Глава 21

— Дерьмо ебаное! — все-таки, не выдержав, я заорал на весь сервис, когда ураганом вылетел из чужого Спорткара и, решительно замахнулся в ударе, желая кулаком выбить лобовое стекло, но, в самый последний момент успел затормозить и, с трудом подавить всплеск негодования. — Сука, да как так?! — ебашу ногой по переднему колесу, продолжив греметь в помещение.

Пацаны сбоку от меня взорвались конским гоготом, в то время как Бес, при параде — что очень на него не похоже — в обтягивающей белой рубашке и классических черных брюках, вышел с очередным салом* (клиент) из своего кабинета и, посмотрев мне прямо в глаза, из-под нахмуренных бровей сверкнул недовольным взглядом.

У Руслана была деловая встреча с какой-то прикатившей к нему шишкой из столицы. Мужик час назад заявился в СТО в сопровождение своей охраны. Двое верзил зашли с ним в кабинет, а трое остались снаружи, дожидаясь шефа около идентично белых тачек последней марки Лексуса седан.

— Кортеж не хуже, чем у мэрии, — иронично объявил Антоха, оказавшись рядом со мной и, кивком через панорамные стекла указал в сторону парковки на аппараты со зверьем, пока я истуканом стоял на месте и, затуманенным мрачным взором обводил Спорткар. — Ну, че, не разобрался? — весело спросил и прикурил сигарету.

— Я ебусь с ней все утро и по нулям! — от злости перекосило морду. — Машина не выдает проблем, но не хочет ехать!

— А что, по двигателю?

Решил вникнуть со мной в проблему Антон — наш автомеханик и редкостный долбоеб, но, когда дело касалось тачек, парень быстро врубал соображалку.

Повернул к Тохе голову и, с явным раздражением в глазах, вскинул бровь.

— Это заднеприводный гибрид. Здесь двигатель работает на генератор, а колеса приводятся только от электродвигателя. Нет никакой связи двигателем возгорания и колесами. Это электротачка. Можно выкинуть мотор и поставить несколько батарей. Антоша, машина едет на электротяге, а двигатель работает на генераторе. Ты, случаем не перегрелся?

Антон не успел в ответ открыть рот, как со стороны входа меня нелюбезно окликнул Рус, нервно с прищуром расстегивая верхние пуговицы на рубашке.

— Дрозд! Зайди ко мне!

— А после подключения разъемов, что показывает на щитке? — задумчиво привлек мое внимание Антон, после того, как его перебил Бес.

— Очко! — вспылил я. — Включил зажигание и, понимаешь, нет проблем с кудрайвом! Горит чек, указывает ошибку по тормозу и ключу. Зарядка больше пятидесяти процентов и ни одной серьезной ошибки при системе гибридного привода, даже после проверки системадиагностики.

— Ну да, фантастика какая-то.

— Теоритически все подключено, но ехать она отказывается! — в недоумение развел руками.

— А к Русу обращался?

— Сам решу, — бросил быстрый взгляд на напарника и скривился, заранее прокручивая в башке, как этот черт будет потом стебать меня последующий месяц. — Пусть папочка поважнее дела решает.

Коротко хохотнули с Антоном и расслышали позади тяжелые приближающиеся к нам шаги. Оба обернулись и, я совсем не удивился, узрев Руслана уже в обычной черной футболке и в свободных трико.

Бес, лихо отвесил мне пендаль и, с лукавством в темных глазах, накинулся со спины, зажимая сгибом локтя в захвате шею.

— Просил же, чтоб, не горланили как обезьяны, пока я тру с клиентом!

Тоха фыркнул и моментально ретировался к своей машине, чтоб не нагнать на себя гнев Астемирова. У этого психа был жесткий спрос за работу.

— Отцепись, Рус! — из-за этой тачки, я был вообще не в настроение. С самого утра она с охоткой ебала мозг, а еще, безрезультатно наяривал стерве битый час. — Че, он от тебя хотел? — ловко выскользнув из захвата, повернулся к нему.

— У сынки появилась новая прихоть — совместная СТО с автомойкой и кальянной. Теперь, дядька хочет единственному отпрыску открыть крупное здание в Москве.

— И?

— Позвал в столицу курировать каждый шаг, или, проще изъясняясь стать нянькой его драгоценному чаду, — Руслан с безразличием передернул плечами и изучающе уставился на ненавистный мне Спорткар.

— Я надеюсь, он не был послан нахуй? — клещами выуживал информацию.

— Для таких людей отказ равносилен этому. Но, меня это мало заботит. Я не собираюсь никуда срываться. Алину с детьми я не оставлю. А у неё тем более, из-за своего ресторана сейчас нет такой возможности на длительный срок покинуть город. Сам знаешь.

— Ты не оставляешь. Ты едешь по работе. Мы все тут, и будем за ними приглядывать. Если, потребуется, я снова к вам переберусь в дом.

— Не тупи, Дрозд! — резко высказался Руслан, заводясь с пол оборота. Одним тоном высказывая, что только я кретин мог такое предположить. — Во-первых, там, только со штатом и недвижимостью нужно ебаться не один месяц! Во-вторых, натура папеньки не выдержит с каким я постоянством буду нагибать его любимого сына в позу собаки.

— И что, тема не выгорит?

— Без вариантов. У тебя, что ли, не равный бой был со своей благоверной? — скалясь, без перехода развеселился и, уставился на мои открытые участки с синяками и царапинами, после вчерашней ситуации, шее и рук.

— Такой языкастый? Завали! — толкнул его в плечо и, вновь из кармана спортивных брюк вынул сотовый.

Отступив на пару шагов от Руслана, который переключил все внимание на машину, кинул напряженный взгляд на дисплей и, нажав в списке контактов на последний вызов, в очередной раз прокрутил в голове случившийся ранним утром эпизод. Тщетно пытался понять, что опять приключилось у этой ненормальной.

На первых лучах рассвета, пробивающихся сквозь задернутые шторы в окно, я резко подскочил на кровати. Бесконтрольно на подсознание, ощутил, что в комнате остался один. У меня вообще из-за собачьей жизни был чуткий сон, потому, и незначительный шорох в коридоре еще до пробуждения тоже краем уха уловил.

— Стоять, бояться! — собственный севший голос глухо раздался в мертвой тишине полусумрачной квартиры, когда я застал Леру в своей верхней одежде возле входной двери, уже взявшейся за ручку.

Вовремя я. Вторая попытка незаметно слинять от меня с утра, не увенчалась успехом.

— Черт! — испуганно подпрыгнула девчонка и, тотчас обернулась ко мне. Даже в сумраке было заметно, как щеки вспыхнули и дикие глаза от испуга блеснули.

— Ненаглядная моя, ты, куда в такую рань собралась? — иронизирую, а она стоит зверем исподлобья на меня таращится и ни слова. — Только, давай сразу все оскорбления опустим и по существу, — еще памятуя о вчерашнем дне.

— Мне нужно уехать, — неслышно пробубнила, находясь от меня в непосредственной близости. — Я шмотки твои взяла, — указывает на толстовку, которая пришлась ей до ляжек. — Мои, ты порвал.

— Это упрек? — хмыкаю и, как вчера утром, скрещиваю руки на груди и падаю плечом на стенку в коридоре.

— Придираешься? — опасно прищуривается, начиная выходить из себя.

— С темы не съезжай? Куда удираешь?

— Я сказала же! Мне необходимо сейчас свалить!

— Я не понял, тебе тут ночной перевалочный пункт, что ли? Хватит почем зря трепать языком!

Морозова потеряв остатки терпения, в раздражение резко крутанулась и, поспешно попыталась молча съебаться, но, в следующую секунду я выбрасываю руку и успеваю перехватить ее за локоть, жестко дернув на себя.

— Сегодня увидимся? — решил с другой стороны подступиться к ней.

— Да-а… — неуверенно тянет, но все же согласием и, в придачу ко всему, следующей своей фразой удивляет меня еще больше. — Я свой номер занесла тебе в телефон, и… — блядским взглядом смерив мою рожу, развязно выпаливает. — И удалила несколько твоих контактов, гласящих Таня отсос один и голодная Рыжая три в одном, — приподняв бровь, всем видом стебет меня.

— А как, подписала себя? — внаглую скалю зубы, начав угорать.

— Тебе предоставила такой шанс, — попыталась игриво ответить, но получилось так себе.

Попытка засчитана.

— Тогда, давай вечером к часам восьми буду тебя ждать на том месте, где впервые с тобой встретились, — вплотную прижал к себе и носом уткнулся в шею.

От нее до сих пор исходил запах нашего секса.

— Помимо тачек, чем занимаешься еще? Ты говорил о том, что пашешь на двух работах и СТО, это частичная занятость, — обвила рукой мой торс.

— Сервис мой основной источник заработка, — потому, как у Руслана только с одного аппарата я поднимал уже нехилые бабки. — Но, все силы кидаю в работу по защите прав людей.

Лицо Морозовой тотчас посерело, уголки губ ранее приподнятые — опустились вниз, а рука, которой обнимала — безвозвратно исчезла. Весь внешний вид девчонки говорил о том, будто перед ней стоит челядь третьего сорта. Чувствую, как снова начала рефлексировать и наполняться дерьмом, да и безмятежный выразительный взгляд изменился до неузнаваемости.

— Что ты сказал? — свела брови на переносице.

— Правозащитник я, Морозова. А что, опять не так?

Презрительно молча всматривалась мне в глаза долгую минуту, а вскоре сорвалась.

— Все, мне не до твоей бестолковой болтовни! — заключила и, развернувшись, яростным тайфуном вылетела из квартиры.

Вот и догадайся, что за мутанты в ее голове сжирают остатки мозга.

— Да! — рявкнула по ту сторону динамика эта стерва, все же соизволив ответить на звонок.

— Слышь, Морозова, ты опять будешь морозиться от меня? — насмехался, хотя сильно желал наорать, что вечно изводит своими выходками меня.

Наступила тишина и только доносилось ровное дыхание девчонки.

— Уже восемь? — продолжает беситься, но гонор свой ебучий сбавила.

— А ты, психованная, как погляжу, опять не в духе? — задал риторический вопрос сам себе, соображая, что хер ответит. — Свой номер оставила, а мой не записала? — хмыкнул и оглянулся через плечо, отследив, как теперь нахмуренный Руслан, сидя в салоне Спорткара ковыряется в настройках машины.

— Тебе нечем заняться, что ли?

— Соскучился, — фыркнул и зажал переносицу, вновь погружаясь в мертвое молчание. — Проверка связи Морозова. До вечера. Не зря я тебя в мобиле и в жизни подписал под стерву. Отбой.

Не успел скинуть вызов, как Серый следом начал долбить на телефон. Ответил на входящий звонок, когда пошел к сосредоточенному Руслану, ковыряющимся под капотом мозгаебного аппарата.

— Говори, Серега! — и тише уже Бесу, с хмурым хлебальником выговорил. — Рус, оставь. Если не я, то, ты ее точно расхуяришь. Походу, нас ждет долговременный процесс.

— Дрозд, ты тут?! — отрывисто и нервно заголосил Серый, заставив напрячься всем телом.

— Да, я слышу, говори.

— Дрозд, — отчаянно кидает и, я сходу понимаю, что здесь замешан Артур. Сергей за это время чересчур сильно проникся к нему, наверное, как когда-то ко мне Руслан. — Дело труба… Шахов своего отчима битой отпиздил по беспределу. Сейчас сидит в изоляторе на Караваева.

Собственный невидящий взгляд мгновенно застыл на одной точке, глаза не спеша с хрустом стекленели, а внутри во мне распространялся черный ядовитый дым, до боли расплющивая сердце. Рус, почуяв неладное внимательным прищуром остановился на мне, исследуя выражение лица и без труда вычисляя мое состояние. Вышел из тачки и приближено встал напротив меня, положив руку на плечо.

Громко сглотнул и, свесив голову, закрыл глаза, чувствуя, как крылья носа широко раздувались от лютого гнева наряду с диким отчаянием. Почему-то после всего ощутил послевкусие горечи на языке и пустоту внутри. Пол года борьбы за пацана выкинуты в никуда.

Ну, ты и мудила, Шахов…

— Я услышал тебя. Скоро буду, — сухо обронил.