35

Вид царапины на бледной коже его скулы – моей царапины! – привел меня в дикий восторг, от которого жарко трепыхнулось внизу живота.

Мне стоило бы бояться. Все же он не только желанный мужчина, а еще и король. И темный. И он опасен – по-настоящему опасен, даже если сейчас мне кажется иначе. Он привязан ко мне, нежен со мной, и все же это все тот же король, жестокий и беспощадный к врагам.

Но, черт меня побери совсем, если я буду покорной безъязыкой игрушкой в его руках! Захотел – поиграл, захотел – отослал за ненадобностью. Лучше пусть убьет меня. Сразу. Есть вещи и пострашнее смерти. Теперь я это точно знаю!

Я дернулась и забилась, пытаясь освободиться. Куда там.

– А если король не хочет?.. – насмешливо выдохнули в ухо.

– Врете, ваше сиятельство… – промурлыкала я, чувствуя, как в живот упирается его твердая, как камень, плоть.

– Что?! – королевские брови полезли на лоб, и удивление было вполне искренним. – Как ты назвала меня, рыжая колючка?!

– Сиятельство! – я сделала движение бедрами, плотнее прижимаясь к внушительному бугру на штанах.

Король с шипением отшатнулся, шумно втянув в себя воздух. Хватка ослабла, я вывернулась и, метнувшись к кровати, спряталась за ее спинку.

– Сиятельство! – повторила я с улыбкой. В животе плескался веселый ужас, подбивая делать совершенные глупости. – Получите обратно свое «величество», когда выполните то, что обещали!

– А что я обещал?.. – король подкрадывался ко мне с грацией большого хищного зверя, и сдержанная сила, проскальзывающая в каждом его движении, рождала в моем теле неясное предвкушение, от которого сладко холодела спина.

– Себя… – прошептала я пересохшими губами и попятилась вокруг кровати, нырнув за другую спинку.

Король наступал, я отступала, и было в этом кружении что-то безумно возбуждающее, пьянящее сильнее вина. В два прыжка король перелетел через постель, сгреб меня в охапку и зажал между спинкой кровати и своим горячим телом.

– Вы недостаточно почтительны со своим королем, – хрипло сказал он, нависая сверху, – и заслуживаете наказания.

От близости его крепкого тела мутилось в голове, хихикать и играть расхотелось. Я обвила его талию руками и с удовольствием втянула в себя мужской терпкий запах. Мой! Он мой и больше ничей. Хоть на минуточку, хоть на час, хоть на остаток этого дня, но мой. А дальше…

– Пожалуйста, пока это еще возможно… – выдохнула я.

На глазах выступили непрошеные слезы, и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы они не хлынули бурным потоком. Не нужно. У меня еще будет время для слёз – целая жизнь. А этой ночью я хочу любви.

Мои ладони скользнули ниже, легли на упругие ягодицы и с наслаждением их сдавили. Хочу… Король напрягся. Несколько долгих мгновений длиною в жизнь и… Он сдался. Я поняла это сразу. Если раньше я чувствовала, что в любой момент он может уйти, то сейчас…

Я запрокинула голову и застыла, наткнувшись на горящий взгляд темных глаз. Дыхание перехватило, по коже прокатилась волна дикого жара. Он обеими ладонями обхватил мою голову, его рот медленно приблизился и смял мои губы. О боги, это было блаженство: вот так целоваться, целоваться, целоваться… Жадно, исступленно, до боли в припухших губах. Его вкус, его запах, его руки, тискающие мое тело – все это сводило с ума.

Я даже не помню, как мы оказались на кровати, как раздевались, и раздевались ли вообще, просто одежда куда-то исчезла. Смущения не было, стыда тоже. Все, что происходило с нами, было таким естественным и таким правильным. Я стонала и выгибалась под его руками, и сама гладила его чуть влажную кожу, слегка царапая ее ногтями. Мужская ладонь скользнула между ног, и я покорно раздвинула бедра, всхлипнув от невыносимого наслаждения, когда умелые пальцы задвигались, сминая и тиская мои мокрые складочки. По телу расползался сладостный дурман, кожа горела, внизу живота наливался тугой колючий ком. Я уже не стонала, вскрикивала, металась по кровати. Несколько таких упоительных минут, и ком взорвался, прокатываясь по телу нестерпимо-приятными судорогами. Я закричала и обмякла, погружаясь в блаженную истому.

Король лежал рядом, и его обжигающий взгляд я чувствовала кожей, словно он трогал меня своими сильными пальцами. Я поерзала, не открывая глаз, и с удовольствием ощутила возле бедра тугой восставший член. Опасно, ой как опасно… Истома быстро таяла, сменяясь знакомым возбуждением. Протянув руку, я несмело положила ее на мужскую напряженную плоть. Горячо… Приятно…

Король от неожиданности отпрянул, а я нервно хихикнула:

– Теперь моя очередь…

От медленной чувственной улыбки, от полыхнувшего в глубине черных глаз жара по телу раскатились мурашки. Я поспешно отвернулась и, оседлав короля задом наперед, с любопытством уставилась на член. Не то чтобы я совсем не представляла, как выглядит мужской орган, но этот… Мамочки, под моим взглядом он, кажется, еще вырос!

– О-о-о-о… – невольно выдохнула я, – Он такой большой…

Я осеклась и покраснела, а король со смехом простонал:

– Риаса… Давай ты не будешь болтать, а то я не выдержу…

Я послушно закрыла рот и задумалась. Все, что я подчерпнула из ночных шушуканий благовоспитанных девиц пансиона, это то, что надо водить вверх-вниз. Да-да, именно так. Я осторожно провела кончиками пальцев по напряженному, перевитому вздувшимися венами стволу вверх, потом вниз… Сзади зашипели, оттуда появилась сильная рука, накрыв мои пальцы, заставила их сжаться в кольцо вокруг горячей, немного пульсирующей плоти. Несколько направляющих движений, подсказок севшим голосом, и рука исчезла. Вот как, оказывается, нужно… Это было приятно, очень приятно, до покалывания в кончиках пальцев. Может, приличные девушки не должны такого чувствовать и даже делать, но мне нравилась ласкать напряженную большую штуку, ощущая ладонью гладкую кожу, сжимать, слышать короткое тяжелое дыхание за спиной.

Мужские руки проехались по бокам, скользнули под мышками и стиснули груди, до боли пощипывая соски.

– А-а-а-х…

Как же хорошо, так еще лучше…

– Иди сюда, маленькая… – хрипло сказал король.

Он просунул ладони под мои ягодицы, приподняв, подтащил поближе к своему лицу… И через пару секунд я уже стояла на четвереньках, широко раздвинув ноги и опираясь одной рукой о кровать, другой продолжая ласкать его член. Ой… Ой-ой-ой… От одной мысли, что король сейчас смотрит на меня там, бросило в жар, да такой, что тело мгновенно покрылось испариной. Я склонила голову и через просвет между нашими телами увидела, как его губы приближаются к моей промежности. Это было порочно, бесстыдно, но так возбуждающе, что я невольно застонала. А секунду спустя стон перешел в полурыдание, когда горячий рот прижался к нежной плоти, дразня, покусывая, теребя упругие складочки. Все мысли разом вылетели из головы, мир растворился в жарком дурмане, и не осталось ничего, кроме сводящих с ума губ, рук, хриплого дыхания, грохота крови в висках и нарастающего колючего напряжения. Яркого, острого, невыносимо приятного.

Низ живота скрутило сладкой судорогой, я закричала и выгнулась, ловя прокатывающиеся по телу спазмы удовольствия. На руку брызнуло что-то теплое, донесся то ли вздох, то ли стон короля. Я распласталась на нем, блаженно прикрыв глаза.

– Я заработал свой титул обратно? – лениво спросил король, когда я, наконец, сползла с него и, перевернувшись, свалилась на соседнюю подушку.

– Нет… – так же лениво ответила я. – Хочу…

И уснула.