Глава 32

— Не надо, — пробормотала я, с каждым мгновением ощущая себя все более глупо. — Вы очень симпатичный. У вас такой голос, что можно слушать бесконечно. Дайте мне еще немного времени. Лучше расскажите что-нибудь.

Кровь, разумеется, разогналась, но вместо того чтобы отправиться по эрогенным зонам, бросилась мне в лицо. Я не могла встречаться с ним взглядом и опустила веки. 

— Ну все-таки, эрла. Не надо с собой так. Это распространенное заблуждение, полагать, что каларианки — это такие неразборчивые и всеядные дамы, которым все равно с кем и когда. Это невероятно красивые, восприимчивые, чувственные девушки, наделенные своей спецификой. В некоторые периоды они становятся особенно ранимыми. Но если обстоятельства сложились так, что рядом нет надежного партнера, то следует поступать именно, как вы сейчас. Наше ханжеское общество обратило силу каларианок против них самих. И на Велкарисе, в большинстве стран, вы в курсе, ситуация еще не самая плохая. 

Я испытала что-то вроде благодарности. Он умел разговаривать с женщинами. Ровный обволакивающий голос буквально ласкал слух — до тех пор, пока я не позволяла Рейджи ничего больше. 

Все мои чувства, правда, обострены. Я не открывала глаз, но знала, что он снова протянул руку. И я все же сжала его пальцы.

Неуверенная, слабая конвульсия… Но это контакт. Добровольный. Мы честны друг с другом. Сейчас меня прошьет спазмом желания. Первым — и потому таким остром. А дальше они будут расходится все дальше и дальше.

Я уже проходила это с Себастьяном. В самые неподходящие моменты. Например, когда наши руки случайно соприкасались за обедом или мы оба качали колыбель.

Замерла, готовая к этой боли, которую сам же Рейджи и сможет утолить. 

— Пять, четыре, три… Дышите ровно, Динадин. Вам сложно довериться постороннему человеку. Это нормально. Представьте, как вы заходите входите в воду. Теплое, ласковое море, весь день нагревавшееся на солнце. Оно гладит ваши ступни. Три, два, один… 

Он волшебник. Я сумела освободить голову от молоточков тревоги. Перестала втягивать плечи, распрямилась. Настроилась на исходящую от него энергию. По всей видимости, никакого подвоха.

Но желание не приходило. Даже намека на него. Богиня, да что творится-то?

Маг что-то говорил. Речь текла со всех сторон, а ответа от меня и не требовалось. Не нужно никуда бежать, ни с кем-то спорить, ни что-то доказывать. Внутри все стихло. Почти блаженство. 

Однако я сидела рядом с привлекательным мужчиной. Держала его за руку, ловила исходящее от него тепло, запах свежести… И ничего.

Рейджинальд это тоже заметил. У него опыта в этом вопросе поболее моего. Голос звучал по-прежнему мягко:

— Вы не принимаете подавители, Динадин? Длительный прием опасен. Мы разрешаем их не чаще, чем на два-три пика в год.

Ха, мне «посчастливилось» жить рядом с Себастьяном. Я пила их ежедневно, снижая дозу на периоды его отлучек. Так что нам обоим повезло с этими его разъездами. 

— Я закончила три месяца назад. У меня был самый негативный сценарий, то есть на регулярной основе. Я сошла постепенно, по всем правилам. Однако пики… в общем, в предыдущие месяцы я бы назвала их довольно безболезненными. Но сейчас мне вдруг по-настоящему нехорошо. Я замечаю посторонних. Как они дышат, да хоть в соседней комнате. Не испытываю к ним влечения. Просто нервничаю. Или злюсь.

А еще представляю Себастьяна рядом.

— Плохо. Пики проще контролировать, когда вы ведете размеренную половую жизнь и не принимает химию. К несчастью, вы столкнулись с накопительным эффектом. Но это не объясняет, почему…

Пальцы Рейджинальда, — крепкие, мужские — немного сжали мои в ответ. Его магия согрела мою кисть, до запястья. Но внутри меня по-прежнему не дрогнуло.

— Если это не подавители, то тогда привязка. Есть человек, на котором сконцентрирован весь ваш интерес? До такой степени, что вы почти не отзываетесь на других мужчин. Вопреки распространенным мифам, что каларианки не делают различий между любовниками, из-за высокой эмоциональности такое случается довольно часто. Нет, нет, эрла. Не нужно плакать. 

Мое исказившееся лицо было красноречивее любых слов. А я ведь все-таки надеялась, что Себастьян тут не при чем. Пики, которые вдали от него проходили так незаметно, — это никакая не случайность. Стоило ему появится поблизости — и меня ждала расплата за всю нерастраченную страсть.

Это не значит, что я обречена. Но эту привязку не пробили даже чары каларианца. Поэтому у меня один выход — бежать от бывшего мужа… да хоть в Ликию. И там присматривать кого-то не менее достойного. Того, кто сможет его переплюнуть. 

Умнее? Вряд ли. Эрудированнее? Тоже без шансов. Хладнокровнее? Сомневаюсь. Красивее? А-а-а-а-а... Нет!

Можно переключиться на кандидата с лучшими магическими данными. Поискать более фигуристого — и тоже не факт… Эбсов безупречный Лэнгфорд… Зато он не пропускал ни одной симпатичной девицы. 

— Не плачьте, Динадин, — повторил мужчина, уже сидевший на кровати рядом. Он поднес мои пальцы к губам, а я умудрилась почти забыть о факте его существования. 

Пожалуй, самая бесполезная покупка за последнюю неделю.

— Это неприятно, согласен. Однако мы все равно можем попробовать. У меня есть с собой специальное средство. Естественное увлажнение. Дискомфорта или боли не будет. Закройте глаза и фантазируйте, что это он. Необходимо снять пик. Тогда вы получите хотя бы неделю передышки.

Рейджинальд, чтобы меня не спугнуть, не двигался. Но я, тем не менее, представила, как его тело накрывает мое. Как я не могу свободно пошевелиться. Как он задает темп… Нет. 

— Пожалуйста, уходите, — просипела я.

— Но как же… Вы заплатили. А, главное, вам опасно оставаться в таком виде. Неслучившаяся разрядка усиливает риск немотивированной агрессии.

— Пожалуйста. Мы и так продвинулись далеко. Я и не подозревала, что у меня есть зависимость от конкретного мужчины… Я немного приду в себя и через несколько дней, очевидно, повторю запрос. 

Рейджи не спорил. Он снова поцеловал мои пальцы.

— Рад знакомству, эрла.

Это просто ритуальная фраза уходящего дня. Зато я бы предпочла не сталкиваться нос к носу с некоторыми подробностями о себе.

Портал схлопнулся с тихим шипением. Я не попрощалась с несостоявшимся любовником. Вот тебе и правильный мужчина в правильный момент. Хотя бы можно не скрывать слез. Здесь никого нет.

Почему Себастьян? Этот самоуверенный, самовлюбленный, лопающийся от тестостерона… Он тренировал свое тело исключительно ради постельных подвигов. Для остального — у него ряды телохранителей и ненаглядные боевые артефакты. Эти игрушки для него интереснее всех любовных побед, о которых он забывает почти сразу.

Отбросив другие свои беды, я тихонько подвывала. 

Впрочем, в комнате что-то неуловимо поменялось. Воздух стал гуще, дышать — труднее. Сначала порыв ветра и захлопавшие на улице занавески. Затем глухой удар на полу под окном. 

Это ощущение наполненности и тревоги я с другим не перепутаю. Себастьян? Он перепутал апартаменты и собрался удивить одну из своих пассий? А еще от него пахло женщиной. Горячей, с потрескивающей каларианской магией. Покрывало слетело с меня мигом.

Вот и он. Какой затравленный и жесткий взгляд. От мужчины не исходило остаточное желание. Только смятение и едва подавляемая ярость. 

Ну, привет, бывший.

Не только он не рвал супружескую связь. Я тоже вцепилась в нее мертвой хваткой. Еще один непутевый поцелуй — и он будет представлять меня сотрудникам корпорации иначе: «Динадин Лэнгфорд. Пятно на репутации семьи. Каларианка». 

Себастьян озирался по сторонам, но невероятным образом смотрел только на меня. Пожирал глазами. От белоснежной рубашки осталось лишь неровные лоскуты.

Я выпалила то, о чем думала последние минуты:

— Это ты Лэнгфорд, да? Это все ты.