Глава 21. Катерина

Вдоволь нагулявшись по центральным улицам города, мы провожаем Арину до той же кофейни и с удивлением смотрим, как она отвязывает велосипед и, помахав нам на прощание, уезжает на нем.

– Неужели папочка не мог раскошелиться ей на электрокар? – ворчу я, забираясь на пассажирское сиденье. Убеждаю себя, что плохое настроение вызвано тем, что мне пришлось запихнуть мокрые чашки с подтеками молочной пенки обратно в сумку. Прости, Луи… ты явно не ожидал, что кто-то так варварски поступит с твоим творением!

Но что-то мне подсказывает, что немаловажную роль в моем раздражении сыграл тот факт, что Демид слишком ответственно подошел к заданию и не просто улыбался Громовой. Он, мать его, с ней флиртовал!!

– Думаю, если бы задала этот вопрос Арине, она бы заявила, что экологичность электромашин переоценена.

– Очередной миф? – удивленно приподнимаю брови.

– Да хрен его знает, – пожимает плечами Демид. – Я вглубь вопроса, признаться, не лез. Но знаю, что экологи наводили суету из-за того, что каждые лет восемь – десять нужно менять аккумуляторную батарею. А она там весит порядка полтонны. Это тебе не батарейки из пульта от телека сдать в переработку…

– Господи, как все сложно, – выдыхаю я. – Я люблю нашу планету, ты не подумай. Но просто как представлю, что каждый свой шаг надо контролировать… А точно ли тебе нужны новые джинсы, или все-таки три тысячи литров воды, потраченные на их производство, не стоят того, чтобы окружающие восхитились тем, как они обтягивают твой зад? Точно ли ты хочешь пить или все-таки потерпишь до дома, чтобы не покупать пластиковую бутылку?

– Каждый шаг и не нужно. Арина же сказала, что лучше пусть каждый делает по чуть-чуть…

Я едва сдерживаюсь от того, чтобы по-детски не передразнить его: «А если Арина пойдет прыгать с обрыва, ты тоже пойдешь?» – но вовремя вспоминаю, что сама все это начала, и молчу.

Продолжаю молчать и когда мы возвращаемся на завод, и даже тогда, когда Демид сообщает мне, что ему нужно закончить договор с заказчиком, и скрывается в своем кабинете. Я лишь киваю ему и ухожу думать.

Я привыкла доверять своей интуиции, и сейчас она не просто подсказывает – она вопит о том, что ключ к успеху лежит в руках Громовой. Она начала травлю завода в соцсетях, и только она сможет ее окончить. Сегодня девушка проговорилась, что Филатов пригласил ее на шоу в столицу, а значит, именно от нее зависит, в каком ключе будет представлена вся информация в их сенсационной программе.

У Арины действительно горят глаза, когда она говорит на тему экологии. Это я знала и до сегодняшней встречи. Но сейчас я понимаю, что Вяземский производит на нее такой же эффект. А значит, только он сможет уговорить ее спасти завод.

Дождавшись, когда все сотрудники отправятся по домам, и сказав Марченко, что сегодня доберусь без него, я аккуратно стучу в дверь кабинета Демида и, услышав заветное «войдите», проскальзываю внутрь.

Вяземский сидит за огромным столом и просматривает какие-то документы, делая время от времени пометки ручкой.

– Минутку подождешь? – спрашивает он, мельком взглянув на меня. – Не хочу сбиться.

Я киваю и, пользуясь тем, что он слишком увлечен работой, бессовестно разглядываю его.

За пару часов, что мы не виделись, Вяземский успел где-то потерять свой пиджак и сейчас сидит в черной рубашке, которая ему неимоверно идет. Хотя, может, дело в том, что он расстегнул пару верхних пуговиц? По идее, я еще в первый день знакомства успела там все рассмотреть, но сейчас я почему-то не могу отвести взгляд от полоски бронзовой кожи. Вспоминаю рельефный живот и очень явственно ощущаю покалывание на кончиках пальцев от того, как сильно мне хочется его потрогать.

Странные мысли, если учесть, что я пришла сюда, чтобы уговорить его соблазнить Громову…

– Сейчас поедем домой, – сообщает он, оторвавшись от документов. – Прости, что заставил ждать. Не хотел оставлять на завтра.

– Ничего страшного, – скромно улыбаюсь и выпаливаю: – Я все равно хотела обсудить кое-что… личное.

– А вот это уже интересно. – Демид играет бровями и опускается обратно в кресло. – Слушаю тебя очень внимательно.

– Сегодня на встрече с Ариной я поняла, что ты ей не просто нравишься. Возможно, она даже немного в тебя влюблена…

– Даже так? – усмехается Демид. – Боюсь представить следующую стадию плана. Сегодня я ей улыбался, дальше что? Затащить в постель?

Он начинает гортанно смеяться, но, заметив, что я не спешу присоединяться к его веселью, глухо матерится и выдает:

– Ты же это несерьезно? Несерьезно, Заноза?

Пару секунд я молчу, скромно потупив взор, и наконец отвечаю:

– Я не прошу тебя обманывать ее надежды. То есть обещать жениться в лучших традициях ловеласов не стоит. Мне кажется, она понимает, что ничего серьезного между вами не может быть в силу того, что вы живете в разных городах. Но…

– Фух, то есть переезжать в Горячев с концами ты от меня не требуешь, – с сарказмом выдыхает он. – Как мило с твоей стороны. Подробное ТЗ подготовила? Ну, чтобы заранее избежать недопонимания… Одной ночи хватит? Сколько половых актов предусматривает договор? Петтинг считается или только с проникновением? Ну же, Заноза, не робей, ты наверняка составила детальный план! – последние слова он буквально выплевывает и, встав из-за стола, грозно надвигается на меня. Но вместо того, чтобы почувствовать страх, меня окутывает неимоверным облегчением. Это не поддается никакой логике, но, судя по реакции моего сердца, это был какой-то хитрый тест… Тест, условия которого я даже сама не до конца понимала. Я надеялась, ожидала, верила, что он откажется. Я этого хотела!

И сейчас, когда он приближается ко мне, я нервно облизываю губы и встречаю его пылающий взгляд. Вот только после секундного подъема на вершину американских горок я снова срываюсь вниз. Потому что Демид останавливается за несколько шагов от меня и ядовито заявляет:

– Ты упустила одну важную деталь, составляя свой хитрый план. Громова, может, и заинтересована во мне, вот только я заинтересован кое в ком другом!

Мне хочется завопить: «Серьезно, Вяземский? Именно сейчас ты решил вспомнить о своей невесте? Тогда, когда я о ней, наконец, забыла?»

Но я вовремя вспоминаю, что я, вообще-то, взрослая женщина. Не побоюсь этого слова, профессионал. И сейчас будущее завода куда более важно, чем какие-то дурацкие эмоции. Поэтому я не воплю. И даже не возмущаюсь.

Вместо этого я напускаю в голос побольше равнодушия и лениво интересуюсь:

– Расскажешь о ней?

– Запросто, – хмыкает со смешком и загибает мизинец. – У нее дурацкое имя.

Демид делает шаг ко мне, продолжая хищно скалиться, и мне приходится прикладывать неимоверные усилия, чтобы не отступить под его натиском. А еще чтобы не напомнить ему, что вчера утром он о своей невесте не вспоминал… Но я сама это начала, поэтому остается только смириться и стойко терпеть. Может, после того, как он перечислит все суперкачества своей невесты, мы наконец отправимся домой.

– Она постоянно путается у меня под ногами и отказывается признавать во мне босса. – Он загибает еще два пальца.

– Может, она видит в тебе папика? – предлагаю с сарказмом. Кто бы знал, что у него такие доминантные замашки… Тоже мне, Кристиан Грей на провинциальном заводе! Биг, мать его, босс!

– Это вряд ли, – фыркает он и уже совсем другим тоном продолжает: – А еще она словно пламя! Когда она загорается идеей, ставит себе цель, ее невозможно остановить. Хочется тут же бросить весь мир к ее ногам… Хотя признаю, иногда ее идеи крайне глупы.

– Что ты… – начинаю и тут же сбиваюсь. – Ты точно сейчас описываешь свою невесту?

– Невесту? – таращит он глаза. – Ты считаешь, что после того, что между нами было вчера утром, я обязан на тебе жениться?

– Придурок, – громко выдыхаю, пытаясь стоически игнорировать мягкие теплые волны внизу живота, которые вызвали воспоминания. – Я имела в виду твою настоящую невесту.

– Уверяю тебя, на данный момент у меня нет ни настоящей, ни фиктивной невесты. И в виду я имел, как ты уже наверняка догадалась, тебя и свой интерес к тебе.

Непонимающе вглядываюсь в его глаза цвета шторма и моментально тону в них. Темный взгляд сейчас транслирует столько эмоций, что я с трудом могу разобрать их. Впрочем, мне бы со своими совладать для начала. Стыдно признаться, но в данный момент я чувствую что-то сродни эйфории. Живой. Наэлектризованной. И искрящейся.

Сначала Демид отказался следовать моему дурацкому плану и соблазнять Громову, а теперь, получается, у него и невесты нет на самом деле?

– Но Коля! Он сказал, что дома тебя ждет невеста, – жалобно произношу. – И я думала, что…

– О господи! – возмущается, будто я обвинила его в мужеложстве. – Какая, на хрен, невеста?

– Это неправда? – все еще не могу поверить, что друг меня обманул. Зачем? Чтобы насолить брату? В памяти тут же всплывают подробности нашего разговора тогда. Это случилось аккурат после того, как Демид швырнул в меня вещами, намекая на проведенную вместе ночь. Неужели его брат действительно испугался, что Демид меня соблазнит и заставит помочь заполучить завод?

– Вот же пакостливый гад! – шиплю я. Надо было его не в столицу сослать, чтобы он там зависал на крутых тусовках между интервью, а куда-нибудь в глубь Сибири. Пусть алмазы добывает мне на колье в качестве компенсации. А лучше тиару. Буду настоящей принцессой. Императрицей, мать его!!

– Так ты все это время думала, что я несвободен, – задумчиво протягивает Вяземский.

Я киваю, а он лишь хмыкает, будто сейчас тоже пытается собрать воедино разрозненные кусочки пазла.

– Так что там по поводу твоего плана? – хитро сузив глаза, интересуется он и наконец делает последний шаг ко мне.

За моей спиной лишь секретер, на котором стоят графин с водой и какой-то алкоголь, оставшийся здесь в наследство от его брата. Но даже если бы не эта преграда, я бы вряд ли отступала. О нет, только вперед. Причем полный.

– Ты хотела, чтобы я соблазнил губернаторскую дочку, да? – с ухмылкой продолжает он, обжигая меня своим дыханием.

Я отстраненно киваю и облизываю пересохшие губы. Демид ведет по ним взглядом, наконец подносит палец и надавливает на мою нижнюю губу.

– Вот так? – снова спрашивает он. – Как думаешь, вот так бы ей понравилось?

Вместо ответа я обхватываю губами его палец и начинаю медленно посасывать.

Его глаза моментально заволакивает туманом, а рот приоткрывается в немом восторге. Я выдерживаю его взгляд и продолжаю ласкать палец, не разрывая наш зрительный контакт. Он переводит глаза на мой рот, и от этого под кожей проносится какой-то сумасшедший торнадо. Настоящее стихийное бедствие с наводнением в трусиках.

– Будем считать, что это «да», – слегка приподняв брови, замечает он. – Что насчет вот этого? Как думаешь, Громова не залепила бы мне пощечину, если бы я сделал так?

Он сжимает руками мой зад и, резко подхватив меня, сажает на секретер. Из меня непроизвольно вылетает глухой стон, и глаза расширяются, когда Демид толкается в меня бедрами.

Но это был бы не он, если бы на этом остановился. Его пальцы скользят по вороту моей белоснежной блузки и ловко справляются сразу с тремя верхними пуговицами. Кожа декольте тут же покрывается целым ворохом мурашек, а температура крови раскаляется до предела. Он едва касается меня, но ощущения от этого не менее острые. Будто раскаленными щипцами меня трогает, оставляет ожоги где-то глубоко под кожей. Ручейки тока растекаются вниз от грудной клетки и концентрируются между бедер, жалят каждый нерв в моем теле.

– Я думаю, она была бы в шоке, – шепотом выдавливаю я.

– Как же мне повезло, что ты не она, – усмехается этот нахал и, наконец, накрывает мои губы своими.