Глава 12. Ты – мой триггер

Два дня спустя

— Ты завтра хоть придешь на пары? – в голосе Марка отчетливо звучало осуждение. Но мне было плевать на его мнение.

— Не знаю, возможно... Пока.

Я сбросила вызов, и спустя пару мгновений телефон полетел с дивана па мягкий ворс ковра. Подсветка горела, а с главного экрана телефона, словно издеваясь, на меня смотрели два влюбленных и счастливых идиота.

Прикрыла глаза, понимая, что сейчас снова расплачусь. Как делала это все прошедшие два дня. Старая футболка, пропахшая жареной картошкой и моим потом, просто кричала мне о том, что нужно сходить в душ. Также кричали об этом и мои грязные волосы, которые сейчас больше напоминали воронье гнездо, чем прическу. За последние пару суток я превратилось в плачущее, жалкое существо, единственное занятие которого – проверять телефон на пропущенные.

Я ждала его звонка. Ждала стука в дверь, или хотя бы сообщения. Ждала, что он назовет меня дурой, и накричит, но сделает хоть что-то, чтобы помириться! Пойдет мне навстречу, откажется от боя. Проклянет меня, за то, что порчу все его планы, но вернет себе. А он не возвращал...

Двое суток полной тишины.

Двое суток, проведенных в его квартире без него.

Это время стало для меня настоящим испытанием. Я была ранена. Сломана. Дезориентирована. Я больше не знала, что делать и как быть... и всему виной был только он.

Голова раскалывалась. И когда раздался рингтон мобильного, я так резко поднялась, что в висках нестерпимо сдавило.

С колотящимся сердцем потянулась к гаджету. Не видела имя абонента из-за темных кругов перед глазами. А когда зрение прояснилось, почувствовала легкий укол разочарования.

Нинель.

— Лия, детка, ты как? – в динамике раздался взволнованный голос Нейман.

Услышав ее тревогу, мне стало не по себе. Снова накатило.

— Пойдет. Он там? В клубе ночует?

— Да, — вздохнула расстроено Нинель. – Вы оба такие глупые, ей Богу. Ну зачем заставляете друг друга так страдать? Он сам не свой, чуть на стены не лезет. А домой «не поеду», хоть убей. Говорит, пока она не позовет, не поеду. Упрямый, как черт!

Прикрываю глаза, а по щекам снова мокрая дорожка слез.

— Он дрался? – слетает тихое с губ, и с замершим сердцем жду ответа. Надежда все еще жива, проклятая надежда...

Нинель молчит. И каждая секунда ее молчания по кусочку разбивает, рассыпает тот последний кусочек плота, который еще не дал мне утонуть.

— Тут кое-что страшное случилось, – шепчет она, словно боится быть кем-либо услышанной. А я замираю с небьющимся сердцем, вслушиваясь в динамик, боясь пропустить малейший звук.

— Ия пропала... Парни со вчерашнего вечера на ушах, ищут ее. Я не знаю, что случилось, но, возможно, она у Оскара.

Оскар. Мне Дема кое-что рассказывал о нем. Скользкий и неприятный тип, из-за него Ия расставалась с Лукой. Неужели из-за отказа девушки, он пошел на столь омерзительные вещи?

— Я чем-то могу помочь?

— Нет, ребята все делают сами. Все вместе: Остап, Демид, Илай и Лука. Давно они так едины не были. Я позвонила тебе, чтобы ты была в курсе... Думаю, Дема бы уже и домой вернулся, если бы не вчерашнее происшествие. Береги себя, Лия, и помирись с ним... Вы ведь так любите друг друга... Неужели нельзя как-то по-другому решить вопрос?

Я пыталась решить, но он не хочет... Хотя сейчас я понимаю, что все это вдруг ушло на второй план. Новость о пропаже Ии вытеснила все обиды на Дему. Я хочу сказать Нинель спасибо, хочу попросить держать меня в курсе, но все мысли вылетают из головы, когда я слышу звонок в дверь.

— Нинель, прости. Демид, кажется, пришел.

— Ну, слава богу, — вздыхает девушка. — Все, будем на связи.

Я подпрыгиваю с дивана, и едва не падаю, потому что за пару дней постоянного лежания, мои ноги успели атрофироваться. Кое-как добравшись до коридора, осматриваю себя в зеркале.

Какой кошмар!

Под глазами синяки, кое-где остались подтеки туши. На голове тихий ужас, а футболка, которая все эти дни служила мне в качестве жилетки для слез, сейчас была похожа на кусок грязи.

Снова раздается звонок.

— Сейчас! – кричу, одновременно с этим пытаясь разодрать пальцами колтун на голове. Кое-как разобрав волосы, перетягиваю хвост. Выдохнув, тянусь к двери, и отворив замок, открываю ее.

— Ну, наконец-то, я уже думал, сдохну на лестничной площадке, — прохрипел Исай, и будто огромный медведь, ввалился в квартиру, захлопывая за собой дверь.

Растерянная, я просто стояла и смотрела на него, не в силах выдавить из себя ни слова.

Гесс, справившись с замком, припал спиной к стене, запрокинув голову. Его длинные волосы были растрепаны, некоторые пряди прилипли к вспотевшему лбу. Его лицо было слишком бледным, а взгляд заостренным. Опустив взгляд, заметила, что он прижимает ладонь к своему боку, в том месте, где белая ткань футболки пропиталась кровью,

— Что случилось? – произнесла вдруг осипшим голосом.

Он вымученно улыбнулся, гладя на меня из-под полуопущенных ресниц.

— Соскучился. Решил в гости заглянуть. Чаем напоишь?

Я не знаю, что делать. Вытолкать его на улицу в таком состоянии не кажется мне правильным. Но и нахождение здесь Гесса может привести к катастрофе.

— Это квартира Демида, ты же в курсе? Хочешь драку?

Вместо ответа, он сбрасывает кроссы и проходит вперед. Его огромная и тяжелая рука ложится мне на плечи, и слегка сжимает шею, притягивая к себе. Исай буквально виснет на мне, и чтобы устоять, мне приходится схватиться за дверной косяк. Гесс утыкается носом в мои волосы.

— Фу, — морщится слегка отстранившись, заглядывает мне в лицо. – Куриное крылышко, да ты воняешь. Без меня тоскуешь так? – его ухмылка раздражает до зуда в костяшках.

Зло сверкнув на него взглядом, прохожу вглубь комнаты. У дивана выпускаю его из рук. Потеряв опору, Исай резко валится на сидение.

— Ай! – рычит, шипя сквозь зубы. Морщится, посмотрев на меня с обидой. – Нежнее нельзя?

— Не бери на себя слишком много, Гесс. И вообще, зачем приперся? Тебе здесь не рады.

На его губах появляется улыбка. Он смеется, меняя положение. Все это время его правая ладонь прижимается к окровавленному боку.

— Соскучился, дома одиноко. Вот, думаю, зайду к старым друзьям.

— У тебя два брата и сестра, вы живете водном доме, где каждый вечер проходят тусовки. И ты пришел сюда потому что тебе одиноко?

— Все верно, – он выдерживает мой взгляд. – Не смотри на меня как на идиота лучше скажи, что с тобой?

Я видела, что каждое слово дается ему с трудом. Но он держится, пытаясь не показывать мне боли. Самоуверенный и неуязвимы Гесс. Все же, не такой уж он неуязвимый.

— А что со мной? Со мной все в полном порядке, — сложив на груди руки, посмотрела на него с вызовом. Не думает же он, что я стану вдруг секретничать с ним.

— В порядке? – засмеялся, стягивая с себя кожанку. В какой-то момент его голос стал совсем осипшим, а лицо исказилось в гримасе боли. — Ты себя в зеркале то видела? Не моешься, ходишь в грязных шмотках, от тебя разит как от мусорки. Накосячил твой мужик, да? – засмеялся, посмотрев на меня. – Вот до чего доводят отношения с таким, как Огинский.

— Заткнись! – хотела уйти, но он резко подался вперед и схватил меня. Пальцы Гесса с силой сжались на моем запястье. А он не так уж и слаб, каким кажется.

— Эй! — в глаза мои своими голубыми всматривается, а большой палец водит круги по коже запястья. – Делай, что хочешь... Хочешь - плачь, хочешь - кричи. Если нужна груша для битья – могу позвать Мирона, – произносит с улыбкой. – Был бы рад сам ей быть, но пока не могу, — кивает на свою рану.

В его глазах было столько тревоги и нежности и это сломало меня. Я просто не могла и дальше кусаться и огрызаться. Проведя двое суток в полном одиночестве и слезах, я радовалась даже его участию...

— Тебе в больницу надо, — проговорила устало, опускаясь рядом с ним на диван.

Он нахмурился.

— Ерунда. Просто швы разошлись.

Кивнув, я попыталась подняться с дивана, но он снова поймал меня за руку.

— Не уходи, — сорванным голосом, глядя в глаза.

Сглотнула вязкую слюну. Я чувствовала себя наедине с ним неуютно.

— Я чай поставлю, и принесу аптечку. Я не ухожу.

Пока ставила чайник и искала бинты с перекисью, все пыталась понять, что у него на уме? Зачем Гесс вернулся? Ясно, что сегодня у них что-то случилось. По какому поводу и с кем перестрелка? Под ложечкой противно засосало. Чувствовала я, что случилась беда. Беда, связанная с нашим общим делом. Не думаю, что Гесс на самом деле соскучился и пришел в дом к Огги. Он, конечно, эгоист и дурак, но не до такой же степени.

— Поставив на поднос чашки со свежезаваренным напитком, беру аптечку и несу все это в гостиную. Он там же, где я его оставила. Пялится в телефон.

— Снимай футболку, — командую, поставив все принесенное на стол.

Он ухмыляется.

— Вот так, сразу? Окей. Сделаем это прямо здесь?

Метнув в него взглядом, едва сдерживаюсь, чтобы не послать к чертям. Он смеется и послушно стягивает с себя одежду. Вооружившись бутылкой перекиси, осторожно оттягиваю пластырь. Окровавленный бинт тяжелый и грязный. Я убираю его в сторону. По коже пробегает озноб от вида круглой раны, из которой все еще сочится кровь.

— Так красиво, что не можешь наглядеться? – хрипит Гесс. Придя в себя, принимаюсь обрабатывать рану. Лекарство начинает пениться, а Гесс кривится от боли.

— Я настаиваю на больнице, но решать тебе, — отмотав новый бинт, накладываю повязку на рану. Он придерживает его, чтобы я могла приклеить пластырь к коже. И когда я заканчиваю, понимаю, что весь мой лоб в испарине.

— Ты как? Нормально? В обморок не свалишься?

Под его внимательным взглядом мне еще хуже.

— Пей чай и уходи, — пододвигаю к нему чашку.

Исай выглядит встревоженным. Он не подает виду, но я все равно улавливаю нотки страха и сомнения в его глазах. Что-то случилось. И это «что-то» может изменить жизнь всем нам.

— Есть то, что ты хочешь мне сказать?

Он удивленно изгибает бровь в ответ.

— Ты намекни, крылышко. Ты же знаешь, я в словах не силен. А вот когда дело доходит до практики, — он подается и накрывает ладонью мою талию. Резко отстранившись, поправляю волосы.

— Давай без кривляний. Ты прекрасно знаешь, о чем я. Нам грозит опасность?

Исай молчит. Откинувшись на спинку дивна, смотрит на меня задумчиво.

— Опасность грозит мне... Задохнуться от твоей вони, крылышко. А ну вали в душ и приведи себя в порядок. Когда удостоверюсь, что ты наконец-то стала выглядеть как человек, тогда и свалю.

В любой другой ситуации я обиделась бы. Но сейчас мне было плевать на его слова.

— Даешь слово, что свалишь?

Не даю ему и рта раскрыть.

— Хотя, твоим словам верить... Ладно, я в душ. Надеюсь, когда вернусь, тебя и след простынет.

Так быстро душ я еще не принимала. Сказать что я чувствовала себя не в своей тарелке – ничего не сказать. Промелькнула даже мысль позвонить Демиду. Но я не стала. По сути, Гесс ничего плохого не делает. А если есть опасность, так может Огги лучше держаться подальше? Быть в клубе с ребятами, а не рядом с Исаем?

Спустя пятнадцать минут, я с сухими и чистыми волосами, в чистой футбол и джинсах вышла из комнаты. В квартире стояла тишина, и пройдя в гостиную, я замерла в дверях.

Исай лежал на диване. Его глаза были закрыты, а грудь вздымалась от размеренного дыхания. Осторожно пройдя вглубь комнаты, я устроилась рядом, в кресле. Сидела и смотрела на него, не зная, что сделать.

Нет, определенно стоит позвонить Демиду. Я потянулась к столу за телефоном, и в этот момент зазвонил его. Исай тут же открыл глаза и потянулся за гаджетом.

— Надеюсь, ты не думала сдать меня копам? – он кивнул на зажатый в моих руках телефон. Покачав головой, продолжила молчать.

— Хорошо, — проговорил с подозрением, посмотрев на экран своего.

— Мирон...

— Да... – проговорил уже в микрофон телефона. Воцарилась минутная тишина. И с каждой пройденной секундой, лицо Исая становилось все более напряженным.

– Элис? Что сделала?! – он резко поднялся на диване, посмотрев по сторонам.

— Бл*ть погоди, не так быстро... Какого черта там делает Варламов и чего он хочет от нее?!

Тишина. А я уже понимаю, о чем речь. Это она... Элис та, по вине кого пропала Ия.

— Его телку? Она сдала ее Оскару? Твою мать! Я у Огинского в квартире, забери меня.