Глава 8

Сандер

— Ты гребанный везунчик, Сандер! — заливисто хохоча, испачканный по самые уши в грязной и липкой крови, заявил Ирил, спускаясь с небес.

Золотые стрелы давно потухли в его руках, и сейчас старый друг больше походил на озорного подростка, чем на воина, которому уже много лет. Худощавый, под два метра ростом, с длинными руками и нескладным телом. Гладкие русые волосы зачёсаны назад, открывая высокий лоб, узкие светлые глаза, очерченные губы, прямой нос. Самое удивительное, что при всей своей несуразности, Ирил пользовался бешеной популярностью у представительниц слабого пола. Но в этом вполне вероятно замешана переменчивая кровь его ветреного предка.

— И я рад тебя видеть, — бессильно падая на песок и растягиваясь во весь рост ответил мужчина.

Всё тело болело и остатки силы пульсировали в каждом сосуде и капилляре, усиливая боль в сотни раз. Его тело было слишком слабо, чтобы принимать всю мощь океана. И Каарх предупреждал, как это опасно. Можно раствориться в этой силе и уже не найти дорогу назад.

— Староват ты стал.

— Кто бы говорил, — фыркнул Сандер.

Сейчас он имел право быть слабым, хоть немного, всего чуть-чуть. Перед Иром не стыдно. Они столько перенесли вместе, что даже подумать страшно. Подростками на спор висели на одних пальцах над огромной пропастью, рискуя сломать себе шею и разбиться насмерть. Ир еще не прошел посвящения и летать не мог, поэтому рисковал наравне с синим потомком.

Как пытались поймать дикого веспера, обитающего в расселинах Зархира. Зверюга известная своей кровожадностью и изворотливостью, что не гнушалась даже человечины.

Умной было сложно назвать и тайную операцию по проникновению в покои царицы Користо. Жаркая там была ночка.

Конечно, самым опасным был тот двухмесячный марафон по пустошам ящеров, куда они отправились, пытаясь спасти друга детства, угнанного в рабство. Семнадцатилетние подростки, которые наивно думали, что раз в них течёт кровь богов, то они всесильны. Друга они так и не спасли. Не успели. Но славу приобрели.

Волк и Сокол.

Два лучших друга и два воина. Единственные из неверных, кто смог преодолеть жерло Дымящей горы и выжить. Те, чью силу признали даже ящеры.

Отец тогда на месяц лишил способностей, запечатал их и отправил в поля, предварительно объяснив, что случится с миром, если погибнет наследник древней крови. Сандер тогда впечатлился. О том, что чувствовала мать, он старался не думать.

Тогда-то наследник Синего Бога и набил себе волка на руке, чтобы не забывать о тех двух месяцах, что провёл на землях ящеров, о том, сколько крови пролил и как с трудом выжил, навсегда утратив детство.

Как давно это было? Сколько лет прошло? Когда живёшь значительно дольше людей, забываешь о времени.

— Ничего не хочешь мне объяснить?

Ирил растянулся рядом, смотря в небо. Тучи стали расходиться, но солнца уже не было. На городок, который лишь чудом уцелел, медленно опускался сумрак ночи. Еще немного и засияют звезды. В этой части материка они особенно яркие.

— Например?

— Я эту тварь неделю выслеживал. На дно залегла и носа не показывала. Мне-то морские глубины не под силу, приходилось ждать. А тут вдруг ни с того ни с сего это чудище навострило щупальца и помчалось сюда. Полоумная зверина. С трудом догнал.

— И?

— А то, что по логике, чуя тебя, а не почуять кракен не мог, ему надо плыть в совершенно противоположную сторону.

— На всё есть причины.

— Терпеть не могу твою дурацкую философию.

Они всегда были слишком разными. Сдержанный, немногословный и ответственный Сандер и легкий, озорной, немного безумный и инфантильный Ирил. Но этим лишь дополняли друг друга.

— Давно уже должен был привыкнуть. Ты мне лучше скажи, что ты тут делаешь? — произнес Сандер, все так же неподвижно лежа на песке.

— Спасаю твою задницу, старый друг.

— Последний раз, когда мы виделись, тебя готовили к принятию трона и подсовывали десятка два невест для быстрейшего размножения.

Ирила заметно передёрнуло.

— Бери больше. За последние полгода их было больше двухсот. Все родовитые, парочка даже с божественной кровью, правда, сильно разбавленной. Мы-то в отличие от вас достаточно плодовиты.

Мужчина невесело хмыкнул. Да, это было проклятье его рода. Один-два сына. Не больше.

— Один ты выбиваешься из толпы родичей. Сколько детей у твоих братьев?

На небосклоне лучисто засияли первые звезды, а вокруг стояла умиротворительная тишина. Ничего уже не напоминало о кровавой битве несколько минут назад.

— Со счета сбился. Каждый год шлют новые имена и даты рождения. Но не всем задницы просиживать и детей строгать.

— Думаю, твой отец проклял тот день, когда Воргун отметил тебя, как равного.

— Наследник, — фыркнул друг раздраженно. — Третий сын. Такого никогда не было и на тебе.

— Ты сбежал?

— Как не сбежать, когда потенциальные невесты уже сами начинают на меня охотиться? Так инстинкты хищника совсем исчезнут. Это я люблю гоняться за жертвой, а не наоборот.

— У всех у нас есть долг, — заметил Сандер, приподнимаясь.

Он так и остался сидеть на мокром песке, наблюдая, как успокаивается океан. Словно почувствовав на себе внимание Синего потомка, вода стала подбираться ближе, пытаясь коснуться.

«Молодец… справился, — мысленно шепнул молодой мужчина, протягивая руку и позволяя прозрачной струе оплести его запястье в мимолётной ласке. — Забери его с собой. Не стоит оставлять тело здесь».

«Да-а-а-а-а, хос-с-сяин…»

— Не начинай. Ты не был на моём месте, — Ирил сел рядом, привычным движением руки зачесывая гладкие светлые пряди назад.

— Ну отчего же. Сейчас я как раз на твоём месте.

Волны накатывали на берег стирая с песка разводы крови, ошмётки тела и унося всё прочь.

— В каком смысле? И что ты вообще делаешь здесь? Император совсем не жалует твою персону.

— В этот раз я не оставил ему выбора. Его императорская персона была вынуждена принять меня. Я женился, — просто ответил тот.

— Да ты что?! Давно пора, — обрадовался друг, а потом недовольно пробурчал. — А меня чего не пригласил?

— Не стоит нервировать Императора еще одним сумасшедшим потомком бога. Нас и так там было трое.

«Четверо», — шепнуло сознание, напоминая о молодой жене, которая осталась в доме с Виттом.

Виттор Ниардо. Ему придётся ответить за своеволие и легкомысленность. Не так воспитал Первый своего сына. Совсем не так.

— А что? Собрали бы весь пантеон богов разом. Желтого вам как раз не хватало, — хохотнул сорджи. — Если серьёзно, то Каарх давно должен был дать согласие. Чего медлил, непонятно.

— Он мне о своих планах не докладывает.

— Что с кристаллом? — помолчав, спросил Ирил.

— Затухает. Сам понимаешь, он не вечен.

— И ты бросился на кракена?

— А что мне оставалось делать? Он бы всё равно не остановился.

— Стоп! Так кракен из-за неё здесь?! Из-за огненной? Ты что подпустил её к океану? — недоверчиво вскрикнул друг и покачал головой.

— Не я.

— Сандер, я не узнаю тебя. С чего вдруг такая беспечность?

Мужчина вздохнул, поднимаясь и отряхивая руки от прилипшего песка.

— Так вышло.

Потому что нельзя было находиться рядом с ней. Слишком опасно и непредсказуемо.

— Знаешь, — Ирил поднялся следом. — Если бы это случилось со мной, то еще можно было понять. Но ты? Ты же всегда осторожен и предусмотрителен. Запер бы девчонку в комнате до отплытия и дело с концом. Она свою участь знает и истерику уж точно устраивать не стала бы.

— В том-то и проблема, что не знает.

— В каком смысле? Её что не посвятили в ритуал?

— На роль моей жены готовили другую. А это… это Тьяна Абремо, дочь…

— Дочь четы Колдер? — догадался сорджи и удивлённо присвиснул. — Она разве жива? Я думал, что её вместе с родителями казнили.

— Жива. И теперь она моя жена.

— Которая не в курсе, что для неё уготовано?

— Да.

— Тогда держись, брат, — похлопал он по плечу Сандера. — Тебе, конечно, повезло. Если она хоть каплю похожа на свою мать, то ты везунчик, красивее её я никого не встречал. Но поговорить придется. Просто запасись успокоительным. А лучше напои её. Поплачет и успокоится.

— Сомневаюсь, друг мой. Сомневаюсь.

Она не будет плакать. Его хрупкая жена с серьёзными недетскими глазами, независимым взглядом на жизнь и гордой поступью. Жена, лицо которой подёрнуто легкой дымкой морока, что сбивал с толку остальных, но не его. А еще иногда ему казалось, что за обычной внешностью скрывалось что-то другое. Временами его взгляд ловил тень другого образа, но стоило лишь присмотреться и напрячься, как он тут же исчезал, словно его и не было.

Тьяна… его жена… его проклятье и спасение.

* * *

— Что здесь происходит?

Спустившись на первый этаж вместе с Виттором, я стала свидетельницей очень странной картины. Но удивление и недоумение происходящее вызвало лишь у меня. Потому что стоило задать этот вопрос, как я тут же быстренько была отодвинута в сторону, за широкую спину.

А ведь посмотреть там было на что.

Уважаемый мэр лежал на полу, раскинув руки, а над ним с каким-то флакончиком склонялся господин Стенз.

Признаюсь честно, выглядело это жутко. И улыбчивый кароссиканец вдруг показал другое лицо: хищное, расчётливое и совсем не доброжелательное.

— Что вы делаете? — я выглянула из-за спины Ниардо, несмотря на его попытки мне помешать.

— Привожу нашего уважаемого мэра в чувство, — ровно отозвался Стенз.

Флакончик уже исчез, мужчина выпрямился и выглядел донельзя спокойным и даже умиротворённым. Виттор тут же отступил, а я от неожиданности чуть не полетела с последних двух ступенек носом вниз.

— Осторожнее, — произнёс молодой мужчина, вовремя хватая меня за локоть и помогая удержать равновесие.

— Спасибо, — пробормотала в ответ и тут же выбралась из захвата. Не люблю, когда меня касаются и подходят слишком близко. — Так что с мэром?

Я вновь повернулась к пожилому островитянину.

— Немного перенервничал. Не каждый раз у тебя на глазах сорджи будет сражаться с огромным кракеном.

— Сорджи? — переспросила я, нахмурившись и кажется, начиная понимать.

— Да, сорджи. Кто же еще.

— А как же?…

— Вам показалось. Род Синего Бога давно прервался, — произнёс Стенз, хищно блеснув глазами.

Мне только и оставалось, что кивнуть, оставив соображения и мысли при себе.

— Где все? — подал голос Виттор за моей спиной.

— Занимаются опросом. Тебе тоже не мешало бы начать. Сам понимаешь, мы не можем допустить распространение слухов.

— Да, хорошо. Я сейчас помогу им.

— А Аргус? — встрепенулась я, внезапно вспомнив про своего грифона. — Надо посмотреть как он. А вдруг буря зацепила и его?

— Кормушки находятся далеко от пляжа, так что с ним всё нормально, можете не переживать. Но если вы хотите, Ниардо зайдет к нему и проверит.

Я бы предпочла сама в этом убедиться, но поняла, что меня не отпустят.

— Хорошо. Буду благодарна.

— Я быстро, — пообещал Виттор, неожиданно подаваясь ко мне, ловя ладонь и слегка сжимая.

Всё произошло так стремительно, я даже не успела отшатнуться. И что это значит? Он решил, будто мы перешли на новый уровень отношений?

Спросить я не успела, мужчина уже удалился, оставляя меня один на один со Стензом и всё ещё спящим мэром. Почему я решила, что он спит? Причина очень проста. Тот начал храпеть — громко, причмокивая и даже присвистывая.

— Меня вы тоже будете «опрашивать»? — с нажимом на последнее слово произнесла я.

— В этом нет необходимости.

— Но почему вы скрываете правду о его существовании? Это же не разумно.

— Вы многого не знаете, госпожа Тьяна, и многого не понимаете.

— Может, потому что вы не спешите меня в это посвятить?

— Не моя компетенция. Когда придёт время, Сандер всё вам расскажет.

— Моя не информативность привела к этому, — заметила я, кивнув на окно, где уже сгущался сумрак ночи, пряча последствия боя.

— У всех бывает ошибки.

— Которых можно было не допустить, если бы с самого начала мне всё рассказали, — продолжала я гнуть свою линию.

— Вам же сказали, что не стоит подходить к воде.

— Да я и не собиралась! — с досадой ответила ему и внезапно замерла.

Ведь действительно не собиралась. Хотела просто походить по бережку, наслаждаясь теплом разогретого на солнце песка, вдохнуть морской воздух, понаблюдать за горизонтом. Но в воду лезть я даже не думала, особенно после того, как мне сказали это не делать. Тогда как и почему я там оказалась? Когда произошёл этот переломный момент, что я, наплевав на запреты и собственные желания, вошла туда?

Вспомнить не получалось.

— Что-то не так? — подал голос Стенз.

— Что? — потерев переносицу, переспросила я и покачала головой, которая уже готова была взорваться от мыслей, догадок и противоречий, что набросились на меня. — Нет, всё нормально. А где Сандер?

Мы ведь с Ниардо видели, что он выжил и самостоятельно выбрался на песок, а потом к нему присоединился сияющий сорджи. Они ведь давно должны были прийти. Или отправились в другое место? Появляться под мои очи им совсем не обязательно.

Но стоило мне об этом подумать, как раздался незнакомый приглушенный мужской смех.

— А вот и Сандер, — улыбнувшись, произнёс пожилой мужчина.

Я повернулась к дверям.

Первым вошёл мой муж. Весь мокрый, с ног до головы, уставший, но неожиданно весёлый. Если можно так назвать приподнятые уголки губ и неожиданные смешинки в глазах. Которые тут же исчезли, стоило ему меня увидеть.

Следом за ним вошёл высокий болезненно худощавый молодой мужчина с длинными светлыми волосами, узкими глазами цвета штормового неба, в которых плясали куды*. Тоже насквозь мокрый. Нескладный, с острым подбородком и тонким носом, он выглядел неожиданно обаятельно, чему способствовала искренняя улыбка, которая не сходила с его губ.

Жаль только, что она быстро пропала, стоило ему взглянуть на меня.

— Знакомьтесь, — представил нас друг другу Сандер. — Это Ирил — мой друг и самый искусный воин, которого я когда-либо видел. А это Тьяна — моя жена.

— Очень приятно, — я приветливо склонила голову, внимательно наблюдая за его реакцией.

Проклятье действовало и морок рисовал уродства на моём лице. Потому что сорджи нахмурился и недоверчиво покачал головой.

— И мне… приятно.

А после этого повернулся к Сандеру и шепнул ему на ухо едва слышно, но я всё равно услышала:

— Брат, мне жаль, но тебя жестоко обманули. Она не может быть её дочерью.

Выдав тихий немного горький смешок, я отвернулась, изучая похрапывающего мэра. Перенесли бы его на диван что ли. А то на ковре как-то неудобно.

— Слуги о нём позаботятся, — сообщил Стенз, когда я озвучила ему своё мнение. — Сейчас закончат беседу с нашими людьми и всё сделают.

— Я снова герой? — хмыкнул сорджи, разваливаясь в ближайшем кресле.

В волосах неожиданно что-то блеснуло. Приглядевшись, я увидела небольшую подвеску в виде парящей хищной птицы. Кажется, сокол.

— Тьяна, — подал голос муж. — Нам надо поговорить.

— Поговорить? — недоверчиво переспросила я, отвлекаясь от изучения его друга.

Интересно, что бы это могло значить? Мне собирались всё рассказать, объяснить все пункты договора или устроить взбучку за то, что сунулась в воду, несмотря на запреты?

— Да. Пойдём за мной.

— Хорошо.

Выглядели мы не очень: он мокрый, с волос капала вода, стекая по спине и накаченному телу, а я босиком. Вот в таком неприглядном виде мы поднялись на второй этаж, где мужчина пропустил меня в свою спальню и надежно закрыл за собой дверь.

И лишь только щелкнул замок, я поняла, в какой ситуации оказалась и чем может закончиться наш разговор. Ведь свои супружеские права он так и не заявил. А теперь мы наедине в его спальне, а на город медленно опускалась ночь.

Сглотнув, взглянула на огромную кровать, которая стояла у стены, потрясая своими размерами.

— Присаживайся.

— Куда? — уточнила у него, всё еще посматривая на кровать.

— Куда хочешь.

А сам опустился в одно из кресел у потухшего камина, совершенно не думая о том, что всё намокнет.

Немного постояв, я села на диванчик у окна и сложила руки на коленях.

— Как ты себя чувствуешь? Может стоит отдохнуть?

— Всё нормально.

— Или переодеться? — спросила я, наблюдая, как образовывается маленькая лужица у него под ногами.

Надеюсь только, он не будет делать этого при мне.

— Мне не холодно и вполне удобно, — сообщил Сандер, откидываясь на спинку кресла.

— Как скажешь, — пожала я плечами.

Мне вот комфортно с мокрым подолом юбки не было. Надо, кстати, не забыть потом обработать ранку на ноге. И я опять оказалась без обуви. Те башмаки Ниардо оставил на берегу, вытаскивая меня из воды. Так что искать их нет никакого смысла, давно уже поглотил океан.

— Поговорим? — спросил Сандер.

И в наступающей темноте его лицо казалось особенно зловещим.

— Поговорим.

* куд — низший демон-слуга в мире Тёмного бога.

* * *

— Я хотела бы извиниться, — быстро произнесла я, неловко сцепив руки, которые лежали на коленях, и тяжело вздохнула. — Понимаю, сейчас это бессмысленно и сделанного не воротишь. Но я должна попросить прощения. Мне не следовало входить воду. Ниардо предупреждал меня, но… Клянусь, я собиралась просто погулять по пляжу, отдохнуть после длительного перелёта. А всё остальное как-то само собой вышло.

Звучало не очень убедительно. Честно говоря, услышав я подобное оправдание от кого-то другого, то никогда бы не поверила, таким бессмысленным и глупым оно было. Но Сандер вновь меня удивил.

— Знаю, — неожиданно спокойно ответил он, изучая моё лицо, словно хотел в нём что-то найти. — Это океан тебя позвал.

— Что значит позвал? Зачем?

— Ты ему понравилась.

— Что-о?

Такой ответ я точно не ожидала услышать. А мужчина вдруг протянул мне руку ладонью вверх. И вода тоненькими ручейками сама побежала по его телу, пока ладонь полностью не наполнилась прозрачной жидкостью.

— Оно живое? — выдохнула я, хотела коснуться, не выдержав от любопытства, но тут же одёрнула руку, когда вода сама потянулась ко мне и почти сразу опала.

Хотя чему я удивляюсь. Если наяды могут общаться с живыми существами, а огненные повелевать огнём, то почему не может быть разума у океана? Хотя звучало жутковато.

— Его заинтересовало твоё происхождение. Огонь и древо. Смерть и жизнь. Наяды раньше избегали потомков Сайрона.

— Пока Жрицей не стала Эстрея.

Он вдруг дёрнулся, и вода упала на пол, образовав на ковре мокрое пятно.

— Ох, — пробормотала я от неожиданности.

— Да, — медленно продолжил Сандер. — Эстрея на многое способна ради достижения своей цели. Но сейчас не о ней. Я должен был догадаться, что это может произойти. Еще после того случая в купальне.

— В купальне? — встрепенулась я. — Полной морской воды?

Картинка в голове сложилась, подтверждая сомнения, которые давно закрались в мысли. И одной загадкой в моей жизни стало меньше. Так вот что тогда произошло, вот кто меня касался.

— Это ведь был ты тогда? Та тень в тёмном проёме?

— Ты забралась в мою воду. Знаешь, как сложно добыть морскую воду так глубоко на континенте?

— На ней не было написано, что она твоя. Ты напугал меня.

— Не заметил, — хмыкнул он неожиданно. — Другая бы давно упала в обморок или устроила истерику.

— Падать в обморок по горло в воде чревато. Значит океан призвал меня?

— Да. А вот с ранкой вышла неожиданность. Как нога?

— Нормально, — пожала я плечами. — Царапина пустяковая, сама пройдет, швы накладывать не нужно.

— Но надо всё-таки обработать.

— Потом. Это ведь я призвала кракена?

— Да. Он пришёл, почувствовав твою кровь.

— Снова кровь. Что в ней такого важного? Родители никогда не делали на ней акцент. Отец вообще не любил вспоминать о том, что приходится родственником Императору.

— Старшим братом, — заметил Сандер.

— Незаконнорожденным и непризнанным, — тут же вставила я.

— Но это не помешало десять лет назад заговорщикам решить посадить его на трон. Ты знала, что герцог Колдер был сильнее Императора?

— За эти слова нас самих могут казнить, — заметила тихо я, но кивнула. — Папа никогда не акцентировал свои способности. Но да, я знала, что его потенциал больше. Он так легко обращался с огнём. Однажды даже потушил пожар в городе.

— Как истинный наследник.

Я вновь покачала головой.

— Не наследник. Никогда не был и никогда не хотел быть. Он был дипломатом и воином. А еще самым лучшим отцом и мужем. И вообще, женившись на маме, папа окончательно отказался от каких-либо посягательств на трон. Ведь у него никогда бы не родился наследник.

— Я знал твоего отца. Удивительный был человек. Мудрый и сильный.

Быстро отвернулась, не в силах на него смотреть, чувствуя, как от боли, разрывается сердце.

— Я стараюсь не забывать о них. Но образы стираются.

— Время беспощадно к памяти.

Разговор пошел совершенно по неожиданному сценарию, и я поспешила вернуться назад. К тому, что тревожило:

— Так что в моей крови такого важного? Почему кракен бросился сюда, зная, что это грозит ему смертью?

— Потому что ты его спасение.

Легче от этой информации не стало. Как я могу стать спасением чудовища и от чего его спасать? Взять меня в заложники и ползти к Императору, требуя смягчения законов и полную амнистию? Бред.

— Ты слышала о том, как и кем были созданы кракены? — видя моё замешательство, продолжил Сандер.

— Во время первой войны с ящерами Тёмный бог создал их в поддержку своих любимцев. Ящеры наступали с запада, кракены с юга, громя прибрежные территории. Няня… — я запнулась, неожиданно вспомнив о том, что мне предстояло сделать, чтобы спасти старушку.

А ведь я почти забыла и даже почувствовала себя в безопасности, решив, что Повелитель не достанет меня здесь. Дошло ли ей моё письмо? Как она? Здорова ли? И кто теперь будет о ней заботиться, когда я так далеко?

— Тьяна?

— Няня рассказывала легенды о том, что Тёмный создавал монстров, обращая людей… девушек, которые ему надоедали или в чём-то провинились. Но это возможно просто сказки.

— Что противостоит тьме?

— Свет, — тут же произнесла в ответ, даже не задумываясь.

— Не просто свет. Огонь. Он может выжечь тёмную магию. Эти существа стали настоящими монстрами, чудовищами, у которых только одно желание — убивать и уничтожать. А еще они знают о том, что кровь потомка Сайрона может вернуть им покой.

— Поэтому мы никогда не приезжали на побережье. Я помню, как няня читала мне книгу о морских путешествиях, а я потом неделю просила отца отвезти меня посмотреть на океан. Он не позволил.

— Ты сама видела, чем это может обернуться.

— Неужели ничего нельзя сделать?

— Пока не удалось.

Мы замолчали, каждый думая о своём. Но я снова первой нарушила молчание.

— На Кароссе меня ждёт золотая клетка? Огромный дворец с прекрасными видами и полная изоляция?

— Отчего же. Всё не так печально. Ты сможешь отправиться в ближайший город за покупками, ходить по рынку, гулять по паркам. Под охраной.

— Под охраной, — эхом повторила я и задала следующий вопрос. — Ты из рода Каарха?

Сандер не стал отрицать и тем более спорить, а лишь кивнул.

— В книгах пишут, что ваш род давно прервался.

— И мы старательно поддерживаем эту легенду.

— Я заметила. Один мэр чего стоит, — убирая за ушко выбившиеся пряди, ответила ему. — Но император ведь знает, кто ты. Не может не знать.

— Знает. И это тоже часть древнего договора.

Снова этот договор.

— Тебе не кажется, что пора посвятить меня в его пункты? Хотя бы для того, чтобы обезопасить меня и себя.

— Пора, — кивнул он.