Глава 29

Амир

Ждать пришлось недолго. Две недели Денис со своими людьми пристально и со всех ракурсов следил за моей «женой». Непривычно было видеть ее с уже порядочно округлившимся животом и активно оседлавшую, кто бы мог подумать, Марка! Вот, видимо, и папаша. Сомневаюсь, что левый мужик захотел бы беременную. Для меня их снимки были асексуальны.

С Лейсан в положении был секс, это естественно, но я до сих пор не мог сказать, что в той близости было что-то сокровенное. Скорее, я боялся причинить вред ей или ребенку. Вполсилы любил жену, слишком аккуратно. Мои страхи тогда только набирали обороты. Сейчас они казались пустыми: очень хотелось с сыном поиграть. Нужно обязательно купить ему игрушку. Много игрушек!

Не сомневаюсь, что Леся обеспечила его лучшими вещами, досугом, заботой. Она оказалась женщиной и матерью в миллион раз больше, чем я — мужчиной и отцом. Я пустой человек, который наполнился только будучи женатым на богатой внутренней силой женщине. Мне нужна она, чтобы снова почувствовать вкус любви, нежности, счастья, не легкого и кратковременного с эффектом шампанского, а настоящего, искреннего, проверенного временем. Понимаю, что многого прошу: есть вещи, которые невозможно простить, и тем не менее я должен завоевать свою женщину снова.

Надеюсь, Лейсан давно забыла глупости, которые я в гневе высказывал, недостатки, которые выискивал, грубость, которую на эмоциях бросал в лицо. Даже вспоминать стыдно. Сейчас отдал бы все, чтобы увидеть ее, снимающую для меня халатик, позволяющую взять в рот сосок и ласкать себя…

Черт, в брюках неожиданно стало тесно, а в дверь как назло постучали. Нет, я рукоблудить не собирался, но и с надутой ялдой в трусах сложно обсуждать серьезные вещи.

— Амир Каримович, можно? — в дверях стоял Марк. Помощничек. Хорошо помог! Моей жене дитятко вместо меня сделал.

— Конечно, — с обманчивой мягкостью ответил.

Русско-американская пиявка: решил вместе с Лизой присосаться к моему кошельку. Ничего, скоро пожалеет, что снова на русскую землю ступил! Я не ревновал, но присунуть моей жене — дело, за которое придется отвечать. Марка не посвящали в тонкости наших отношений, он осмысленно, пусть и под чарами женской писи, пошел на предательство своего начальника.

Хорошо, что я Дениса Павловского нанял: команда профессионалов обеспечила меня материалами фото и видео, а еще записями телефонных разговоров, так что ждать рождения ИХ ребенка мне не придется! Как и содержать беременную Лизавету.

Вот ситуация с Лейсан подвисла. Одно понятно точно: сладкая парочка к этому отношения не имела. Мой запрос практически закрыт, поэтому дам задание Павловскому копать в телецентре. Пока все тихо, а охрана, приставленная Тумановым, отпугивала преступника. Лейсан достаточно популярна: она собрала полмиллиона подписчиков, возможно, в их рядах есть сталкеры. Надеюсь, она вспомнила и рассказала полиции все случаи как яростных признаний в любви, так и угроз.

— Амир Каримович, если я вам не нужен, то хотел бы сегодня пораньше уйти. По личным обстоятельствам, — и улыбнулся этой своей пидорской ухмылочкой. И не подумаешь, что не петух!

— Иди, конечно. До завтра, — я тоже улыбался, но он не понял, что это предвкушение. Сегодня у меня грандиозный подарок для Елизаветы, прямо ко дню рождения. Испорчу им идиллию.

Я ждал до восьми часов, затем поехал к отелю «Метрополь». Марк своей дорогой девочке, как он называл Лизу по телефону, забронировал там столик в ресторане и номер-люкс. Видимо, платил я ему слишком дохрена.

Мне сообщили, когда парочка закончила ужин и поднялась в номер. Денис умудрился достать универсальный ключ-карту. Что же, вперед, Амир Каримович! На кону мое будущее и репутация.

Я поднялся на нужный этаж и тихонько открыл дверь: сразу услышал стоны и влажные звуки. Подошел ко входу в спальню и посмотрел в зеркало: большое, натертое до блеска, в нем отражались огромная кровать и пара на ней. Лиза, полураздетая, сидела на коленях у Марка: глаза закрыты, голова откинута, блаженная улыбка на губах. Он облизывал ее грудь как конфетку.

— Она стала больше, — услышал я. — Мне так нравится… — мычал он. — Ты с каждым днем все красивее, детка. Моя дорогая девочка…

Ладно, пора заканчивать, или меня стошнит от их милования.

— Попались, голубки? — шагнул в спальню. Лиза чуть не свалилась, соскакивая с колен и прикрывая грудь. — Марк, лучше бы ты реально был голубым, — схватил стул и поставил прямо напротив кровати, блокируя выход из комнаты.

— Как? Откуда?

— Амир Каримович… — Марк поднялся и даже по-мужски спрятал за спину Лизу. Хм, еще и уважительно обращался…

— Неважно, как, женушка, — иронично ответил, — главное, какие карты у меня на руках, — и достал из кармана телефон, включил запись одного из разговоров с Марком.

Как там наш малыш поживает?

Очень хочет вкусненького. Пусть папочка привезет нам тортик, икры и хрустящего хлеба.

Я выключил запись и посмотрел на побледневшую Лизу. У меня много таких бесед, и все они подтверждали отцовство Марка. Естественно, косвенно. Ни в одной не говорилось напрямую, что Амир Черкесов — не отец ребенка.

— Это ничего не доказывает, — Лиза привела одежду в порядок и пыталась продолжать кусаться. — Только экспертиза…

Я рассмеялся. Ну какая же фееричная упертая дура! Прокололась, но продолжала гнуть свое. Неужели реально считала меня настолько амебным дураком?! Марк, к примеру, явно все понял: хмурился и поджимал губы.

— Была бы ты умнее, держалась бы от любовника подальше. Захотелось и рыбку съесть, и на хуй сесть, да, женушка?

— Да, у нас с Марком отношения, но отец ребенка — ты. Ты, ясно!

Я на нее больше не смотрел, переключил внимание на Марка. Его взгляд бегал, но он все время пытался выступить вперед, защитник, бля!

Я поднялся, нужно же морду ему набить. Вроде как всадил мне сзади… Нож. Слава богу, нож, фигурально выражаясь, естественно.

Резкий выпад, и Марк отлетел на кровать, держась за челюсть. Нет, это какой-то детский сад. Словно бить подростка-переростка.

— Хрен с тобой, — махнул рукой, — даже руки марать неохота.

— Не смей бить его! — неожиданно Лиза вмешалась и бросилась к любовнику. Неужели реально что-то чувствовала к нему? Любовь? — Это ты во всем виноват! — оглянулась на меня. Забил на меня! Трахал все, что движется!

Ну, это чушь! Я трахался ровно столько, сколько нужно моему организму, без фанатизма.

— Увез меня в другую страну и перестал интересоваться, а я женщина! Мне хотелось любви!

— Ну вот и любитесь вдвоем, — брезгливо скривился.

— Нет, я тебе не дам разв…

— Лиз, не нужно, — Марк подал голос, обнимая ее. — Тебе нельзя нервничать.

— Послушай своего голубя, — искренне посоветовал. — А если нет, мой адвокат подаст в суд завтра же, и я протащу тебя через позорный развод: с фото, видео и аудио записями. Я могу, Лиза. Моя семья может. Ты опозорила меня. Ты ведь не хочешь, чтобы мне пришлось скрывать свой позор, закапывая вас обоих в лесу, м?

— Ты этого не сделаешь! — ахнула она.

— Хочешь проверить?

Они оба молчали. То-то же.

— Я позвоню и скажу, когда нужно будет прийти и подписать документы. А потом исчезнете из Москвы. Это в ваших интересах.

На следующий день я передал все добытые материалы адвокату. Загитов задействовал связи в Тверском суде и начал подготовку к процессу. На всякий случай: вдруг змея Лизавета снова в позу встанет. Я дал отмашку, что никакой пощады! Пусть протащит ее через все позорные круги. Конечно, тест ДНК — единственная стопроцентная гарантия, но у нас столько пикантных доказательств, что отпираться практически невозможно.

Через неделю я велел женушке явиться в Грибоедовский загс. Лиза пришла: злая, красная, надутая. Неужели папашка Марк заставил? Хоть у кого-то в этой семье присутствовал инстинкт самосохранения.

— Сволочь ты, — она поставила подпись и бросила ручку на стол. — Желаю тебе всего самого плохого, — буквально выплюнула, затем поднялась и ушла.

— И тебе не хворать, — заметил в спину. — Жила за мой счет, — повернулся к Марату, — шмотки, ювелирку покупала, на Манхэттене квартира была! А теперь я еще и скотина, — меня реально это возмущало.

— Может, она любила тебя и хотела больше, чем деньги? — предположил Марат. Странная философия.

— Разве Лиза похожа на женщину, которая может любить? Ей бабки нужны, — парировал я.

— Тогда и мы с тобой не похожи на мужчин, которые умеют любить, — поднялся и хлопнул меня по плечу. — Поздравляю, отныне статус «свободен».

Я пожал ему руку, а сам задумался: почему-то, при всех моих косяках, я считал себя лучше той же Лизы или Марка. Достойным прощения и любви. С моей колокольни я виноват, но меньше, чем они. Для меня эта парочка — никчемные люди, на которых мне плевать. Они недостойны даже моей мести. А уж извиняться, что якобы использовал Лизу, не дал ей обещанного — бред! Я предупредил, что наш брак — фикция! Но… Поначалу был очарован ею и говорил, что влюблен. Это быстро прошло, но, очевидно, только у меня. Виноват ли я? Возможно. Но пусть считает моими извинениями этот легкий развод. Перед Лейсан я больше виноват, и с этой виной ума не приложу, что делать…