Глава 43

— Ничего такого, мой мальчик. Но ты же у нас крутой босс. И я должен поставить тебя в известность.

При беседе с дядей нужно держать в голове нехитрую истину. Он провокатор. Будет тянуть время, нагнетать. И все это, чтобы сообщить, что акции у нашего четвертого по величине конкуренте упали на десятую долю процента. 

Когда-то его отодвинул в тень его брат. Но Винсент охотно позволил Максимилиану вести бизнес, а себе выбрал роль этакого прожигателя жизни. Повесы из светской хроники. Потом на сцену вышел я и забрал бразды правления. В итоге значение дядюшки в семье и в обществе сократилась еще больше, а потребность привлекать внимание — никуда не делась. 

Так что лучший способ угомонить эрленда — демонстрировать полнейшее равнодушие к предмету, о котором он распинается. 

Я выжидательно молчал. 

Пони устало повел глазами туда-сюда. Он, кажется, стал догадываться, что мы с ним тут еще постоим. Наверное, у меня был точно такой же удрученный вид. Однако не буду же я накидывать на него ограничитель, когда Винсент тарахтит в ухе. 

— У нас сегодня вторая встреча с прекрасной Динадин. Мы представляем ее уже не в узком кругу, а сотрудникам со всех этажей. Я уже предчувствую… Она медленно поднимается не в лифте, а на открытой платформе, а они машут ей руками с балконов… На ней открытое платье. Так эффектно. 

— Ну, да, я в курсе. Никаких платформ. Они травмоопасны. Короче, дядя, пожалуйста. 

Кстати, Максимилиан и Винсент смогли разделить обязанности. А у меня не было ни брата, ни кузена. Я везде старался один. И тебе светский лев, и первый магнат. Однако история с Софией показала, что это все же чрезвычайно утомительно. 

Я сопровождал ее даже в те страны, в которых потенциал для расширения «Лэнгфорд Эстейт» был минимален. В результате обо мне (и о нас) писали все мировые издания, но корпорация заработала все же меньше, чем могла бы. 

Отец называл это платой за известность. Я же считал цену явно завышенной… А не заделать ли Динадин еще парочку детей? Тьфу, в смысле, не расширить ли семью в новом поколении? Тогда Анри не столкнется с моими проблемами. 

Пока он растет не тем ребенком, которому хочется быть на виду. Я тоже когда-то таким был. 

Какая неожиданная мысль. 

Понтари переступил с ноги на ногу. Скорее нерешительно. Шумно выдохнул и тряхнул гривой. Еще минуту назад он собирался пробивать себе путь во что бы то ни стало, а теперь осознал, что двуногие заняты своими бессмысленными играми.

— Так вот. Твой папаша предложил распустить сотрудников отделов и их подчиненных. Чтобы эрлу увидело как можно меньше людей. Я немного вспылил и сделал все наоборот… Сегодня в «Лэнгфорд Эстейт» состоится большой прием. Соберем для твоего по-новому засверкавшего алмаза всю деловую элиту Нетании и соседних королевств. 

Против воли я начинал закипать не только мысленно. Моя магия тоже пришла в волнение. На всякий случай с утра надел специальные запонки, и сейчас они мигали, как два маяка. 

— Какой еще прием, дядя? У нас рабочая рутина. Короткое внутренне знакомство. И все. Эрле совсем не нужен такой размах. Да и вечер у нее уже занят. 

Динадин останется со мной вдвоем. И мне ничего не придется делать. Она сама примется меня соблазнять… Если не вмешается этот старый… вертихвост. 

— Небольшой, я же говорю. Человек на триста-четыреста. Точное число пока не знаю. Не все приглашения отправлены. Да и бесы не в силах их передать так, чтобы тут же заручиться ответом. Поэтому задействованы переговорные кристаллы.  

Пони по-прежнему косил на меня. Я не вызывал у него доверия. Хотя и энергетических выбросов от меня не поступало — но выглядел подозрительно, а лицо то и дело искажали гримасы. 

— Отмени. Сейчас не время. Сегодня ужинаю с Ди и детьми, пока опять не отправился к эбсу на рога. В колониях неспокойно.

— Так и я о том же, дорогой. Нам пора решить многие назревшие проблемы. А твоя бывшая жена — наш новый козырь. О ней заговорили. Ее как будто предчувствовали. Положим, от Лэнгфордов всегда ждали неожиданных решений… Я не сказал? Уже пригласил прессу, к нам точно зайдут несколько министров и пара инвесторов, которые все ходили вокруг нашего Сейрана, ходили… 

Так, ясно. Я помрачнел еще больше. Отказаться от этой дядюшкиной затеи без потерь не выйдет. И отец, и Винсент, оба пакостили в этой истории. Однако интрига Максимилиана разозлила бы Ди куда больше.

Но стоит представить деловой публике будущую открытую каларианку — тогда и спрятать ее будет сложнее. С другой стороны, Ди, наверное, обрадуется.

— Возьми средства из расходов на продвижение, но не выходи из лимита. Отдельно закажи самые редкие фрукты, а для нее одной — мороженое из тельви. Этот счет пришли мне. 

Из-под полуприкрытый глаз я продолжал наблюдать за своим визави. Пони уже минуту как опустился на передние ноги. Шерсть вдоль хребта еще стояла дыбом, но у копыт и на голове уже распрямилась.

А, может, дядюшка и вовремя? Сейчас животное, если повезет, тут прям и заснет. Очевидно, ночью его погоняли как следует. 

Понтари улегся посреди дороги прямо на разбросанные мундиры, не сводя с меня своих глаз-угольков.

— Да, малыш, я пригласил и Блеквуда. Есть у меня подозрение… Если он припрется, то у него прямой интерес к твоей красотке.

— Зачем? — почти взревел я.

— У меня завелась одна знакомая милая девочка… Иногда заходит на вечерний чай… Она работает в салоне белья «Белая Вуаль».

Да, я заказываю там для Динадин (и не только для нее). У меня там внушительный счет… Уши пони опять пришли в движение. Они у него, как радары, не иначе. 

— Она высматривает для меня разные примечательные подробности. Иногда эрленды приходят вместе со своими кошечками… Ну, некоторым нравится смотреть, как их крошка…

— Ты в состоянии излагать быстрее? Меня ждет целый император.

А понтари, тем временем, поднялся в исходную стойку. Нехорошо. 

Дядюшка коротко хохотнул. Он своего добился. Угадал в моем голосе живой нерв.

— Вчера как раз была ее смена. Она рассказала, что там появился Блеквуд, а затем вошла Динадин. Возможно, они не планировали встречу. Но мерзавец держал нашу эрлу за руку и наклонялся к ней довольно близко. Все это длилось минут двадцать, но ее грудь высоко так вздымалась. Эрла, если помнишь, дышит весьма колоритно. Невозможно оторвать взгляд. 

Что-то хрустнуло. Наверное, наступил на ветку. Нет, это эбсовы запонки… Воздух превратился в густой обжигающий мазут, который застрял у меня в глотке. Воротник рубашки впился в шею.

Под ребрами болезненно дернуло. Будто натянулась раскаленная проволока. Исчезли звуки, стражники, раскидистые деревья и затертая брусчатка. Весь мир сузился до красных очей, испещренных прожилками.

Они приближались.

Я все еще силился определить, что пошло не так, когда вся туша понтари ударилась об меня. Одновременно страховочная защелка вылетела из манжеты. Над запястьем раскрылась серебристая дуга. 

Мы падали слишком медленно. Я на землю, а он — на меня. Не отрываясь, глядел в собственное отражение, слегка искаженное кровавыми трещинками. У этого грандэрла, застывшего в глазах пони, неблагородно приоткрыт рот. 

Ди-На-Дин, ну что же ты со мной делаешь?

Привет, темнота.