Ты предназначена мне — 25 | читать онлайн

25

Ева

— Ты уверен? — накинув на плечо лямки рюкзака, я стояла рядом с машиной. — У меня есть ещё две недели. Нам не обязательно ехать сейчас.

Руслан поставил на заднее сиденье корзинку, по обыкновению собранную для нас Франческой. Рядом положил отданный мне Борисом фотоальбом и захлопнул дверцу.

— Уверен, — ответил он, глядя на меня. — Пора уже сказать Акулевскому, что ждать ему нечего, — при упоминании Бориса в голосе Руслана зазвучало раздражение. — Да и мариновать его достаточно. Это не тот человек, с которым стоит играть в подобные игры.

Согласная с каждым его словом, я села в машину. Кожаное сиденье нагрелось от проникающего сквозь лобовое стекло солнца, и мне пришлось потревожить пригревшуюся Жордонеллу. Широко и сладко зевнув, она нехотя отодвинулась на край. Руслан сел за руль с другой стороны. Бросил взгляд в сторону дома и завёл двигатель.

— В город мы, скорее всего, заезжать не будем. — Тронул внедорожник с места.

Я тоже посмотрела на дом: небольшой, но добротный, похожий на те, что я видела на иллюстрациях к историям швейцарских сказочников, потом на Руса. Судя по исходящей от него уверенности, он точно знал, что делает. Меня же не покидало беспокойство, появившееся ещё вчера, когда он сказал, что на несколько дней нам нужно уехать, чтобы решить дела.

— Борис знает, что не вышел в море на «Грейше»?

— Он знает, что я хочу как можно быстрее разделаться с Виком, и что у меня есть на этот счёт определённые мысли.

Машина выехала со двора. Внедорожник качнулся, когда мощные колёса угодили на край дороги, солнце в последний раз мелькнуло в лобовом стекле и оказалось сбоку. Думаю, он понял, что торчать полгода в море в мои планы не входит. В том, чтобы достать Виконта, он заинтересован не меньше меня.

— И всё-таки у меня чувство, что нужно было подождать ещё хотя бы несколько дней, — мы проехали поворот к трактиру.

Мимо машины, весело перекрикиваясь, в сторону моря пронеслась стайка ребятни. Рус повернулся ко мне, и я ощутила не только его уверенность, но и напряжение. Взгляд его был недолгим, однако этого хватило, чтобы я пожалела о сказанном. Со дня нашей свадьбы прошло больше недели. Всё, вроде бы, шло своим чередом: работа в трактире, кулинарные уроки Франчески. Это было днём, а по вечерам… По вечерам мы с Русланом сидели позади дома на нагретой за день каменной приступке. Я прижималась к нему спиной, он гладил меня по бедру, целовал в шею, прикусывал кожу. Сколько я ни говорила ему, чтобы он не делал этого, всё было бесполезно. Он как будто специально оставлял на мне свои метки. Нет, не как будто — специально. Мы пили домашнее вино или чай с облепихой и мёдом, негромко переговаривались или молчали, наслаждаясь окружающими нас тишиной и спокойствием. Вот только… Только даже в эти моменты он был начеку.

— Помимо всего прочего, мне нужно обсудить с Борисом некоторые дела, не имеющие к тебе никакого отношения.

Теперь он смотрел на дорогу. Сухожилия на запястье лежащей на руле руки были напряжены, вена на виске слегка вздулась. Жесткий тон с металлическими нотками свидетельствовал о том, что решение он принял и обсуждать это бесполезно. То, что происходило в Грате, в порту, было делом, соваться в которое мне не стоило, пусть даже я и стала невольной участницей всего этого. Разборки, женщинам в которых не место. Вот только касались они именно женщин…

Замолчав, я убрала с коленок рюкзак и посадила кошку. На удивление та возражать не стала. Наоборот. Тихонько мяукнула и, сонная, принялась, почти не выпуская когтей, мять лапами подол моего платья. Гладя её, я смотрела на кольцо. Такое же было и у Руслана. Другой мужчина, надев его, мог бы показаться смешным. Другой, но не он. Исподлобья я рассматривала его и в который раз думала, как случилось, что именно он встретился на моём пути? Что, желая или не желая этого, я отдала ему сердце? С юности живущая с пониманием, что единственно возможный в моей жизни мужчина — Борис, могла ли я представить себе что-то такое?

— Ты чего? — спросил Руслан, заметив мой взгляд.

— Ничего, — улыбнулась. — Просто…

Он вопросительно кивнул. Посмотрел на дорогу и снова на меня.

Я мотнула головой. Потихоньку засмеялась. Покрутила на пальце колечко.

— Подумала вдруг, что ты, наверное, тоже был предназначен мне, а не какой-то там… рыжей, — глянула на него искоса. — Руслан… — позвала негромко. — Если ты когда-нибудь меня предашь… по-настоящему предашь, я — улыбка так и не сходила с моих губ, но теперь она стала совсем другой. Задумчиво я погладила кошку, перебирая шерсть. Опустила взгляд и тут же подняла. — Я действительно умру. — Приложила кулак к груди. Потихоньку ударила и вдруг поняла, что сделала это так же, как Франческа в маленькой комнатке, скрытой в глубине церквушки. Раскрыла ладонь. — Вот тут умру. Потому что тут всё верит тебе. Тут всё твоё.

Не останавливая машину, он взял мою руку и поднёс к своей груди. Прижал. Дорога была узкая, неровная, и мы ехали небыстро, но Рус всё равно посмотрел вперёд. Вперёд, а затем на меня — в глаза.

— А тут всё твоё, Ева. Только твоё.

Где-то на середине дороги я включила музыку. Попробовала поймать радиоволну, но всё, что мне удалось расслышать, только пробившиеся сквозь шум обрывки фраз:

— «На участке… предвар… автомобиль… На месте покушения…» — вздохнув, я выключила радио.

Сообщение из очередной новостной сводки. За время, проведённое вне пансионата, я успела привыкнуть к подобному. Вот снова — то ли авария, то ли покушение…

— В бардачке есть несколько флешек, — как только я выключила магнитолу, бросил Руслан. — Поставь что-нибудь, если хочешь.

Желание слушать что-либо пропало, но я всё равно открыла бардачок. Первым, что попалось мне на глаза, был чёрный пистолет. Стоило мне дотронуться до него, как гнетущее чувство беспокойства усилилось.

— Вряд ли это похоже на флешку, — с кривоватой усмешкой заметил Рус, когда я, коснувшись рукояти, отдёрнула руку.

Захлопнула крышку.

Всю дорогу Руслан думал о чём-то своём, и я старалась не лезть к нему. Стоящая в салоне тишина не была напряжённой, и внезапно я поймала себя на том, что молчать рядом с ним мне куда уютней, чем пытаться выглядеть кем-то большим, чем я есть, рядом с Борисом. В этом молчании я была собой. С Русланом я вообще всегда была собой — право, которое он никогда не пытался у меня отобрать.

— Хочешь перекусить? — спросила, чувствуя, что проголодалась. Ехали мы уже долго и за это время ни разу не останавливались. — Я могу сделать нам бутерброды.

— Это было бы кстати, — отозвался Рус, и я было потянулась, чтобы достать с заднего сиденья корзинку.

Стоило мне привстать, телефон Руслана зазвонил. Я мельком глянула на него. Заметила, как он напрягся, увидев номер звонившего и села обратно.

— Слушаю тебя, Мартин, — резко выговорил он. — Нет… Ты же знаешь, что я в море… — Он умолк, с усилившимся напряжением слушая говорившего. У меня вдруг пересохло в горле. Глаза Руслана становились с каждой секундой темнее, на скулах выступили желваки. — Вот чёрт… — процедил он. — Да… Чёрт возьми! Я свяжусь со своими людьми. Да. Буду держать тебя в курсе. Того же жду от тебя.

Нажав на отбой, он выругался. Внедорожник, и до того мчащийся на приличной скорости, рванул быстрее. Сбоку мелькнул знакомый мне указатель. Развилка.

— Нам в другую сторону, — мы свернули не туда.

Дом Бориса был в другой стороне, мы же…

— Планы поменялись, — отрезал Рус, выкручивая руль и втапливая педаль. Глаза его сверкали чёрной яростью. — К Акулевскому мы наведаемся позже. Сейчас мы едем в Грат.

— В Грат? — с непониманием переспросила я и тут же отругала себя за дурацкую манеру.

— В Грат, Ева. Виконта объявился в порту.

— Так мы едем в порт? — с беспокойством коснулась я бедра Руса и едва не повалилась прямо на него. Низкий седан, оставшийся позади, проводил нас гневным гудком.

— В порт еду я, Ева, — не терпящим возражений тоном отрезал Руслан.

Я поднялась, посмотрела в зеркало заднего вида. Позади осталась ещё одна машина. Обычно пустая дорога была слишком оживлённой для этого времени. Я вспомнила, что среди прорывающихся сквозь шум обрывков слов уловила что-то о перекрытии нескольких дорог на подъезде к городу.

— А куда еду я?

— Отвезу тебя к Ренату. Побудешь там, пока я не вернусь.

— Нет, — отрезала я. — Я поеду с тобой, Руслан.

— Ева, — жёстко, с нажимом и предупреждением.

Понятия не имею, чего он хотел добиться этим приглушённым «Ева», добился он обратного. Отступать от своего я не собиралась, и убедить меня не смогли бы никакие доводы. Я хотела поехать в порт с ним, знала, что должна быть с ним.

— Я поеду с тобой, Руслан, — выговорила с неменьшей жёсткостью.

— Это может быть опасным, ты, чёрт тебя дери, понимаешь?!

— Понимаю. — Я в самом деле понимала. — Понимаю, Рус. И именно поэтому я поеду с тобой. Если ты хотел, чтобы твоя женщина сидела дома и ждала, пока ты наиграешься в мужские игры, тебе стоило жениться на ком-нибудь другом.

Он посмотрел на меня, грязно ругнулся и сжал зубы. Пальцы его на руле тоже сжались. Я же снова коснулась его бедра, глядя в сосредоточенное, мрачное лицо. У меня вдруг появилось ощущение, что если сейчас я отступлю, если позволю ему отвезти меня к брату, ничего как прежде уже не будет. Провела по джинсам, и почувствовала, как Руслан напрягся.

— Если ты поедешь один, — сказала я уже тихо, — я сойду с ума, Руслан. Просто сойду с ума, пока буду ждать тебя.

Он не ответил, только ещё раз быстро посмотрел на меня и выругался. Самым безобидным, что прозвучало в мой адрес, было:

— И дёрнул же меня чёрт отвести тебя в церковь, — за этим прозвучало ещё несколько крепких словечек. — Тебе там нечего делать, ты понимаешь? — наконец выговорил он уже спокойнее, крутанул руль, сворачивая с трассы.

За стеклом замелькали деревья, перемешанные с покосившимися домиками. Позади осталась медленно бредущая вдоль дороги старуха, две возящиеся в пыли обочины псины. Для того, чтобы доехать до Рената, нам нужно было преодолеть по трассе ещё несколько километров, этот же путь был кратчайшим. Кратчайшим путём, но не к особняку Рената и Лианы, а к порту.

— Понимаю, — всё так же негромко, не убирая пальцев с его бедра. — Я и не собираюсь ничего делать.

— Тогда какого лешего, Ева?!

— Я просто буду с тобой, Руслан, — выдохнула и убрала руку.

Посмотрела вперёд и сжала пегаса, точно зная, что поступаю правильно. Так, как должна поступить, так, как подсказывает мне не разум — сердце.

— Пригнись, — приказал Руслан.

Только-только мы пересекли границу области и въехали в Грат. До самого порта было ещё достаточно далеко, и я посмотрела на Руса с вопросом. Его молчание было столь красноречивым, что на этот раз возражать я не стала. Послушно отстегнула ремень и почти демонстративно уселась на коврик возле сиденья. Подтянула к себе согнутые в коленях ноги. На губах Руса мелькнула усмешка, когда я выразительно глянула на него.

— Ты забыл, что стёкла тонированные? — стянула на пол рюкзак, вытащила телефон и, стерев рекламное сообщение, убрала обратно.

— Никто не должен знать, что ты со мной, — больше он не усмехался. — Не вздумай высовываться, поняла?

— А если тебя не будет несколько часов? — я улыбнулась.

Конечно же, я отдавала себе отчёт в том, что он прав. Никто не должен был видеть меня с ним, знать, что я с ним. Я — его слабость. Единственная ли? Сейчас, глядя на него, я подумала, что это может быть действительно так.

— Значит, ты просидишь так все эти несколько часов, — он не шутил. Ни намёка на то, что это шутка. Ни улыбки в уголках губ, ни смешка.

Мне стало не по себе до такой степени, что я ощутила лёгкую тошноту. Желудок скрутило, пальцы похолодели. Если он решил показаться в порту, значит, игра теперь ведётся в открытую.

— Скоро всё закончится? — глупый вопрос, ответа на который у Руслана, конечно же, не было.

— Я надеюсь, — он вывернул руль. Машину слегка качнуло на повороте. Мельком я различила знакомый мне высокий дом, проводила его взглядом и села удобнее. Места было достаточно.

— У меня неплохая компания, да? — обратилась к тут же занявшей моё кресло кошке. Мягко улыбнулась, когда она, принюхавшись к моим пальцем, издала нечто схожее со скрипучим «мяу», больше похожим на курлыканье. Потихоньку засмеялась, тронула за лапку. Несмотря на то, что дороги я не видела, чувствовала, где мы — витражная витрина с парусником, поворот…

— Ева, — позвал меня Рус, когда мы остановились.

Я тут же посмотрела на него. Молча он открыл бардачок и достал пистолет. Я думала, он сунет его за пояс, но вместо этого Руслан протянул его мне.

— Зачем это? — немного растерялась, но всё же взяла. Растерянность тут же сменилась тем самым — гнетущим, тревожным. Всё было слишком серьёзно. Всё. И тяжёлый взгляд Руслана, устремлённый на меня, — тоже.

— На всякий случай, — коротко ответил он. Коснулся моего виска, щеки. От его взгляда горло сжалось. Долгие секунды тишины… — Что бы ни случилось, не высовывайся, — выговорил он в момент, когда я уже начала думать, что он так и уйдёт, ничего мне больше не сказав. — Сиди тихо и не выходи из машины. Пообещай мне это, Ева.

Я молчала. Сжимала рукоять пистолета и не могла выдавить ни слова.

— Пообещай мне, — почти рыча, сквозь зубы, глядя в глаза.

— Обещаю, — отозвалась шёпотом.

Он кивнул, взялся за ручку дверцы, но я, быстро встав на колени, дотянулась и остановила его. Он развернулся, вопросительно кивнул.

— Ты тоже пообещай, — сжала его руку. — Пообещай, что будешь осторожен.

— Буду, — перехватил пальцы, стиснул и открыл дверь, а после с силой захлопнул, оставив меня в компании Жордонеллы и тяжёлого чёрного пистолета, холодом лежащего в руке.

— И что? — я потрепала Жордонеллу по голове. Она извернулась, слегка ударила меня лапкой. — Что? — повалила её на бок.

Разыгравшаяся, она потихоньку укусила меня за палец и тут же лизнула. Пытаясь отвлечься, я поначалу открыла сайт одного из любимых магазинчиков и почти тут же свернула браузер. Для того, чтобы заниматься подобной ерундой, я была слишком взволнована. Словно почувствовав это, Жора лизнула мои волосы, спрыгнула ко мне на пол и принялась теребить поясок платья. Наверное, только она и была способна хоть сколько-то отвлечь меня.

— Это чей такой носик? — тронула кончиком пальца. — А?

Она махнула лапкой, подтянула мою руку, пытаясь снова укусить, и в тот момент, когда я опрокинула её на спинку, снаружи послышалось шуршание. Жордонелла тоже насторожилась, мигом позабыв об играх. Колёса… Стараясь быть как можно осторожнее, я привстала. Оперлась рукой о сиденье. Один за другим возле здания администрации порта, остановились два чёрных автомобиля. Нос первого оказался в считанных метрах от дверцы с моей стороны. Хлопок…

Я увидела нескольких мужчин, один из которых показался мне смутно знакомым.

— Пошли, — донеслось до меня нетерпеливое, резкое. — Алиев внутри. Покончим с этим живучим сучёнышем, а потом займёмся его братом.

Я увидела троих… четверых… Не обращая внимания на Хаммер, они прошли внутрь. Тот, что шёл последним, ненадолго остановился и обернулся в сторону порта.