Глава 48

В последний момент остановилась, несмотря на продолжающуюся трель. Прижалась лбом к двери, пробуя совладать с предательски участившимся сердцебиением.

Вздох. Выдох.

До вчерашнего дня мне казалось, что я могу быть одна. Жить вдвоём с Лео. Работать. Иногда петь. Но стоило его вчера увидеть, как я ощутила, что рана не затянулась. Я лишь заклеила её пластырем и сделала вид, что дыры в груди не существует.

Надо быть сильной. Только как, если рядом с ним отключается мозг и я плавлюсь?

Повернула замок, понимая, что, откажись я отворять, он не спас бы меня от Питона.

И взглянув в его лицо, я поняла, что ещё немного, и он бы снёс с петель дверь. Стоял взбешённый как бык.

— Доброе утро, — кисло здороваюсь, получая в ответ тяжёлый взгляд.

Изучил мой внешний вид. Медленно. От припухших после сна губ. Растрёпанных волос. Сорочки, свободно свисающей с плеч. Открывающей голени и босые стопы. На миг задержал на них взгляд, заставляя меня гадать, что же он там думает.

И молча двинулся в мою квартиру, осматриваясь в ней с таким видом, с которым заходит муж, вернувшийся из командировки раньше времени. Словно намереваясь отыскать в шкафу любовника.

— Почему так долго не открывала? — раздаётся резкий вопрос, после того как Лев провёл ревизию в комнате Лео и вернулся в мою.

Закатываю глаза.

— Любовника в окно выпроваживала, — складываю руки на груди, прислонившись к дверному косяку.

Он резко оборачивается ко мне, будто восприняв мои слова буквально. Медленно приближается, отчего мне хочется вжаться в стену. Но стараюсь контролировать сей порыв. Только вот серый ураган в его глазах не предвещает мне ничего хорошего.

Останавливается в полушаге от меня, преграждая мне путь рукой, вжатой в стену над моим плечом. Во рту от волнения пересохло. Понимаю лишь одно — смотрю на него, как кролик на удава. Испуганно.

Лев тем временем втягивает запах моей кожи на изгибе шеи. Словно я наркотик, а он получает очередную дозу. Отрывается, прикрыв веки.

— И много у тебя было любовников? — вопрос задаётся словно сквозь морок желания, в который я неожиданно упала.

Его тон отрезвляет, как ушат холодной воды. Упираюсь ладонями в горячую грудь. От него словно жар исходит. Или мне это только кажется.

— Уйма, — приподнимаю подбородок, но от обиды губы подрагивают. — Меняла их как перчатки.

Хочется бросить ему в лицо тысячи вопросов, что рождались все эти годы в моей голове. Почему он меня бросил? Почему не поговорил откровенно, если так нужно было поступить ради моей безопасности? Где он сам был эти годы и почему так долго искал? Или я ему не нужна была, а все слова — пустышка?

Лев сжимает мою шею, с бешенством заглядывая в глаза. Словно полагая, что сможет что-то разгадать во взгляде. Пальцы сжимаются всё сильнее. Впиваясь в кожу. В мышцы.

— Вера, — с какой-то непонятной мне злостью произносит.

Я цепляюсь за его рубашку пальцами.

— Отпусти меня, — шиплю сквозь зубы.

Видя, как сжимается его челюсть. Как по ней ходят желваки. Как раздуваются его ноздри. Как сквозь его тело проходит дрожь, заряжая меня разрядами тока.

— Не отпущу. Ты принадлежишь мне. Ты моя собственность, Вера, — напоминает мне давние слова. Когда-то они грели меня странным, извращённым теплом. Мне хотелось быть его. Быть чьей-то. Не одинокой девочкой-сироткой. Хотелось принадлежать ему.

— Вера — может быть, но я уже давно не она. Пусти, сказала, — царапаю его кожу, желая добраться до привлекательной физиономии.

Как жаль, что годы его не потрепали. Как жаль, что он всё ещё в прекрасной форме. Я ощущала стальные мышцы под пальцами, словно это тело — оружие. И он в любой момент готов ринуться в бой.

Неожиданно его губы гнутся в странной улыбке. Словно то, что он слышит, ему нравится.

Его пальцы больше не давили. И я сама не поняла, в какое мгновение они начали поглаживать. Изучать. Ласкать…

Очертил подушечками мои тонкие ключицы. Ямку под ними. Костяшками провёл вниз к груди, спрятанной под хлопковой материей. Сжал дерзко выпирающий сосок.

Прикусила губу, чтобы не застонать от острого и болезненного возбуждения.

— Вера отрастила зубки, — заключает, целуя мою щеку. Царапая нежную кожу щетиной. О боже, как мне этого не хватало.

Я ловлю губами воздух рядом с ним. Как рыба, выброшенная на берег. Мне нужно ещё его близости. Иначе я умру прямо здесь.

Тянусь к нему, обхватывая одной рукой крепкую шею. И больно кусаю в неё. Как вампир. Желая напиться его крови. Его боли.

Он тихо рычит, но не отталкивает меня.

Наоборот, притягивает сильнее, впиваясь в мои губы своими. Пробуя на вкус собственную кровь, капля которой мне досталась.

Язык проникает в мой рот, и я жадно сосу его. Вбираю в себя. Играюсь с ним. Стараясь слиться со Львом. Стать с ним единым целым.

Мои трусики полностью мокрые от желания. Мне должно быть стыдно, что я так теку от близости предателя. Но ничего с этим поделать не в состоянии.

Слышу лязг ремня. А в следующее мгновение Лев, прижав меня к стене, приподнимает мою ногу, разрывает тонкую преграду белья и вонзается одним движением. Глубоко. Заполняя меня собой.

И останавливается.

Стискивает пальцами мои щёки, заставляя взглянуть в его глаза. Всё такие же бешеные.

— Чья ты, Вера?