Глава 8

Да что же это такое в последнее время происходит!? – Рэнн, подожди, – кинулась я вдогонку, – ты все не так понял. Ожидаемо, ответа я не услышала. Рэнн широкими шагами направлялся в свою комнату. Я со всех ног – за ним. – Пожалуйста, – простонала я, когда супруг чуть не закрыл перед моим носом дверь. Бездумно сунула руку в узкий зазор, с опоздание понимая, что вот сейчас в моих пальцах не останется ни единой целой косточки. Но… Рэнн успел вовремя затормозить движение дверного полотна, не позволив прищемить мне конечность. Я нагло воспользовалась моментом и прошмыгнула в покои супруга. – Уверена, ты слышал только часть разговора и понял все не так. И снова ноль реакции. Порывшись в ящике письменного стола и выудив мешочек с деньгами, он обошел меня и, кажется, собирался уйти. – Стой! – заголосила я, не желая оставлять ситуацию неразрешенной. – Давай поговорим. Я забежала вперед Рэнна и распахнула руки в стороны. Разумеется, преграда из меня вышла так себе, но намерения обозначила четко. Супруг остановился и соизволил-таки посмотреть мне в глаза. – Выслушай меня, – потребовала я срывающимся голосом. – Не нервничай ты так, – вздохнул Рэнн. – Делай, что пожелаешь. Нравится Элфин – рожай от него. И рихату хорошо – появится сильный наследник, и Миртам – позор из-за рихтана-бастарда обойдет их стороной, и тебе – станешь рихтой и обретешь власть. – А тебе? – с затаенной надеждой спросила я, подавив в себе раздражение на отвратительные намеки. – Что тебе принесло бы счастье? – Кому какая разница. Разве меня кто спрашивает? – горько отозвался он настолько тихо, что я чудом расслышала, и снова попытался меня обогнуть. – Я спрашиваю. Ответь, – попросила я и шагнула ему навстречу. – Не важно. – Мне важно. Он вперил в меня долгий тяжелый взгляд, под которым я мелко задрожала. Не от страха, я давно уже перестала бояться Рэнна. От нетерпения, желания, предвкушения. Я, как последняя идиотка, вообразила себе, что стоит прямо сказать о своем интересе к мужу, и он падет к моим ногам. Похоже, Рэнн догадался о глупостях, посещающих мою бедовую голову, так как устало прикрыл глаза и попросил. – Лия, не надо. Ты не понимаешь многих вещей, и пока не время тебе о них говорить. Извини, но… не делай на меня ставку. Думай только о себе и собственной выгоде. Ты – добрая, совестливая девушка, и выжить в нашем мире, особенно в замке Миртов тебе окажется непросто, поэтому не стоит тратить свои силы еще и на меня. Поверь, я того не стою. Он протянул ладонь и ласково погладил меня по голове, словно ребенка. Я отозвалась на ласку, потянувшись за его рукой, и он поторопился ее убрать. – Встреться мы с тобой при других обстоятельствах, я был бы неимоверно горд, что меня выбрала такая девушка, как ты. – Горд! Он сказал горд. Не счастлив, не рад, а горд! – Сейчас же твои попытки сблизиться доставляют мне боль. Мое сердце рухнуло в пропасть отчаянья. Я отшатнулась от Рэнна, как если бы он меня ударил. Его губы скривились в горькой усмешке. – Кто же та женщина, что захватила твою душу? – не выдержала я. Густые брови Рэнна взметнулись в удивлении. Я попала в точку! – Не думаю, что твоя ревность сейчас уместна, – холодно осадил он меня. – Я не могу дать тебе то, что ты хочешь, как и ты – необходимое мне. И это главное. Что он может знать о моих желаниях! Самоуверенный индюк! – Ты сейчас про ребенка? – догадалась я, вспомнив, что в начале нашего разговора он предлагал мне забеременеть от Элфина. – А ты не думала, что дитя от меня мало не будет чистокровным Миртом, так еще и окажется слабосильным в магии? – вопросом на вопрос ответил Рэнн. – Неважно, насколько велик дар междумирья, дети от людей никогда не рождаются полноценными магами, если вообще обладают хоть какими-нибудь способностями. Не насмотрелась на храмовников низшего состава? Готова обречь своего отпрыска на осмеяние и позор? Признаться, о таких вещах я совсем не задумывалась. Рэнн, воспользовавшись моим смятением, все-таки обогнул меня и вышел из комнаты. Я бросилась вслед, но дверь захлопнулась, чуть не прищемив мне нос. А когда я ее открыла, в коридоре никого уже не оказалось. Как же так? Это какую нужно развить скорость, чтобы за какие-то две-три секунды миновать длинный коридор? Рэнн всегда был таким быстрым? Я поплелась к себе, прокручивая в голове разговор с мужем. Другая женщина? Забота о рихате и семье? Ответственность перед несуществующим ребенком? Возможно, все и сразу, но Рэнн говорил так, будто существовало что-то еще. И я могла бы закрыть глаза на его подозрительные тайны, если бы не чувствовала каждый раз, находясь рядом с ним, невероятное притяжение и… что-то, чему не могла подобрать точного определения. Возможно, его потребность во мне? Или я сама себя обманывала? С трудом сглотнув застрявший в горле ком, я пообещала себе обязательно докопаться до правды. А пока следовало навестить деда Хопа. К нашему с Танни удивлению старик не просто обрадовался, а резво соскочил с кровати и бросился нам навстречу, стоило постучаться и зайти в его комнатушку. – Пришли… Живая… Здоровая… – бормотал он, суетясь. То хватал нас за руки, то отпускал и волчком крутился по комнате, не зная куда усадить и как принять. Я глазами указала Танни на кровать, и мы скромно присели, дожидаясь, пока хозяин придет в себя и уделит нам внимание. – Все-таки живучая, – по-доброму усмехнулся дед Хоп, когда наконец взял себя в руки. – Я рад. – А откуда вы узнали, что рихая была при смерти? – поинтересовалась Танни. – Нира здесь побывала, – предположила я. – Точно, она, – подтвердил дед Хоп. – Сам не ожидал. И еду справно приносила, и новостями делилась. Сначала бросила, что померла, дескать, твоя благодетельница, мол закатила нереально роскошный прием всем на зависть, а потом почила. Так и сказала эта курица. Но с подносом приходила снова и снова. А потом ошарашила, живая, говорит, откачали. Подробностей, конечно, я не успел выпытать. Пока рот от удивления открывал да закрывал, так и ушла негодяйка, да и потом не желала ни на один вопрос отвечать. – Наверное, сама толком не знала, – заметила я. – Да я уж так и понял, – согласился дед Хоп. – Давай сама, раз явилась, излагай. В два голоса мы принялись с Танни рассказывать. И про чудесное спасение, и про неожиданное отравление, и про успешный прием. Не знаю, как старик сумел хоть что-то понять из нашего сумбурного повествования, но вопросы задавал по существу и слушал нас очень внимательно. Когда мы замолчали, он долго жевал губами, уставившись в пол. Мы не дергали его, позволяя переварить информацию. – Ладно, хорошо, что все наладилось, сейчас принимайся за тренировку, – наконец распорядился он. – Рихая только-только встала на ноги, – попыталась возразить Танни, но мы со стариком хором на нее шикнули, и она затихла. – Раз сумела до меня дойти, все с твой рихаей в норме, – соизволил пояснить дед Хоп, хлопающей глазами девочке. Я кивнула, поддерживая его слова. Нужно стать в рихате незаменимой, чтобы ни у кого не возникало мысли на меня покуситься, а у остальных был бы мотив старательнее охранять мою жизнь. Кроме того, раз уж судьба соединила нас с Рэнном вместе, и он стал моим законным супругом, отдавать его незнакомой сопернице я не собиралась. Стоило побороться за свое место под солнцем, в особенности рядом с мужчиной, сердце при виде которого заходится от незнакомого, но сладкого чувства. А ребенок… Не самая сильная магия и возможные сплетни о незаконнорожденности отца или его наследника не казались мне особо важными. А как иначе? Ведь усвоенная с земными сказками догма о всепобеждающей любви нашептывала, что мы с Рэнном вместе со всем справимся. Как же я ошибалась. На следующий день я спустилась к завтраку и обнаружила в гостиной тучную незнакомку в обществе свекрови. Рихта Орлана сидела неестественно прямо на краешке дивана и болезненно-бледной кожей здорово контрастировала с румяной дамочкой. Гостья, напротив, с удобством устроила пышные телеса в кресле и чувствовала себя в чужом доме до странности вольготно. Лицо ее мне показалось смутно знакомым. Кажется, женщина присутствовала на недавнем приеме. Она жестом подозвала к себе прислугу и отсалютовала пустым бокалом, намекая, мол, его пора бы наполнить. Что девушка в униформе и поторопилась сделать. Алкоголь с самого утра? Как интересно. – Лия, – встрепенулась рихта Орлана при моем появлении, но почему-то смотрела куда угодно только не на меня. Что тут произошло? – Ооо! – радостно воскликнула гостья, не совсем трезвым тоном. Оно и понятно, на голодный желудок уже не первый бокал вина, судя по бутылке старого и крепкого. Раскрутила свекровь на ценный напиток, приберегаемый к особому случаю? Еще более любопытно. – А мы как раз разговаривали о вас, – сообщила незнакомка. – Лия еще не окрепла после болезни, я вам говорила, рихта Свиен, – попыталась отделаться от меня свекровь. – А по-моему, она прекрасно стоит на ногах, поэтому вполне в состоянии присесть рядом и ответить на вопросы, – невежливо перебила ее дамочка. – Ну же, рихая Лия, не смущайтесь… – Она махнула мне на место на диване рядом со свекровью так, будто это я к ней явилась в дом незваной гостьей, а не наоборот. Хм, послушаем, что же хочет эта нахалка. Расправив плечи, я прошла в комнату и присоединилась к рихте Орлане. – Нууу, – протянула рихта Свиен, – рассказывайте рихая Лия. Я ощутила себя школьницей, застигнутой за курением и доставленной прямиком в кабинет директора на выволочку. Захотелось немедленно сдвинуться на край дивана и повинно опустить голову. Но я сдержалась. – О чем вы хотите узнать, рихта Свиен? – спросила, щедро добавив в голос холода. – Как же! – деланно удивилась гостья. – Наверное, уже вся Лаэра гудит о том, что недавний роскошный прием – ваших рук дело, рихая Лия. – Допустим, моих, – осторожно ответила я. – Поэтому вы, рихта Свиен, ни свет ни заря осчастливили нас своим присутствием, чтобы поведать о том, о чем гудит вся планета? От моих слов рихта Орлана дернулась, гостья же оказалась более толстокожей, или просто ее состояние под хмельком не позволило услышать в моем тоне иронию. Во всяком случае, она продолжила разговор как ни в чем не бывало: – Именно. Я как услышала, все дела бросила, чтобы предупредить добрых друзей о надвигающейся беде. Говорят, что вам пришлось заниматься магией от безысходности! – выпалила гостья с торжествующей улыбкой. Рихта Орлана нервно втянула в себя воздух. – Не поняла. И в чем беда? – Я действительно не улавливала, о чем шла речь. – Говорят… – сделала рихта Свиен акцент на собственной непричастности к слухам, – ваш муж, рихая Лия, незаконнорожденный. Поэтому вам, бедняжке, пришлось отказаться от рождения ребенка – понятное дело, кто же станет добровольно позорить своего супруга слабосильным наследником – и приняться за изучение магии. Прием, разумеется, вышел на славу, но старания оказались напрасны. Я вопросительно приподняла бровь, и гостья не стала томить с ответом. – Никто не захочет иметь дело с незаконнорожденным Рэнном Миртом, как бы ни была хороша в магии его супруга, – припечатала рихта Свиен. Лицо свекрови и без того бледное стало кипенно-белым. – Как вы смеете! – вспылила я, соскакивая с дивана. – Так говорят, – пренебрежительно бросила рихта Свиен, нагло улыбаясь и глядя мне в глаза. Новости отчего-то явно радовали ее, и женщина это даже не пыталась скрыть. И приехала она не заботливо предупредить, как утверждала, а насладиться реакцией нашей семьи на дурные вести. – А вы повторяете, – процедила я сквозь зубы, – значит, сами не лучше досужих сплетников. – Ну знаете…! – в свою очередь соскочила с кресла незваная гостья. Свекровь тихо охнула. И я заметила краем глаза, как бедная женщина лишилась чувств. Это стало последней каплей в чаше моего терпения. – Я запомнила ваше имя, рихта Свиен, – объявила я дрожащим от гнева голосом. – Отныне вы – нежеланная гостья в нашем доме, и дел мы с вашим рихатом больше не имеем. Двойной подбородок женщины задрожал от возмущения, она силилась подобрать ответные слова, но я перестала обращать на нее внимание, полностью переключившись на свекровь. – Срочно! Принесите что-нибудь, чем откачивают обморочных! – крикнула я прислуге. – И Вэссу позовите! Или рихаю Ясмидару. – Я принялась старательно обмахивать свекровь салфеткой. Понятия не имею, насколько способ действенен, но в земных фильмах не раз видела подобные манипуляции. – И храмовник, что лечил рихту… А, Рэнн его выпроводил? Тогда пошлите в храм за любым свободным лекарем. Рихта Свиен потопталась рядом, поняла, что большего своим присутствием уже не добиться, и наконец сообразила покинуть комнату, а затем и замок. Свекровь мы общими усилиями с трудом привели в себя и уложили в постель, хоть та пыталась сопротивляться, утверждая, что чувствует себя нормально. От незнакомого лекаря, примчавшегося из храма, она категорически отказалась. В течении дня приезжали еще три наглые дамочки, но разговаривать со мной не стали. Услышав, что рихта Орлана снова слегла, они с фальшивым сочувствием передали пожелания скорейшего выздоровления и отбыли. К ужину рихта Орлана все же появилась в столовой, но шаталась и передвигалась исключительно при помощи Вэссы. Отсутствие мужчин никого не удивило. Мы с Ясмидарой старательно поддерживали за столом легкую и непринужденную беседу до окончания трапезы и обходили острые углы. Свекровь слегка поклевала из своей тарелки, а когда я отложила приборы, попросила меня проводить ее. Я стрельнула взглядом на застывшую у выхода из столовой Вэссу и сделала вывод, что рихта Орлана хотела со мной поговорить с глазу на глаз. Ясмидара, видимо, решила так же. Прежде, чем мы со свекровью поднялись из-за стола, девушка поторопилась извиниться и, сославшись на головную боль, отправилась к себе. – Тогда не будем уходить, останемся здесь, – решила рихта Орлана и положила прохладные пальцы на мою ладонь. Я выдавила улыбку, но на самом деле готова была разреветься – опять стала причиной недомогания несчастной женщины. А ведь хотела как лучше! Кто бы мог подумать, что мои старания провести прием на высшем уровне обернутся гадкими подозрениями. – Нам с тобой нужно решить, что делать в свете последних событий. Сложилась очень непростая для нашей семьи ситуация, – почти шепотом поделилась со мной свекровь. – Что делать… Гнать в шею сплетников! – пробухтела я так же тихо. Слуги вышли, но говорить о не самых приятных вещах в полный голос язык не поворачивался. Казалось, произнеси о беде погромче и накликаешь еще большую напасть. – Ох, нельзя, – выдохнула свекровь. – И с рихтой Свиен ты зря повздорила. Она из богатейшего рихата, ее муж и сын – одни из самых сильных магов на всей Лаэре. Со Свиенами все считаются, к их мнению прислушиваются. Если мы разругаемся с друзьями, то с кем же тогда нам вести дела? Дорогая, как бы ни было тяжело, стоит соблюдать в разговорах осторожность. Для рихата крайне важны деловые связи. – Молча проглатывать сплетни? – спросила я, удивленная мягкостью свекрови в столь щекотливом вопросе. – Но тогда все решат, что Рэнн и вправду незаконнорожденный, а вы слышали, что обещала нам эта Свиен – полный разрыв тех же самых связей. – Мирты уже были в подобной ситуации. – И как выбрались из дерь…? – осеклась я на бранном слове и смутилась, но рихта Орлана либо не заметила моей оплошности, либо деликатно проигнорировала. – Вся семья делала вид, будто ничего не происходит. Сплетни опровергались, при этом конфликты никто не раздувал. – Но как я могла не прервать поток грязи от Свиен? Она нахально улыбалась и жаждала зрелищ. Небось рассчитывала, что мы разом самоубьемся на ее глазах от стыда и горя. – Наверное, так оно и было, – грустно усмехнулась свекровь. – Она для того и заявилась с самого утра. Нам остается в таких случаях возвращать вежливые улыбки и в очередной раз повторять, что слухи лгут. – Где справедливость? – возмутилась я. – В жизни, к сожалению, часто случаются несправедливости, – вздохнула рихта Орлана. – А нам, женщинам рихата, приходится держать удар. – То есть плюнуть в лицо очередной злорадствующей кумушке вы мне не разрешаете, – подвела я черту нашему разговору, заметив, что свекровь как-то подозрительно тяжело дышит. – Разве я могу тебе что-то запретить, дитя мое, – улыбнулась она, на этот раз почти весело. – Я лишь прошу. Твоя тактичность – залог процветания нашего рихата и семьи Миртов. – Я поняла, матушка, – покорно отозвалась я. – Позволите мне вас проводить? Все-таки вы до сих пор не окрепли. Рихта Орлана устало кивнула. – Наверное, ты права, мне стоит прилечь. Да и ты сама, дорогая, обязательно ложись пораньше. В ближайшее время нам с тобой понадобятся все силы, чтобы противостоять светскому обществу Лаэры. – Сплетникам и интриганам, – недовольно добавила я, помогая свекрови подняться из-за стола. – Главное держать лицо и все отрицать. – Да. – Вежливость и непробиваемость наше все. – Постараюсь сдерживаться, – пообещала я. – Ох, и откуда только поползла вся эта грязь? – вздохнула свекровь, тяжело передвигая ногами. Мне тоже было это интересно. Все посвященные в секрет Миртов под магической клятвой и не в состоянии проболтаться. Тогда кому пришла на ум возмутительная мысль о бастарде? И почему этот кто-то решил навредить семье и рихату? Собственную скромную кандидатуру в качестве цели злоумышленника я отмела сразу. Врагов на Лаэре я не успела завести, да и пакостить лично мне путем уничтожения целого рихата – глупо, не настолько я к нему привязана. Выходит, достать пытаются не меня, хоть и покушались именно на мою жизнь. Нет, мешала не я, а возможное рождение ребенка с сильной магией. Кому? Элфину? Но он в курсе, что от Рэнна ждать могущественного потомства не приходится. Как, впрочем, и вся семья Миртов. Следовательно, преступник не из ближнего круга. Стоит искать среди тех, кто считает моего мужа законнорожденным. А слухи… Они надуманны! У сплетника нет ни единого доказательства, просто ложь совпала с семейной тайной. Хм. Прислуга? Соседи? Или храмовник? Точно! Он самый подозрительный. Это он собирался сжечь меня, чтобы избавиться от иномирной заразы. И кто, как не лекарь лучше всех разбирается в зельях? А еще неожиданная болезнь рихты Орланы. Свекровь действительно слегла от переживаний или ей кто-то помог заболеть? Но какая здесь кроется выгода? Я проводила рихту Орлану до дверей ее спальни и передала с рук на руки преданной Вэссе. Но спать не пошла, а отправилась в библиотеку за книгами, которые мне велел найти и изучить дед Хоп. Почувствовав однажды в себе магию, сложно от нее отказаться в дальнейшем. Ради возможности управлять ею я готова была недосыпать и недоедать. Контроль за потоком энергии я уже усвоила и оттачивала самостоятельно, теперь следовало, по мнению старика, овладевать непосредственным даром – своим щитом. – Есть склонность, значит, требуется ею заняться. Небеса просто так не разбрасываются подарками, – любил повторять дед Хоп. – Все имеет свой особенный смысл. – И даже ваша склонность делать предметы мягкими? – простодушно спросила как-то Танни. – Наверное, – бросил старик, уязвленный напоминанием о собственной «никчемности», хотя свой дар только он сам считал бестолковым, нам с Танни волшебная способность казалась полезной и невероятно милой. На следующее утро в семейной гостиной на первом этаже обреталась толпа. Среди без умолку кудахчущих кумушек я узнала одну из вчерашних визитерш и направилась к прибывшим, но не успела войти в помещение, Вэсса преградила мне путь. – Вам не стоит выходить сегодня к гостям, – тихо, но твердо заявила она. Я с удивлением воззрилась на женщину, стоявшую передо мной руки в боки. – Что? – только и смогла я выдавить от удивления. – Рихта Орлана сказала гостям, что вы чувствуете себя нехорошо, поэтому решили сегодня остаться в постели. Это норма для магинь, попавших в затруднительное положение, – бесстрастно поведала Вэсса, напомнив мне робота из фантастических фильмов. – Хотите сказать, они тоже явились… – осеклась я, вспомнив рихту Свиен, с нескрываемым злорадством пересказывающую сплетни. – Рихта Орлана сама справится, – отрезала женщина. Я открыла рот, чтобы возразить, но Вэсса меня перебила: – Пожалуйста, не доставляйте рихте Орлане еще больше проблем. Вы и без того постарались. Ее слова прозвучали хлесткой пощечиной. Действительно, ситуация произошла из-за меня, моего тщеславного желания выделиться, выполнить свои обязанности лучше всех, в итоге перестаралась, вызвала всеобщую зависть и навлекла на семью несчастье. Резко развернувшись на каблуках, я бросилась прочь от гостиной. Слуги на меня косились, а стоило отвернуться, слышался шепот. Казалось, все осуждают меня. Ускорила шаг, но легче не становилось. Тогда побежала. Сама не заметила, как выскочила на улицу. А когда поняла, что несусь, продираясь сквозь чащобу леса, лишь ускорилась. Хотелось умчаться на край света, чтобы никто меня не видел, не винил, не критиковал. Разве я могла ожидать, что стану причиной скандала, когда так старалась выполнить свои обязанности наилучшим образом? Мечтала обратить на себя внимание Рэнна? Пожалуйста! Теперь он меня возненавидит. То, что скрывалось долгие годы всей семьей, в одночасье всплыло наружу. Сколько позора и унижения придется вынести ему и всем Миртам. И все из-за меня! Злые слезы брызнули из глаз. Лучше бы я не появлялась на Лаэре, тогда Рэнну не пришлось бы подвергаться всеобщему осуждению. Он не заслуживает подобного испытания! Сквозь муть в глазах дорогу я практически не видела. Ничего удивительного, что разок чуть не подвернула лодыжку, свалилась в овраг, из которого выбралась легко, но перепачкалась в грязи, а в довершение вписалась в нечто твердое и, отскочив, повалилась навзничь. Упасть мне не позволили. Сильные руки подхватили, поставили на ноги и, слегка тряхнув, вынудили посмотреть на их хозяина. Рэнн. Он уставился на меня так, словно хотел взглядом прибить здесь и сейчас. Желваки побелели от напряжения и, казалось, я вот-вот услышу скрежет его зубов. Ну, ничего удивительного. Разве я надеялась на помилование? Разумеется, он в бешенстве. Единственное, чего я не ожидала, так это встретить его в ближайшее время. Я не была готова, пока еще нет. Но судьба жестока и не дала мне ни малейшей отсрочки. – Прости, – всхлипнула я, размазывая слезы по щекам пальцами, перепачканными в земле. – Я все испортила. Но я правда не хотела.