Глава Двадцатая

Шейн – Призрак.

Знала я об этом? Подозревала, но гнала от себя эти мысли, боясь, что сердце разобьётся о правду жизни. Странные ощущения и желания. С одной стороны, мне безумно хотелось, чтобы это было правдой, а с другой… Столько вопросов сразу возникало. Как же так? Зачем ему это?

Ведь мы оба знали, что он рунерд, а я не его избранная. И совместное будущее – просто иллюзия. И тогда зачем всё это? Зачем приходить ко мне во снах и рассказывать о любви, когда отношения между нами невозможны? Может, поэтому он скрывался от меня и остальных? Потому что будущего нет?

Ложь? Обман? Жалкий розыгрыш? Нет, я не хотела в это верить. Нейт не был похож на обманщика, который решил потешить собственное самолюбие, играя на чувствах бедной попаданки. Но тогда зачем?

Я запуталась в своих мыслях и его поступках. Всё ещё больше перемешалось.

– Леандра? Ты как? – из рук отца меня попытался забрать Эндор, для того чтобы осмотреть на предмет ран и увечий.

Это подействовало как пощёчина. Я дёрнулась, вспоминая Делию перед гибелью. Её полные слёз глаза, вековую печаль и обреченность.

– Не трогай меня! – срывая голос, закричала ему, вырываясь и прячась за спиной отца и подоспевших братьев, где чувствовала себя в относительной безопасности. – Не смей меня трогать! Никогда! Убийца! Это ты убил её! Ты!

– Леандра, – попытался вмешаться подошедший Искрем.

Но не тут-то было. Я больше не хотела молчать, слишком далеко всё зашло.

– Не трогайте меня! Не смейте, – стирая слёзы, вновь прорычала я, с ненавистью смотря на драконов. Они были совершенно спокойны. Смерть несчастной Делии ничего для них не значила. Подумаешь, на смену одной придёт другая. – Я не принадлежу вам и никогда не буду принадлежать! Решили сломать меня, запугать и заставить сдаться? Не выйдет! Ничего у вас не выйдет! Меня зовут Лея! Лея Аверина! Можете подавиться своим наследством, титулом и прочими регалиями. Свадьбы не будет! Никогда! Я лучше вены себе вскрою, чем позволю тебе меня коснуться, – взгляд в сторону застывшего Эндора. Вокруг нас стали собираться люди, но я ничего не замечала. Мне надо было выговориться, и этим я и собиралась заняться. – Меня от тебя тошнит! Монстр, чудовище. Она же любила тебя. А ты её растоптал и уничтожил. Но со мной такого не будет!

В конце своей пламенной речи я уже хрипела, захлёбываясь слезами.

– Лея, – Мариус осторожно коснулся моего плеча. – Тебе надо отдохнуть и успокоиться. Позволь проводить тебя в покои.

– Нет, – я замотала головой, невидящим взглядом скользя по толпе разношёрстных павлинов, которые больше переживали из-за загубленного праздника, чем о смерти девушки. И в этом мире мне предстояло жить? Уж лучше на Землю. – Отведи меня к Шейну.

– Леандра, не смей! – снова Искрем.

– Меня. Зовут. ЛЕЯ! Никогда, слышите? Никогда не смейте отдавать мне приказы. Я не ваша игрушка. Я драконица!

– Вот именно! Ты драконица, которая принадлежит клану и семье.

– Ошибаетесь, лорд Искрем. Я принадлежу только себе.

– Мы проводим тебя, – подал голос отец, приобнял за плечи, поворачивая в сторону выхода, и шепнул на ухо: – Успокойся. Ты и так слишком много наговорила лишнего. Искрем не простит такого своеволия, и Стаут тоже. Жди ответного удара.

– Мне всё равно, – ответила ему, шагая по тёмным коридорам, освещённым тусклыми магическими светильниками. Я словно сдулась, гнев забрал остатки сил. – Я больше не могу так жить. Эта девушка… Она же была такой молодой. Почему?

Я не требовала ответа, но его дал Гарт, который шёл за нами.

– Это «Поцелуй дракона». Его используют жены драконов, когда собираются уйти… эффектно.

Я споткнулась и едва не упала. Мимо нас быстро прошагали слуги – наверняка отправились уничтожать следы взрыва.

– Эффектно? – заикаясь, спросила я и обернулась. – Эффектно? Это ты называешь эффектно?

– Лея, успокойся. Гарт не виноват, не стоит срывать на нём злость, – это снова Тирен. – Может, тебе лучше вернуться к себе?

– Нет. Я должна быть там… с Шейном.

– Это вызовет много вопросов, – заметил Мариус.

– Мне всё равно, – снова повторила я. Мы поднимались по очередной лестнице, и мне приходилось держаться за отца, чтобы не упасть. – Я устала так жить. Не могу больше.

Мы шли еще минут пять или десять. Не знаю, время будто остановилось. Здесь, в его покоях в западном крыле, тоже было много людей и врачей. Они бегали, суетились, носились туда-сюда. Но я, почти ничего не замечая, шагнула вперёд.

– Вам сюда нельзя, миледи, – меня попытался остановить какой-то мужчина, перегораживая вход в спальню.

– Пропустите её, – вмешался Тирен.

– Но…

– Пропустите.

Я знала эту комнату. И это покрывало цвета красного вина мне тоже было знакомо. Я очень хорошо помнила тот жаркий сон, в котором мы были здесь вдвоём. Прикосновения губ, рук и сладкая истома по телу. Сомнений больше не осталось. Натаниэль Шейн действительно был Призраком из моих снов. Осталось только узнать, зачем...

Нейт лежал с тугой повязкой на спине. Когда-то она была белой, а сейчас на ней выступили пятна крови. Но я видела только лицо Шейна и светлые влажные волосы, которые от пота прилипли ко лбу. Его веки дрожали, а дыхание с хрипом вырывалось из груди.

Жив…

– Как он? – тихо спросила я у лекаря, который сидел на стуле у кровати и держал Нейта за руку, вливая в него силу и магию. Спросила его, а смотрела только на Шейна. Лишь на него.

Теперь я могла, имела полное право смотреть и любоваться им. Если раньше я запрещала себе даже думать о нём, то сейчас могла. Открыто, честно, прямо. Когда он очнётся, я обязательно спрошу обо всём, задам вопросы. Но это будет чуть позже.

Мне казалось, что я никогда не смогу полюбить, что слишком рациональна для этого. Но как же сильно я ошибалась.

Я любила, и плевать на всё преграды на пути. Пусть у нас совсем немного времени быть вместе, но я хотела прожить эти годы так, чтобы потом было что вспоминать одинокими, холодными ночами.

– Рана серьёзная, – ответил мужчина. Он не стал спрашивать, кто я такая и что здесь делаю. – Другой на его месте давно погиб, но лорд Шейн очень силён. Кровь рунердов даёт о себе знать. Необходимо некоторое время на регенерацию. Опасности жизни нет, но поваляться в постели ещё придётся.

– Я могу побыть с ним?

Лекарь замялся, бросив на меня внимательный взгляд:

– Не уверен, что это возможно, миледи.

– Просто побыть. Лорд Шейн спас мне жизнь. Это самое малое, что я могу сделать для него в ответ. И посудите сами, он сейчас не в том состоянии, чтобы обесчестить девушку, – я попыталась улыбнуться, но шутка вышла не смешная.

– Я понимаю, миледи, но…

– Я буду здесь, – вмешался Тирен. – Леди Леандра просто хочет оказать помощь человеку, который её спас. Не больше. Уважьте её желание и стремление.

– Хорошо, – вздохнул лекарь. – Если вы настаиваете.

Лечение продлилось еще минут десять. Всё это время я сидела в кресле у стены, заламывала руки и смотрела, не в силах отвести взгляд от родного лица.

– Может, вас тоже стоит осмотреть?

– Что? – я непонимающе взглянула на поднимающегося лекаря.

– Вы ранены?

Опустила глаза вниз на порванное платье, которое было всё в пятнах сажи, крови и гари. Наверное, я сейчас выглядела не очень хорошо. Подняв руку, коснулась лица, растрепанной причёски. Но боли нигде не было. Да, тело устало, корсет стянул грудь, мышцы ломило от усталости, но это всё можно было пережить и перетерпеть.

– Спасибо, не нужно. Со мной всё в порядке.

Стоило ему уйти, как Тирен помог мне пододвинуть кресло поближе к кровати.

– Я буду рядом, – сказал, уходя. – В соседних покоях. Зови, если понадобится тебя сменить.

– Спасибо.

Я вновь взглянула на Нейта и осторожно коснулась его руки.

– Привет, Призрак, – прошептала я и, наклонившись, поцеловала мужчину в лоб. – Я здесь, с тобой.

Нейт вздрогнул и тихо, едва слышно выдохнул:

– Лея.

Оказывается, мне так мало нужно для счастья.

Я действительно просидела у постели Шейна всю ночь. Служанка принесла мне таз с тёплой водой, я смачивала в нём тряпку и протирала его лицо от пота. Эта монотонная работа успокаивала расшатанные нервы.

Спал Нейт плохо, дёргался, временами его лицо менялось, черты становились острее, вокруг тела клубился туман. Я знала, что это вторая сущность брала своё, и стискивала зубы, молясь, чтобы всё прошло хорошо.

А еще он часто шептал моё имя, и каждый раз сердце будто обрывалось и замирало от счастья.

Мне всё-таки удалось задремать на неудобном кресле, положив голову и руки на постель, вздрагивая и просыпаясь каждый раз, когда Нейт ворочался и стонал.

Так незаметно наступило утро.

– Лея, – в спальню заглянул Гарт. – Я принёс тебе тонизирующий чай. Он поможет тебе восстановить силы.

– Спасибо, – улыбнулась я, потирая затёкшую шею и разминая плечи. – Но мне бы кофе.

– Извини, такого у нас нет. Как он?

– Не знаю. Вроде бы стало лучше.

– Понятно. Лея?

– М? – я глотнула горячий чай и взглянула на брата поверх чашки.

– Там тебя Стаут спрашивает.

– Отправь его к чёрту.

– Куда?

– Неважно. Скажи, что я не хочу его видеть. Никогда. Причины были озвучены ему еще вчера ночью.

– Сказал, но он настаивает. Говорит, что это очень важно и в твоих интересах.

Даже так. Что ж, может, действительно лучше с ним встретиться и расставить, наконец, все точки над «и».

– Хорошо, – я вернула Гарту чай и устало поднялась. Как же мне хотелось сейчас переодеться, избавиться от этого неудобного и громоздкого платья, принять ванну и привести себя в порядок, но я так боялась оставить Нейта одного даже на пару минут.

Эндор действительно ждал меня в кабинете Шейна. Мужчина сидел на диване, положив ногу на ногу, и раздраженно барабанил по колену пальцами. Видимо, ожидание давалось ему тяжело.

– Леандра, – кивнул он, даже не удосужившись встать.

Я закатила глаза к потолку, но от комментариев воздержалась.

– Что тебе нужно? – спросила у него, подходя ближе и становясь за креслом.

– Поговорить.

– Нам не о чём с тобой разговаривать, Эндор. Вчера всё было сказано. Я никогда не выйду за тебя. Никогда!

– Ошибаешься, – зло усмехнулся он. – Нам есть о чём поговорить. Узнаешь?

И достал из кармана небольшую такую серёжку. Ничего особенного. Обычные земные пуссеты-гвоздики, задний шарик больше переднего. У Машки были точно такие – ярко розовые в чёрную крапинку…

Машка… Безумная догадка, которая не могла быть правдой. Или могла?

Я схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть.

– Ты… Что ты с ней сделал?

– Ничего. Пока ничего. Но теперь всё зависит только от тебя, Леандра.

– Что ты хочешь? – с трудом прохрипела я.

– Что за странный вопрос, дорогая. Я никогда не скрывал от тебя того, что хочу.

Чтобы не упасть, я осторожно, выверяя каждое движение, обошла кресло и тяжело приземлилась. Юбка противно зашуршала, усиливая без того возросшее напряжение.

– Я тебя ненавижу.

– Переживу.

– И желаю смерти. По возможности медленной и мучительной, – продолжала я осевшим голосом.

Карты на стол. Мы сейчас как никогда были честны друг перед другом.

– Это придаст пикантности нашему союзу, – равнодушно ответил тот, перекатывая пуссет между пальцами.

Мои слова нисколько его не задели. Но зато я смогла дать волю гневу и боли, что накипела за эти дни.

– Ты псих. Неужели не понимаешь, что это ненормально? Это же одержимость какая-то! Безумие! Почему я? Зачем ты так упорствуешь?

– Зачем? – хмыкнул Эндор. – Думаешь, я десять лет зря старался? Десять долгих лет скрывал и прятал ото всех драконицу в техногенном мире, чтобы вот так легко отступить?

– Что? – ахнула я, растеряв весь напор. – Ты знал обо мне?

– Конечно, знал. Амулет, украденный Тиреном, было трудно найти, но не настолько, чтобы потратить двадцать лет. Мне хватило двух поездок на Землю, чтобы найти наркоманку Ирину Аверину и её необычную дочь. Пришлось очень постараться, чтобы усыпить и заморозить твои способности, которые вот-вот должны были проснуться, и не дать им развиваться, чтобы ты не выдала себя раньше времени.

– Усыпить?.. Не дать развиться? – зачарованно переспросила я. – Ты знал!

– Конечно, знал. И ты думаешь, что после стольких усилий и лет сдамся просто так? Ты моя, Леандра! Только моя.

Я сглотнула и отвернулась. А ведь если бы не нападение аангов, всё бы сложилось совсем по-другому. Стаут продолжил ухаживание, я растаяла и влюбилась. План бы удался. Никогда не могла подумать, что буду благодарна змеевидным чудовищам.

– Ты не имеешь на меня никаких прав, Эндор. И никогда не имел. Все твои слова и поступки – лишь притворство и лицемерие.

Он неожиданно зло рассмеялся:

– Помнишь, что ты мне говорила, Леандра? Там, на Земле? Что ты ненавидишь отца. И что теперь? Ты обвиняешь меня во всех грехах, а сама? Разве это не лицемерие? Разговаривать с ним, смотреть в глаза тому, что довёл твою мать до самоубийства.

Я не отвела взгляд и не стала оправдываться.

– Я не буду обсуждать с тобой свою семью. Где Маша?

– В безопасном месте. Надеюсь, ты понимаешь, моя дорогая, что если скажешь хоть слово Тирену, братьям или ещё кому, то ей будет больно. Очень больно.

Я сжала ткань платья и судорожно вздохнула.

– Что ты хочешь?

– Сейчас ты вернёшься в свои покои, переоденешься, примешь горячую ванну и спустишься со мной в оранжерею. Через три часа там ожидается большой пикник, на котором сам Император объявит о нашей помолвке.

Я сглотнула, переваривая столь радужные перспективы и ожидая продолжения. И не ошиблась, дальше было только хуже.

– И этим же вечером мы поженимся. И ты станешь моей.

Ещё сильнее сжала кулаки.

– Боишься, что Шейн очнётся? Так не терпится прибрать меня к рукам?

– Забудь его имя, Леандра! Забудь! – Эндор в одно мгновение вскочил с дивана и оказался рядом со мной, опираясь руками о подлокотники и нависая. В синих глазах полыхала ненависть. Я в испуге вжалась в спинку кресла и закусила губу. – Ты моя! Только моя!

– Я еще не дала своё согласие, – попыталась возразить ему, но это звучало так жалко. Мы оба понимали, что я проиграла.

Серёжка вновь заблестела в его руках.

– Она умрёт, Леандра, – жёстко сказал дракон. – Ты же знаешь, что я не лгу.

– Знаю. Но откуда мне знать, что Маша жива, что ты не расправился с ней?

– Она будет присутствовать на нашей свадьбе. Твой ответ, дорогая? – выпрямляясь, спросил мужчина.

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула несколько раз. Голова закружилась, и перед глазами появились разноцветные пятна. Я вспомнила Машку с её озорными кудряшками и обаятельной улыбкой. Затем Нейта с внимательными голубыми глазами.

«Прости… Прости меня», – мысленно прошептала я, делая окончательный выбор.

– Хорошо. Я согласна.

«Прости… Прости… Прости…»

– Лея, в чём дело? – спросил Гарт, когда я на негнущихся ногах вошла в спальню Шейна. – На тебе лица нет. Что Стаут тебе сказал?

– Где Тирен? – подходя к кровати, спросила я, опустилась перед ней на колени и ласково провела пальчиками по лицу Нейта, запоминая родные черты.

– У Императора, там какой-то вопрос с Искремом. Точно сказать не могу. Они скоро будут здесь с Мариусом. Лея, что тебе сказал Стаут?

– Ничего, – прошептала я, целуя мужчину в сухие губы и тяжело поднимаясь. – Мне надо идти.

– Куда? – молодой человек выглядел встревоженным, а я и так с трудом сдерживалась, чтобы не разрыдаться.

– Надо переодеться и привести себя в порядок… Позаботься о Шейне. Пообещай мне.

– Обещаю, – растерянно кивнул Гарт. – Лея, мне это не нравится.

– Я должна.

А дальше всё было, как сказал Эндор. Я вернулась в покои, приняла ванну, где меня накрыла истерика. Я сидела в пенном облаке, прижимая к груди колени, мелко дрожала и ревела, пока не выплакала все слёзы. Выхода не было. Кому я могла пожаловаться? Кому рассказать о Машке и угрозах? Кто мне поверит? А если и поверят, то мы всё равно не можем её найти… живой.

Я могла довериться лишь Шейну, но сейчас он помочь не мог. Эндор выбрал отличный момент для нанесения удара.

Магда, ничего не замечая или просто игнорируя, помогла мне одеться и причесаться, продолжая щебетать последние новости о взрыве, о Делии (глупая, нашла время, где умирать), об императрице (как она кричала! Такой скандал был), о сплетнях и слухах, которые гуляли по замку и среди слуг (вы не должны были такое говорить лорду Стауту и уходить с Шейном. Это же… неприлично).

– Лорд Искрем был очень недоволен, – вдевая последнюю шпильку в причёску, произнесла девушка.

– Угу. А это что?

В отражении я увидела, как девушка подносит ко мне ту самую родовую диадему Стаутов. Кажется, я потеряла её во время взрыва и даже не заметила. А она нашлась. Какое счастье.

– Диадема.

– Не нужно, – попыталась воспротивиться я.

Как-то это было не очень красиво и не к месту. Явиться на пикник в столь нарядном виде.

– Вы должны быть самой красивой, – возразила Магда, всё-таки надев её мне на голову.

И мне как-то сразу стало всё равно. Какая мне разница, что надевать и как выглядеть. Это всё равно ничего не изменит. И единственное, что мне остаётся, – это смириться и успокоиться.

Платье, которое Магда выбрала для пикника, было нежного мятного цвета с вышитыми по подолу и вырезу мелкими цветами и рукавами-фонариками. Такое яркое, весеннее-нежное, как насмешка моей жизни. Той, где я уже никогда не буду счастливой.

Эндор ждал меня у самой двери. Видимо, боялся, что сбегу, нарушив наше соглашение. Но я не хотела, даже не рассматривала такого варианта, полностью погрузившись в невесёлые мысли.

В любом случае Машка не заслуживала такого. Я упустила Ромку, не уберегала его, но с ней так не поступлю. Спасу, пусть и ценой своего счастья.

– Ты великолепно выглядишь, моя дорогая, – улыбнулся он, беря меня под руку, а я вздрогнула от отвращения.

Будущее виделось в чёрно-серых тонах.

Оранжерея была наполнена людьми. Кто-то гулял по тропинкам между цветов, кто-то расположился возле белоснежных столиков с едой и напитками. Лёгкая музыка, цветочный аромат и гул голосов – от всего этого сразу разболелась голова. Красивый мир, который сгнил изнутри. Мне хотелось смеяться и плакать.

Этим утром здесь присутствовал лишь Император. Императрица еще не пришла в себя после вчерашнего происшествия и отказалась почтить нас своим присутствием. Где был принц, я не знала и не хотела знать.

Эндор не отходил ни на шаг, и это жутко раздражало. Раздражали и взгляды: липкие, насмешливые и злые. Их шепот, который смолкал, стоило мне только обернуться в сторону говорившего.

– Всю ночь…

– Наедине…

– Шейн.

– Я сама слышала…

– Позор…

– Ужас...

– Бедный лорд Стаут.

– Так жаль его…

– Дикарка, воспитанная в жутком мире…

– Мерзость…

– Позор не смыть…

– А выглядит такой невинной…

– Не стоит обращать внимания, – Эндор протянул мне бокал с красным вином. – После нашей свадьбы всё стихнет, и они забудут. Ты всё равно первые годы не будешь выходить в общество, занятая нашими сыновьями.

Я с трудом подавила желание запустить этим самым бокалом ему в лицо.

«Не хочу так! Не хочу… Но иначе не могу…»

Не знаю, сколько прошло времени. К нам никто не подходил, и я чувствовала себя прокаженной на этом празднике жизни. Но это даже хорошо. Мне совершенно не хотелось улыбаться и играть счастливую драконицу. Я пила уже третий бокал вина или четвёртый. Не знаю, не заметила. И разве это было важно? Вино не могло заглушить тоску и боль в душе.

– Господа, – произнёс Император, вставая с бокалом в руке.

«О господи… Сейчас. Он сейчас скажет, и пути назад уже не будет».

– С большой радостью я спешу поздравить с помолвкой…

Договорить он не успел.

Воздух в центре оранжереи внезапно заклубился чёрным дымом, и засверкали искры. Народ ахнул и отступил, взвизгнули почтенные леди, кое-кто даже рухнул в обморок.

– Что это значит? – грозно рыкнул Император, явно не привыкший, что его прерывают.

Дым исчез, а Нейт остался. Бледный, едва стоящий на ногах, в чёрных брюках и расстёгнутой белоснежной рубашке, в вырезе которой виднелись бинты. Я дёрнулась к нему, хотела поддержать, обнять, прижаться, заглянуть в глаза. Но Эндор больно схватил за плечо, не давая сделать и шага и возвращая в реальность.

– Мария у меня, – зло выдохнул он мне на ухо, и я поникла, признавая поражение.

– Всем доброго дня. Я не опоздал? – Шейн улыбнулся и внимательно осмотрел присутствующих.

Его цепкий взгляд остановился на нас, и лицо стало каким-то хищным и злым. Как много мне хотелось ему сказать, но я не могла.

– Шейн? А мне сказали, что ты едва дышишь, – произнёс Седриан с усмешкой, отставляя бокал в сторону. Объявление откладывалось.

– Они несколько преувеличивали моё физическое состояние, Ваше Величество, – поклонился мужчина Императору. – Мне сообщили, что тут вроде как намечается помолвка. Я просто не мог остаться в стороне. Особенно, если учесть, что леди Леандра уже обещана другому.

Снова шепотки, изумлённый вздох и сотня любопытных взглядов, сосредоточенных лишь на мне.

Господи, что он творит?

– Ложь! – прорычал Эндор.

Нейт улыбнулся и вновь взглянул на меня.

– Аэльти Муэро кунто фейрэа, Лея, – произнёс Шейн тихо, но отчётливо.

Я не понимала, что это значит и чего он ждёт сейчас. Эндор неожиданно дёрнулся назад, отпуская меня.

А потом…

Бокал выскользнул из ослабевших рук, разбиваясь на десятки осколков, и капли вина попали на подол платья.

Я задыхалась. Будто что-то скользкое и противное сползло с меня, оставляя беззащитной и такой одинокой. Как шкура, которую сняли, оголяя нервы, чувства, мысли.

Чувства… это словно удар под дых – резкий, стремительный и болезненный. Так больно, что я не могла больше держаться и осела, опираясь руками о землю.

Любовь… любовь… любовь…

Разве может любовь причинять такую боль?

Но чувства разрывали меня изнутри, заполняя каждый миллиметр тела, каждую пору, каждую каплю крови. Всю мою сущность. От начала до конца.

О господи! Как же я жила раньше? Как существовала, разговаривала и дышала без него? Разве такое возможно? Нет, я не могу так больше, не хочу жить без него.

– Леандра? Леандра, что с тобой?

Чужой голос, неправильный. Он раздражал проснувшиеся чувства, вызывая гнев и ненависть.

– Лея…

Я вздрогнула всем телом.

Это он! Я точно знаю, что ОН. Тот, кого я ждала всё это время.

Дрогнула и медленно поднялась с колен, смотря туда, где в невероятном серебряном переливающемся свете стояла моя любовь и моя жизнь.

– Лея…

Я не могла сделать шаг, замирая от звука его голоса и от нежности во взгляде. На меня никто никогда так не смотрел. И только он имеет право…

– Нейт, – имя сорвалось с моих губ хриплым стоном, в котором была излита вся моя любовь и тоска.

Меня кто-то вновь пытался удержать, я чувствовала боль от жёстких прикосновений.

Пустите! Пустите меня! Мне же надо туда, к нему, прямо сейчас. Иначе я просто не выдержу этих чувств и сойду с ума. И так с трудом удаётся их держать в узде, не позволяя вырваться.

– Леандра, не смей!

Но я не слышала его и смотрела только на Нейта.

– Лея, иди ко мне, – мужчина протянул ко мне руки.

Идти? Нет! Бежать, лететь… сейчас!

Я вырвалась и побежала, чтобы замереть в его крепких объятьях и вспыхнуть сотней огней. Чувства бурлили в крови, подобно пузырькам шампанского, и мне хотелось смеяться и танцевать.

Когда фейерверк затих и вернулась способность нормально дышать, я начала приходить в себя.

Мы стояли, крепко обнявшись, последи оранжереи, на глазах сотни гостей и самого императора. И меня это совершенно не смущало. Так и должно быть. И пусть весь мир катится к чёрту. Руки Нейта обнимали меня и прижимали к себе, а я спрятала лицо у него на груди и беззвучно плакала.

– Всё хорошо, малыш. Сейчас отпустит, – прошептал на ухо самый дорогой голос на свете. – В первый раз всегда так больно.

– Господа! – сквозь туман счастья и эйфории раздался довольный голос Императора. – Поздравляю! Мы только что стали свидетелями редчайшего явления. Обретение рунердом своей избранницы.

– Но это ложь! – злобно закричал Эндор, и хрупкое счастье дало трещину. – Фикция! И муляж! Она не может быть его избранницей!

– Всё будет хорошо, – вновь прошептал Нейт.

Я покачала головой и так же тихо ответила, окончательно придя в себя:

– Машка. У него Машка… он убьёт её.

Счастье рассыпалось в прах, появилось знакомое чувство апатии и страха, которое давило на плечи. И мысли были под стать этому паническому состоянию.

«У нас не получится. Всё зря. Я так только убью Машку… что же я творю».

А сердце разрывалось от любви. Настоящей, искренней и такой реальной!

От этого острого конфликта между сердцем и разумом подкосились ноги.

– Лея? – Нейт успел меня подхватить, не давая упасть и обеспокоенно заглядывая в глаза. – Что с тобой?

– Я не могу, – просипела в ответ.

Взгляд серо-голубых глаз внезапно стал цепким и очень внимательным.

– Отпустите её, Шейн. Всем давно ясно и понятно, что это всего лишь ваша игра, – продолжал Эндор. – Совсем отчаялись найти избранницу и решили получить драконицу. Но она моя! Не так ли, Леандра?

В голове словно что-то щелкнуло, и стало еще сложнее.

– Стой на месте, Стаут, иначе я за себя не отвечаю, – отрезал Нейт, продолжая смотреть мне в глаза и чувствуя, как меняется моё состояние, как борются внутри противоречивые чувства и эмоции. – Лея, смотри на меня. Что они с тобой сделали? И как?

– Не понимаю, – прошептала я, но взгляда не отвела. Мне так было легче, действительно легче.

– Зелья на тебя не действуют, ты дракон, но тогда как?

– Шейн, что происходит? – это уже Император.

И был самым наглым образом проигнорирован. Меня затягивало в омут глаз любимого мужчины. Постепенно боль уходила, возвращалось чувство покоя, но на макушке продолжало неприятно свербеть.

– Где? – сразу прорычал Нейт. – Где оно?

– Что? – испуганно прошептала я.

– Где больно?

– Т-там, – и указала на голову.

– Так и знал, – прошептал мужчина, касаясь волос, нежно повёл по ним рукой и неожиданно цепко схватил диадему, дёргая вверх, прихватив при этом с собой еще десяток волос.

– Ох! – выдохнула я, хватаясь рукой за голову.

– Прости, милая, – нежный поцелуй в нос, и я улыбнулась в ответ, не сразу поняв, как изменилось всё вокруг.

Окружающий мир внезапно заиграл яркими красками, звуки стали громче, ароматы – слаще. Это как снять тёмные очки в помещении и оглядеться. А на душе стало легко, страх перед Эндором исчез.

– Какая интересная вещица, – рассматривая диадему, заявил Шейн и перевёл взгляд на побледневшего Эндора. – И какая редкая. Как ты себя чувствуешь, Лея?

Вопрос явно был с подвохом.

– Хорошо.

– Леандра, – зло выдохнул Стаут. – Вспомни о нашем соглашении.

Я помнила, только никак не могла понять, почему так долго была слепа и не понимала, что он со мной делал. Родовые украшения Стаутов, те самые, что меня упорно пытались заставить носить всё это время. То, что сделало бы меня покорной. Если зелья не помогают, то он использовал кое-что поэффективнее.

– Кстати, насчёт вашего соглашения, – вмешался Нейт, обнимая меня за талию. – Чёрная смерть! Твой выход.

Я недоумённо осмотрелась. Мужчина сейчас был не в том состоянии, чтобы вызывать Призрака.

Воздух снова заклубился, ахнула толпа. Пикник явно пошёл совершенно по незапланированному сценарию, но недовольными люди не выглядели, наоборот, на лицах живейший интерес.

Следом возник чёрный дым и появился мужчина в тёмном плаще и с красными глазами. Чёрная смерть, но не Призрак. Я уже знала, как выглядит мой любимый, и понимала, чья вторая сущность стоит сейчас перед нами. Ромка.

– Всем доброго утра, – произнёс он, раскланявшись. – Ваше Величество.

Император Седриан недоуменно нахмурился. По-видимому, он тоже знал, кто такой Призрак на самом деле, и теперь рассматривал его помощника со странным выражением.

– Лорд Эндор Стаут, – Ромка-тень повернулся в сторону дракона. – Вы арестованы.

– Что? – рассмеялся тот. – И на каком основании вы делаете столь глупые и необоснованные заявления? И в чём же вы меня обвиняете?

– Заклинание подавления.

Смех Эндора стал еще более язвительным и резким.

– Это еще надо доказать. Да, диадема принадлежат нашему роду, но это не является доказательством моей причастности к подавлению леди Леандры. Драгоценности были переданы больше недели назад. За это время можно сделать многое. Это мог быть и Искрем. Кстати, где он сейчас?

– Даёт показания, – вставил Шейн, еще теснее прижимая к себе. – Не переживайте, он своё получит.

Эндор улыбнулся.

– Вот и спросите у него по поводу диадемы.

– Вы обвиняетесь в незаконном переносе и удержании против воли лица из другого мира, – спокойно ответил Ромка.

И снова никакой реакции.

– Бросьте, – отмахнулся тот. – Маги часто таскают из других миров себе любовников. В этом нет ничего необычного и противозаконного.

– Если только иномирец не из техногенного мира. Согласно всеобщей декларации, любой переход из техногенного мира, к которому относится планета Земля, подлежит жёсткому контролю. Приводить и удерживать кого-то строго запрещено.

– У вас есть доказательства? – насмешливо переспросил тот.

– Хорошо спрятал, следы замёл отлично. Только одного не учёл, – оскалился человек-тень, и я с трудом узнавала в нём Калинина. Надо же, как он изменился. – Что я тоже оттуда.

И взмахнул рукой.

Я чувствовала себя на представлении в цирке, а перед нами выступал фокусник-иллюзионист. Того и гляди, на голове у него появится шляпа, из которой он вытащит кролика.

Что думали остальные, я не знала, тишина вокруг стояла просто невероятная. Мне кажется, все даже задержали дыхание, ожидая нового чуда, и Чёрная смерть их не подвёл.

Новая вспышка, и на сцене появилось новое действующее лицо. Хрупкая девушка чуть старше двадцати лет с кучерявыми светлыми волосами и испуганным взглядом голубых глаз.

– Маша, – выдохнула я.

Подруга попятилась, осматриваясь и явно не ожидая такого количества разодетых лиц и пристального внимания со всех сторон. Я подумала, что было бы намного лучше, если бы разобрались со всем в более уединённом месте.

– Здрасьте, – пролепетала она, и тут её взгляд задержался на мне. – Лейка!

– Машка! – я уже не могла стоять на месте, бросаясь к подруге и крепко обнимая. – Машка! Машенька!

– Лея, это действительно ты?

Мы смеялись, плакали и обнимались, и так по кругу, забыв обо всём на свете. Как же это приятно – встретить кого-то родного и дорогого сердцу. На самом деле прошло не больше минуты, но мы потерялись во времени.

– Господи, Лея, ты прям золушка, – делая шаг назад, воскликнула Машка, осматривая меня с ног до головы, после чего кивнула на Шейна, который стоял невдалеке. – А это твой принц?

– Да, – улыбнулась, с любовью глядя на Нейта, а потом перевела взгляд на Эндора.

Я не сразу заметила чёрные клубы дыма, которые окружили его тело, не давая сделать и шага.

– Девушка, – подал голос Император, которому надоело играть роль простого наблюдателя. – Вы действительно прибыли с мира под названием Земля?

– Да, – кивнула Машка, глянула на его корону и добавила, запинаясь: – Ваше Величество.

– Не расскажете, как вам это удалось?

– Меня этот перенёс, – подруга указала на Эндора, после чего повернулась ко мне. – Прошла неделя после того, как вы с Ромкой пропали. Его отец поднял на уши всю полицию города, ваши фотографии мелькали по телевизору, в газетах и листовках на улицах. Но всё было безрезультатно. А потом появился Эндор и сообщил, что знает, где ты находишься.

– Ты встретилась с ним, – догадалась я.

– Да, и оказалась здесь. В другом мире. В плену.

– Лорд Стаут, – Император взглянул на Эндора. – Вы арестованы.

___________________________________

Где-то на границе миров в большом зале экстренно собралось несколько десятков похожих друг на друга существ в тёмных плащах. Кругом клубилась тьма и сияла древняя сила.

Великий ритуал был разрушен, священная магия осквернена нечестивыми. Виновного необходимо наказать, а существо ликвидировать.

Таков завет Создателей.

А в замке Риленда был собран совершенно другой совет.

– Шейн нашёл свою избранную, – произнёс мужчина. – Самое время нанести удар. Сейчас он слаб как никогда и не сможет нам помешать.

– Убьём избранную, погибнет и он, – кивнул второй.

– И путь к трону будет свободен, – довольно улыбнулась женщина.

___________________________________