Глава 55

Провожу кончиками пальцев по его руке, которая кажется такой непривычно белой. Весь его загар будто куда-то смыла кровь, которую он потерял. Касаюсь его щеки. Плотная щетина темнит кожу. И наклоняюсь, чтобы поцеловать уголок его губ. – Кусь, ты меня пугаешь. Я не умираю, не нужно со мной прощаться, – хмурится, и я замечаю в его глазах затаённый страх. Словно он уже не понимает, чего от меня ждать. Ловит мою руку и переплетает наши пальцы. Давая мне очевидный сигнал – я тебя не отпущу. – Я люблю тебя, – глотаю воздух. – Не хочу слышать но, которое ты для меня готовишь, – его глаза тухнут. А у меня в ответ что-то колет в груди. – Признаться, я не такого ожидала предложения, – улыбаюсь, оглядываю комнату, словно что-то ища, – и кольца не вижу. Марат выдыхает, как бывает, когда ожидаешь у фильма плохой финал. Но он не случается. И я изумлённо наблюдаю, как он пробует подняться с кровати, отбрасывая больничное одеяло и отводя в сторону трубку капельницы. – Ты с ума сошёл, зачем ты встаёшь? Врач же сказал, что тебе нужен покой. Швы могут разойтись! – верещу испуганно, упираясь обеими руками в его горячую грудь. – Хотел сделать предложение как полагается, встав на колени, – лукаво улыбается, отчего моё сердце сладко сжимается. – Сделаешь, когда доктор разрешит, – строго отчитываю, как училка первоклашку. – Иди ко мне, соскучился до ужаса без тебя, – Марат утягивает меня к себе под бок. – И я по тебе, – пытаюсь примоститься так, чтобы не задеть его, но Строев всё же довольно тесно прижимает к себе. Прикрываю глаза, ощущая, как подкатывают слёзы. На этот раз от облегчения. Страх, мучивший все эти дни, накопился и начал изливаться наружу, покидая моё тело. – Не плачь. Иначе я тоже зареву. Поверь, тебе не понравится это зрелище, – тихо шепчет на ухо, и я слышу в его словах улыбку. – Угу, смешно тебе, – обиженно шмыгаю носом, – а теперь представь, что это меня ранили и это я лежу на больничной койке, потеряв пару литров крови. От собственных слов слёзы ещё пуще текут по щекам. И кажутся солонее, чем прежде. – Я бы сразу умер, если бы с тобой что-то случилось. Даже думать о подобном не хочу. И сама ощущаю, как по его телу проходит судорога. В дверь раздаётся стук, заставивший меня вздрогнуть. Пытаюсь подняться, но Марат не отпускает. В палату заглядывает медсестра, переводит взгляд с него на меня, но виду не подаёт, что здесь происходит что-то неподобающее. – Извините, к вам пришёл посетитель, – сообщает девушка. – Представился как Илья Котов. Я объясняла, что вы никого не хотите видеть. Но он настойчив. Говорит, это вопрос жизни и смерти. Мы оба напрягаемся. Я всё же поднимаюсь с кровати и пересаживаюсь на кресло рядом. Переглядываюсь с Маратом, обмениваемся взглядами. Отлично зная мысли друг друга. – Пусть проходит. Котов выглядит более потрёпанным, нежели в тот раз, когда я видела его последний раз. Сразу оценивает обстановку в палате. То, что мы здесь вместе. И сам себе кивает, будто подтверждая выводы, к которым пришёл ранее. – Как узнал, что сотворила Ангелина, сразу приехал, – начинает не здороваясь. И трёт в районе груди. Будто это он получил пулю. Ни я, ни Марат не решаемся его прерывать, догадываясь, что сейчас можем услышать что-то важное. – Не могу это больше в себе держать. Столько лет прошло, а меня это до сих пор гложет. Тогда, восемь лет назад, Ангелина сама нашла выход на меня. Бывают же совпадения. Она ведь и не подозревала, что мы вместе учились. Что у меня зуб на тебя был, – морщится, словно то обстоятельство, что сто лет назад Марат отбил у него девушку, его так и не отпустило. – Предложила мне денег, чтобы я кое в чём ей помог. Я ведь тогда тоже работал на подряде в фирме её отца. Так получилось, что мы пару раз пересекались. Даже трахались. Она мне сказала, что хочет увести тебя из семьи. А я бы подобрал Вику себе, – произносит как ни в чём не бывало. Будто озвучиваемые им дела давно минувших дней не вызывают у него никаких внутренних противоречий. От формулировок на мой счёт мне хочется выплеснуть ему в лицо воду из графина с прикроватной тумбочки. Судя по всему, Марата терзает похожее желание. – Тогда я добыл ей сильнодействующий наркотик и дозу определил такую, чтобы хватило. Притащили тебя в эту комнату. Зафиксировали наиболее правдоподобные моменты. И всё у нас шло как по маслу. Словно забывшись, где он и с кем, продолжает: – Всё складывалось удачно и будто само собой. Вика ревновала тебя к Ангелине, а ты её ко мне. Только не думал, что она уже беременна была от тебя на тот момент. Буквально физически ощущаю возмущение Марата. И если бы он не был так слаб, наверняка бы набил Котову морду. Возможно, понимая это, Котов и решил излить душу. Зная, что не понесёт наказания. Сейчас. Котов даже не осознаёт, не понимает, какими гадкими и низкими были его действия. Насколько чудовищно он поступил с нами. И даже зная о моей беременности, не отступил от своего подлого плана. Подумаешь, какие-то чужие жизни. – И почему ты вдруг надумал сейчас всё рассказать? – спрашиваю пересохшим ртом, борясь с подкатывающей тошнотой. Стоило лишь вспомнить свои ощущения от просмотра того самого ролика, становилось больно. Будто в меня плеснули серной кислотой. Котов смотрит на меня как на пустое место. – Ребёнок у неё от меня. Я не знал, что я отец Данилы. Она ведь мне не говорила. Перевожу ошарашенный взгляд на Марата, осознавая, какое это для него должно быть потрясение. Но на его лице штиль. Словно ничего нового он не узнал. – И ты действительно решил, что если расскажешь эту грязную историю, то сможешь видеться с сыном? – звучит абсолютно спокойный голос Марата. После чего я начинаю догадываться, что он отлично знал, что воспитывает чужого ребёнка. Это обстоятельство заставляет меня иначе взглянуть на своего бывшего мужа. Раньше была уверена, что подобное благородство совсем не в его духе. Но он не бросил ни в чём не повинного мальчика. Не оставил вдвоём с полоумной матерью. Возможно, поступи он наоборот, то Марат лишился бы части моего уважения и доверия. – Не прошу опеки. Понимаю, что не потяну. Ни с тобой тяжб, ни с его дедом. Но дай хотя бы видеться с ним. Он ведь мне родной. – Вон пошёл. Потом поговорим, – Марат напрягся, приподнимаясь с койки. Покраснев от злости. Заметила, как тяжело и часто он дышит. Вызывая у меня острое желание вызвать врача. Котов кивает, как китайский болванчик, решив, что услышал в словах Марата шанс. И комкая в руке кепку, покидает палату. И лишь когда он выходит, я испытываю облегчение. Будущий муж сжимает кулаки так, что на широкой кисти начинают бугриться вены. Вновь перебираюсь на его койку, желая находиться ближе. Котов, конечно, гадкий тип. Но именно после его визита меня окончательно отпустило. Словно он снял груз с моих плеч, который я всячески игнорировала. Как слона в комнате. Убираю прядь светлых волос со лба Марата, ощущая дурацкую радость. И не зная, как её скрыть. – Мне нравится, что ты у меня такой, – тихо заключаю. Марат потихоньку остывает. Поднимает на меня удивлённый взгляд. – Какой?