Глава 35

На часах десять утра, и, нет чтоб, нестись домой, где с точной вероятностью меня поджидает любимый папочка, я обессиленная, до сих пор, находилась в квартире Димы и, занималась тем, что, не глядя, в разные стороны через голову вышвыривала из вещевого шкафа шмотки пацана.

Головой осознаю, что нужно остановиться, сдаться, дать ему достаточно времени обдумать ситуацию. Лучшим решением будет сейчас для нас двоих уехать отсюда, чтоб избежать страшных последствий, но с изнывающим сердцем и, с тупой болью внутри, не могу просто опустить руки, так, и не дождаться парня, не объяснить, что, я не предавала его…

— Ты че, творишь чудовище? — залетел в кухню с невменяемой мордой Макс, когда я, как ни в чем не бывало, сидя за столом, беспечно глушила кофе и выкуривала третью по счету сигарету, дожидаясь реакции гнилушки.

— Всего лишь, напоминаю тебе Максимка, что мы с тобой из одного террариума! — через ободок круглой фарфоровой белой чашечки глянула в ледяные без малейших эмоций на жизнь его синие глаза.

В данный момент смотрела на него, как на плебея.

Стряхнула пепел в блюдце и, словила себя на мысли — так, и не скажешь, что в далеком прошлом могла любить этого козла.

— Верни, все, как было! — прогромыхал он на весь дом, испугав снаружи в вольере овчарок.

Ну да, продажная шкура всегда не умела держать себя в руках, когда вопрос остро касался денег. Этот позер быстро растерял весь пафос и действительно выглядел в моих глазах жалким ничтожеством.

— Поздно! — резюмировала и, поднявшись с места, подошла довольно близко к парнокопытному, прихрамывая после его выкидона на одну ногу. — Расслабься, это всего-то предупреждение. Лайтовое, ничтожное. Лям с счета за твою глупую неловкость и неосторожность. Узко мыслишь. Прокачивай мозг, иначе такими темпами останешься с дыркой в кармане. Еще лям сверху за моральный ущерб, ну, и фейс малость пострадал, — искажаю до неузнаваемости страдальческий голос безмозглой дурочки и поворачиваюсь в профиль, указывая пальцем на ссадину в районе скулы. — И, лям за то, чтоб я стерла себе память, — немного задумалась, пропуская из виду, как подонок прикрыл глаза и заиграл желваками. — Нет, всю память конечно не получится. Тебе придется слишком долго и много откупаться, а вот, отрезок часом ранее вполне себе сойдет. Три лимона и расход муженек, — чуть не добавила рогатый, но вовремя тормознула себя. — Но, помни, это жирный намек на то, что, если позволишь себе еще хоть раз приложиться пальчиком ко мне, то, я ни на что не посмотрю и, оставлю тебя голожопым Максимка. Не вынуждай меня. Я через «не могу» с тобой такое сделаю, что даже папа мой родимый тебе не поможет. Надеюсь, мы окончательно выяснили, что трогать совсем не стоит меня?

— Возвращай бабки на счет, либо инфа быстро долетит до ушей твоего бати, о том кто его дочь и какими махинациями проворачивает на досуге.

— Ебашь! — решила осчастливить его.

Не, ну а что? Мне некуда деваться…

— Может, тогда я скорей избавлюсь от тебя мразь и, навсегда забуду, как о своей самой безответственной и нелепой по юности ошибке, — злорадно хохотнула.

— А вот об этом не мечтай, дорогая! — схватил за горло и предпринял попытку поцеловать, но я успела залепить ему оглушительную пощечину и, на всех парах, забыв про больную ногу, сорвалась наверх в комнату, улавливая позади глухой отталкивающий с холодком смех.

Час назад я набрала Мелю и дала команду подрихтовать циферки с шестью ноликами на одном из счетов Рысицкого. Емельяну, поди, показалось, что пару лямчиков для меня будет маловато и, он лично решил накинуть мне еще один сверху.

— Ты уверена? Сейчас не самое лучшее время.

— Уверена. Делай. Я его жена. Очень глупенькая, нуждающаяся, — а один из пунктов, о том, что пострадавшая от руки мужа и вовсе решила опустить. — Сделай перевод на мой счет. А я, пока подумаю какой подарок выбрать подороже.

— Его, и так хватит инфаркт, Лер.

— Мало, Меля. Надо, чтоб сдох, падла. Эх, лакшери жизнь не за горами, — и оба тотчас хрипло засмеялись с ним.

Выдохлась и повалилась на колени, только сейчас заметив, как загнанно хрипло дышу.

— Я не могу уйти, не дождавшись тебя, — шепчу со слезами на глазах и вспоминаю вторую судьбоносную встречу с пацаном.

***

Кругом засада. Дома, в работе. После того, как посмела перевести бабки со счета Макса, поводок на шее затянулся в разы, не давая возможности лишний раз глотнуть свежего воздуха, а стены золотой клетки с удвоенной силой давили на меня. Тут, как некстати, еще менты на хвост упали, вынюхивая в фирме каждую бумаженцию и отчетность за последний квартал. И, если бы, на этом все закончилось, так, нет, из Англии к Максу прикатила его бестолковая сестрица-размазня, перед которой мало того что нужно разыгрывать спектакль счастливой семьи, так, еще и выгуливать всю неделю, иначе, у ее папаши появятся ко мне вопросы, а там и до моего отца недалеко рукой подать. Проще, мне с собой взять под кайфом это недоразумение и, прикинуться такой же овцой, что и в самом начале, когда выскочила замуж за поганого Артиста. И, я совсем была не готова к тому, когда на одном из светофоров столкнулась с черной бэхой пацана.

Внутри тревога и сердце, как сумасшедшее бьется, словно пропустила удар в грудь.

Разомкнула губы, в надежде поглубже вдохнуть, но ощущение, что дыхание останавливается. Нокаут и чувства перерождаются в первобытный страх.

Вот, совсем не до него. О той ночи, проведенной совместно в клубе, я благоразумно постаралась забыть… память о том дне, я захоронила глубоко в себе, продолжая дальше жить и расхлебывать свое дерьмище, льющиеся из каждой щели. И, тут, снова он. Наглый, упрямый, рискованный… свободный, как тень преследует меня. Мигает фарами, с целью привлечь внимание и совсем не задумываясь, словно так и нужно, внезапно на всех парах бросается за мной, вовлекает в неизвестную игру, вселяет дух азарта и погони.

С хорошо скрываемой ухмылкой по обе стороны скашиваю в боковые зеркала глаза и прибавляю газ, но, из-за погодных условий меня заносит на дороге и мерин волчком закрутило на трассе.

— Кис, ты что, угробить решила нас? Я еще не хочууу на тот свет! — испуганно заверещала Кристина.

— Серьезно? Хули, тогда ты нюхаешь? — резко выкручиваю руль, пытаясь справится с управлением.

— Так я жеее, балуууюсь. Ты че?! Морозова! — визжит, то ли от радости, то ли от страха она.

Хер прочтешь ее по стеклянным неживым глазам, да еще и в такой опасный момент.

Наши с Димой машины пролетают слишком близко друг к другу и именно в этот момент мы ловим взгляд друг друга — серьезный, пристальный, чересчур говорящий о многом. Парень с отталкивающим прищуром только одним выражением уверенной рожи давал без труда понять, что не убегу, а я в ответ бросала вызов, желая скрыться и больше никогда не попадаться на глаза ему.

Он, чертовски борзый и самоуверенный. Не видит берегов и не знает слова стоп. Выразительный взгляд черных глаз, выделяющиеся острые скулы и сексуальные губы, в кураже, не замечая того, нижняя зажата передними зубами.

Мне, казалось, что я оторвалась бы, если б не чертовы гайцы.

— Ну, вот… Теперь никакого клуба. Звони Максууу. Ты не могла спокойно доехать? — под ухом плачется принцесса, привыкшая к чрезмерной опеке со всех сторон. — Лера, у меня при себе «снег».

А я, думала лишь о том, что вновь угодила в лапы этого щегла. Ведь, не отцепится теперь. Знала, не отпустит. И, прежде, чем выйти из салона авто, я глубоко вдохнула спертый воздух и удрученно потерла лицо. Схватила с консоли бутылку с коньяком и вышла на улицу, где уже два бойца дожидались меня, чтоб скрутить и поиметь нехилую сумму баблишка.

— ЭЭЭ?! — со стороны коротко свистнул пацан, быстро сокращая между нами расстояние. — Отпустите ее!

Блядь, вот куда он лезет?! Еще, и ему сейчас прилетит.

Сжала до противной боли зубы и ненавистно с неприязнью к себе выдавила:

— Вряд ли, генералу Бортникову понравится, что вы остановили его дочь. Не плохо было бы гос. номера изучить, — более уже и не требовалось пояснений.

Если, не генерала, то директора ФСБ нашей страны знали все, а кто его зять и какой он вес занимает в городе подавно. Эти сыкуны не рискнут распустить руки или задержать. Я бы, откупилась, но, из-за гонора сопляка было бы все в разы проблематичней. Не смотря ни на что, не хотелось его подставлять.

— Произошла ошибка. Просим нас извинить!

Как, и предполагала, крысы при погонах. Хоть бы, один задержал и увез в отделение наплевав на все.

Не, Лерка, папашка твой высоко сидит, далеко глядит, головешки мгновенно полетят. Не вариант. Батя, злопамятный черт.

Игры играми, но, когда пацан вплотную приблизился ко мне, дыхание замедлилось и сердце учащенно забилось внутри, принося за собой волнение и уже знакомую дрожь в теле.

Не хочу так… Не хочу с ним. Больше нельзя или, есть вероятность что затянет. Безвозвратно. Но, слово за слово, прикосновение за прикосновением, боль, да такая, что наотмашь по лицу и лезвием по сердцу и в конечном итоге удар. Мой! Удар, злость в глазах и ненависть внутри. Откровенная и, ничем не прикрытая вражда.

Ну, не хооочууу. Не хооочу его осознанно головой, но, он всеми силами бодается и отстаивает свои желания.

Снова… Очередной человек в моей жизни думает только о себе, не учитывая, чего хочу я!

Дима хватает за горло и дико до черных летающих мушек в глазах сжимает, будто норовит задушить, сломать, подчинить грубостью, силой.

Держусь! Знаю, что выстою.

Не успеваю очнуться и я уже в его квартире из последних сил отбиваюсь от самоуверенного дерзкого сопляка. В один момент тело жмется к нему, а в следующую секунду, собственная рука летит вверх залепить пацану по наглой физиономии пощечину. Во всем противоречие. В движениях, словах и эмоциях. Он под сильным напором обездвиживает, чтоб не рыпалась и, я сдаюсь. Не потому, что слаба, а оттого, что сама этого хочу. Во второй раз выдыхаю, прикрываю глаза, отпускаю все мысли и позволяю себе его. Именно его. За долгое время доверяюсь. Открываюсь. Этой ночью выпаливаю слишком многое о себе, хоть он совсем ничего и не понял. Вновь, на утро при расставание причиняю ему боль, бью жестоко словами, поскольку не вижу больше не единого для нас выхода и, не знаю, как избавится от него.

Внутренняя интуиция вопила мне вовсю, что все изменилось и больше уже не будет как прежде.

Мое тело теперь его. Сердце сопляка — мое…