Глава 60

Нам было неважно, где мы находимся, что мы в стадии войны. Мы целовались в коридоре небольшой бани семьи Ветровых…

– Ром… – руки и голос дрожали от того, что он делал со мной. Рома вспомнил все приёмы против моей воли…

Сама не заметила как очутилась перед ним почти без всего…

– Поздно, – прохрипел он мне в губы. – Мы уже переступили черту. Теперь кайфуй.

Я закрыла глаза и отпустила себя.

Глупо лгать, что не хотела этого также как и он.

– Рыжая… – шептал он. – Как же я тебя хочу. Сожру!

– Мы будем об этом жалеть… – прошелестела я, открывая шею для поцелуев.

– Я – нет, – заявил Рома и продолжил сладкую пытку дорожкой лёгких поцелуев по шее, ключице и ниже…

Он свалил меня на небольшой диванчик, единственное подобие ложа любви здесь, и подмял меня собой. Кожа, губы болели от жарких поцелуев, пальцы устали мять покрывало подо мной, на спине Романа остались красные полосы от моих ногтей, голос у обоих сел…

Я принимала ласки, дарила их сама, выражала открыто удовольствие от близости с ним – Рома прав, чего теперь стесняться, если мы уже оказались тут, обнажены и хотим одного и того же…

– Давай, рыжая… – шептал он мне на ухо, мягко закусывая мочку моего уха и увеличивая ещё больше удовольствие. Внизу живота скрутилась пружина и болезненно требовала разрядки. – Хочу снова увидеть как ты кайфуешь…

Ещё один нежный прокус, и меня взорвало сладкими ощущениями.

Я обнимала его, чувствуя себя с ним единым, целовала губы, шею и не сдерживала стонов удовольствия, которого уже очень давно не испытывала. Оно совершенно особенное… Такое только с ним. И речь не только об интиме…

Я была счастлива, словно не в этом мире. Я ловила каждый его вздох и взмах ресниц, я пыталась напитаться ими, зная, что совсем скоро мы расстанемся, и такой слабости я больше не допущу…

Едва он отдышался и отступил от меня, как меня накрыло чувство стыда.

Ну и что мы натворили?

Занимались любовью в гостях, да и вообще я не планировала заниматься этим с ним!

Как я оказалась обласканная Питерским?

Чёрт побери…

Я принялась собирать свои вещи, которые Рома в порыве страсти кидал не глядя. А он так и остался сидеть нагишом, наблюдал за мной.

– Сбежишь теперь? – спросил он.

– Ты предлагаешь нам тут заночевать или идти голыми в дом? – спросила я. – И вообще – это запрещённый прием, Рома.

– Но ведь было круто, признайся.

– Было круто, – ответила я. – Разве я когда-то говорила, что ты в постели плох?

– А ты всё-таки меня любишь.

Я застегнула пуговицы блузки и обернулась на него. В отличие от него я нашла все свои предметы гардероба, и уже готова была покинуть баню.

– Я любила, Ром, – ответила я. – Любила. Ты сам всё убил. В тот самый день. Когда я принесла тебе флешку.

– Ты тоже в этом виновата, – ответил довольно резко он. – Зачем ты попёрлась к нему? Ты знала, что нравишься ему. Знала, что я буду ревновать и переживать.

– Знала. Глупо поступила, я не спорю, – шумно вздохнула я. Мы впервые спустя столько лет это обсуждали почти без эмоций, и я давала свою оценку ситуации с позиции прожитых лет. – Но и ты мог бы на миг предположить, что Кир способен опуститься до мести тебе. Что я не виновата.

– Если бы ты увидела меня в трусах в постели какой-нибудь нашей сокурсницы, ты бы меня бросила, разбираться бы даже не стала! Откуда мне было знать, что это подстава?

– Возможно… Только уже ничего не изменить, Ром.

– Хочешь сказать, что у тебя ко мне не осталось ничего? – нахмурился он.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Я уже ничего не знаю. Чувства, прощение – это всё неважно, если нет доверия. А у меня к тебе его нет.

– Ничего не изменилось? – изогнул он одну бровь. – Ты совсем другая была сейчас со мной. Ты меня любила.

– Неужели ты думал, что одна близость что-то решит? – ответила вопросом на вопрос я. – Ты этого хотел. Я этого хотела. Мы это получили. А теперь прошу – давай забудем об этом. И…перестань меня терзать. Отношений у нас не будет. Я не смогу тебе доверять. Я не смогу собрать себя заново, если ты снова исчезнешь. Одного письма и пары поступков ради Оли мало, чтобы я смогла тебе снова доверять. Извини…

Я открыла дверь и вышла на прохладный воздух. Скорым шагом пошла к дому.

Лицо так и пылало.

Я так старалась держаться от него дальше, но взяла и переспала с ним!

Я не лгала: я простила Ромку. Не винила, не кляла. Но верить не получается.

Какие могут быть отношения, когда я не знаю, что будет завтра. А вдруг он снова уйдет? А вдруг он бросит и дочь, не только меня? Верить просто не получается…

– Вы куда пропали? – спросила Кристина, когда я оказалась в доме.

– Да… Разговорились, – туманно отозвалась я, нервно оглядываясь.

Боялась, что Роман вскоре последует за мной и продолжит тяжелый для меня разговор.

Я всё решила. Я не хочу снова доверять и снова обжечься.

Закономерный вопрос – зачем тогда сейчас поддалась?

Я и сама не знаю, зачем. Это как порыв, как слабость…

Знала, что будет только хуже, но не удержалась от соблазна.

– Долго так разговаривали?

– Как вышло…

– А он где застрял?

– Остался ещё подышать свежим воздухом. Слушай, я спать пойду, ладно?

– Да, конечно. Мы тебе в комнате с Олей постелили.

– Спасибо, – ответила я, нервно заламывая руки, и не зная, каким образом найду себе место после того, что случилось, и как смогу уснуть… – Тогда доброй ночи.

– Доброй… У вас точно что-то случилось, – окинула меня внимательным взглядом Кристина.

Она отвела меня в сторону, чтобы Архип нас не слышал.

– Да…ничего особенного.

– Точно?

– С чего ты взяла, что что-то произошло?

– На тебе вещи мятые…

– А-а… – покраснела я. – Ладно, не важно это всё… Извини, не хочу об этом говорить.

Если бы я сама себе хотя бы могла объяснить что произошло, и почему мне так больно от собственных слов, что отношений у нас не будет…

Мне бы этого хотелось? Я совсем в себе запуталась…

Рома настолько быстро появился снова в моей жизни, что я не успеваю понимать свою реакцию на него.

– Ладно, не буду лезть тебе в душу, – сказала она. – Захочешь – сама расскажешь. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Кристина.