Глава 44

Динадин Лэнгфорд

Я привыкла доверять своему чутью, но рядом с Хардвиком оно сбоило. Он был полной противоположностью моему мужу. Это факт. И я не могла определиться, хорошо это или плохо. 

От Себастьяна за милю веяло самоуверенной эксцентричностью, хотя сам эрленд, я уверена, считал себя чуть ли не скучнейшим человеком в мире. Он жил по расписанию, мыслил схемами и в единственной категории — приближает ли следующий шаг к намеченной цели. 

При всем при этом муж иногда совершал безумные поступки. Он переплыл пролив между Шаэрдом и Велкарисом — исключительно, чтобы доказать, что человеку под силу такое и без применения магии. На его руках были закреплены специальные браслеты, а за заплывом следил весь мир. 

Или случай, когда Себастьян поднял аэрокрейсер на высоту десять миль, игнорируя законы физики и любые попытки воззвать к его благоразумию. Лэнгфорд доказывал, что его новые кристаллы чрезвычайно емкие и столь же надежные. И ничего, что три из четырех треснули. Этот полет стал легендой.

Пассажирские и грузовые перевозки осуществлялись на высоте от одной до трех миль, а уже после семи наступала красная зона, за которую не совались даже смертники. 

И это человек, повернутый на безопасности. Разработавший десятки, а то и сотни нормативов по безопасности для своих предприятий. Человек, заставивший службистов наизусть зубрить регламенты — как действовать, если Анри повернет направо, а Викки налево. Или один свалится с коликами, а вторая срочно потребует идти в гости… 

Я давно приняла тот факт, что мысль моего мужа работала не так, как у всех остальных людей, — и одновременно он оставался расчетливым магнатом с ледяной головой.  

Однако Патрик, которого я попросила занять место в соседнем шезлонге, во всех смыслах понятнее. Он умел принимать компромиссные решения. Учитывать интересы, которые, на первый взгляд, вообще между собой не стыковались. 

Не красавец. Нет в нем тигриной вальяжности Себастьяна. Сложно представить, чтобы его рвали на части светские хроникеры. Крупные черты лица; за счет открытого взгляда выражение кажется еще более приветливым. Каштановые, слегка вьющиеся, волосы тронула седина, хотя ему не может быть больше сорока пяти. Вокруг глаз тонкие лучики морщин.

— Я вам не помешаю, эрла? Тис Дэвид и тис Люсьен уже готовы откланяться, потому что правление требует прибыть на общее собрание, как и планировалось, а потом — задержаться на большой прием, о котором стало известно буквально только что. Все мы корректируем дневные дела. 

Было в нем качество, встречавшееся куда реже красоты, а располагающее — куда больше. Надежность. Такому, как Патрик, проще доверить тайну или попросить совета. На его мнение хочется опереться. Тогда почему мне так не по себе? 

— Я думаю, вы вполне можете быть свободны. Мы очень многое успели. Ваше выводы по Ликии меня сильно встревожили. Считаете, что против Лэнгфордов ведется кампания и все эти диверсии на путях, нападения на перевозчиков, пропажи грузов в море вместе с экипажем, — все это связано? Плюс последний скандал, когда казна четырех крупнейших городов оказалась пуста сразу после сбора налогов...

Детали. Множество не стыкующихся между собой цепочек.

Порт строится слишком быстро, с опережением сроков. Два железнодорожных локомотива из четырех вышли из строя. Выплаты страховых компаний растут с каждым месяцем, и корпорации вот-вот может быть отказано в продлении страховых договоров, связанных с Ликией. А это вызовет обвал ее бумаг. 

А я сижу и размышляю, почему рядом с этим эрлендом мои нервы столь напряжены. Это реакция на него как на мужчину? В свете предстоящего тяжелого пика, наверное, мне будет не так уж и безопасно рядом с любым половозрелым представителем противоположного пола. Это неприятно. 

Или же Патрик вызывает личную симпатию, а я сразу воспринимаю ее в штыки и пытаюсь подавить? С Кристианом Блеквудом срабатывало вполне узнаваемое, даже привычное, притяжение тела. Бороться с ним за годы брака я более-менее приспособилась. 

Может ли быть, что я понастроила вокруг себя столько блоков, что нормальные, доверительные и уважительные, отношения с мужчиной (как с мужчиной!) мне не светят…

— Эрла Динадин, я вижу, вам не нравятся такие перспективы. Вовсе не обязательно браться именно за Ликию. Если желаете, я прямо на собрании приведу аргументы, которые убедят Совет, что протекторату требуется срочное антикризисное управление — для этого немного сгущу краски — тогда полуостров сразу станет головной болью грандэрла Себастьяна. 

Что это… Не его заготовка? Не очередная интрига… Патрик просто готов облегчить мне жизнь? Несколько часов, что мы общались до этого, не подтолкнули к выводу, что он запугивал или убеждал отказаться от Ликии. Скорее, делился сомнениями. 

Он готов пойти навстречу... Выручить, ничего не требуя взамен? Я смотрела на него, немного растерянная.  

— Нет, эрленд. Насчет Ликии мои намерения так же тверды. У меня дурацкая привычка задумываться о вещах, которые имеют лишь косвенное отношение к предмету беседы, прямо во время разговора. Себастьян здесь обязательно ввернул бы замечание об устройстве женского мозга. 

Он понимающе хмыкнул. 

— Наверняка, это важные вещи, эрла. И, определенно, Себастьян Лэнгфорд ценит вас. Он подозревает, что его проблемный актив балансирует над пропастью... Смотрите, что он делает. Сделать вас управляющей — самое неожиданное решение. Оно сбивает все расчеты. На полуострове ждали очередного функционера, которого хватит на пару месяцев. А здесь… Ликия уже попала под пристальное внимание эрленда. Этот тот же самый антикризисный менеджмент, замаскированный под каприз. То ли ваш, то ли всей семьи. 

— Считаете, появление эрлы в качестве шефа в Ликии воспримут в штыки? 

Он отставил в сторону чашку. Патрик сидел ровно и спокойно, но и не расслабленно… Подчеркивал дистанцию? А ведь я помню, как он задержал мою руку при знакомстве. 

— Вы не просто эрла. Вы производите впечатление неприступной эрлы. Абсолютно закрытой. И у вас все есть. Деньги, красота, влияние. На что они будут давить, чтобы склонить вас в свою пользу? Это порождает растерянность. Скорее всего мы сегодня-завтра услышим очередные новости из Ликии. 

Как будто он все же добавил в это описание немножко личного. 

Я не смогла удержаться:

— А это плохо? Если девушка возводит между собой и окружающими стену. Разве не этого от нас требуют приличия? Не подавать лишних надежд. Никому. И репутация ни одной из сторон не страдает.

Он поднял на меня глаза. Я и в прошлый раз отметила, что смотрел он внимательно…. И без желания понравиться? Словно ему и, правда, интересно, кто перед ним. 

— Вы правы, Динадин. Но здесь очень легко обмануться. Проще всего запретить себе и мечтать о такой эрле. Это самое разумное. И в то же время, сколько историй, когда влюбляются в образ, который совершенно не соответствует реальному человеку. Так что, проявлять живой характер, возможно, все же честнее. И по отношению к себе, — и к другому чел…

Эрленд замолчал посреди фразы. Он глядел уже не на меня, а куда-то поверх моего плеча.

Его выражение едва заметно изменилось. В глазах появилась настороженность. Он медленно поднялся со своего места.

— Вам требуется помощь, грандэрл?

Я моргнула. За последние часы неофициальный титул моего мужа прозвучал десятки раз. Но ни разу — в таком контексте. 

За спиной ни шагов, ни других звуков. Тишина. 

Сердце два раза отчаянно стукнуло, отдавая в магические ядро. Оно тут же заныло. Я медленно обернулась.

— Себастьян?… — имя вырвалось и прозвучало излишне громко.

— Пожалуй, я лишний. К вашим услугам, эрла. К вашим услугам, эрленд, — поклонился Хардвик.