Глава 12. Давид

Утром просыпаюсь от того, что мне холодно. Я ведь так и уснул на кожаном диване в одних трусах.

Сука. Это херово. Особенно сравнивая с пробуждением в обнимку с теплым телом Василисы.

В мозгу сразу всплывают ее мягкие груди, в которые я утыкался, засыпая, и которые я мял, просыпаясь.

И я опять возбуждаюсь. Член ждёт утреннего секса. На который я и рассчитывал. Но нет. Понимаю, что надо по-другому.

Для начала иду в душ. А что делать? Мой возбужденный член точно не будет способствовать нашему общению с Василисой.

Стоя под холодными каплями ещё раз прокручиваю вчерашний вечер. От злости бью кулаком о стену.

Почему?!

Но надо успокоиться. И успокоить Василису.

Выхожу из душа, быстро одеваюсь и иду к комнате, где осталась Василиса.

Пробую дверь — закрыта. Конечно, я могу открыть ее, но понимаю, что Василиса сама должна сделать это. Поэтому просто стучу.

— Василиса, открой. Это я.

В ответ тишина. Но я-то знаю, что она там. Охрана не сообщала о каких-либо ее передвижениях. Значит, она в комнате. Открывать не хочет — ясно.

Спускаюсь вниз и иду под окна ее комнаты. Так, окно так и не закрыла. Оставила себе запасной выход? Ухмыляюсь.

Иду к садовнику и беру у него лестницу. Третий этаж, но лестница высокая. Хоть и не достает до самого окна, но я могу уцепиться за него руками. Подтягиваюсь и оказываюсь на подоконнике.

Машу садовнику, чтобы уносил лестницу и убирался сам.

Спрыгиваю на пол и слышу:

— Ой!

Василиса так и сидит в кровати, обернувшись простыней.

— Что ты… как? — начинает она, с испугом глядя на меня.

— Ну, ты же дверь не открывала, — усмехаюсь я. — Как спалось? Без меня?

— Отлично, — возвращается прежняя Василиса. Отвечает уже смелее, задрав подбородок.

— А мне херово, — говорю я и сажусь в кресло. — Поговорим?

— Зачем, Давид? Ты же опять будешь врать, — зло произносит она. — Я не хочу, — отворачивается.

Встаю и иду к ней.

— Стой, Давид! — вскакивает она с кровати и смотрит на меня, нахмурив брови.

— Не сделаю ничего тебе, — бурчу я недовольно. — Давай как взрослые, поговорим и все. Обещаю, не притронусь к тебе, если сама не захочешь.

Произношу и сам поражаюсь тому, что говорю. Но что-то подсказывает мне, что продлится это «не захочешь» недолго. Ладно, Давид, терпение, только терпение. Тяжело выдыхаю, возвращая себе хладнокровие.

— Это ты все затеял? Ты придумал? Какой же ты… — Василису, наконец, прорывает, но она все равно пытается подбирать слова. Это мне нравится. Я улыбаюсь, но она истолковывает мою улыбку по-своему.

— Отдай паспорт и телефон! — требует она, сжимая кулаки.

Мотаю головой.

Тогда она подбегает ко мне и начинает стучать по мне своими кулачками.

— Уоу! Уоу! Полегче! — смеюсь я. — А то опять успокоительного дам.

— Что?! — она отскакивает от меня на шаг. — Что ты сказал?! Так вот, почему… — отворачивается и прикусывает губу. — Ну ты и скотина, Давид.

Так. Это мне уже не нравится.

— Полегче, девочка, — грожу ей пальцем.

— То есть ты хочешь сказать, что вы напичкали меня какой-то гадостью? Чтобы я была как амеба?!

Опять грозно смотрит на меня. Этот взгляд! Сколько в нем страсти. Так бы и схватил ее и развернул. Наклонил и…

Так. Стоп. Обещал ведь.

Интересно, насколько меня хватит?

— Безобидная таблетка, Василиса, — спокойно отвечаю я. — Антидепрессант. Просто чтобы ты спокойно долетела. Без вот этих вот выходок. Но, похоже, мало дали или поздно, — смеюсь, вспоминая рассказ Владимира, — яйца моему начальнику службы безопасности ты все же отбила.

— Жаль не тебе, — бурчит она, складывая руки на груди.

— Хм, — пытаюсь сдержать улыбку, — моим кое-что другое досталось.

Зыркает на меня и сжимает губы.

— Ты воспользовался моим состоянием, — чуть ли не рычит. — Ты…

— Я, — не даю ей договорить очередную гадость. — Я дал кончить нам обоим. Поверь, Василиса, тебе понравилось.

Делаю шаг к ней и кладу руку на волосы. Она отдергивает голову.

Ладно.

— Одевайся, — говорю, убирая руки в карманы брюк. — Прогуляемся.

— Во что?! Моя сумка в гостинице осталась!

Иду к шкафу и открываю дверцу.

— Вот, — киваю туда. — Твоя новая одежда и обувь.

Василиса с недоверием смотрит туда, потом переводит взгляд на меня.

Опять иду к ней.

— Посмотри. Я сам выбирал.

Беру ее за руку и веду к шкафу.

— Заметно, — она приподнимает бровь и с укором смотрит на меня, снимая с вешалки комплект красного нижнего белья.

— Ну, — улыбаюсь я мило, — не думал, что ты сразу его решишь надеть. Значит, понравилось.

Смотрю на возмущенную Василису.

— Но сейчас купальник надень. В океане плавала когда-нибудь? Или тоже в первый раз?

Провожу пальцами вверх по руке. Едва касаясь.

Без труда замечаю мурашки на ее теле.

И зачем нам океан? Я бы весь день с ней тут провел. На кровати.

— Василиса, — предпринимаю еще одну попытку, подходя совсем близко и кладя руки ей на талию.

Наклоняюсь, но она отворачивается.

— Я не захотела, — напоминает мне мои же слова.

— Ну, не ври, — шепчу я. — Ты похожа на гусенка.

— Лицом? — поднимает на меня взгляд и приоткрывает рот.

— Кожей, — улыбаюсь я и опять пальцами провожу по ее рукам.

И она сама тянется ко мне. Встает на цыпочки.

Да! Нахуй океан!

Я закрываю глаза и наклоняюсь ей навстречу. Жду поцелуя. Но его нет. Подозрительно долго нет.

Открываю глаза и вижу едва сдерживающую смех Василису. Она смотрит на меня и смеется. Стерва!

— Ты думаешь, я вот легко возьму и раздвину ноги? — спрашивает с язвительной улыбкой.

— Ты уже это сделала, — пальцами сильнее сжимаю ее руки. — Несколько часов назад.

— Под таблетками? — усмехается она. — Только так можешь женщину под себя уложить, да?

— Да знаешь, сколько мне стоило все это устроить?! — чувствую, что больше не могу сдерживаться. — И все ради тебя!

Слегка трясу ее.

— Точно ради меня? — она продолжает ухмыляться.

Мне хочется заткнуть эти пухлые губы, чтобы больше из них не вырывалось этой гадости. И поэтому я просто приподнимаю ее и целую. Сильно вжимаю в себя, чтобы у нее не было возможности отвернуться или вырваться.

И у меня опять сносит башку. Я закрываю глаза от нахлынувшего удовольствия.

Но все портит Василиса. Вернее, ее ноги. Она так и пытается пнуть меня.

Тогда я несу ее и кидаю на кровать. Наваливаюсь сверху.

Трахну ведь сейчас. Довела опять.

— Я не хочу тебя! И ты можешь трахать меня, но знай! Мне противно! — выплевывает она мне в лицо, поправляя простыню. — Ненавижу тебя, Давид! Ненавижу!

Я приподнимаюсь и сажусь рядом. Обхватываю голову руками.

— Сука, — хриплю как будто сам себе, — всю душу вымотала. Чего тебе надо?! — поворачиваюсь к ней и хлопаю ладонью по постели. — Чего?! Сука. Ты такая сложная, Василиса. Это просто пиздец.

— Найди простую, — бурчит она.

Стерва. Хоть бы пожалела. Не дождешься!

— Ладно, — я встаю и иду к двери. — Одевайся. Я жду внизу.

— Зачем?

Оборачиваюсь и смотрю. Ну, точно стерва — сидит и смотрит на меня своими невинными глазками. Но я же вижу, что просто сдерживает улыбку.

— Гулять поедем. Иначе я тебя задушу здесь. Прямо на этой кровати. А потом трахну. Или нет. Сначала трахну, а потом задушу.

Так. В глазах появляется испуг. Наконец-то. Не только тебе, девочка, смеяться надо мной.

— Ну?! — дергаюсь в ее сторону и она тут же вскакивает и бежит к шкафу.

Вот так-то лучше.

Василиса появляется через полчаса.

— Так, это не пойдет, — серьезно говорю я, внимательно осматривая ее с головы до ног. — Ты в Эмиратах, Василиса. Тут свои правила. Пошли. Ничего без меня сделать не можешь.

Беру ее за локоть и веду обратно в комнату. И сам выбираю ей наряд.

Ну вот, уже лучше. Довольно оглядываю ее. Ничего не видно. Вообще, будь моя воля, я бы и паранджу ей надел. И не только здесь. А ещё лучше — запереть ее.

Василиса на удивление легко соглашается с моим выбором одежды. А я подхватываю ее новый купальник. Он нам точно пригодится.

Но сначала — завтрак.

— Давид, скажи, зачем ты это все сделал? — уже спокойно спрашивает Василиса. — Это же… подло это. Владимир этот. Я ведь поверила.

— И зря, — также серьезно отвечаю я. — Будет тебе уроком. Поверила какому-то левому мужику, которого видела в первый раз в жизни! О чем ты вообще думала?

— О страхе, — с грустью произносит она и пронзительно смотрит на меня. — О страхе, Давид. И о неизбежности. Тебя когда-нибудь пытались украсть или сбить машиной?

Мне становится не по себе. И от ее слов, и, особенно, от ее взгляда.

— С тобой бы ничего не сделали, — говорю, не отводя взгляда. — Владимир для этого и был приставлен к тебе.

— Кто он, Давид? И откуда он знал про моего отца и семью?

— Владимир — начальник моей службы безопасности. Мой старый и верный сотрудник. И поверь, то, что он рассказал тебе о твоей семье, было несложно накопать.

— Накопать? — в глазах Василисы недоумение. — Ты все это давно спланировал? Ради чего? Чтобы затащить меня в постель?

Вижу, как дрожат ее губы. Ну, что плохого в том, что я ее трахнул? Меня выводит из себя это ее упрямство. Почему мы должны придумывать какие-то серьезные причины, чтобы потрахаться? Ведь нам обоим это нравится! Тогда какого черта?!

Но нет. Будем действовать спокойно. Попробуем такой вариант.

— Тебе надо было уехать, Василиса, — поясняю я и это чистая правда. Я не вру! — Все это я сделал, чтобы обеспечить тебе безопасность. Я же обещал, — улыбаюсь и провожу пальцами по ее руке. Но Василиса убирает руку.

Сжимаю ладонь в кулак. Нет, тут нужно просто ангельское терпение.

Кушаем мы в полной тишине.

У меня был готов сюрприз для Василисы, но такое вот ее поведение заставляет меня передумать. Сюрприз надо заслужить.

Мы возвращаемся на виллу. Выйдя из машины, Василиса замирает и, не отводя взгляда, смотрит на океан. Я смотрю на нее.

Блять, ну не зверь же я!

— Хочешь поплавать? — спрашиваю, закрывая машину. — У нас есть свой собственный пляж. Там можно без всего плавать.

Зачем я об этом?!

— Поплавать хочу, — отвечает Василиса, косясь на меня, — но не на твоём личном нудистском пляже. А вот здесь.

И после этих слов она идёт в сторону пляжа. Я хватаю сумку и иду за ней.

Это пляж отеля моего приятеля. Собственно и вилла, где мы остановились, тоже его.

Подаю Василисе сумку с купальником и мы расходимся по раздевалкам.

Я, конечно же, первым выхожу в плавательных шортах и с нетерпением жду Василису. Я сам выбирал ей купальник. Очень удобный. Все на завязочках.

Ей очень идёт. Хотя нет. Что это я? Ахуенно он на ней смотрится. Так и хочется дёрнуть за верёвочку и заветная дверка откроется. Господи, в кого она меня превратила? Романтик…

Василиса явно смущается под моим взглядом. Нет. Мне никогда не перестанет это нравится. Так бы и вжал ее в себя.

Но на деле лишь подаю руку.

— Пошли?

И вот тут она не шевелится. Смотрит на океан, но не делает ни шагу.

— Что опять, Василиса? — немного раздражённо спрашиваю я.

— Я… — запинается. — Я плавать не умею.

И опускает взгляд.

Ты ж моя девочка. Не могу скрыть улыбку.

— Я научу, — сам беру ее за руку и тяну за собой в воду. — Мне пора список составлять того, чему я должен тебя научить, — продолжаю улыбаться. — Даже не знаю, как расплачиваться будешь, — громко вздыхаю.

Мы заходим в воду. Но чем глубже становится, тем медленнее становятся шаги Василисы. Когда вода покрывает ее по пояс, она останавливается.

— Не бойся, Василиса, — говорю я. — Ещё немного. А то обгоришь.

И мы заходим ещё немного дальше.

Потом я встаю и разворачиваюсь к ней лицом. Кладу руки на талию и притягиваю к себе.

— Когда начнем уроки? — спрашиваю тихо. — Я готов прямо сейчас.

Сука. Я и правда готов. Но к другому.

Прижимаюсь к ней, чтобы почувствовала мою готовность.

Василиса упирается ладонями мне в грудь.

— У тебя было когда-нибудь в океане? — наклоняюсь и шепчу это ей в ушко.

Параллельно вожу руками по спине. И потом вниз. Пальцами провожу по резинке трусиков Василисы.

— А у тебя? — вдруг спрашивает она.

Я ухмыляюсь.

— Я старше. И я мужчина. У меня много, где было. Да не дергайся ты так, — сильнее впиваюсь пальцами в ее тело. — Это все до тебя было. Сейчас не нужен мне никто. Только ты…

Последние слова я шепчу уже в шею Василисы.

— Подожди, Давид, — отталкивает она меня. — А мы ведь и правда плохо знаем друг друга. Не могу так.

— Зайка, — довольно улыбаюсь, — ты просто читаешь мои мысли. Я тоже считаю, что нам надо лучше узнать друг друга. Поэтому предлагаю сыграть в игру «Правда или действие?»

Василиса задумывается. Сомневается. Правильно делает. Но надо убедить ее в обратном.

— Ты знаешь эту игру? — просовываю пока один большой палец под резинку.

— Да! — восклицает Василиса и убирает мою руку.

— Отлично, — улыбаюсь. — Я первым задаю вопрос.

— Почему это?

— Потому что я придумал эту игру. Так, все. Хватит спорить. Вопрос. Готова? Очень важный вопрос. Внимание.

— Ну, хватит уже, — опять перебивает она. Когда-нибудь я точно ее по заднице отшлепаю.

— Тебе нравится секс со мной? — спрашиваю я, сдерживая улыбку.

— Нет, — ни секунды не раздумывая восклицает она.

— Василиса, — укоризненно качаю головой. — В этой игре только правда. Ну, или действие. Выбирай!

Теперь уже она задумывается. Прикусывает губу.

— Действие!

И тогда я без лишних слов и предупреждений дёргаю за верёвочки с обоих концов.

Василиса соображает не сразу, что же я такое совершил.

— Давид! — восклицает возмущенно, когда я поднимаю над водой в одной руке ее плавки. — Ты с ума сошел?! Отдай! Я же без… низа я! Давид! Это не смешно!

— А мне и не до смеха, — говорю серьезно и руками сжимаю голую задницу. — Давай сделаем это? Тебе понравится. В воде это что-то. Тебе и делать ничего не придется. Я сам все сделаю. Только меня обхвати.

Приподнимаю ее за попу.

— Ты с ума сошел? — Василиса смотрит на меня круглыми глазами. — Тут же люди, — кивает на берег. — Я не собираюсь с тобой трахатьмся на людях.

— Они не поймут ничего. Мы же просто плаваем.

Одной рукой удерживаю ее за попу, а второй — пытаюсь спустить шорты.

— Нет, Давид! Нет! — возмущается Василиса.

— Но хочешь же! Поверь, Василиса, никто ничего не заметит. Ну. Иди ко мне.

Но не успеваю ничего предпринять.

— Хорошо, Давид! Я согласна. Но не здесь.

— Хм, — меня ведёт от предвкушения. — Пошли домой. Там бассейн. Тоже ахуенные ощущения. Пошли, — и шлепаю ее по заднице.

— Как «пошли»-то? — спрашивает Василиса. — Я же без плавок! Все благодаря тебе…

— Я же тебе их отдал!

— Когда?!

Блять. Похоже, за всеми этими разговорами мы упустили Василисины плавки.

— Сейчас я сбегаю на берег и принесу тебе одежду! — с готовностью произношу я.

— Давид! Тебе сперма совсем мозги заменила?! Я плавать не умею! А ты хочешь меня тут одну оставить! Эгоист! Только и думаешь о своем члене!

— Ты права, — соглашаюсь. — Нельзя тебя тут оставлять. Сейчас.

Быстро стягиваю с себя шорты и помогаю из одеть Василисе.

— Давай, беги и принеси что-нибудь, — опять шлепаю ее по заднице.

Василиса с нескрываемой улыбкой отходит от меня. Я стою в воде без трусов и понимаю, что что-то идёт не так.

Вижу, как Василиса выходит на берег и, даже не оборачиваясь, уходит прочь.