- 32 -

Виктор

Он согласился на все условия. Абсолютно.

Особенно когда выяснилось, что его охрана и правда облажалась. Всего на каких-то десять минут упустили из виду Ласточку, и все.

Генерал поднял все связи, которые можно было задействовать тихо. Но время играло против.

Выбор был простой - Яна или его детище, которое он так долго пестовал.

И для него - очевидный.

Учитывая прокол парней, на своих людей полагаться было опасно. Но Воронцов привык справляться своими силами. Знал, что всегда вывезет.

До этого момента.

Сегодня цена за провал была слишком высока.

И впервые он готов был сдаться. Просто молча выполнить все условия, забрать любимую женщину и свалить.

Умом понимал, что он - свидетель, которого, скорее всего, пустят в расход. И был готов к этому.

Его задачей было одно - обезопасить Яну. Она-то точно не заслужила становиться разменной монетой в его делах.

И как бы ни задевало его гордость то, что не мог все организовать сам, в этом вопросе Виктор руководствовался, прежде всего, интересами Яны. Ее безопасностью.

Именно поэтому наступил себе на горло и набрал номер брата. Человека, которому, вопреки всем разногласиям, он мог доверять. Остальным - нет. Не в момент, когда он не помнил последнюю пару лет.

Потому что, каким бы мудаком Алекс не был, семью он ставил на первое место. Пусть и своеобразно.

- Быстро же ты остыл, - отозвался брат после первого же гудка.

- Нужна твоя помощь, - скупо ответил Воронцов.

- Даже так? А конкретнее?

- Твои люди. Прикрыть при надобности и обеспечить безопасный отход для Яны.

- Куда она вляпалась? 

- Не она, - глухо ответил Виктор. - Мой косяк.

Пауза затянулась.

- Скинь адрес и детали, - наконец, ответил младший. 

- Спасибо.

Он отлично понял, насколько Сашка был не в восторге. Понял, что тот собирался высказать. И оценил, что Алекс не стал тратить на это время.

Все-таки брат…

Теперь оставалось успеть подготовить флешку с данными. Бросив взгляд на часы, Воронцов чертыхнулся - он начинал опаздывать. И это было чревато, прежде всего, для Яны. А такого допустить он попросту не мог.

Нужно было выключить эмоции и действовать четко и выверенно. Но кто бы знал, каких трудов ему стоило сейчас не сорваться и не рвануть сразу по адресу, который оставил ему ублюдок.

Отлаженный, отточенный годами навык сейчас сбоил, а внутри искрило так, что становилось страшно. Внешне же Виктор оставался спокойным и невозмутимым.

Ради нее.

Ради Яны.

И их семьи…

На базе все шло своим чередом. Воронцов положил немало времени и сил, чтобы наладить процесс. И теперь, когда он выпал из обоймы на какое-то время, это оказалось очень на руку. 

Будто бы он и не пропадал с радаров.

Механизм работал как часы.

Покидая здание, ставшее в каком-то смысле если не домом, то очень значимым местом, Генерал не жалел ни минуты. 

В его вселенной не было даже малейшего сомнения в том, что именно выбрать.

Умом понимал -  годы работы будут если не разрушены, то использованы совершенно не в том направлении, ради чего все затевалось.

Вся идеология пойдет прахом. То, что он так ревностно защищал и прятал от недобросовестных мудаков, окажется вскрыто и выпотрошено.

Но ему было плевать. 

Он, не задумываясь, отдал бы все - лишь бы уберечь Яну от этого кошмара. Стоило только подумать, как она могла перепугаться, как кто-то ее трогал или принуждал к чему-то, как все разумные заслоны падали, а внутри начинал свирепствовать зверь.

И вместе с тем чувство вины давило все сильнее - ведь это он виноват.

Недосмотрел. Не уберег. Подвел…

Сейчас их разногласия отошли на задний план. К черту. Плевать. Лишь бы живая. Лишь бы ничего не сделали.

Только бы вытащить ее оттуда…

В его работе ситуации с заложниками были не редкость. Приходилось решать непростые задачки, чего скрывать. И жертвовать тоже. Выбор порой вставал такой, что тошно становилось от самого себя.

Но, блядь, это жизнь! Которая может в любой момент поставить тебя в такой ракурс, что навсегда запомнишь, как феерично тебя поимели. 

Он смирился, принял такое понятие, как сопутствующий ущерб, и старался всегда минимизировать его.

Избегать полностью получалось редко.

Но вот сейчас… По спине пробегал холодок от мысли, что он может облажаться. Что ущерб все-таки будет.

От мрачных мыслей отвлек звонок брата.

- Ребята на позиции, - сухо поставил перед фактом он. - Не дури, и все должно пройти правильно.

- Спасибо.

- Надеюсь, ты не слил ВСЮ информацию?

Виктор промолчал. Брат громко выругался.

- Ты серьезно?!

- Сам недавно говорил, что Яна - часть семьи.

- Да, часть. Но к чему рисковать? Вас прикроют, вытащат. А если данные утекут? Достаточно случайности, чтобы они попали не в те руки.

- Плевать. Я не собираюсь рисковать ее жизнью. Они могут проверить.

- Могут. Но вряд ли успеют.

- Я все сказал, Алекс. Принимать или нет - твое дело.

- Ты хоть понимаешь, чем это может обернуться для тебя? - процедил тот. - Если кто-то узнает, что ты сделал… 

- Да по херу.

- Я не смогу тебе помочь, если…

- Я принял решение. Точка.

Младший снова выругался. Уже куда более витиевато, и бросил трубку. 

Ожидаемо. Но Воронцов не сомневался, что поступал правильно.

Это его косяк. Ему и отвечать.

До нужного места он добрался, едва не опоздав. Закинулся обезболивающим ещё час назад, и теперь, наконец, стало потихоньку отпускать. Виктор мог и без колёс. В горячих точках и не такое терпеть приходилось. Но сейчас он стремился минимизировать отвлекающие факторы. 

Ставки были слишком высоки.

Генерал окинул взглядом складские помещения и шумно вдохнул. Где-то там, в одном из них, была его Ласточка. Перепуганная и растерянная.

И это была его вина. 

Его встретили и провели вглубь по петляющему коридору. Виктор на автомате запоминал количество поворотов, прикидывая примерное расстояние до выхода. 

Ублюдок, организовавший все это, был ему незнаком - толстый, с проклевывающейся лысиной на лбу, он вызывал лишь стойкое чувство отвращения. Мужик довольно лыбился, явно демонстрируя своё превосходство. А еще как-то странно поглядывал на Воронцова, словно ждал чего-то от него. 

- Виктор, рад видеть.

- Вряд ли это взаимно, - сдержанно ответил тот. - Где моя жена?

- Значит, правда не помнишь… - пробормотал задумчиво главный ублюдок, а затем по его знаку дверь открылась, и в помещение ввели Яну. 

Их взгляды встретились, и на короткое мгновение Виктор потерял ориентиры. Его самого, словно мгновенно ошпарило, а затем сковало леденящим холодом. Настолько остро он воспринял страх, плескавшийся в ее взгляде.

Нет, в целом его девочка держалась молодцом - стояла с гордо поднятой головой и всем своим видом демонстрировала, что ее не сломали.

Но он-то знал правду… И от этого было так херово, что хоть вой.

- Я играю честно, - заявил лысый. - Надеюсь, это взаимно? 

Генерал медленно достал из кармана флешку и протянул. Один из охранников тут же забрал и передал ее боссу.

- Отлично, - засиял тот довольно. - Но мы, конечно, сначала проверим. Вряд ли такой уважаемый человек пошел бы на обман, но все же… Передай ребятам. Пусть убедятся, что все данные с базы на месте, - приказал он охраннику.

Виктор только стиснул зубы, держа краем глаза жену в поле зрения. Мысленно он уже просчитал расклад, и по всему выходило, что выбраться у них были неплохие шансы.

Но не стопроцентные…

Все пошло не по плану, едва охранник с данными оказался у двери. Воронцов среагировал мгновенно, рванув к Яне. Та ошарашенно наблюдала, как муж расчищал себе дорогу к ней.

- Сука! Я же по-хорошему хотел договориться! - донеслось в спину Виктору. И он затылком почувствовал, что эта мразь что-то задумала.

Взгляд. Мгновенная оценка расклада. И такое же быстро принятое решение. Вариантов фактически не было.

Либо он, либо Ласточка.

Думать не о чем. Виктор сделал шаг в сторону, прикрывая собой жену.

Ее глаза. Застывший в них ужас. И слабая улыбка Генерала.

У него было не одно пулевое ранение. Он прекрасно помнил, каково это. Даже был готов. Но все равно обжигающая боль каждый раз казалась неожиданно острой.

Он лишь надеялся, что люди Алекса сработают четко. 

Воронцов устоял на ногах, даже сделал шаг к Яне, чтобы успокоить, увести, но дальше что-то пошло не так.

- Витя… - ее руки пытались удержать слабеющее тело. 

Где-то сбоку сильно пульсировало, а перед глазами все поплыло. И в этот момент, когда нужно было собраться и сделать последний рывок, словно заслонка упала - на него потоком хлынуло то, что он никак не мог вспомнить.

Он задыхался, терялся в ощущениях, захлебывался правдой, которую так долго пытался вспомнить.

- Витя… - донеслось до него откуда-то далеко. - Витя, держись…

Он силился из последних сил сказать то важное, что только что понял. 

Он должен был успеть. 

Обязан.

Яна не должна жить с этим разрушающим чувством. Только не она…

Он должен был успеть.

Но не смог…