Глава 54.

Последние несколько движений Влада мне кажутся более быстрыми и глубокими, а потом он сдавленно выдыхает и вжимается в меня очень сильно. Крепко сжимает моё плечо и падает сверху. Я замираю, хоть дышать под его крепким телом становится затруднительно. Давление внутри ослабевает. И почти сразу Миксаев упирается ладонью в постель и приподнимается с меня, аккуратно вытаскивает член, придержав презерватив, и валится рядом.

Я сдвигаю ноги и сгибаю их в коленях, пялясь в потолок. Вот это и случилось. Я лишилась девственности. Отдалась тому, от которого хотела бежать дальше, чем видеть. Отдалась с желанием и удовольствием. Пришла сама, как он и говорил.

Дыхание рядом лежащего парня становится ровнее.

– Ты как, Принцесса?

– Нормально, – голос подводит.

– Это хорошо, – слышу в его голосе улыбку. А внутренняя неуверенность спрашивает: насмешку?

Поворачиваю голову к нему, когда Влад встаёт с кровати. Становится не по себе, когда замечаю у него чуть ниже живота пару мазков крови. И презерватив весь тоже в ней. Влад стягивает его и завязывает на узел. Теперь кровь и на его пальцах. Меня это смущает, особенно когда Миксаев растирает её между пальцами и разворачивает ладонь ко мне.

– Самое время нарисовать пентаграмму для магического обряда, – ухмыляется, а меня заливает жаром. – Кровь девственницы у нас есть.

– Вообще-то уже не девственницы.

– Думаю, ещё какое-то время она в силе.

Ему весело, а у меня так начинает пылать кожа от стыда, что хочется расплакаться. Я отбрасываю волосы с лица и собираюсь подняться, но Влад останавливает меня взглядом.

– Полежи пока, Лера. Укройся, если замёрзла.

Зачем это ещё, всё со мной нормально. Но я всё-таки откидываюсь на подушку, наблюдая, как Миксаев достает из тумбочки у кровати пачку влажных салфеток, вытаскивает одну и вытирает пальцы и живот. Достаёт ещё одну и присаживается на постель ко мне, кладёт ладонь на согнутое колено.

– Не надо, я сама, – сажусь и забираю из его рук салфетку.

Влад поджимает губы, но ничего не говорит. Встаёт и натягивает боксеры, а потом штаны и уходит на кухню.

– Душ в твоём распоряжении, – слышу оттуда его голос.

Я вытираю с бёдер кровь и сжимаю салфетку в руке. Странно чувствую себя. Потеряно как-то.

В душе запираю дверь и залезаю в кабину. Я же всё та же, но будто и нет. Включаю воду и наблюдаю, как к стоку ползёт струйка, смешанная с кровью. Мыться немного неприятно, от мыла промежность щиплет. Но это, думаю, нормально.

Вылезаю и вытираюсь. Мысли в голове как-то странно расползаются. Неприятный холодок тянет в груди и назойливо сверлит вопросом: а что дальше? Это был порыв, эмоциональный взрыв. И я ни капли не жалею. Но это всё тот же Влад Миксаев, и я по-прежнему не знаю, как даже с ним разговаривать. И нужно ли ему это вообще.

Понимаю, что вещи свои в ванную я не взяла, пришла сюда голой. А вот выходить как-то не по себе без одежды. Но в шкафчике нахожу банный халат. Закутываюсь в него, утонув до самых пят.

Однако открыть дверь и спокойно выйти не получается. Едва я отпираю защёлку, приходится сделать шаг назад, потому что внутрь вваливается Влад. И выглядит он не очень довольным. Вот прямо совсем.

– Я не понял, ты почему заперлась?

– А для чего запирают дверь в ванную? – вспышка злости вдруг чиркает по нервам.

– Лера, тебе так нравится меня драконить?

Я захлопываю рот, но продолжаю пытаться прожечь его взглядом. И мне совершенно не нравится, как сверкают его глаза. Но вот тело моё на это реагирует странно: в животе становится щекотно, а во рту пересыхает.

Однако опомниться он мне не даёт. Берёт за плечи и подталкивает к тумбе с раковиной. Разворачивает к себе спиной и вынуждает опереться ладонями. Внутри ещё слишком всё тянет, чтобы снова принять его.

– Влад…

– Тихо, не боись. Ножки чуть шире поставь.

Напрягаюсь, но выполняю. Да, кто-то скажет, что я полная дура, но… И обращается он сейчас не самым трепетным образом, но мне так хочется снова, чтобы он заставил меня забыть обо всём.

Влад поднимает халат, отбрасывая край на сторону, пару секунд возится, а потом я вздрагиваю, когда моей промежности касаются его холодные влажные пальцы. Он размазывает гель, касается там, где жжёт сильнее всего.

– Что это?

– Обезболивающая смазка. Специально для тебя заранее купил, Принцесса.

– И вспомнил о ней только сейчас? – гель и правда приятно охлаждает, и плоть саднит уже намного меньше.

– Именно.

Слышу, что ухмыляется. И ничего он не забыл. Просто решил, что я должна прочувствовать его всего. А теперь снизошёл до заботы.

Миксаев поправляет халат и разворачивает меня к себе.

– Какао на столе, – легонько щёлкает меня пальцем по носу. – Бутерброды тоже. Иди поешь, пока я тоже душ приму.

Киваю и протискиваюсь к двери. Меня почему-то смущает его ухмылка. Почему он так смотрит? Ему весело видеть меня в растрёпанном эмоциональном состоянии? Хотя о чём это я. Ему это всегда доставляло удовольствие.

Когда захлопываю дверь ванной и слышу за ней шум воды, меня внезапно накрывает паника. Руки становятся влажными, сердце начинает стучать быстрее. Я прыгнула в омут с головой, прекрасно осознавая последствия, а вот готова ли я к ним? Готова ли услышать его: «отлично развлеклись», увидеть в глазах насмешливое превосходство? Ведь всё случилось именно так, как он и сказал. Я пришла сама. С самого начала на это была ставка, и она сработала так или иначе. Он сказал, что охота окончена, но это же какой-то механизм, который продолжил работать и потом.

И я пришла. Сама. Всё, как было сказано в самом начале.

Не жалею, но выдержать его наслаждение победой с моим дальнейшим унижением просто не смогу. Поэтому начинаю торопливо натягивать свои вещи, чтобы сбежать, пока Миксаев в ванной. Путаюсь в трусиках, слышу, как они трещат по швам, когда не туда сначала сую ногу. Натягиваю джинсы, свитер. Расшнуровываю кроссовки, и только обуваю одну ногу, дверь ванной комнаты распахивается, и выходит Влад, с замотанными полотенцем бёдрами. Он застывает посреди квартиры и смотрит на меня.

– Я не понял, – говорит негромко, но от такого тона у меня дрожь по всему позвоночнику проходит. – В холодильнике закончились продукты, и ты решила по-быстрому сгонять в супермаркет?

– Влад… – опускаю глаза и выпрямляюсь, так до конца и не обув одну ногу. – Я всё понимаю, не хочу ничего усложнять.

Он подходит ближе, сложив руки на груди. Такая поза в одном полотенце могла бы даже показаться смешной, вот только мне сейчас совершенно не до смеха.

– То есть получается так: ты меня поимела и сваливаешь? – он поднимает одну бровь, но это не смягчает его взгляда.

– Нет, Господи. Конечно, нет, просто…

– Трахнула и ноги делать.

– Влад, нет…

– Теперь моя очередь.

Вскидываю на него глаза, но среагировать никак не успеваю. Миксаев просто поднимает меня и кулем забрасывает на плечо.

– Давно пора сменить было код.

Держит так и что-то жмёт на панели управления электронным замком. А потом несёт снова к кровати.

– Я же тебя сегодня больше трогать не собирался, Принцесса. Больно тебе, первый раз. Но отпускать тебя – не отпускал, – переворачивает, бросая на постель, и начинает снова стаскивать одежду. Я молча сопротивляюсь как только могу, но проигрываю. – А ты вон как неуважительно отнеслась к моему гостеприимству. Придётся тебя наказать.

Когда на мне совсем не остаётся одежды, Влад переворачивает меня, подложив под живот подушку, и прижимает к постели за шею. Волосы падают на лицо, и я ничего не вижу, всё ещё путаясь в них, пытаюсь освободиться от его хватки, как вдруг замираю от ощущений. Медленно и мучительно сладко Влад прижимается губами у меня между лопаток. Потом ниже. И ещё ниже. Ведёт языком снова к самой шее, вызывая неконтролируемую дрожь. Тело превращается в оголённый провод от его ласк. Коротит и вот-вот начнёт дымиться.

Конечно же, я сдаюсь. Конечно же, начинаю дышать тяжело и кусать губы, чтобы не позволить стонам удовольствия вырваться. Ладонь Влада находит мою грудь и сжимает, снова играет с сосками, пока язык рисует влажные узоры на спине.

Я вскрикиваю, когда твёрдый член резко проталкивается в меня. В первые мгновения кажется, что боль ещё сильнее, но тут же она почти стихает. Наверное, то средство всё-таки работает. Или же это я настолько возбуждена. Первые толчки мощные, сильные. А потом вдруг его ладонь опускается мне на ягодицу с приличным шлепком.

– Надеюсь, Лера, ты всё поняла? Ни шагу без моего ведома, девочка, – снова мощный, растягивающий плоть толчок. – До завтрашнего утра ты здесь. Даже не мечтай, что я выпущу тебя. Поняла?

В ответ на следующее движение я снова охаю.

– Не слышу, Лера.

– Да, – выдыхаю, решив, что подумаю над всем этим потом, а сейчас разрешаю себе ловить кайф от его силы и власти надо мной.

– Громче.

– Да, Влад!

– Умница.

Влад ложится на меня, находясь внутри, а потом чуть скатывается в сторону, оставаясь сзади и поворачивая меня немного на бок. Приподнимает под колено ту ногу, что сверху. Поза кажется мне слишком откровенной, даже развратной. Но я и пикнуть не смею. Я отдалась ему, пусть делает, что хочет и как хочет.

Миксаев продолжает двигаться намного медленнее, уже не так вбивается, как на первых толчках, но ощущения переполненности смешиваются с эхом ещё совсем свежей боли, а потом к ним присоединяются ещё и другие. Второй рукой Влад начинает ласкать меня спереди. В такт с глубокими тягучими толчками. Боль и сладость смешиваются в единый водоворот. Уже совсем не различить, где я вскрикиваю от того, что туго и натянуто, а где захлёбываюсь стоном от удовольствия.

Чувствую, как Миксаев прикусывает мою кожу на спине. Сгребаю ногтями покрывало и проваливаюсь в оргазм. Он всегда приходит неожиданно, врывается, снося как цунами всё на своём пути. И в этот раз он особенно сильный, будто пришёл из самых глубин моего тела. Такой острый, смешанный с болью, лишающий сил, воли, эмоций – всего.

Я не просто даже не мечтаю, что ты меня отпустишь до утра. Я надеюсь, что ты этого не сделаешь.