Глава 19

ЧЕТЫРЕ ГОДА НАЗАД. ИЮЛЬ 2020

Боль в её глазах, когда она узнала о том, что он женится на Каролине, ему не забыть никогда в жизни.

Её лицо – потрясённое, неверящее, с застывшей на нем неестественной, словно приклеившейся к губам улыбкой – преследовало его во снах.

Марк видел, как из глаз Авроры уходит все живое. Как свет в её глазах, который он так любил, и что вел его по жизни, как маяк, стремительно гаснет, сменяясь пустотой.

Как от неё самой остаётся лишь оболочка.

Он смотрел на все это и хотелось отчаянно выть, реветь в голос. Хотелось кинуться к ней, и, захлёбываясь словами, все объяснить… но он молчал.

Марк знал – если скажет ей хоть слово, то мгновенно сломается, передумает. И что тогда будет с братом?..

Одна чаша весов перевесила. Но Марк продолжать мучить себя вопросом – та ли?.. Правильная ли?..

Когда смотрел на Аврору – казалось, что совершил самую жуткую вещь в своей жизни. Но когда видел, как страдает ребёнок, которого он не уберёг – не мог поступить иначе.

В те дни ему помогла не лишиться рассудка лишь одна вещь – надежда, что когда Миша поправится, он наконец сможет все рассказать Авроре и она его поймёт. Она простит.

Ведь все поправимо, кроме смерти. Ведь поправимо же?..

Он говорил себе это и сам до конца в это не верил.

Жить с ней в одном доме стало отдельным видом пытки, хотя этой пытки он желал сам. Смотреть на неё, зная, что не имеет права касаться. Хотеть сказать столь многое, что разрывало его изнутри – и знать, что не должен этого делать.

По ночам, лёжа в постели, он пытался себе представить, что она чувствует, о чем думает. Он говорил с ней мысленно, что-то объяснял, в чем-то убеждал…

Он никогда не думал, что можно так безумно скучать по человеку, который к тебе столь близко, но при этом для тебя недоступен.

Сама Аврора стала его избегать. Ему бы этому радоваться, но он страдал, ощущая, какая теперь между ними лежит пропасть. И как она ширится, растёт… до такой степени, что скоро не останется ничего, кроме пустоты.

Он жалел теперь о том, что, разделяя с ней столь многое, ни разу не обмолвился о состоянии брата. Не хотел вмешивать её в свои проблемы, не хотел, чтобы она волновалась…

Не сказал ей, что именно болезнь Миши причина того, что он пока не может забрать ее от родителей, не может спасти.

Он слишком перегнул в мужественности. Считал, что сможет все решить сам.

У брата – одиннадцатилетнего Миши – выявили редкое смертельное заболевание. Была запланирована операция через несколько недель, но ему резко стало хуже. Так, что откладывать было уже нельзя. А провести внеплановое вмешательство можно было лишь платно. И с транспортировкой в столицу.

Нужных денег не было. Обращаться в благотворительный фонд, чтобы объявили сбор – не было времени…

Марк говорил себе, что у него не было иного выбора. А сам продолжал мучить себя вопросами – может быть, он мог сделать что-то ещё, найти иной выход…

Он ненавидел себя за то, что не смог справиться самостоятельно. Что продался, как вещь.

Но в тот же день, когда сделал это – пообещал себе, что эти ненормальные люди не получат ничего, кроме его фамилии, да штампа в паспорте.

Этой Каролине ещё предстояло понять, что душу человека, его чувства, его желания – не купишь.

***

АВГУСТ 2020

День свадьбы запомнился ему, как самый чудовищный, отвратительный день в жизни. Парад богатства и лицемерия.

Ковалевские организовали все быстро – деньги им это позволяли. В душе у Марка все перевернулось, когда он понял, что для торжества арендовали особняк и парк, где они с Авророй так часто гуляли. Их место. Каролина попыталась отнять даже это, а ему пришлось ей это позволить. И не только это.

Он вынужден был улыбаться каким-то людям, которых не хотел знать, вынужден был делать вид, будто всем доволен…

А в голове у него словно возник счётчик, который отсчитывал дни, минуты, часы до свободы.

Соглашение с Ковалевским гласило, что Марк должен был прожить в браке с его старшей дочерью минимум три года. Взамен тот брал на себя все расходы по операции Миши и его дальнейшей реабилитации, которая тоже стоила огромных финансовых вложений.

Так же Марку полагалась доля в бизнесе в качестве вознаграждения и высокая должность там же. Но это было последнее, что его волновало.

Всё торжество он находил утешение лишь в одном – следовал глазами за дорогой сердцу фигуркой в персиковом платье, что делало Аврору похожей на лесную нимфу.

Она старательно держалась от них с Каролиной подальше. А его тянуло к ней все сильнее, все невыносимее, все нестерпимее.

И, плюнув на все, в какой-то момент он сорвался. Бросился за ней вслед, желая просто оказаться рядом, вдохнуть её запах, услышать голос…

Ему хотелось кричать о том, как ему больно. О том, как он любит её. И что, несмотря на свой поступок, он никогда не предавал её – в его душе не было и не будет места никому иному.

Конечно же, она его оттолкнула. Но он все же украл у судьбы несколько мгновений с ней рядом, которые потом будет вспоминать.

***

В доме Ковалевских молодожёнам отвели половину второго этажа дома, которым владело семейство.

Как только отпала необходимость светиться перед гостями, Марк сразу скрылся в одной из комнат, избрав для себя постелью диван в их персональной гостиной.

Он даже не допускал мысли о том, что в эту брачную ночь коснётся женщины, которую назвал своей женой, но которая была ему глубоко противна. Да даже просто ляжет с ней рядом.

Но сама Каролина этого, очевидно, не понимала.

Дверь в комнату, где он укрылся, распахнулась.

Марк автоматически обернулся. Увидел, что Каролина стоит на пороге полностью обнажённая.

Отвернулся. Пусть у неё и было идеальное тело, в которое она вложила немало денег, его это не привлекало.

Её лёгкие шаги послышались совсем рядом.

- Я тебя заждалась… муж, - раздался её низкий, нарочито соблазнительный голос.

Стройная нога вдруг оказалась на его колене. Своей ступней она попыталась огладить его ногу, но он одним резким движением сбросил её с себя.

Посмотрел ей в лицо.

- Уходи. Ты что, всерьёз рассчитывала, что я лягу с тобой в постель?

Она осклабилась, отчего красивое личико приобрело хищные, отталкивающие черты.

- Ты мой муж! Ты будешь делать то, что я хочу!

Откинув голову назад, он расхохотался.

- Черта с два. В договоре не прописано, что я должен с тобой сношаться. И ты меня не заставишь. Потому что я тебя не хочу. И ты прекрасно знаешь, кто нужен мне на самом деле.

Она замахнулась, готовясь его ударить, но он перехватил её руку и отбросил в сторону. Встав с дивана, отошёл к окну, чтобы не видеть эту женщину.

Хотя во всем, что сейчас происходило, винить мог лишь себя самого.

- Идиот, - прошипела Каролина. – Да что ты нашёл в этой жалкой лохушке?! Она просто ничтожество, замухрышка!

Он обернулся к ней, наградил презрительным, полным отвращения, взглядом.

- Ничтожество здесь ты. А она – настоящая. Она красивая – во всем. В то время как ты – просто глянцевая кукла без чувств и без совести. Не говоря уже о том, что ты глупа, как пень. Мне даже жаль тебя. У тебя не хватает мозгов понять очевидное – ты никому не нужна без своих денег. Никто тебя не полюбит по-настоящему, потому что ты, по сути своей – пустышка. Настоящая любовь смотрит гораздо дальше внешности. Любят в человеке его душу. А у тебя её нет.

- Избавь меня от своей сраной философии! – огрызнулась Каролина.

- Какая философия, о чем ты? У тебя ума на такое нет. Ну, раз мы все обсудили – закрой дверь с той стороны, будь добра.

- Ты ещё приползёшь ко мне! – вспыхнула она от гнева. – Ты ещё будешь умолять меня, чтобы я тебе отдалась! Будешь ноги мне целовать!

- Пусть эти фантазии тебя и утешат, - бросил он безразлично.

Хлопнула дверь – взбешенная избалованная дрянь выскочила прочь.

А он подумал о том, что однажды действительно встанет на колени. И, быть может, действительно станет целовать ноги в поисках прощения.

Но только не Каролины.

А той, что спала сейчас где-то в этом же доме. И не подозревала о том, что человек, который, как она считала, её предал, больше всего на свете хотел бы просто быть рядом.

Свернуться верным псом у её ног. Охранять её сон.

И шептать слова, которых не мог сказать вслух.

Что любит её до слез.

Что все, что у него осталось – это возможность хотя бы иногда ее видеть. Только ради этого он вообще согласился поселиться в этом доме…

Он тогда не знал, что вскоре потеряет и это.

Потому что Аврора однажды просто исчезла.

Так, словно её и никогда и не было.

Словно он её себе просто придумал.