Глава 27

Сама не отдавая себе отчёта, протягиваю к нему руку, инстинктивно намереваясь коснуться его щеки. Провести большим пальцем по коже. Стереть грусть с его лица. Взъерошить волосы, в которых так непривычно было видеть проглядывающую седину. Но вовремя вспоминаю, с кем имею дело. Сжимаю пальцы в кулак до трясучки, опуская руку. И вновь злюсь на себя. Кусаю себя за язык, чтобы ядовито не поинтересоваться, стоило ли оно того. – Это был твой выбор, – всё же не могу сдержаться от колкости. Марат поднимает на меня взгляд, выдыхая. С каждой секундой в зелени глаз появляется всё больше льда, от которого мне становится не по себе. Бывший муж и раньше мастерски мог убивать взглядом. А за минувшие годы он отточил это мастерство до такой степени, что ещё немного, и я просто превращусь в прах. – Да, – протягивает, не отрывая от меня глаз, – спасибо, что напомнила про выбор. Строев делает шаг назад, скрывая руки в карманах брюк. Будто ему тоже нужно создать расстояние между нами, чтобы начать чётче соображать. Становится чуть легче дышать. Только я всё же не улавливаю причины перемены его настроения. И оттого, что не понимаю, что не так сказала, неуютно себя чувствую. Всё же, понимая, на какую рану наступила, было бы приятно воткнуть в неё каблук поострее. – Всё? Узнал всё, что хотел? – Стряхиваю с себя пыль, стараясь скрыть за своей суетливостью трясущиеся руки. Бывший какое-то время наблюдает за мной. Рассматривая и оценивая. И когда на его лице расцветает холодная улыбка, мне становится не по себе. – У меня есть к тебе предложение, дорогая, – наконец выдаёт он. И тот тон, с которым он называет меня «дорогой», выбивает почву из-под ног. – И какое? – попадаю в его ловушку, запоздало понимая, что следовало бы просто попробовать уйти. Скрыться за дверями своей квартиры. Закончить этот разговор. Смыть с себя следы его прикосновений и продолжать делать вид, что я могу жить как раньше. Марат вновь подходит ближе, оставляя мне мало места для манёвра. Убирает таким до боли знакомым жестом прядь от моего лица. Замираю раненым зверьком, слыша в ушах шум крови. – Ты можешь стать моей любовницей, – заявляет с каменным лицом. Мои глаза так распахиваются, что ещё чуть-чуть, и просто выкатятся из орбит. Не сразу переварив весь смысл сделанного им предложения, я запоздало взмахиваю рукой, чтобы стереть пощёчиной это высокомерное выражение с его лица. Вот же сукин сын! Но Строев ловко ловит моё запястье и так резко дёргает меня на себя, что я упала бы, не придержи он меня. Воспользовавшись моим неустойчивым положением, вновь сковывает мои запястья. На этот раз за моей спиной. Лишая меня всякой возможности вырваться из его рук. – Какой же ты ублюдок, – шиплю сквозь зубы, – ненавижу тебя. Я буквально вибрирую в его руках. Готова подпрыгнуть и откусить ему нос, как Ганнибал Лектор. Марат смотрит на меня из-под полуопущенных ресниц с той же лёгкой ухмылкой. Словно именно на такую реакцию и рассчитывал. – Что тебя так возмутило, Кусь? – с бархатными интонациями в голосе произносит моё давно забытое прозвище, которым только он меня называл. – У тебя будет всё, что захочешь. Сколько ты там в своём музее получаешь? Тысяч сто? Хочешь, куплю тебе колье «Картье»? Или слишком дёшево? За годы нашей разлуки наверняка научилась ещё лучше сосать. Если хорошо… Попросишь, подарю тебе кольцо «Граф». Я очень богат. Так богат, как раньше не мог представить. Уши горят. Даже не знала, что от ненависти так могут гореть уши. И я сама превращаюсь в сплошной огненный факел. Жаль, что он не способен спалить Строева дотла. Каждое слово бывшего выжигает на моём сердце татуировку. Со надписью: «Я ненавижу тебя, Строев, сука». Меня трясёт от злости и ярости. И одновременно от обиды. Потому что его предложение просто ошеломляет меня. В голову почему-то не приходит ни одного достойного ответа. Единственное, чего мне хочется в этой ситуации, – это сделать ему больно. Во сто крат больнее, чем делал мне он. – Значит, теперь с тобой трахаются только за деньги? – хмыкаю, рассматривая пуговицы на его рубашке, чтобы не смотреть ему в глаза, потому что в собственных затаились слёзы. – Сочувствую. Может, у тебя уже и не стоит ничего? Марат оглядывается, рассматривая недавно окрашенные стены подъезда, и подсознательно я догадываюсь, о чём он думает. Оценивает, насколько это место подходящее, чтобы трахнуть меня. – Какая разница, за деньги или нет, если я получаю своё. А я соскучился… По твоему телу, – признаётся, и я буквально ощущаю, как его дыхание учащается. И, как и раньше, моё тело ловит его электромагнитные волны, отчего непроизвольно и моё дыхание становится более рваным. Ну как это возможно? Восемь лет прошло, а грабли всё те же. – А я – нет, Строев. Я лучше сдохну, чем лягу с тобой в одну койку. Ногу себе отгрызу, если потребуется, лишь бы ты ко мне не прикасался. Снова работы лишишь? А я снова уеду. Знаешь что? Меня просто тошнит каждый раз, когда я тебя вижу. И мысли о нашей близости мне отвратительны. И ты отвратителен. Губы Марата сжимаются в тонкую линию. Что с ним случилось за эти годы, что он вдруг решил, будто за деньги можно купить всё? Даже меня. И сколько уже девушек в его коллекции? Даже думать об этом не хотелось. – Есть вещи ценнее твоей работы, родная.