Глава 22

Ехать до моего дома было не слишком долго – минут пятнадцать.

Это время Дима пытался заполнить разговором, а я – пыталась разобраться в себе.

Согласившись поехать с ним, я бросала себе вызов. Хотела понять – могу ли я хотя бы в теории представить себя рядом с другим человеком, не Марком?..

Я ведь никогда даже не пробовала. Ни с кем не общалась, не ходила на свидания…

Никому не давала шанса даже приблизиться. Тогда как же я смогу понять, могу ли быть с кем-то ещё?..

Вот и назначила себе это испытание.

И почти сразу же поняла, что знала ответ всегда.

Было бесконечно глупо хранить верность тому, кто тебя предал, но это, одновременно, было и честно. Потому что внутри у меня так и не отболело, не отгорело…

Не отпустило.

Я его – не отпустила.

И потому, когда мы доехали до моего дома и Дима спросил:

- Слушай… а можно тебя как-нибудь пригласить на ужин?..

Ответ у меня был только один.

- Прости, но… думаю, не стоит.

Он кивнул, словно ничего другого и не ожидал. Я – ощутила стыд за то, что, позволив ему себя подвезти, видимо, дала какую-то надежду…

Распрощавшись, я вылезла из машины. Отойдя на несколько шагов, замерла на месте, давая себе возможность просто подышать.

И вдруг заметила, как от одной из машин, стоявших во дворе, отделилась фигура и направилась ко мне.

Дыхание тут же сбилось. Сердце зачастило, засходило с ума…

Ко мне шёл Марк.

***

- Кто это был?

Вопрос так резко сорвался с его губ, что, показалось, Марк и сам этому удивился. Но его взгляд настойчиво впивался в моё лицо, требуя ответа.

Я выгнула одну бровь.

- Не думаю, что тебя это касается.

Он протяжно выдохнул.

- Знаю, что не имею даже права спрашивать подобное и все же…

- Что ты тут делаешь? – перебила я его.

Взгляд Марка сказал мне больше, чем могли бы любые слова. Там было столько тоски, столько отчаяния…

И надежды?..

- Жду, - ответил он коротко.

- Чего?

- Того, что ты решишь. Насчёт меня… насчёт нас.

Я могла бы огрызнуться, как и прежде, сказать, что между нами все решено уже давно.

Но уверенность в том, что этот человек должен остаться в прошлом, за последние дни изрядно пошатнулась.

Господи, кому я лгала? Я не хотела его терять.

Но и вот так, прямо в этом признаться – не могла тоже.

Теперь, когда допускала вероятность того, что могу дать ему… дать всем нам шанс, в голове всплыло слишком много вопросов, которые прежде были мне неважны, а теперь обрели первостепенное значение.

Я подняла на Марка взгляд, насмешливо выгнула бровь…

- Ты решил ждать здесь? У меня во дворе?

Он как-то невесело усмехнулся.

- Я здесь уже несколько дней. Смотрю, как вы с Темой уходите и приходите. Не хочу давить на тебя, но мне отчаянно нужно просто быть где-то поблизости. Видеть вас… хотя бы со стороны.

Это признание отозвалось в моей груди мучительной вспышкой – огня, который топил лед. Боли, которая напоминала, что я…

Так его и не разлюбила.

Марк, тем временем, озабоченно нахмурился и спросил…

- Ты сегодня не отвозила сына в садик. С ним все хорошо, он не заболел?

Этот вопрос сказал мне многое. Он и впрямь волновался о Теме. Я не могла этого не оценить.

- Немного сопливит, но ничего страшного. Я оставила его с соседкой.

Продолжать разговор посреди двора вдруг показалось мне неуместно. Нам слишком многое нужно было друг другу сказать.

Честно, откровенно, искренне.

Хотя я все ещё не знала, как отбросить в сторону щит наносного безразличия, которым пыталась защититься от Марка. А может, даже от самой себя.

Всё казалось: позволить себе быть с ним откровенной – значит, оказаться вновь уязвимой. А этого я безумно боялась.

И все же… пора было двигаться с этой мертвой точки. Идти вперёд.

- Давай поднимемся, - предложила коротко, кивая куда-то в сторону дома.

Он перехватил мой взгляд.

- Уверена?

- Я не в постель тебя приглашаю, - отозвалась язвительно. – А разговаривать удобнее все же в более комфортной обстановке.

Я направилась к дому, ожидая, что он последует за мной. В спину мне донеслось короткое…

- Жаль.

Я не сразу поняла, что он говорит про постель. А когда поняла – невольно вспыхнула.

В голову сразу же полезли непрошеные мысли – пусть с Каролиной он и не спал, но ведь у него наверняка были другие женщины…

А впрочем, так ли это важно? Они были у него и до меня. Но когда мы были вместе – я знала, я чувствовала, что я – единственная…

Мы вошли в лифт. Моя квартира находилась на верхнем этаже здания и в те мгновения, что лифт полз вверх, а мы с Марком оказались зажаты в этом достаточно тесном пространстве, мне вдруг стало критически не хватать кислорода…

Слишком близко ко мне он стоял. Слишком остро воспринимался его запах. Показалось даже в какой-то момент, что у нас - одно дыхание на двоих…

Когда двери лифта остановились, никто из нас не пошевелился. Подняв взгляд, я вдруг обнаружила, что Марк смотрит на меня… а точнее – на мои губы.

А в следующее мгновение он подался ближе. Накрыл поцелуем мой рот, прижал меня к себе…

И я позволила. Меня тоже охватил этот дикий голод – по его губам, его телу, его близости…

Он целовал жадно, прерывисто. Его тяжёлое дыхание опаляло кожу, заставляло гореть все тело…

Мои руки, словно объявив полную независимость от разума, блуждали по его спине, плечам, зарывались в волосы, а бедра жались к нему теснее, безумно стремясь к чему-то большему…

Отрезвил лишь резкий, внезапный звук – захлопнулись двери лифта.

Я испуганно отпрянула от Марка, спешно нажала на кнопку, чтобы наконец выйти наружу…

Неожиданно разобрал смех.

- Вот и поговорили, - констатировала со смешком, проводя растерянно рукой по лицу.

Губы горели от поцелуев. Тело пылало не меньше. Хотелось оправдать себя тем, что у меня просто давно никого не было, но знала – так способен на меня действовать лишь один мужчина.

Тряхнув головой, я попыталась взять себя в руки. Отыскала в сумочке ключи, подошла к двери…

Хотела было заглянуть к соседке, предупредить, что мне нужно ещё немного времени, но не стала. Антонина Петровна и без того знала, что я могу задержаться.

Открыв дверь, сделала приглашающий жест Марку. Ещё недавно я не хотела его впускать в свое жилище, но теперь понимала, что это, наверно, неизбежно.

Он деликатно остановился на пороге, прикрыв за собой. Спросил…

- Даже не дашь мне по лицу за то, что я сделал?

Я развернулась к нему, приподняла брови…

- А тебе очень хочется?

- Хочется. Но не по лицу. Хочется продолжения. Сам не знаю, как сдерживался до этого. Хотя каждую ночь представлял…

Я подняла вверх руку, останавливая его. С такими разговорами мы не дойдём до действительно важного.

Он покорно замолчал.

Я провела его в комнату, что служила гостиной и одновременно – спальней для меня. На столике приютились подснежники, которые он принёс мне в последнюю встречу. На полу валялись игрушки Темы, которые он не убрал утром…

Взгляд Марка скользил по комнате, несомненно, подмечая все эти детали.

Его следующие слова прозвучали для меня неожиданно.

- За эти дни мы с тобой говорили о чем угодно, но только не о том, как ты… жила все эти годы. Как справилась?

Я легонько передернула плечами. Это было совсем не то, что мне хотелось вспоминать.

- Если я могу за что-то сказать спасибо родителям – так это за хорошее образование. За то, что у меня был какой-то опыт работы в фирме отца, которая занимается строительством… Ещё у меня было немного накоплений – это помогло продержаться первое время… Конечно, никто не горел желанием брать на работу беременную женщину, которая через несколько месяцев окажется в декрете… Так что мне очень повезло, что Наташа дала мне шанс. Возможно, пожалела чисто по-человечески – она ведь тоже мама…

Я немного помолчала, потом позволила себе сказать…

- Страшнее всего было даже не оказаться внезапно без денег. Страшнее всего было вдруг остаться одной. Без поддержки, опоры, помощи… Это было все равно, что выйти после долгого заточения в огромный мир и не знать, а выживешь ли.

Нет, я не жаловалась. Напротив – я собой гордилась.

- А ещё было больно. Больно отдавать сына в ясли, потому что пришлось выйти на работу, чтобы нас обоих прокормить. Каждое утро я расставалась с ним со слезами на глазах, ощущая себя виноватой за то, что не могу быть рядом так много, как хотела бы. Но выбора не было.

- Прости меня.

Он произнес всего лишь эти два слова, но в каждом было огромное сосредоточение боли.

- Если бы я знал, если бы ты сказала…

Я повернулась к нему.

- Ты тоже мне не сказал. О Мише. Не дал шанса найти иной выход. Мы квиты, Марк. И нет, наверно, смысла теперь копаться в том, чего уже все равно не исправить.

Он кивнул. Я отвела взгляд в сторону, наткнувшись на папку с документами.

- Я не знаю, что мне делать с отцовской фирмой. У меня здесь своя жизнь, возвращаться в тот город я не хочу.

- Тебе и не нужно. У фирмы есть генеральный директор, который ею управляет, тебе нет надобности постоянно там присутствовать. Кроме того, ты можешь перенести офис сюда, если пожелаешь взять все в свои руки.

В целом, он был прав. Впрочем, отцовский бизнес был даже не тем, что меня волновало больше всего.

Но задать более важные вопросы пока не получалось.

Хотя было необходимо.

Позволив тишине разлиться по комнате на некоторое время, я искала подходящие слова. Но пришла лишь к тому, что лучше прямо задавать вопросы, на которые желаешь получить ответы.

- Как ты меня нашёл? – прервала наконец молчание. – Непохоже, что ты сильно с этим торопился.

Марк подошёл ко мне ближе. Мягко попросил:

- Посмотри на меня, родная.

Я вздрогнула от этого ласкового обращения, но покорно подняла взгляд.

- Когда ты исчезла… твой отец был в бешенстве. Намеревался тебя отыскать, вернуть назад…

- Как вещь.

- К несчастью. Я отговорил его от этого каким-то чудом. Убедил, что ты не выдержишь, вернёшься сама. Хотел дать тебе шанс скрыться, замести следы, раз уж ты решилась на побег. При этом пытался разыскать тебя тайком сам, но тогда у меня не было необходимых средств и соответственно – больших возможностей. Когда появились деньги – я предпринял новую попытку тебя найти, но это ни к чему не привело. Теперь я понимаю, что искал одинокую девушку, а нужно было – маму и сына…

Он вздохнул, перевёл дыхание. Его лицо исказилось, воспоминания о тех временах ему тоже давались нелегко.

- Когда прошёл год с лишним с твоего исчезновения… я отчаялся. Стало казаться, что я даже не имею права тебя искать. Что у тебя уже может быть новая жизнь, новый мужчина… Я хотел тебе счастья и одновременно – испытывал боль от мысли, что ты можешь быть без меня счастлива. Мне не хотелось верить, что между нами всё и в самом деле закончилось. Что я больше тебя не увижу, не получу шанса все исправить…

Он с мукой прикрыл глаза. Чувства, что так откровенно лились на меня из его писем, ему было гораздо сложнее выражать вслух.

- Я был связан с твоим отцом договором на три года. И постепенно просто поплыл по течению… Но потом случилась та авария. Я получил в наследство бизнес и понял, что обязан тебя разыскать. Точнее… у меня появился благовидный повод снова ворваться в твою жизнь. Я возобновил поиски и они наконец привели меня сюда. Я не был уверен, что это верный след – ты ведь, судя по всему, сменила имя и фамилию… А ещё мне было безумно страшно обнаружить, что у тебя уже может быть семья, муж, дети… Я просто не знал, зачем мне тогда дальше жить. Ты прости меня за то, что я рад тому, что все это не сбылось. Прости, что после того, что сделал, все ещё надеюсь на твоё прощение.

Я сглотнула. Не хотела признавать, но где-то в глубине души и сама надеялась, что все не закончено. Что ничего у них с Каролиной не выйдет…

Глупо, конечно. Но это разуму можно внушить, что надо шагать по жизни дальше, а сердце живёт по своим собственным законам. И это самое сердце так и не смогло забыть этого человека.

- А если бы я и в самом деле была замужем? – спросила, даже не зная, какой хочу получить ответ. – Если бы полюбила другого, родила ему детей? А он принял бы моего сына, как родного…

Марк неожиданно улыбнулся.

- Значит, ты все же не полюбила никого другого.

Я покачала головой.

- Это все, что ты услышал?

- Это – главное, что я услышал, любимая. Но если тебе нужен ответ… Я сделал бы так, как ты меня попросила. Захотела бы – наверно, отошёл в сторону. Но все равно продолжал бы тебя ждать.

Моё горло сдавило комом.

- Ты говорила сыну, что любила меня так, как можно любить только раз в жизни, - проговорил он глухо – эмоции явно брали над ним верх. – И я никого не любил так, как тебя. И уже не смог бы. Такое действительно бывает только раз. И, наверно, именно потому мне так безумно не хочется верить, что мы можем потерять друг друга окончательно. Так просто не должно быть. Я люблю тебя… люблю слишком сильно, чтобы сдаться.

Мои глаза стало жечь от желания расплакаться.

- Ты говорил мне… что если я тебя выслушаю и после этого все равно попрошу исчезнуть, то ты так и сделаешь. Значит, ты бросил бы сына?

- Я попытался бы с тобой договориться. Хотя бы о том, чтобы его видеть. Но на самом деле я не верил… и не верю, что мы с тобой можем разойтись в разные стороны.

- Прошло четыре года, Марк. Я изменилась. Тебе не кажется, что ты любишь воспоминание?

Он решительно помотал головой.

- Люди меняются – и это нормально. По-другому ты бы не выжила. Но когда я смотрю в твои глаза… я вижу там самое главное. Твою душу, которая стремится к моей. Как бы ты ни пыталась меня оттолкнуть, какими словами ни называла бы… я чувствую эту связь между нами. До сих пор. Всегда. Возможно, нам придётся изучить друг друга заново, к чему-то привыкнуть, с чем-то смириться… но это того стоит. Единственное, на что я не готов, моё сердце – это тебя потерять.

Он произнес эти слова и я ощутила, что больше просто не могу.

Не могу и не хочу противиться тому, чего желаю сама.

Нам обоим нужен был этот второй шанс. Потому что нам обоим просто не жить друг без друга.

Ведь недаром прошли годы, а мы друг к другу так и не остыли. Не забыли. Не разлюбили.

Глупо отталкивать счастье собственными руками. Нет смысла вглядываться в прошлое, бесконечно пестовать боль и обиды…

Когда рядом тот единственный, кто способен залечить все раны.

Я всхлипнула и сделала к нему шаг.

И ему этого хватило, чтобы тут же заключить меня в свои объятия, согреть своими поцелуями…

И в этот миг я ощутила, что теперь наконец все правильно. Так, как всегда должно было быть…

- Я тебя люблю, - прошептала так тихо, что он мог не услышать. – До сих пор люблю…

Объятия Марка стали крепче. Биение сердца – громче, быстрее… оно отозвалось на мои слова знакомым ритмом, не требующим лишних слов…

И я ощутила, что наконец нашла свой долгожданный дом. И неважно, в каком он городе, по какому адресу…

Мой дом был здесь. С ним рядом. В его сердце.

Марк и есть мой дом.