Глава 36

В моей голове звенит, словно кто-то надел на неё кастрюлю и ударил по ней половником. Я знаю, испытывала это.

Перед глазами появляется странная и необъяснимая картина. Я вижу себя словно со стороны, как будто я вышла из тела и могу парить в воздухе.

Вижу, как я стою на коленях, а мои глаза светятся в неестественно синем оттенке. Этот свет исходит изнутри, как если бы мне вставили в глаза фонарики. Разве такое может быть?

Вопросов прибывает, но тут я осознаю, что не слышу звуков. Вообще. Полный вакуум. Мои губы открыты и, кажется, я кричу. Смотрю по сторонам и вижу вдалеке шамана, который словно продирается через невидимую преграду.

Ищу взглядом и нахожу Вейлина. Он изо всех сил сопротивляется какому-то шторму. Маленькими шажками подбирается ко мне, а его взгляд прикован к одной точке.

Перевожу взгляд туда. На меня смотрит прозрачное существо, которое напоминает человека. Мужчина, взрослый, на его лице почти невозможно рассмотреть никаких черт, слишком много сияния.

Но это сияние притягивает меня, как будто что-то знакомое. Наверное, это потому что я столько лет жила с этим призраком в груди. Мы сроднились.

— Кто ты? — спрашиваю я, но голоса всё ещё не слышу.

Он открывает рот, но остаётся безмолвным.

Страх начинает овладевать мной. Ощущаю, как по всему телу разливается это чувство, что парализует.

Если бы я только знала, что нужно делать, чтобы изгнать этот дух. Тогда бы я, возможно, смогла помочь. Но пока я понимаю лишь то, что никто не может подойти ко мне по неизвестной причине.

— Отпусти меня! — кричу я и слышу тонкий писк.

Но его хватает, чтобы привлечь внимание духа. Он поворачивает ко мне свою светящуюся голову. Что? Он услышал меня?

— Это моё тело! — указываю на саму себя. — Тебе здесь не место!

Набираюсь храбрости и подаюсь вперёд, если можно так выразиться, ведь я не чувствую собственного тела и не знаю, где и что я в эту секунду.

Призрак рассматривает меня, я уверена. Вытягиваю руку и даже чувствую, что касаюсь чего-то холодного и вязкого.

Мои пальцы тонут в этом сгустке, так похожем на детскую игрушку. Электрические разряды проходят сквозь меня, мне не больно. Я вижу их, но не чувствую. Наверное, потому, что это всё как бы не в моём теле.

— Я хочу жить своей жизнью! — кричу я, а дух поднимает руку и тянет её ко мне.

Наши пальцы соприкасаются, и тут происходит неожиданное: всё исчезает. Меня встряхивает, а потом темнота, зато возвращаются звуки.

И первое, что слышу — крик. Но не мой. Не сразу, но понимаю, что это Павел.

— Вы не понимаете, я правда не могу ей помочь. Это не моя компетенция!

— Да плевать я хотел, — Вейлин наотрез отказывается слышать шамана. — Ты сказал, что поможешь…

— Ей никто не сможет помочь.

— Что ты такое несёшь? — Волк явно недоволен тем, что слышит.

Я же силюсь открыть глаза и сказать, что со мной всё в порядке, я здесь, но не выходит, как бы я ни старалась.

Может, попробовать забраться в голову Вейлину и достучаться до него оттуда? Пытаюсь повторить то, что произошло в столовой, но ничего дельного не выходит. Единственное, я начинаю ощущать аромат свежей травы, хоть это и невозможно, ведь сейчас ещё не время.

— Я сделал всё, что мог, — обречённо говорит Павел. — Вам нужен шаман клана. За ним стоит род, я же просто обладаю способностями. Поймите меня правильно, — оправдывается мужчина. — Это не просто какой-то дух, что присосался к Аннике. Между ними связь, которой я никогда не видел! Если попытаться извлечь его…

— Что будет? — почти рычит Волк.

— Это почти наверняка убьёт её… — выдыхает Павел.

И вот снова я слышу то, что уже сотни раз мне говорили врачи. Да, они не знали, что со мной происходит, но какая разница, если исход всё равно будет тем же?

— Приведи её в чувство, — требует Вейлин, а я лишь усмехаюсь про себя, так и не в силах открыть глаза.

Какая разница? Не лучше ли оставить всё как есть? Так мне хоть не больно, а главное, я никому не причиню вреда.

Я бы с удовольствием погрузилась в сон до конца моих дней. Которых, если верить всем вокруг, осталось не так уж и много.

Может, наплевать на всё? Если конец всё равно неминуем, хоть окунуться в мир запретных для меня вещей? Попробовать прыгнуть с тарзанки или узнать, что такое любовь?

Нет, не та, когда сердце трепещет при виде любимого. На это нужно время. Я о более простых вещах. Одна ночь с Вейлином… думаю, и умирать после этого будет не так страшно.

— Анника! — сквозь мои размышления пробивается голос Волка. — Умоляю, очнись. Ты не можешь так просто исчезнуть из моей жизни. Я только начал верить…

— Мне пора, — слышу шамана. — Простите, я не могу…

— Даже не думай! — рычит Вейлин, а я стараюсь открыть глаза.

— Я могу дать контакты…

— Да подавись ими, — голос Волка звучит тише. — Ты её ввёл в это состояние, ты и выведешь!

— Ч-что вы делаете? — блеет как барашек шаман.

— Даю тебе мотивацию.

С трудом разлепляю ресницы и вижу, как Вейлин и Павел стоял поодаль от меня. Шаман выставил руки перед собой, словно сдаётся, а Волк нависает над ним.

Замечаю, что Вейлин скидывает с себя толстовку, и удивляюсь. Опираюсь на руки и пытаюсь встать, но меня хватает лишь на несколько сантиметров. И я падаю обратно на плед.

— К-как-кую? — заикается шаман. — За-зачем вы раздеваетесь?

— Просто не взял с собой запасные штаны, — кажется, Вейлин даже усмехается.

Смотрю на мужчин и понимаю, что Павел уже вжимается, можно сказать, пытается слиться воедино с деревом. А Волк стоит в одних трусах.

От такой силы удивления умудряюсь даже сесть. Открываю рот, но не могу издать ни звука.

— Вейлин, — говорю я лишь одними губами. — Я здесь. Я пришла в себя.

— Господин Волк, — Павел бледнеет, а его голос срывается на визг, — волк.

Волк…

Тут и я прихожу в себя окончательно.

Ещё бы, ведь прямо на моих глазах Вейлин становится гораздо выше и, кажется, мгновенно обрастает шерстью. Густой и белоснежной. Такой мягкой на вид.

А потом он падает на четыре лапы, да-да лапы… И вот перед Павлом стоит громадный, с него ростом волк. Самый настоящий, белоснежный волк.

— Мамочки, — шепчу я, и огромная морда оборачивается ко мне.

Срываюсь с места быстрее, чем могу осознать себя в теле. Вижу, что Павел даёт дёру в противоположную от меня сторону.

А Вейлин, если это всё ещё он, издаёт ужасающий вой. И за кем же он побежит? За мной или шаманом?

Бегу, спотыкаюсь и боюсь обернуться. Но это не важно, ведь прямо передо мной загораются два огромных голубых глаза…

— Поймал, — раздаётся голос Вейлина в моей голове.

Нет-нет-нет! Это не может быть правдой!