ГЛАВА 27

Дима вошёл в спальню — огромную, с красивым камином и видом на озеро, которую предоставил нам Алексей.

Праздник закончился, гости начали разъезжаться, а он шатался непонятно, где... весь в листьях, штаны в грязи… Боже, что произошло?

Когда он толкнул дверь и ввалился в комнату, я вздрогнула и испугалась.

Я никогда не видела его таким. Зачем Дима так напился? Вообще, Дима вёл себя странно в последнее время. Дёрганный какой-то. Суетливый. Я предположила возможные трудности на работе. Кто знает? Он почти не посвящает меня в свои рабочие дела. Говорит — оно тебе надо? Нервы эти… Это мои заботы, ты все равно там ничего не поймешь.

Но сейчас меня волновало совсем другое…

— Ты где был? — мой голос звучал резче, чем я того хотела.

Дима вздрогнул и быстро повернулся.

— А… прости, родная, задумался… воздухом дышал, — пробормотал он, стараясь избегать зрительных контактов. — Голова разболелась от этих тостов, танцев…

Да, пахло от него не только свежим воздухом.

Алкоголь, это было очевидно, ударил ему в голову не слабо.

— Дим… ты изменяешь мне? — спросила я прямо, глядя ему в глаза.

Он отшатнулся, словно от удара.

— Что?! Ты шутишь? С чего ты взяла?! — в его голосе — будто испуг и… ещё что-то, что меня сразу насторожило. — Кто тебе наболтал эту чушь?

— Маша… — тихо проговорила я, ощущая, как на тело обрушивается слабость. Пульс становится частым. — Она, якобы, видела... В туалете, когда в прятки играла. Говорить невыносимо сложно. Словно все внутренности сжимаются и каменеют. Вместе со всем моим миром, душой. Надеждами на долгий, счастливый брак.

— М-да, Вер… ну ты даёшь! — Дима внезапно громко рассмеялся, будто я сморозила чушь века. — Детские выдумки… — снисходительно махнул рукой. — И ты правда поверила? Правда поверила в этот бред! Постой… Ну и с КЕМ я тебе изменил?

Я сделала паузу, рука невольно сжалась в кулак.

— С Олей.

Глаза Димы сузились, зрачки потемнели. А по лицу пронеслась тень. Раздражения или злости? Его настроение, его лицо изменилось буквально за долю секунды.

— Да что за хрень! — грубо выплюнул он. — Постой… ты сама ЭТО видела? Лично??

Возмущению моему не было предела. Ещё бы! Ещё бы я это увидела лично! И свечку надо было ещё подержать?!

— Я видела ваши «брачные» танцы!

Дима снова выдохнул и закатил глаза.

— Класс, весомый аргумент! Значит я султан! Я танцевал, между прочим, со многими женщинами сегодня. И не все они были такими… Такими как Оля! В смысле… Привлекательными и молодыми. Ты бы ещё сказала, что у нас с шестидесятилетней Еленой Михайловной роман! Или у нас теперь танцы приравниваются к измене?

Дмитрий тараторил без умолку. Перешёл на повышенный тон. Больше пафоса и раздражения теперь было в каждом его действии.

— Дим, я не это имею в виду! Ребёнок сказал — она слышала стоны и видела, как взрослые тётя и дядя играют в весёлую игру на стиральной машинке! Они громко охали…

На этом я запнулась — не смогла договорить.

Просто представила себе эту гадкую картину. Лучшая подруга. Любимый муж, с которым мы вместе буквально через ад прошли, который был мне поддержкой и опорой. И… Они трахаются! Трахаются без стыда и совести на детском празднике!!!

Слёзы начали наворачиваться на глаза. Я судорожно выдохнули и сглотнула.

— Значит, это тебе Машка сказала? Она конкретно видела моё лицо? Лицо Оли… — муж прищурился.

А у меня ответа не нашлось.

Да, я не видела их воочию на стиралке! Поверила на слово ребёнку. Но как же… улики? И пропажа мужа? Хотя, он мог быть с друзьями. Где угодно — пить или болтать. Сегодня собралась большая компания. Гости разбились на группы и разбрелись по территории. А территория дачи огромная.

— Машуля наша большая выдумщица. Знаешь, зай, давай не будем лучше ссорится из-за всякой ерунды. Пошли в кровать! Я так устал… Не бери в голову!

Он уже хотел снять рубашку, но я остановила его:

— Тогда чей там был презерватив?! Кусочек использованной фольги! Я нашла его под тумбой!

Муж психанул и начал выворачивать карманы.

— На, смотри! Хочешь, проверь! У меня там пусто! Только сигареты. Телефон! Немного купюр завалялось и мелочи.

— Прекрати, Дим!

Но он не мог остановиться. Завёлся — больше экспрессии, резкости. В его действиях, словах. Показательно выворачивал карман, делая это наверно назло. Я, с каждой минутой, чувствовала себя всё отвратительней. Моя уверенность таяла.

Закончив, перевёл дух, и добавил:

— Знаешь, я понял в чём дело. Всё, что ты нашла — дело рук Алекса.

Он выпрямился и посмотрел на меня с уверенностью.

— Я видел, как Алекс зажимался с той… блондинкой, что весь вечер около него крутилась. Ты же знаешь его… Бабник! А Машенька могла нас спутать, мы же с ним похожи. Вот он и… пошалил! Всё просто! Как два плюс два! Так что давай заканчивай пороть мне свои абсурдные предъявы, раздевайся и ложись в кровать — время исполнить супружеский долг. Лучше направь свою бешеную истерику туда!

Что?? Что, блин?! Дима полез ко мне, собираясь прижать к себе и яростно поцеловать…

Лишь бы закрыть мне рот?!

— Дим, а ты не охренел?!

Я увернулась. Не помню, чтобы последний раз ощущала себя настолько плохо, чтобы мне захотелось влепить любимому мужу пощёчину.

Дима реально вывел меня из себя!

— Рядом с презервативом лежал РЫЖИЙ волос! Рыжий, Дим! Неужели ты думаешь, я совсем идиотка?!

Он всё-таки схватил меня за плечи. Жёстко прижал к себе. Его пальцы сжали мой подбородок, вынудив поднять голову, смотреть только на него, будто я была его собственностью.

— Да ты совсем двинулась?! Не придумывай того, чего нет! Алекс — бабник и ловелас, я тебе уже сказал! И с расследованиями у тебя — явный перебор! Уверен, это волос той… русалки из детского шоу?! Да мало ли кого он мог трахнуть! В честь своего праздника! У нас одна Оля на празднике что ли рыжая?! Вер, ты меня удивляешь, ну правда! И вообще… ты что мне не доверяешь? Если нет, то значит… не любишь. А может и не любила никогда.