или купал дочку. Он занимался с ней, но сердце молчало. Его сердце молчало даже тогда, когда девочка подросла и стала называть его папой.

Приближалась следующая Олимпиада, но Владимира даже не пригласили в сборную страны. Он воспринял это, как личную обиду и решил закончить со спортом, тем более что в команду пришли молодые и наглые, как он когда-то. Аркадия Павловича снова позвали тренером в сборную страны. Наверное, поэтому Истомин решил прекратить свою спортивную карьеру. Теперь он полностью занялся бизнесом.

***

Девочке было уже шесть лет, когда прозвенел третий и последний звоночек, который поставил точку в семейной жизни Владимира.

Он никогда не задумывался, на кого похожа Карина. Он просто занимался ею, ходил с ней гулять, учил читать, иногда на ночь рассказывал сказки, чтобы дать Полине немного отдохнуть от забот. Регина по-прежнему не занималась дочкой, продолжая свою непонятную войну с мужем до полного уничтожения.

На день рождения Карины, который они решили отпраздновать в детском кафе, Владимир пригласил Гарика с его женой и двухлетним сыном. Когда Регина увидела их, входящих в зал кафе, тут же вздыбилась, ее глаза словно были готовы испепелить Гарика и его жену.

– Ты чего? – не понял ее реакции Владимир.

– Ничего. Зачем ты его позвал?

– Он мой друг и партнер.

– Друг, партнер? – она шипела почище змеи.

– Успокойся, – Владимир даже повысил на нее голос. – Не порть праздник нашей дочери.

– Нашей? – и тут Регина не выдержала и расхохоталась.

Все замерли и смотрели на ее раскрасневшееся лицо, ничего не понимая, что происходит. Только Гарик почему-то нахмурился, забрал у жены сына к себе на руки.

– Какой же ты идиот, Истомин, если ничего не видишь у себя под носом, – Регина уже всхлипывала от своего сумасшедшего смеха. – Это не твоя дочь. Она дочь Гарика. Гарик ее отец, а не ты, Истомин. Ты просто осел. Ненавижу тебя!

Владимир медленно перевел взгляд на Гарика и все понял – жена не врала, да и реакция друга кричала о том, что все это правда, жуткая, противная, но правда. Потом он посмотрел на лицо дочери и только сейчас понял, как она похожа на его друга. Теперь уже бывшего. Он медленно повернулся и вышел из кафе. Чем закончился весь этот праздник, Владимир не знает. Он тогда просто сел в свою машину, которую успел купить, и долго бесцельно ездил по городу. В голове была пустота, ни одной мысли, ни одной эмоции. Глухая темная пустота. И в сердце пустота. Два человека, которых он считал самыми близкими, предали его.

Поздно вечером он доехал до дома, поднялся в квартиру. Его встретила обеспокоенная Полина.

– Владимир Михайлович, я уже уложила Карину спать. Вы не знаете, где Регина Евгеньевна?

– Не знаю, – ответил он довольно резко, прошел в комнату, достал свою большую спортивную сумку, с которой всегда ездил на соревнования, быстро собрал все свои вещи, забрал необходимые документы, рабочий ноут. – Полина, если Регина Евгеньевна объявится, скажите ей, что я ушел от нее. Насовсем. Завтра я подам на развод. Пусть она не ищет меня.

Он ушел из квартиры, потом долго сидел в машине, размышляя, куда ехать дальше. Потом завет двигатель, доехал до ближайшей гостиницы, снял номер. Приняв душ, которым хотел смыть всю эту мразь, что покрывала его с ног до головы, заказал в номер ужин, потом достал свой телефон, который не умолкал от входящих сообщений. Посмотрев входящие звонки, усмехнулся. Куча звонков от Гарика, от тестя и ни одного от Регины. Телефон разразился входящим звонком.

– Слушаю тебя, что хотел сказать? – ответил на вызов бывшего друга.

– Вовка, ну ты же не думаешь, что она говорила правду? Ты же мой друг, я так не мог.

– Не мог? – Владимир даже удивился, как спокойно звучит его голос. – Если не мог, то расскажи мне, почему Карина так похожа на тебя, а на меня ни капельки, ведь по документам я ее отец. А знаешь, чтобы не осталось между нами никаких вопросов, завтра же мы с тобой и девочкой поедем к клинику. Пусть сделают экспертизу.

– Истомин, не делай глупостей, Карина твоя дочь, – голос друга звучал слишком неуверенно.

– А я знаю, почему ты отказываешься от нее, – усмехнулся Владимир. – Завтра я подаю на развод и в суд заявление об установлении отцовства. Тебе придется платить дочери, я этого делать не собираюсь.

– Володя, ты этого не сделаешь. Ты же знаешь, что у меня сейчас проблемы, мы с женой купили квартиру, я весь в долгах.

– А мне плевать, в чем ты там. Это твоя дочь, вот и будешь платить на ее воспитание. И знаешь что, дорогой мой друг, завтра же я начну процедуру нашего с тобой «развода». Да, я хочу поделить фирму. Мне такие партнеры не нужны.

Он не стал слушать, что ему скажет Гарик, отключил звонок. Потом шальная мысль пришла ему в голову. Владимир быстро собрался, сбежал вниз к машине, помчался в офис своей фирмы, забрал абсолютно всю документацию, что смог найти, в том числе все бухгалтерские документы. Пришлось делать несколько ходок, чтобы унести все необходимое. Он только успел отъехать от офиса, проехать пару светофоров, которые по ночному времени мигали желтым, как увидел машину Гарика. Владимир притормозил, осторожно развернул машину, проследовал за машиной Гарика. Тот, ожидаемо направлялся в сторону их офиса. Владимир остановился в тени, стал наблюдать, что будет делать его друг. Тот остановил машину возле офиса, вышел, оглядываясь по сторонам, открыл дверь, прошел внутрь, пробыл там не более двух минут, а потом выскочил с такой скоростью, словно за ним кто-то гнался. Гарик заскочил в машину, рванул с места. А внутри офиса разгорался огонь. Истомин рассмеялся. Что-то подобное он ожидал от него. И хорошо, что его видеорегистратор все это снимал.

Владимир уехал обратно в гостиницу, достал документы, начал их изучать, раскладывая бумаги на кучки. Через часа два занимательного чтения он схватился за голову. Какой же он был идиот, когда доверил вести всю финансовую документацию другу. И даже не задумывался, почему Гарик притащил в фирму свою жену, которая вела бухгалтерию. Вот уже который год его старый и верный друг вместе со своей женой, а также любимым тестем, который на самом деле находился на краю банкротства, бессовестно обворовывали его. К тому же, Евгений Андреевич прокручивал через их фирму какие-то свои левые сделки, из-за которых их всех могли давно отправить на зону. Все истерики Гарика – все пропало, мы банкроты – было только прикрытием для их махинаций. И Истомин, наивная душа, кидался по своим связям, решал вопросы, искал выходы, знакомился, приносил все это на блюдечке Гарику и тестю, который в очередной раз на его имени делали себе деньги, и причем весьма неплохие. Стало противно до горечи во рту. Хотелось напиться, чтобы забыть всю эту гадость, что свалилась на него за последние сутки.

К утру он собрал все документы. Бумаги, которые ничего не значили, просто оставил стопкой на кровати, аккуратно сложил те, которые могут рвануть почище атомной бомбы. Из было не так много, но этого бы хватило. Потом дождался открытия банков, отправился в ближайшее отделение, арендовал ячейку и убрал в нее все бумаги, предварительно сделав копии с каждого листа, в том числе цифровые, загнав папку с компроматом в Облако. На постоянно сыпавшиеся на его телефон звонки и сообщения не отвечал. Он ответил только после того, как бумаги были помещены в надежное место. Звонил Евгений Андреевич.

– Ты где? – раздался в трубке требовательный голос тестя. – Немедленно возвращайся домой, Регина в истерике.

– Евгений Андреевич, я к ней больше не вернусь. Пусть ее утешает отец ее ребенка, по совместительству любовник.

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать? – голос мужчины рычал в трубке. – Я сказал – немедленно возвращайся.

– Да пошел ты, урод, – спокойно ответил ему Владимир и отключил вызов.

Потом позвонил Гарик.

– Слушаю, – ответил ему Владимир.

– Вовка, тут такое случилось, – голос друга дрожал от…да не известно от чего. – У нас в конторе пожар, все сгорело.

– Ну и что? – спокойно ответил Истомин. – У меня есть все копии необходимых документов. Ты не переживай, я смогу поделить нашу фирму достойно. Ожидай вызова в суд.

И снова он отключил звонок. Порывшись в Сети, нашел ближайший офис адвокатов, направился туда. Теперь он знал, что будет делать. Морок, который в свое время окутал его с головы до ног, спал, теперь он четко видел и понимал, как его постепенно заводили в ловушку, в которую он попал так легко, с радостной слюнявой улыбкой на губах.

Заведующий адвокатской конторой Геннадий Петрович оказался дотошным, въедливым и каким-то надежным. С ним они разложили все проблемы Владимира по полочкам. Оказалось, что все они вполне решаемы. Даже с разводом Геннадий Петрович обещал помочь, а также разобраться с отцовством. Владимир оставил ему все необходимые доверенности, скинул копию папки с компроматом. Кроме этого, адвокат получил от Владимира письменные объяснения по всем пунктам для предъявления в суд. Встречаться самому с бывшим другом, бывшим тестем ему не хотелось. Да и чувствовал он, что от них следует ждать любой подлости.

Через два с половиной часа после общения с адвокатом, уплатой всех сумм по договору, он удовлетворенный вышел на улицу. Осталось решить последний вопрос – куда ему идти. Он достал телефон, набрал номер единственного человека, который мог ему помочь. Тренер ответил после третьего звонка.

– Аркадий Павлович, можно обратится к Вам за помощью? Мне больше не к кому.

– Приезжай, – сухо ответил он. – Я как раз в нашем городе, приехал на пару дней.

– Вы где, на базе? – Владимир даже обрадовался, что может напрямую поговорить со своим тренером.

– Да.

– Буду через полчаса.

Тренер встретил его у здания, где находились бассейны, молча пожал руку, кивнул головой, давая знак следовать за собой. Владимир прошел следом, мысленно прокручивая – что можно сказать тренеру, а о чем умолчать. Говорить о том, что он, пользуясь своим именем, крутил полузаконные сделки, не хотелось.

Когда они дошли до тренерской комнаты, которая так и осталась за Аркадием Павловичем, тренер сделал им по кружке зеленого чая, потом вопросительно посмотрел на Владимира.

– Аркадий Павлович, я…, – на минуту Истомин замялся, потом махнул рукой. – Одним словом, сейчас у меня полная жопа. С женой развожусь, с парнем, с которым вел бизнес, тоже расхожусь краями. Мой бывший партнер поджег наш офис, чтобы скрыть свои махинации, но я сумел забрать оттуда все необходимые документы и снять на видеорегистратор его преступление. И это еще не все, – он тяжело вздохнул, опустил голову, – моя дочь – не моя. Мой почти бывший тесть меня так просто не отпустит, у него на меня слишком большие планы.

– Хм, – тренер нахмурился, сложил руки на столе, сцепил пальцы в замок. – Какую помощь ты хотел получить от меня?

Вопрос был жесткий, Владимиру показалось, что тренер просто ударил его под дых. Стало стыдно перед этим мужчиной, который столько делал для него, а он каждый раз только подводил его. Захотелось встать и уйти, но идти просто некуда. Он еще ниже опустил голову.

– Простите, Аркадий Павлович. За все. Я пойду.

Он стал подниматься, но раздался тяжелый голос мужчины.

– Сиди. Значит так, сегодня ты остаешься здесь, в интернате, в моей комнате. Потом мы вместе уедем в столицу. Мне надо задержаться еще на пару дней, решить кое-какие вопросы. Меня взяли на постоянную работу в сборную.

– Мы можем поехать на моей машине, она большая.

– Можем, – кивнул тренер. – Тебе надо решить вопросы с адвокатом.

– Я уже все сделал.

– Хорошо. Тогда держи ключи от комнаты, – Аркадий Павлович достал из кармана связку ключей, положил на стол перед Истоминым. – Постарайся, чтобы тебя никто не видел. Где твоя машина?

– На стоянке перед въездом.

– Отгони ее за наш корпус. Ты знаешь куда, там почти никого не бывает. Я сегодня постараюсь по своим связям узнать, что происходит с твоей фирмой и твоим тестем, о которым ты с таким жаром мне раньше рассказывал сказки.

Владимир ничего не ответил, просто скрипнул зубами.

Тренер вернулся поздно вечером. Несмотря на усталость, он был чем-то доволен.

– Завтра мы сможем уехать. У тебя в машине хватит места для пары сумок? Хочу свои вещи с собой забрать.

– Хватит, у меня большая машина.

– Хорошо. По поводу твоей фирмы. Я разговаривал с твоим адвокатом Геннадием Петровичем. Оказывается у нас есть общие знакомые с ним. Мужик надежный, можешь не переживать. Он уже отдал все необходимые заявления в суд. Я ему отдал твою копию с записи видеорегистратора. Он ее тоже передаст в полицию. Там возбудили дело по факту поджога. Твой Окуневский давно уже ходит по краю, у него столько долгов, что он явно вцепился в тебя не просто так. Я поговорил с няней, кстати, очень достойная и порядочная женщина, она помогла нам с адвокатом взять образцы у Карины. Думаю, что с установлением отцовства девочки вопросов не возникнет.

– Спасибо, Аркадий Павлович, – тихо проговорил Владимир.

– Да не за что. Я сам не ожидал, что успею сделать все за день. Но твой адвокат здорово помог. Так что завтра мы выезжаем. Предлагаю поехать рано утром, по темну. А сейчас давай спать.