Глава 27. Шаман

Перечитываю смс еще пару раз и, присев рядом с тетей, сгоняю Бусю на землю, беру родного человека за руку. Больно смотреть на слезы на ее морщинистых щеках. Не помню, чтобы видел хоть раз, как она плачет. Вспоминаю двух амбалов, что приходили недавно. Ива приносит тете Неле воды. Та с благодарностью принимает и дрожащими руками подносит к губам. Всхлипывая, делает несколько глотков, закашливается и ставит стакан на край стола, едва не уронив его под стол. Ловлю, отодвигаю подальше. – Теть Нель, что происходит? – спрашиваю, пока Макс, сжав зубы, стоит напротив и играет желваками. – В поселке у нас недавно стали дома выкупать, – судорожно вздохнув, хрипло рассказывает она. – Не бог весть какие деньги предлагают, но кто-то соглашается. Молодежь в деревне жить не хочет, а стариков с каждым годом становится все меньше. И ко мне приходили. Два раза. Первый раз еще до твоего приезда. Презентабельные такие, бумажки показывали, о планах много говорили. А что мне их планы, Ярик? Это место дороже любых денег. А второй раз вот, при тебе уже двое. Тоже все разговоры разговаривали про продажу, торговались. Я опять отказала. Не могла я дом продать. Не могла! – ударяет ладонью по столу, а сама все плачет. – Это наше наследство. Здесь вся сила нашего рода. Я дарственную оформила на тебя. Мне хороший человек посоветовал, чтобы проблем с документами меньше было. Земля здесь хорошая. Ваши с Машенькой дети здоровыми и сильными вырастут. А эти ироды ишь что удумали! Девочку нашу забрали. – Ты почему мне раньше не сказала? – не могу на нее злиться и даже голос повысить не могу. – Я ведь спрашивал. – Потому что угрозы не почувствовала. Плохая из меня теперь ведьма, Ярик. Старею, силы уходят. Вам потом достанутся, – гладит она меня по плечу. – А мне на покой скоро. Внуков только дождусь и накажу злодеев, обидевших нашу Машеньку. Ох, – хватается за сердце. – Теть Нель! – подскакиваю я. – Ничего-ничего, Ярик. Все со мной нормально, – бормочет она. – Все хорошо. Кольнуло просто. – Я помогу. Мы с Ивой уводим тетю в дом. Укладываем на постель. Она ловит меня за руку, крепко сжимает и заглядывает в глаза. – Это твой дом, твоя земля. Проси помощи у предков. Они помогут, защитят девочку, пока ты ее ищешь, – четко произносит она и отпускает меня. – Обязательно попрошу. Вновь стягиваю замотанные на запястье четки. Крепко сжимаю и зажмурившись, обращаюсь внутрь себя. Рисую перед глазами образы и прошу, как наказала тетя, силы и защиты, но не для себя – для жены. Я и сам справлюсь, своими методами. Злость, бурлящая внутри, как дополнительная батарейка или кофеин, впрыснутый прямиком в вены, – сейчас моя сила. Выхожу к Максу. Беру теткин телефон, оставшийся на столе. Диктую номер Марьянину. Вбивает в сообщение, отправляет и тут же звонит нашим спецам. – Номер мне пробей. На кого оформлен, где отсветил, все перемещения. Да мне похер, что ты спишь, Олейников! Проснись и сделай. Утром не будет результата, порву на британский флаг и повешу над отделением. Пусть все думают, что у нас посольство. Что там говорят твои духи? – Друг резко переключается на меня. Губы трогает злобная усмешка. Макса передергивает. – Пойдем, прогуляемся, – хлопнув ладонями по столу, поднимаюсь со скамейки. – Есть направление? – Обязательно. Местный и неместный одновременно. Человек, который давно напрашивается, но все как-то повода не было, – сжимаю руки в кулаки и направляюсь к калитке. Макс за мной, следом за ним и Буся. – Да твою мать. Домой! – приказываю собаке. – Не до тебя сейчас. Ушастое недоразумение упрямо стоит на месте, еще и хвостом виляет. Нет у меня времени на разборки с ним. Хочет идти с нами, пусть идет. Лишь бы не влез опять никуда. – А я гляжу, у тебя новый друг появился, – стебется Макс. – А говорил, кошатник. Метаю в него убийственный взгляд и первым выхожу с территории. Буся на удивление не путается под ногами. Семенит маленькими лапами в стороне от нас, иногда цепляя пузом высокую траву. Чешется, выбирается на дорожку. – Чудо природы, – закатываю глаза. – Слышь, Макс, а губа не дура у похитителей. И участок им подгони, еще и денег дай. – Бессмертные, – замечает друг. – Мы это поправим. – Обязательно поправим. Перебудив соседских собак и подсвечивая себе фонариком, добираемся до нужного нам дома. Тачка Ильдара стоит во дворе. Свет горит над крыльцом и возле сортира. В доме все окна темные. – Там женщина пожилая помимо него, – поясняю для Макса. – Разберемся. Скрипнув калиткой, он входит во двор. Буся шмыгает в очередные кусты. Одни уши торчат. Незаметный пипец! Но я даже рад, что эта псина увязалась за нами. Он немного разряжает обстановку и не дает нам с Марьяниным окончательно взорваться. Пока Макс осматривает машину, стараясь раньше времени не потревожить сигнализацию, я обхожу вокруг дома и делаю несколько шагов вглубь двора. Не нахожу ничего интересного. Возвращаюсь к другу. Переглядываемся. Марьянин от души пинает по колесу, и прямо как в комедии про Хоттабыча «чудесная птица» запевает на всю округу, слегка оглушая после ночной деревенской тишины. Собаки заводятся по новой. Откуда-то на дорожку выбегает перепуганный кот, а к нам на крыльцо выскакивает Ильдарчик собственной персоной. Щелкает кнопкой на брелоке. – Что там? – раздается голос его родственницы из глубины дома. – Кошка. Спи, – вперив в нас возмущенный взгляд, отвечает Ильдар. – Говорила я тебе, выключай эту заразу на ночь. Всех соседей перебудил. – Спи, говорю. Приду сейчас, – повышает голос парень и спускается к нам, оставив дверь нараспашку. – Заняться больше нечем? – возмущается, а я наблюдаю, как наш «партизан» Буся пулей вылетает из кустов прямиком в дом. Никто кроме меня его и не заметил. Вот же… Ладно, посмотрим, что задумала эта странненькая животинка. Я не в настроении церемониться. Поймав парня за горло, швыряю к стене и прижимаю голой спиной к шершавым доскам. Он ловит ртом воздух, пытаясь вновь возмутиться, но я прикладываю к губам палец свободной руки. Ильдар отчего-то проникается моим молчаливым приказом. – Маша где? – наигранно вежливо интересуюсь. – Че, невеста от первой брачной ночи сбежала? – усмехается бессмертный. – Ай, м-м-м… – закашливается, получив кулаком под дых. – Повторяю еще раз. Маша где? – Да откуда я знаю?! – взвинчивается Ильдар. – Не ори. Всех соседей перепугаешь. – Угу, – поддакивает Макс. – Будь мужиком. Сдохни молча. – Мужики, да вы чего?! – громко шепчет наш первый подозреваемый. – У вас девка пропала, а я виноват? – Примерно так. Сейчас мы поиграем с тобой в игру. Блиц-опрос. Я спрашиваю, ты быстро отвечаешь. Если я тебе не верю, выбиваю зуб. – Э-э-э … – Как можно войти во двор, минуя основную калитку? – Через забор? – Еще варианты. Три, два, – перекладываю четки так, чтобы бусины легли прямиком на костяшки. Сжимаю в кулак. – Не знаю я. Раньше были вторые калитки. На всякий случай. Пожар там или еще что. Тут такая есть. Давно заросла уже, – тараторит он. – Во-о-от, – довольно ухмыляюсь. – Может, когда захочет. – Макс подходит ближе. – Зачем ты сюда приехал? – задаю следующий вопрос. – В гости! – Дохрена лет не приезжал, а тут вдруг соскучился? – Нельзя? – показывает зубы Ильдар. – Ну почему же? Можно. Если после этого не пропадают чужие жены. Кого ты притащил с собой в деревню? – В смысле? – В коромысле, блядь! – бесится Марьянин. – Один сюда приехал или в компании? – Один. – А что за мужики по дворам ходят? – хмыкаю я. – Не знаю, – возмущенно шипит парень. – Мы ему верим? – кошусь на Марьянина. – Нет, – довольно скалится друг. – Не верим. Резкий удар, приятный «хрусь», и с жалобным стоном Ильдарчик выплевывает сломанный зуб в сторону от меня. На подбородке слюни, кровь. Прелесть! Какая я сегодня все же злобная скотина. Самому приятно. А то все переживали, что свадьба без драки. Пожалуйста. Как по заказу. – Еще раз попробуем? – разминаю пальцы и укладываю четки в исходное положение, на костяшки. – Да все-все, я понял, – сдается впечатлительный парень. А может, инстинкт самосохранения работает на «отлично». – Только вам все равно не ко мне. Я вход показал и девчонку позвал. Бабки мне нужны позарез. Должен я, ясно? – И ты решил мою жену продать? – Голос вибрирует от злости. – Я только показал, – повторяет он. Зрачки мечутся в панике, тело сжимается в ожидании очередного удара. Чтобы не заставлять его долго ждать, чуть меняю траекторию полета кулака и ломаю еще один зуб. Все как обещал. – М-м-м, черт… – стонет Ильдар. – К кому нам? – схватив его за челку, прямо в ухо рычит Макс. – К фельдшеру! К Вике. Она в курсе. – На бабу решил свалить? – качаю головой из стороны в сторону, разминая напряженную шею. – Клянусь. Чем хотите клянусь. Я не знаю больше ничего. Все вопросы к ней, – на одном дыхании шипит Ильдар. – Ладно. Хрен с тобой. Живи, – отхожу от него. – Пока, – дополняет Макс, отпуская парня. Оглядываюсь, Буся уже за калиткой. Радостно виляет хвостом, а в его зубах зажато что-то блестящее. Подхожу, присаживаюсь на корточки. Пес легко отдает мне находку. – Что там? – Максу не видно, он весь свет собой загородил. А мне и в темноте ничего не стоит узнать маленькую заколочку из Машкиной свадебной прически. Ну что ж, Вика – значит Вика. Сюда мы еще вернемся.