Глава 25

Солнце давно зашло за горизонт и радовало лишь то, что на один день в календаре стало меньше. Улицы полыхали огнями, отражая свет в моем блестящем черном платье с крупным вырезом на спине, половину которого прикрывали распущенные волосы. Я собиралась выйти из машины, на парковку у возвышающегося и сверкающего яркими огнями отеля. Максим поймал меня за руку, я взглянула на него, впервые за время всей поездки. Мне было сложно встречаться с ним взглядом и еще сложнее не реагировать на прикосновения, особенно сегодня, когда ком в горле не исчезал даже на минуточку, ладони потели и пальцы дрожали.

Сегодня я спросила, что он намерен делать с телефоном своего брата, и тот безо всякого ответил, что собирается установить прослушку, и я даже не знала, что мне на это ответить, а теперь не знаю, что с этим делать. Я видела только два выхода из этой ситуации, признаться Максиму или же продолжать подыгрывать, выдав все Владиславу Романовичу.

– У тебя руки холодные.

Я, было, открыла рот, чтобы что-то сказать, но не смогла.

– Послушай. – Он коснулся моего лица, заводя прядь волос за ухо, я напряглась еще сильнее. – Ничего не случится с тобой. Я буду поблизости.

– Он все поймет.

– Не поймет. Мой брат тот еще дамский угодник. – Легкая улыбка коснулась его губ, и я выдернула свою руку из его. Либо я доношу на него, либо я заодно с ним, боюсь третьего не дано. – Только будь осторожна, он любит прибирать к рукам все, что принадлежит мне.

– Ты говоришь обо мне, как о какой-то вещи. Не знаю. Как о своей машине. – Я злилась, и больше не на него, и не на себя, а на обстоятельства, в которых мы оказались.

– Это не так.

Что мне сделать, чтобы туда не идти? Упасть в обморок, умереть? Дыхание спирало от подступающего ужаса.

– Ты ошибся, когда выбирал меня, я же бесполезная.

– Ты не бесполезная. Успокойся. Выдохни. – Он положил ладони мне на лицо и заставил посмотреть ему в глаза. Я была растеряна, даже, не могла толком ориентироваться в пространстве. Выдохнула. – Я буду поблизости, помни.

– Хорошо. – Я кивнула, глубоко вздохнув.

– Попроси выпить. Скажешь, что я запрещаю алкоголь и, он с радостью, предоставит тебе лучшую бутылку виски из бара. Пусть покажет тебе отель, дальше ты знаешь что делать.

Я снова кивнула.

– Идем. Ничего не бойся.

Но я боялась. Боялась того, что произойдет, когда в телефоне Владислава Романовича окажется дурацкая прослушка. Я напомнила себе, что у меня все еще есть выбор. Но ни один не кажется правильным, и это все, что я имею.

Я вышла из машины первой и остановилась на тротуаре. Повернувшись лицом к Максиму, я медленно подошла к нему и обвила руками его торс, прильнув головой к груди. Он помедлил, и только спустя пару секунд его руки коснулись моей спины. Должно быть, это все было чуждо для него. Знакомое тепло разлилось по коже и, я глубоко вдохнула в себя аромат пряной свежести с долькой цитруса. Мужчина коснулся губами моего затылка и, горячее дыхание опалило кожу.

– Что происходит, Кира? – Его голос был спокойным и ровным. Я отстранилась.

Мои эмоции не имели никакого смысла в этом деле. Мне казалось, я была на верном пути. Я пошла на уговор с Владиславом Романовичем, даже, не из-за денег, а из-за желания следовать справедливости. Теперь я не знаю, где та самая справедливость и нужна ли она мне вообще? Рассказать все старшему брату, подыграть младшему? Или же прямо здесь раскрыть все карты? Я не могла этого сделать. Трусость не позволяла.

– Ничего. Идем? – Постаралась улыбнуться, хотя на Максима эта фальшь, уж точно, не сработала, он остался в неведении, но мое поведение настораживало, это было заметно.

В дверях нас встретили приветливые швейцары, и уже от самого входа была слышна громкая музыка духового оркестра, который я сразу заметила на небольшой сцене напротив входа. Свет в помещении был приглушенно-желтого цвета, отчего я поморщилась. В зале оказалось полно мужчин в костюмах и женщин, разговоры и смех которых слышны даже сквозь звуки, исходящие от саксофонов. Глазами я искала Владислава Романовича, и нашла. Он стоял среди толпы мужчин, которые внимательно его слушали и иногда кивали, явно с чем-то соглашаясь. Про себя я молилась о том, чтобы этот вечер быстрее закончился.

– Не показывай, что ты нервничаешь.

Сложно это сделать, когда паника нарастает с каждой секундой.

Преодолев добрую половину зала, мы остановились, прямо за спиной Владислава Романовича. У меня вовсю дрожали пальцы и чесались ладони, – плохой знак.

– Макс. Кира, какой приятный сюрприз.

Он также пожелал хорошего вечера своим собеседникам и прошел с нами к свободному столику.

– Хорошо устроился.

– Ну, это ничего по сравнению с твоими борделями.

– Ночными клубами, ты хотел сказать.

– Какая разница? Присядете?

Я, было, хотела вмешаться, все же я работала в одном из этих клубов и, он считался вполне себе приличным.

– Пойду, поздороваюсь с нашими общими друзьями. Присмотришь за ней?

Максим кивнул в мою сторону и мужчины одарили друг друга ехидными улыбками, у меня все сжалось от ужаса. И вот мы остались вдвоем среди толпы незнакомых мне людей, среди раздражительной музыки, звучащей в моей голове, как похоронный марш, запаха алкоголя.

– Приятно удивлен, увидеть тебя здесь.

– Словно у меня был выбор. – Сухо ответила я.

– Выглядишь нервно.

– Я обычно не посещаю светские мероприятия. Поздравляю с открытием, кстати. Выглядит. Внушающе. Не знала, что у вас сеть отелей.

– На самом деле, это первый. Подумал, что это неплохое вложение.

Оглядевшись по сторонам, я нашла Максима, он стоял среди весьма шумной компании мужчин и женщин и изредка поглядывал на меня.

– Эм. Не угостите меня выпивкой? Пока Вашего брата нет.

Мужчина улыбнулся и, кажется даже, хмыкнул, – из-за музыки было почти не расслышать. Он подозвал официанта и шепнул ему что-то на ухо, и через пару минут тот вернулся с бутылкой виски.

– Это коллекционный. – Сказал Владислав Романович.

А мне вообще все равно, я должна либо опоить этого человека, подсыпать снотворное, либо рассказать, зачем я здесь.

– Слишком тут шумно. Голова раскалывается. Покажете мне гостиницу?

Я совершенно не понимала, что делаю и что собираюсь делать дальше, но адреналин в крови, вызванный страхом может, даже, пойти на пользу.

– Моему брату это не понравится. – Он слегка прищурился и, его губы изогнулись в двусмысленной улыбке.

– С каких пор Вас это волнует?

– У тебя есть для меня информация, Кира?

– Возможно.

– Тогда мы поднимемся в мой кабинет.

Лифт остановился на девятом этаже, мы прошли по длинному узкому коридору и Владислав Романович открыл одну из дверей ключ-картой. Кабинет был почти идентичен тому, что я видела в «Корелл клаб», и я даже обрадовалась, что это оказался не один из номеров.

– Итак, что у тебя для меня есть?

Владислав Романович достал из мини-бара широкий стакан и откупорил бутылку.

– Может, для начала выпьем? – Я замялась.

– Я за рулем, Кира. И ты же не думаешь, что я идиот, верно? – Он наполнил стакан и подошел ко мне, протягивая его, я быстро сжала холодное стекло в руке.

– Не понимаю, о чем Вы.

– Мне не десять лет, как ты понимаешь. Зачем ты здесь?

– Я пришла.

– Хочешь, я расскажу? Мой брат послал тебя, чтобы ты что-то вынюхала. Только, что? Кстати, ты хотела выпить. Я достал тебе лучший виски.

Он оперся на край стола, сложив руки на груди, а я сделала глоток алкоголя, чтобы подавить ком в горле и присела на стул, напротив мужчины. Он был спокоен, абсолютно уравновешен, но ситуация продолжала выбивать меня из колеи. Сделав еще глоток из стакана, я невольно поморщилась, отчего Владислав Романович усмехнулся.

– Расскажи мне, зачем ты здесь, зачем делаешь вид, что тебе интересна моя компания.

– Я просто. Я не хотела идти сюда, и находиться тут с Вами намного комфортнее, чем там внизу.

– Правда? – Он не поверил.

– Абсолютная.

– Ты не выйдешь из этого кабинета, пока не расскажешь мне правду.

Я снова проглотила ком и запила это все горькой отравой из стакана. Мужчина взял бутылку и подлил мне еще, пристально наблюдая за моей реакцией. Я старалась держаться уверенно, как только могла.

– Вы не можете меня запереть.

– Я уже это сделал. Уверен, у нас выйдет занимательная беседа. Ты и вправду мне нравишься Кира, но меня крайне огорчает твое поведение. Ты пей, это хороший виски.

– Вы это уже говорили. – Я напряглась и отпила еще немного.

– Я расскажу тебе маленькую историю. Жил был инвестор, крупный акционер, хороший бизнесмен, только вот славился излишней любовью к женщинам и, жила была маленькая девочка – Кира Макаренко, которая попала в руки еще более изощренного бизнесмена, который сыграл на ее наивности и безвыходности. Девочка Кира забрела в дом к страшному инвестору и опоила его, чтобы выкрасть какую-то информацию, которая беспроигрышно взлетела не только на первую полосу светских газетенок, но и помогла на время устранить его из рядов конкурирующих акционеров, в том числе акционеров «Корелл клаб». Добрый бизнесмен обрадовался, когда получил еще пять процентов фирмы, но страшный инвестор не хотел с этим мириться, но и выбора у него не было, потому что у доброго бизнесмена, похитившего маленькую девочку Киру был еще один козырь в рукаве. Вопрос: какой? Что произошло тем вечером, Кира?

Я задрожала и сделала еще один, на этот раз, слишком большой глоток алкоголя, едва не подавившись, опаляя горечью внутренности.

– Я не знаю, о чем Вы.

– О, ты знаешь. – Он приблизился на шаг, и мне стало тесно в этом большом кабинете.

– Нет.

– Чем мой брат мог шантажировать Егора Клименко, кроме той информации, что ты достала?

У меня внутри все сжалось, горечь без конца подступала к горлу и, я запивала ее мерзким напитком, вкус которого перестала чувствовать уже после второго стакана. Владислав Романович налил мне еще. Мои руки заметно дрожали, и я с трудом сдерживала подступающие к глазам слезы. Тот вечер был кошмаром в моей жизни, но я никогда больше не хотела вспоминать об этом.

– Чем, Кира?

– Я не знаю. – Из меня вырвался громкий всхлип и, я судорожно проглотила еще полстакана виски, после чего прокашлялась. Мужчина опустился передо мной на корточки и заглянул в глаза, застеленные пеленой. Меня ужасно штормило, и казалось, что даже лицо бывшего начальника начинает расплываться. И тут я вспомнила, зачем вообще сюда пришла. Телефон. Телефон или правда? Даже если я захочу это сделать, не смогу, только если тресну чем-нибудь по голове, но на такое я никогда не пойду.

– Я не причиню тебе вреда, Кира, и я смогу тебя защитить, даже от своего брата. Тем более, от своего брата. Скажи мне, я отпущу тебя и совсем скоро мы вместе покончим с Максом.

Я снова громко всхлипнула, подбородок задрожал и, слезы хлынули из глаз, я даже толком не понимала отчего. Меня рвало изнутри на мелкие части.

– Дерьмо собачье! Просто, скажи мне. – Он встал и швырнул что-то тяжелое со стола, я вздрогнула от внезапного крика и грохота. – Он использует тебя, понимаешь?

– Вы оба меня используете.

– Да, только я не пудрю тебе мозги. Думаешь, я не догадываюсь, что сделал Клименко тем вечером? Думаешь, это было случайно? Думаешь, это не то чего хотел мой брат? Страховка. Ему нужна была страховка.

Я смотрела на него и совершенно не хотела понимать, о чем он говорит.

– Я не знаю. О чем Вы.

После очередного глотка, Владислав Романович выбил стакан из моих рук и навис надо мной, я вжалась в стул, изнывая от ужаса.

– Всем известны пристрастия Клименко, Кира, и это не могло быть неизвестно моему брату. Он знал, что это произойдет, надеялся на это. Почему он отправил тебя из всех своих девиц? – Он коснулся моего лица, и я задрожала, пуще прежнего. – Потому что ты неопытная, наивная, с тобой легко справиться. Он изнасиловал тебя, не так ли? И мой брат использовал это в качестве шантажа. Он все рассчитал.

– Вы лжете. – Выплюнула я, гордо вытирая слезы с лица. Мужчина рассмеялся.

– Спроси у него сама. Мне даже не нужно знать, зачем ты притащилась сюда, и так все ясно. Неплохая попытка, но ничего не выйдет.

Кто-то бахнул в дверь и, я подорвалась с места, но Владислав Романович перехватил меня, крепко зажав рукой рот.

– Кира! – Голос Максима раздался за дверью и, грохот снова сотряс мои внутренности.

– Принеси мне договор, Кира. – Прошептал мужчина у моего лица. – Тот, что вы заключили с моим братом. Будешь на моей стороне, и ничего плохого с тобой не произойдет.

– Кира! Я знаю, что ты там. Ты в порядке? Если ты ее хоть пальцем тронешь. Я вынесу эту гребаную дверь, братец.

Владислав Романович усмехнулся и медленно отпустил меня, я пошатнулась и схватилась за спинку стула. Мужчина вальяжно прошагал до двери и широко распахнул ее.

– А вот и наш герой. Проходи. Хочешь выпить?

– Я разнесу тебе череп. – Максим, было, бросился на брата, но затем я подняла голову и, он сразу поймал мой взгляд. Я медленно покачала головой. Его глаза были бездонно холодными, а лицо отражало едва сдерживаемый гнев, и только когда мужчина оказался возле меня, кажется, немного расслабился.

– Он трогал тебя?

Я снова покачала головой.

– Идем отсюда.

Я пошатнулась и, тот обхватил меня за талию, крепко удерживая, вместо моих обессилевших ног.

– Твоя охрана полное дерьмо, брат. – Рыкнул Максим, когда мы выходили из кабинета.

– У меня не получилось. – Пробормотала я, задрав голову так, чтобы видеть его лицо. Мы ехали в лифте и, меня по-прежнему штормило, поэтому обе мужские руки впивались в мою талию, вызывая надоедливую дрожь, а теперь еще необъяснимое жжение в груди.

– Почему ты плачешь?

– Я не смогла достать этот дурацкий телефон.

– Это неважно, понятно? Прекрати это. – Он коснулся горячими губами моего лба, как раз в тот момент, когда лифт остановился. На самом деле, телефон мало меня волновал, я думала о другом и даже не о том, что Максим не сорвался на меня за проваленное задание, а о том, что мне сказал его брат. Я должна спросить. Пойму ли, если соврет? Хотя, зачем ему это делать? Кто я такая?

Я убрала его руки от себя, и остановилась посреди пустынного тротуара.

– Господи, какая я идиотка. – Запрокинув голову кверху, я уставилась в темное звездное небо и рассмеялась, глупо так, по-дурацки. Вытерев влажное от слез лицо, я уставилась на Максима, который стоял напротив с хмурым непонимающим выражением лица. – Знаешь что? Плевать я хотела на этот телефон. Ты подставил меня!

– Что?

– Не подходи! – Выставив руку вперед, я едва не оступилась, зацепившись каблуком за тротуарную плитку, но повезло – удержалась. – Ты знал, что тот урод трахнет меня! Знал это с самого начала!

– Что ты мелешь? Поехали отсюда, ты пьяна. – Он схватил меня за руку и потащил к машине, но я снова вырвалась.

– Я выпила пару стаканов.

– Боюсь, для тебя это достаточно. Поехали отсюда, Кира.

Его голос был мягким, но я все равно различала нотку злости, которую он сдерживал.

– Ты знал? Скажи, знал ведь? – Мой подбородок задрожал и, пришлось поджать губы, чтобы не разреветься.

– Черт возьми, за каких-то полчаса, проведенных с моим братом.

– Знал или нет? – Прошипела я.

– Нет. Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

– Чем ты шантажировал того мужчину?

Он провел рукой по лицу и снова взглянул на меня.

– Видеозаписью с его камер.

Я едва не задохнулась, громкий всхлип вырвался из груди и меня едва не стошнило.

– Ты их… Смотрел?

– Нет, черт возьми! Кира, послушай меня. – Он положил ладони мне на лицо и притянул ближе к себе. – Что ты хотела, чтобы я сделал? Убил его? Если бы не то видео, его люди пришли бы за тобой. Понимаешь? Теперь же, у него нет ничего. Он не сможет достать тебя.

Я прыснула и одна единственная слеза скользнула по щеке и упала на руку Максиму, он проследил за ее траекторией, затем нежно, большим пальцем убрал влагу с моего лица.

– Или тебя. Скоро конец нашего договора. Кто меня защитит? Но ты и никогда не думал об этом, поэтому одну из нас сейчас едят черви!

Он прикрыл глаза на секунду и шумно выдохнул.

– Я защищу тебя. Тебя не должно было быть там, я ошибся. И сегодня. Дерьмо, ты не та, кто должен был быть здесь.

– Хотела бы я тебе верить.

– Я клянусь. Клянусь, чем захочешь, жизнью своей гребаной. Я использовал только то, что у меня было. Поехали, пожалуйста, домой.

«Домой». Какое хорошее слово и в то же время ужасное. У меня не было дома. Даже квартира, где жил брат с матерью, не являлась таковой.

– У меня есть выбор? – Его не было, я знала, и мои дурацкие истерики, которые я сама презираю, не стоят и гроша, потому что я все равно сяду в эту машину. И думать о том, что бы я сделала, будь какие-либо варианты, как-то не хотелось, и зря.

– Ты хочешь выбор? Мы можем дать его друг другу. – Он провел ладонью по моему лицу, переходя на волосы, после чего убрал руку. – Я бы сказал «иди», прямо сейчас, но на улице ночь и ты выпила, поэтому сядь, пожалуйста, в машину, а утром я дам тебе твой гребаный выбор.