Глава 49

Вика – Дата в свидетельстве о рождении дочери, – отвечает Марат, вжимая до боли пальцы в мои плечи. – Мне предоставили данные, когда ты родила. Ребёнок ведь должен был быть записан на меня. Но дата указывала, что не я отец. Вздыхаю, ощущая безмерную усталость от всей этой ситуации. – Дочь твоя. Но это уже не имеет значения, Марат. Сделанного не воротишь. У тебя своя семья. У меня – своя. Не мучай меня. – Так не получится, Вика. Ты забрала у меня восемь лет. Я имею право воспитывать своего ребёнка, – с нажимом произносит бывший, не выпуская из своих объятий, больше похожих на стальные тиски. Прикрываю глаза, осознавая, что медленно, но верно схожу с ума. Он оплёл вокруг меня свои сети. Обил стены комнаты подушками, чтобы в припадке бешенства я не ударилась о них. И чем ближе я к Марату, тем острее это чувство. Потому что он переворачивает всё произошедшее восемь лет назад с ног на голову. – Всё это замечательно. Но ты забыл одну маленькую деталь. Ты мне изменил, и я тебя за это не простила. Я собственными глазами видела, как ты трахал свою Ангелину! Марат склоняет голову и с таким видом смотрит на меня, будто моё утверждение противоречит законам физики. – И как же ты могла это видеть? – притесняет меня к стене, не давая путей для отхода. Вспоминаю день, когда в моих руках оказалась флешка. Нахмурилась, перебирая в памяти события того времени. И понимая, до чего странным видится теперь всё случившееся. – Мне Илья дал флешку с видеозаписью с тобой и Ангелиной в главных ролях, – смотрю ему пытливо в глаза, надеясь прочитать что-то в их глубине. Может, поступок Котова и выглядел подозрительным. Но ведь то, что я наблюдала на видео, произошло на самом деле. Пускай даже у Ильи имелись свои низменные мотивы. Строев меняется в лице. Будто ему и в голову не приходило, что, перед тем как сбежать от него, я получила весьма веские доказательства его предательства. – Я тоже видел эту запись. Мне её Ангелина передала, – отвечает Марат севшим голосом, – но, клянусь, я не помню ничего из того, что показано на записи. Передавал её своим людям, они сказали, что это не монтаж. – Значит, ты напился в командировке и трахнул её, – пытаюсь выбраться из его объятий, ощущая острую нехватку воздуха. Но он не позволяет. Возвращает на место. Спиной к стене в барвихинской клинике. Под любопытными взглядами медицинских сестёр. – Разве ты не помнишь, как я относился к работе? – цедит сквозь зубы бывший муж. – Неужели ты можешь вообразить, чтобы я выпил? Я не употреблял алкоголь даже на корпоративах! И сколько, по-твоему, мне нужно было выпить, чтобы оказаться в таком состоянии? Тяжело выдыхаю, упираясь ладонями ему в грудь. Предположение о том, что это видео – просто спланированная акция Ангелины и Котова, раньше представлялось диким. Навязанным моим острым желанием оправдать мужа. Теперь же слова бывшего кажутся не лишёнными здравого смысла. Марат, даже когда выпивал больше обычного, не выглядел пьяным. Так с чего бы ему напиваться в командировке? Если он, конечно, не врёт. Но разве Ангелина и Илья как-то могли быть связаны? Восемь лет назад Котов говорил, что работал в охранном предприятии. Видимо, на подряде в фирме отца Ангелины. Вероятность того, что они знакомы, теперь уже не казалась такой безумной. От этой догадки позвонки сковал неприятный холодок. На мгновение я позволяю себе слабость поверить Марату. Поднимаю к нему взгляд, пытаясь прочитать истину в зелени его глаз. – Ты хочешь сказать, что тебе что-то подсыпали? Марат выдыхает, прикрывая глаза. – Я не знаю, Вика. Не представляю, что это было. Всё, что я помню, это как я проснулся в номере отеля. А вечер до стёрся из памяти. Да, я тоже видел этот акт с Ангелиной. Но я ничего из этого не помню. И не понимаю, как подобное могло произойти. Она бегала за мной, не давала мне прохода. Но я никогда не позволял себе лишнего с ней. Его слова ложатся на сердце как шёлковое покрывало. С одной стороны, я не готова ему верить. Ведь тогда получается, что я совершила ужасную ошибку. Сотканную из недосказанности. Из нашей дикой ревности. Но что я могла поделать? Ведь я верила своим глазам. А Марат вёл себя как козёл. Как крайне самоуверенное животное. Не имеющее сомнений в том, что я в любом случае останусь с ним. И сейчас, когда я получила маленькую надежду, что он меня не предавал, всё моё естество стремилось ему поверить. Душа буквально распахивалась, чтобы принять его в свои объятия. Если бы не одно но. – И всё же ты построил семью с Ангелиной, – отталкиваю его наконец, вздохнув полной грудью. Становится чуточку легче, когда оказываюсь на улице. Морок, наведённый бывшим мужем, немного рассеялся. А я злилась на себя за острое желание ему верить, несмотря на все доводы рассудка. Ощущаю его присутствие за спиной. И даже его взгляд, направленный на мой затылок. – Мы развелись с ней пять лет назад. – Руки Марата вновь оказываются на моих плечах, на этот раз массируя окаменевшие мышцы. – Поэтому построил семью – не совсем верное утверждение. Я чуть не спился, пока жил с ней под одной крышей. Оборачиваюсь к нему, смотря удивлённо. – Зачем ты врёшь? Она сама ко мне приходила, говорила, что ваш брак настоящий. Вспоминаю её утверждение, когда мы встретились на выставке Стеклова. Брови Марата лезут на лоб. Достаёт из внутреннего кармана пиджака паспорт и, найдя нужную страницу, суёт мне в лицо. – Я даже отметку о разводе поставил в паспорте. Навещаю Данилу постоянно, иногда выхожу с ней в свет, когда она мне мозг проедает. Но мы в разводе.