Глава 39

По московским меркам, я снимаю довольно просторную квартиру. Кухня-гостиная, две комнаты, одна из которых детская. Вполне достаточно для двоих. Но стоило в ней оказаться третьему, как она тут же уменьшилась до размера спичечной коробки. А пространство между мной и Строевым сделалось таким маленьким, что мне стало трудно дышать. Самым верным решением было бы выставить его за дверь. И дать себе возможность обдумать те ошибки, что я совершила. И как теперь мне из них выбраться из этой выгребной ямы. Но ситуация полностью ушла из-под моего контроля. Да и силы у нас неравные. Чувствовала, что Марат не отстанет от меня, пока не достигнет желаемого. Раздевшись, Строев, ведя себя как дома, прошёл в скромную гостиную, совмещённую с кухней. Наблюдала за ним, встав в дверном проёме. Он, похоже, везде привык чувствовать себя как рыба в воде. Всё же деньги изменили его. Он стал другим человеком. Должно быть, считал, что любой предмет, который он может приобрести, уже условно ему принадлежит. Как моя квартира. Как я и наша дочь. – Ты так смотришь на меня, будто ждёшь, что я у тебя ложки украду, – замечает Марат не оборачиваясь. Извлекает из пакета красиво упакованное мороженое. Ресторан даже позаботился о том, чтобы оно не испортилось раньше времени. Упаковав его в специальный пакет. Распахнул верхние ящики кухонного гарнитура в поисках креманки, но, не найдя, выложил десерт в блюдце. И только после этого обернулся. – Предпочла бы смотреть, как ты уходишь из моей квартиры, – прохладно замечаю. Вновь удивляясь, насколько уверенно и выдержанно звучит мой голос. И молясь, чтобы так же выглядела и я. Пока Марат стоял ко мне спиной, мне казалось, что он успокоился. Но стоило снова увидеть его глаза, как захотелось испариться из собственного дома. Дарина вбежала в комнату, успев переодеться в домашнюю одежду. И тут же остановилась, будто только что вспомнив, что у нас гость. Поэтому смущённо спряталась за моей спиной. – Садись за стол, – скомандовал Марат, обращаясь к ней, поставив на столешницу блюдце с мороженым. Вызывая во мне бурю возмущения и удивления. – И чего это ты тут раскомандовался? – выразительно посмотрела на него, надеясь, что он поймёт по моему взгляду всё, что я про него думаю. Ответом мне стало обещание, которое я прочитала в его глазах. Скорой расправы. Дарина посмотрела на меня, явно удивляясь нашей со Строевым пикировке. Но, судя по всему, опасности не ощущала. А мне бы меньше всего на свете хотелось её пугать. Мне требовалось время, чтобы подготовить её к новости о том, что у неё объявился папа… – Только холодное не ешь, зайчонок, а то простудишься, – одобрительно кивая, наставляю Дарину, ощущая на себе цепкий взгляд Строева. – А можно я в гостиной поем? – заглядывает мне в глаза дочка. Наверняка планируя включить свою любимую передачу на ютубе. Только вот мне до жути не хочется оставаться со Строевым наедине. Но и её использовать в качестве буфера – последнее дело. – В виде исключения, – изображаю строгий взгляд, мягко ей улыбаясь. Дарина, в своей ярко-жёлтой пижаме, напоминает милого утёнка. Я с трудом переборола в себе желание её затискать, пока она, держа в руках блюдце с мороженым, покидала кухню. – Ты украла у меня её, – после её ухода повторяет Строев сквозь зубы. Прислонившись к подоконнику и скрестив руки на груди. – С чего ты вообще решил, что она твоя дочь? – выпускаю коготки, не планируя сдаваться. Взгляд бывшего мужа становится тяжелее и темнее. Прибивая меня к полу бетонной плитой. – Мне не нужен тест ДНК, чтобы понять, что она моя дочь, – жёстко отвечает Марат, отчего кровь в моих жилах стынет, а колени слабеют. Страх полностью поглощает моё естество, мешая думать. – Как ты расплатишься со мной за эти восемь лет? – У тебя всё есть, Марат. И жена, и сын. Оставь нас в покое. Обнимаю себя за плечи, сожалея о том, что не могу пробраться к нему в голову. И понять ход его мыслей. Все эти годы спокойно жил, не вспоминая о моём существовании. Не гадая, жива ли я вообще. А сейчас объявился, выставляя меня кругом виноватой и обвиняя во всех смертных грехах. И как мне от него защититься? Выйти замуж за Ивана? Ответить на многолетние поползновения Котова? Согласиться на ухаживания Богдана? За день прогулок с дочерью устала. Хочется присесть. Но стоять рядом с бывшим кажется более безопасной позицией. – Об этом можешь не мечтать, Виктория, – спасает меня Строев, садясь за стол. – Но мы можем решить вопрос с нашей дочерью по-хорошему или по-плохому. Выбирать тебе. Сажусь напротив него, смотря на бывшего как на умалишённого. Надо же, он предоставляет мне выбор. Какое благородство! Хочется выплеснуть на него воду из графина, что стоит на столе. – И как это – по-плохому? – уточняю, ощущая, что вариант «как лучше» мне, скорее всего, тоже не понравится. – Ты будешь отрицать, что Дарина – моя дочь. Мы будем решать этот спор в суде. Ты проиграешь, и я заберу её у тебя, разрешая навещать тогда, когда я захочу, – смотрит на меня коршуном, без намека на шутку. – Учитывая, что ты скрыла её от меня, уверен, что суд встанет на мою сторону. А меня от его слов разве что не выворачивает наизнанку. От одной мысли, что я могу лишиться своей дочери. – Сомневаюсь, – глухо отрицаю, – если я расскажу, что застала мужа с любовницей и сбежала, чтобы сохранить беременность, ни одна судья не встанет на место изменщика. Марат, поймав меня на слове, удовлетворённо улыбаясь, откидывается на спинку стула. Выглядя при этом почти расслабленно. – Но мы можем обойтись и без суда, – с ухмылкой напоминает. Смотрю на него вопросительно. Злясь на себя за то, что сболтнула лишнего. – Ты вновь станешь моей женой.