Глава 17

Война.

Следующие четыре дня это слово всё чаще произносилось в замке. Сначала шепотом, неслышно, прикрывая губы руками от страха, еще не в силах поверить, что происходящее правда. Но с каждым часом, с каждым прожитым днём уверенность росла, слово крепло, а с ним усиливался и страх.

Война.

Какие только слухи не ходили по Кароссу, какие только вести не приносили с материка. Иногда фантастические, иногда ужасные, а порою просто нелепые и абсурдные.

О реках крови, в которых ящеры утопили знать на дворцовой площади во время показательных казней.

О жутких ящерах, которые беспрепятственно летали над просторами мира, грабя и убивая мирных жителей.

О погромах в столице, которая сутки полыхала алым пламенем.

О невероятном и невозможном браке, который совершился на утро после переворота. Когда в императорской часовне сочетались брачным союзом Ремаль и Этель. Брат и сестра. Да, Империя давно погрязла в разврате и грехах, но не до такой же степени.

О священном огне Красного, который исчез из Храма, уступив место новому Тёмному Божеству.

О таинственной женщине с карминовыми глазами, что стала Первым Советником молодого императора. А по факту кукловодом, держащим в своих руках всю власть.

О будущем, которое у нас в любую минуту могли отнять.

Отправлять послание я не стала. В этом уже не было смысла. И теперь могла лишь молиться Богам, забыв о том, что когда-то отказалась от веры, чтобы няня осталась жива. Чтобы Сандер сдержал своё слово, успел найти её и вывезти из охваченной огнём и страхом Империи.

Несмотря на безопасность и охрану, летать на Аргусе я пока не решалась, но навещала грифона каждый день, проводя у его кормушки целые часы. Я самолично ухаживала за ним, помогала чистить перья специальной щеткой, обрабатывала мазью когти, начищала клюв и разговаривала.

Ох, сколько я всего ему рассказала о себе, о той жизни, которую вела эти десять лет, о том, как смирилась и пыталась жить заново, боясь сойти с ума от тоски по родным. О том, как запрещала себе чувствовать, любить и радоваться жизни, замкнувшись и отгородившись от всего мира, кроме любимой нянечки, лелея несбыточные мечты когда-нибудь отомстить тем, кто лишил меня всего. О том, как полюбила того, кто никогда не будет моим.

Воздух на Кароссе буквально пропитался тревогой и страхом.

Эти чувства не отступали ни на секунду, подавляя другие эмоции, заставляя бояться и вздрагивать от любого слишком резкого звука.

Всё чаще глаза жителей устремлялись к океану. Не видно ли военных кораблей с летающими над ними злобными ящерами? Не клубятся ли щупальца десятка кракенов, готовых напасть на остров?

Но гладь океана оставалась спокойной.

Один плюс происходящего всё-таки был, как бы абсурдно это ни звучало. Эстрея была вынуждена срочно возвращаться на материк. Радовало, что жизнь и безопасность поданных и сохранность Священного леса для неё значили больше, чем родственница с живительной магией. Я получила отсрочку.

Вчера Валенсия несколько раз пыталась со мной серьёзно поговорить, но я каждый раз её останавливала и сбегала, не желая слушать.

Мне нужен был Сандер.

Только он мог рассказать, что на самом деле происходит и как быть дальше.

Вот только последний из рода Каарха был занят тем, что занимался переговорами и мониторил ситуацию. Какое ему дело до страхов номинальной жены?

Я терпела день, два, четыре, но больше не смогла. Неизвестность убивала, уж лучше знать правду, чем мучиться в догадках.

— Оседлайте Аргуса, — приказала я смотрителям на утро пятого дня.

— Вы желаете полетать?

А то по моему внешнему виду это было сложно понять. Я специально оделась в дорожный костюм: короткую белую тунику с разрезами по бокам, широкие штаны-шаровары и длинный жилет из тонкого льна, украшенный яркой вышивкой.

— Желаю, — нетерпеливо пошлёпывая себя по бедру специальными перчатками из светлой кожи, которые должны были уберечь ладони от мозолей, ответила я.

— Но господин Сандер сказал…

— Да, знаю, — перебила его раздраженно. — Полёты только в сопровождении. Зовите своих охранников. Я согласна.

Не прошло и трёх минут, как двое крепких уже знакомых мне мужчин стояли передо мной.

— К вашим услугам, госпожа, — поклонившись, произнёс один из них.

— Куда желаете слетать?

— К мужу.

Они переглянулись.

— Госпожа Тьяна, — неловко произнёс второй. — Боюсь, что это невозможно.

— Так сделайте так, чтобы было возможно, — сухо парировала я, поправляя воротник туники. — Мы отправляемся к Сандеру. Немедленно.

Вчера должен был состояться мой бал представление, после которого я становилась полноправной хозяйкой Фриастора и прочее. Бал был отменен, но переход власти состоялся. И я никому не позволю её оспаривать.

Мужчины это поняли.

— Да, госпожа, — произнесли они синхронно и склонили головы.

А я мысленно выдохнула. Понятия не имела, где находится замок Сандера и не уверена, что смогла бы его найти. Зато теперь с охранниками всё обстояло иначе.

Мой муж обитал в настоящей крепости, выложенной из светло-серого камня, окружённой вечнозелёным лесом с неровной, петляющей лентой серебристо-голубой речки, которая текла у его стен и бежала дальше, теряясь в лесу.

— Госпожа Тьяна, — произнёс Гордиан Стенз, выходя навстречу, когда мы приземлились на небольшую площадку в центре неприступного замка. — Какой сюрприз. Чем могу вам помочь?

— Я хочу видеть своего мужа, — вручая поводья одному из охранников, заявила я.

Солнце нещадно палило голову и спину, по которой противно текли ручейки пота. Путь занял всего полчаса, но вымотал страшно.

— Вам назначено?

Ну вот почему они все так стремятся разбудить во мне стерву? Прощупывают, как далеко я смогу зайти? Проблема в том, что я сама не знала.

— А мне должно быть назначено? — язвительно поинтересовалась у него. — Я его жена, если вы об этом забыли.

— Не забыл, но сейчас не самое лучшее время для визита. Я передам Сандеру о том, что вы были здесь. Как только он освободится, то обязательно вас навестит.

— Я достаточно ждала, господин Стенз. Так что можете не стараться, во Фриастор я не вернусь, пока не поговорю с мужем. Так где он?

— Вы ставите себя в неудобное положение.

— У меня любое положение удобное.

— Вы уверены, что хотите отвлечь Сандера от государственных дел в столь тревожный час?

Давит на совесть и гражданский долг? Умно, но сейчас не сработает.

— Пару минут мир не изменят.

— Иногда достаточно и пары секунд.

— Вы отлично знаете, что сейчас не тот случай, и я не уйду, пока не поговорю с мужем.

Вздохнул, неодобрительно покачав головой:

— Прошу за мной, госпожа Тьяна.

Высокие ступеньки, длинные коридоры прохладного замка. Мы шли вперёд, маневрируя между слугами и мужчинами в военной форме, которых сейчас было так много, пока не остановились у тяжелой двери.

Сердце забилось сильнее: «Он там…»

— Вы действительно немного не вовремя, — произнёс Стенз, останавливаясь у двери.

— Я всегда не вовремя, — грустно ответила ему, шагнула к двери, мимо кароссиканца, который тут же отступил в сторону и решительно постучала.

Чтобы в следующую секунду отскочить, когда дверь неожиданно быстро открылась.

Сандер

«Дневник Крайгена из рода Каарха», — прочитал Ирил надпись на кожаном переплёте старинной книги с пожелтевшими от времени листами.

Потом поднял взгляд на друга, который отклонив голову назад и разместив длинные ноги на низком столике, откинулся на спинку дивана, пытаясь хоть немного отдохнуть. Последние дни они почти не спали и усталость стала давать о себе знать.

— С чего такой выбор для чтения?

— Хочу узнать природу кристалла и понять его функции, — отозвался Сандер.

— С чего вдруг? — спросил сорджи, положив томик на место. — По-моему, твой предок всё весьма детально расписал. И проблем раньше не было.

— Мы всего четвёртая пара.

— И что из этого?

Ирил обогнул друга и сел напротив.

— Я хочу понять, как он добился таких результатов, почему выбрал и установил именно эти правила.

Они оба отлично знали почему и для чего всё это.

— Сандер, не надо. Только не сейчас.

— Знаю, что не сейчас, — ответил тот, выпрямляясь и потирая ладонью затёкшую шею. — Но и забывать не намерен.

— Ты поэтому запретил потенциальным любовникам осаждать Фриастор?

— Потенциальным любовникам сейчас следует сосредоточиться на грядущей войне, а не на поисках путей в спальню моей жены! — отрезал Сандер.

Сорджи некоторое время изучал друга, а потом осторожно поинтересовался:

— Неужели всё настолько серьёзно? Неужели ради неё ты готов рискнуть всем?

— А ты? — глядя Ирилу прямо в глаза, спросил Сандер. — Ты на что готов ради той, которую любишь? Ты уже десять лет бегаешь от навязанных браков и отношений. Всё пытаешься достучаться до неё и не можешь.

За эти годы это был первый раз, когда друзья подняли данную тему и теперь застыли, не зная, как быть дальше.

— Да, я готов на многое, если бы мне только это позволили, — кисло улыбнулся Ирил. — Но вопрос в другом. Ты когда успел влюбиться в эту девчонку?

Сандер вздрогнул и отвернулся, тяжело поднимаясь с дивана.

— Не знаю, — честно признался потомок Синего. — Когда-то мне казалось, что я уже любил, но ошибся. А сейчас эти чувства… они не похожи на другие. Мне хочется спасти её, защитить и скрыть от всего мира. Сделать счастливой, чтобы улыбка не сходила с её лица, а в глазах всегда сияла радость и вера в завтрашний день. Мне очень многое хочется, но всё так запуталось.

— И ты думаешь найти в записях прадеда хоть какую-то информацию? Но ведь сам кристалл подтверждает правила. Ты ведь чувствовал его треск тогда.

— Почувствовал. И не только я, — произнёс Сандер, опираясь бёдрами о краешек стола. — Только в записях Крайгена откат описывается совершенно по-другому. Никакого треска и остального.

— Ты хочешь сказать, что это было что-то другое?

Мужчина неловко пожал плечами:

— Не знаю, но хочу понять. Кристалл же непросто так отозвался и что-то хотел сказать. Вот только что?

Сорджи задумчиво постучал пальцами по подлокотнику.

— Кто его знает. Ваш случай необычен. Вы оба слишком уникальны. Первый в истории сын у наяды и единственная наяда с огненной кровью в комплекте с живительной магией.

— Тьяна не наяда.

— Потому что Эстрея не позволила стать ей такой. Не думал, почему она так поступила?

— Нет, — отрывисто бросил мужчина, явно не желая продолжать разговор, но сорджи был слишком дотошным и упрямым.

— Ты говорил с ней?

— Скорее она говорила со мной, — грустно улыбнулся Сандер, вспоминая встречу, которая состоялась три дня назад.

— И как?

Мужчина задумался, пытаясь собрать в кучу все эмоции, которые возникли после этого непростого разговора и охарактеризовать их.

— Грустно, тяжело и противно.

Ирил кивнул, понимая, как тяжело сейчас другу.

— Чем больше я думаю, тем отчётливее понимаю, что Боги жуткие шутники, — произнёс сорджи и взглянул в окно. — Уже два часа прошло после отправки послания.

— Путь от порта до замка в среднем составляет два-три часа. Если передвигаться по земле.

— Ты ведь запретил им оборачиваться? — на всякий случай уточнил пернатый.

— Никаких оборотов на Кароссе! Не хватало, чтобы они народ перепугали. Их визит должен оставаться в тайне для всех жителей. Не хватало нам разбираться еще с этим. Итак как на пороховой бочке живём.

— Как думаешь, что им нужно?

— Не знаю. В любом случае, ничего хорошего, — ответил Сандер и вдруг застыл, развернувшись к выходу.

— Что? — тут же напрягся Ирил, подбираясь.

А мужчина уже спешил к двери. Легкий стук раздался, когда он уже взялся за дверную ручку.

Рывок и тишина.

— Сандер, — произнёс Стенз. — Прости за беспокойство, но тут срочно требуют аудиенции.

— Тьяна?

Его молодая, хрупкая жена в легком дорожном костюме, неуверенной улыбкой на губах и целым миром в глубине грустных глаз.

— Здравствуй. Разрешишь войти?

— Проходи, конечно. — Он тут же отступил в сторону, давая ей пройти.

Девушка шагнула вперёд, но увидев сорджи, замерла, тут же напрягаясь, словно готовясь дать отпор и защищаться.

— Добрый день, господин Ирил.

— И вам не хворать, госпожа Тьяна, — отозвался он, ухмыльнувшись. — Проходите, не стесняйтесь. Стенз, прикажи организовать нам что-нибудь съестное. У вас есть пожелания?

— Что-нибудь из морепродуктов и чай, — тихо отозвалась она.

— Вот и отлично. Вы присаживайтесь.

Ирил был сама любезность, что еще больше встревожило девушку. Каарх бросил на друга многозначительный взгляд. Он уже предупредил пернатого, что будет, если тот опять начнёт доставать и нервировать девушку.

— Спасибо.

Сандер закрыл дверь и взглянул на хрупкую фигуру жены, которая присела на самый краешек кресла.

Так хотелось обнять её, притянуть к себе, утешить и пообещать, что всё будет хорошо. Но он не мог. Пока.

— Простите, что помешала, — прочистив горло, начала она. Вид у неё при этом был самый решительный.

— Что-то случилось? — поинтересовался Сандер, возвращаясь на диван.

— Это просто невыносимо жить в неведении. Ты не приходил, информации так мало, и она такая противоречивая. Неужели всё так страшно?

— Война — это всегда страшно.

— Война, — прошептала едва слышно, сжав кулаки. — Неужели этого нельзя избежать?

— Совсем скоро в замок прибудет посол от ящеров, — отозвался Ирил, внимательно наблюдающий за ней, отмечающий все изменения во внешности, которые произошли за то время, что они не виделись.

Проклятье отступало и пусть Тьяна не стала красавицей и выглядела довольно серо и безлико, но отвращения больше не внушала, особенно с этим таинственным блеском в глубине глаз.

— Ящеров? На Кароссе?

— Да. У них послание для меня от нового Императора, — кивнул Сандер, недовольно нахмурившись. Он не хотел, чтобы друг упоминал об этом.

— Но почему ящеры?

— Империя сейчас под их властью, — ответил сорджи. — Ремаль отдал бразды правления своей матери, принцессе ящеров, а сам наслаждается титулом и медовым месяцем.

— Так это правда? — быстро спросила Тьяна, переводя взгляд на мужа. — Правда, что Ремаль и Этель сочетались браком?

Сандер кивнул.

— Да, правда.

— Но они же брат и сестра!

— Между ящерами из правящей династии практикуются такие браки для защиты чистоты крови.

— Но они не ящеры! — быстро произнесла девушка, а потом поправилась. — Этель точно нет.

— А у неё выбора не было, — ответил Ирил за друга.

— И что теперь будет? Что будет со всеми нами?

— Кристалл полон, — сказал Сандер. — Нам есть чем отражать удары.

В том, что удары будут, они не сомневались, только не знали когда.

— Если я могу чем-то помочь, не важно чем, то только скажите.

— Спасибо, — улыбнулся он в ответ. — Но будет лучше, если ты вернёшься в Фриастор. Мне так будет спокойнее.

— Подождите, — вдруг произнёс Ирил, подаваясь вперёд. — У меня есть идея.

— Какая идея? — непонимающе нахмурился мужчина.

— Тьяна должна присутствовать на нашей встрече.

— Я? — удивилась девушка. — На встрече с ящерами? Но зачем?

— Вот и мне интересно зачем. Не посвятишь в свой план, дорогой друг?

— Они знают про неё. Знают, что Тьяна стала твоей женой, напитала кристалл и живительную магию должны были почувствовать, хотя бы отголоски. Между прочим, там у озера до сих пор фонит.

— Ближе к делу, — вмешался Сандер, наблюдая, как розовый румянец покрыл щеки жены.

— Скрывать её смысла нет. А вот показать, что она с нами, на нашей стороне, стоит.

— Это опасно.

— Не ври. Рядом с нами ей ничего не грозит.

— Я согласна, — вмешалась Тьяна, не давая им продолжить спор. — Я готова присутствовать на этой встрече.

* * *

Мне действительно казалось, что я справлюсь и готова ко всему. Ведь это так просто — постоять с умным видом рядом с Сандером. Что может быть проще?

Но на самом деле всё было намного сложнее.

Например, сорджи. Я никак не могла понять, с чего вдруг этот пернатый задира стал таким любезным, обходительным и внимательным. Даже взгляд поменялся. Может, головой где ударился? Кто этих ветренных поймёт, они меняют своё мнение и поведение как захотят и когда захотят.

В любом случае расслабляться я не собиралась.

— Нет, нет, не сюда! — произнёс Ирил, когда я собралась встать по левую сторону от огромного трона, который находился на высоком постаменте. — Немедленно принесите еще одно кресло.

Это уже не мне.

— Но у нас лишь кресло амери! — ответил Стенз.

«Ну, кончено, куда мне, просто жене, сидеть в кресле священной амери!»

И почему то стало так обидно, ведь ничего нового пожилой кароссиканец не сказал.

— Вот его и тащите! — радостно воскликнул Ирил, подмигнув мне.

Эффект от этого был совершенно противоположный.

— Что вы делаете? — прошипела я, спускаясь вниз и быстро подходя к сорджи.

Сандера не было, удалился по каким-то своим делам, может переодеваться. Мне бы тоже не помешало. Встречать посла враждебной Империи в дорожном костюме было как-то не очень прилично. Вот только переодеться было не во что, все мои яркие кафтаны остались во Фриасторе.

— Готовлюсь к встрече. Кресло ставьте по правую сторону, — велел он слугам, которые с трудом смогли внести в зал кресло-близнец первого, только поменьше и поизящнее.

— Но зачем всё это?

— Ты жена Сандера и они должны видеть, какое место ты сейчас занимаешь на острове и в жизни мужа.

Значит, показуха. Давно надо было догадаться, а я такая наивная, что аж тошно.

— И какое же? — спросила насмешливо.

— Главное.

Я бы с этим поспорила, но времени не было.

— Они уже здесь! — произнёс Сандер, быстро входя в зал в тех же штанах и кожаной жилетке. Каблуки его ботинок громко застучали по полу, и эхо зловеще прокатилось по пустому пространству. — Тьяна, ты готова?

Как будто у меня был выбор.

— Да, — кивнула в ответ и попыталась улыбнуться.

Видимо не вышло, потому что мужчина еще больше напрягся, но ничего не сказал.

Муж помог мне взойти на постамент и сесть в кресло, после чего занял своё. Ирил же легко взлетел и встал рядом со мной по правую сторону.

— Разве вы не должны быть рядом с Сандером? — нервно уточнила у него.

Всё-таки такая близость к пернатому немного нервировала.

— Он сам о себе позаботится, а вот тебя охранять надо, — ответил тот.

— Ирил прав.

Уж лучше бы они молчали, честное слово. Мне не было бы так страшно.

— Самое главное держи себя в руках, — продолжил сорджи равнодушно. — Не поддавайся на провокации, ни на что не реагируй. И вообще старайся молчать.

— Поняла.

Язвить и спорить с ним не было никакого желания. Сандер почувствовал моё состояние и, взяв за руку, слегка сжал ладонь, приободряя.

— Мы справимся.

Именно наши сцепленные руки были первыми, на что обратил внимание ящер, входя в зал. К сожалению нам пришлось почти сразу разъединить их, но эффект уже был.

Их было трое — полуобнаженный посол и двое слуг, облаченных в белое одеяние, что скрывало их тела, оставляя лишь лысые макушки, которые были такими гладкими, что сверкали на солнце. Они не поднимали голов, почтительно застыв у дверей.

Меня они почти не заинтересовали, я полностью сосредоточилась на первом мужчине. А посмотреть там было на что.

Это был истинный ящер. Высокий, худощавый, но не тощий, а скорее жилистый. С бронзовым телом, на котором кое где выступали золотистые чешуйки второй ипостаси. Квадратное лицо, широкий лоб, приплюснутый нос, глубоко посаженные чуть раскосые тёмные глаза с ярко-красным вертикальным зрачком, в глубине которого полыхало пламя зверя. Выбритые виски, украшенные татуировками в виде колючих терновых веток. Остальные волосы собраны в длинный хвост, перевязанный алой лентой на затылке.

Тело облачено в широкие чёрные штаны, подпоясанные красным кушаком, с бархатными нитями на конце. Сверху надет короткий, распахнутый белый жилет, открывающий гладкую, безволосую грудь.

Он подошёл ближе и остановился всего в пяти метрах от постамента, внимательно оглядев нашу троицу.

— Долгих лет, последний из рода Каарха. Долгих лет, ветреный сорджи, отмеченный печатью Воргуна. Долгих лет, принцесса великого рода.

Ящер не внушал доверия. Пристальный взгляд заставлял ёжиться. Может быть всему виной были рассказы, что сейчас ходили об этой кровожадной расе.

— Долгих лет, Аррат, — отозвался Сандер. — Далеко же тебя забросило от родного дома.

— Служба. Для меня честь снова видеть Волка и Сокола. Легенды о вашем походе до сих пор ходят по моей родине.

Волка и Сокола?

Я бросила на мужа заинтересованный взгляд, но промолчала, а вот татуировку на плече вспомнила. И золотую птицу в волосах Ирила тоже не забыла. Интересная информация для размышления.

— Это хорошо, что помнят, — произнёс сорджи. — Значит, ошибок будете совершать меньше.

Хищные глаза вспыхнули, а на теле заблестели новые чешуйки. Но зверя удалось сдержать.

— Четыре стихии, — вместо этого вдруг произнёс он. — Каросс под хорошей защитой.

И что это было? Издевательство, намёк или искреннее восхищение?

— Зачем ты здесь? — спросил Сандер.

— Власть в Империи перешла к Ремалю Первому. Через месяц в столице состоится коронация императорской четы. Повелитель желает видеть всех представителей своих провинций. Каросс является частью Империи и должен дать присягу Ремалю.

— Мы должны будем признать его право на трон, а переворот законным?

— Да.

Я застыла, ожидая ответа и готовясь к последствиям, которые непременно наступят позже.

— С каких это пор ящеры бегают на побегушках у имперцев? — вдруг спросил мой муж.

А Аррат от неожиданности и гнева даже побелел. Губы сжались, ноздри раздулись, а чешуя дорожкой заблестела на груди.

Вот теперь точно не выдержит, сорвётся, обратится и тогда…

— Только дай мне повод, — зловеще произнёс Сандер, подаваясь вперед, а я вздрогнула, неожиданно поняв, что совсем не знаю своего мужа. Он, оказывается, может быть очень жутким.

— У нас союз с новым Императором, — успокоившись, ответил ящер.

— Империя из покон веков была вотчиной Сайрона. Коронация каждого Повелителя традиционно проходит с использованием божественного огня. А насколько мне известно, он исчез сразу после переворота. Кто же теперь будет провозглашать и благословлять нового Императора?

— Сайрон больше не главное божество. Ремаль первый присягнул на верность нашему богу.

Я на мгновение закрыла глаза. Немыслимо, невозможно. Нет, сюрпризом подобное заявление не стало. Но легче от этого не было.

— Каросс не признаёт Тёмного и никогда не признает, — ответил Сандер.

— Но вам придётся это сделать.

Аррат неожиданно глубоко вздохнул и блаженно улыбнулся, закрывая глаза.

— Сила кристалл велика, — прошелестел он, — маленькая принцесса хорошо напитала его. Но ты один, наследник когда-то великого рода. Сумеешь ли выстоять против полчищ Тёмного?

— Сандер не один, — вмешался Ирил. — Сорджи всегда чтили древние заповеди. Потомки Воргуна не позволят Тёмному воцариться на материке.

— Наследник Жёлтого, — кивнул Аррат. — Но вас всегда двое. И как бы вы ни были сильны, всё равно остаётесь в меньшинстве.

— Как сказать. Когда-то двое смогли проникнуть в самое сердце священной горы ящеров, — напомнил Сандер. — Или ты забыл?

— Мы помним, — склонил голову ящер. — И вынесли из этого урок.

— Можешь рискнуть и направить флот Империи на Каросс, — подсказал сорджи.

— Идти на такое безумие? — рассмеялся Аррат, блеснув красным взглядом. — Стоит нам выйти из порта, как наследник Синего обрушит на нас шторм. Нет, есть и другие способы склонить вас.

— Ты угрожаешь мне? — подался вперёд супруг.

— Предупреждаю. Мир изменился, Сандер из рода Каарха. Тебе следует понять и принять это, а не идти против течения. Ты ведь последний, не рискуй всем ради бессмысленной войны.

— Передай Сойре, что она ошиблась.

— Как пожелаешь. Моё дело предупредить и предостеречь, но выбор за тобой.

— Вы должны покинуть Каросс. Немедленно.

— Будет исполнено, — усмехнувшись, ответил Аррат.

После их ухода наступила тишина, которую нарушил Стенз, входя через боковую дверь.

— Будут приказы?

— Всю береговую охрану немедленно привести в состояние боевой готовности. Усилить патрули! — вскакивая, крикнул Сандер. — Полный запрет на рыбную ловлю. Никому не выходить в океан!

— Понял, — ответил тот.

А на рассвете следующего дня к Кароссу прибыли кракены.