Глава 9

— Если кратко, то суть этого договора сводится к тому, что я, как потомок Каарха, обеспечиваю защиту берегов Империи. А Повелитель взамен предоставляет мне, по первому же требованию, в жены девушку, в жилах которой течёт кровь Сайрона.

Ох, как же мне это не нравилось, словами не передать. Но ничего нового сейчас Сандер не сказал, я и так это знала, догадаться ведь теперь было несложно.

Губы от волнения пересохли, и мне пришлось их быстро облизать. После чего я глухо задала самый важный вопрос:

— Для чего? Для чего тебе нужна я и моя кровь?

Было видно, что ему неприятно и даже тяжело, вот только и мне легче не было. Вздохнул, поведя уставшими плечами, рукой потёр лбу, словно пытаясь стереть непрошенные мысли, и только потом ответил.

— Я последний из некогда славного и могучего рода. Никого не осталось. А когда-то нас было больше, намного больше. Сыновья великого Каарха. Усмирители океана и победители морских чудовищ. Когда род стал угасать, мой прадед ценой своей жизни решил создать специальный накопитель силы и энергии.

— Кристалл, — не выдержав, заметила я.

Если Сандер и удивился моей осведомлённости, то вида не подал. Лишь кивнул и продолжил:

— Да, кристалл. Только наполнить их лишь магией Синего бога невозможно, нужен катализатор.

Сглотнула и выдохнула, смотря прямо в серьёзные глаза цвета штормового океана, в глубине которых застыл мой приговор:

— Моя кровь.

— Кровь огненного Сайрона.

— И как ты собираешься у меня её выкачать? Я ведь должна после этого каким-то образом остаться в живых.

Иначе бы замок, слуги и работа на Императора были бы мне совершенно не к чему.

— Ты будешь жить. Сам ритуал накопления будет проведён в нашу первую брачную ночь.

— Теперь понятно, почему тебе нужна была невинная невеста. Только хватит ли этой крови? — совершенно не смущаясь спросила у него.

Внешне не смущаясь, а внутри всё дрожало. Вот как оказывается должна пройти эта ночь. Ночь, после которой я стану женщиной. Не так я её себе представляла.

— Кровь будет лишь началом. Она откроет доступ к силе, которую кристалл и заберёт, — сказал и отвернулся, пряча взгляд.

— Что значит заберёт?

— Кристалл заберёт всю огненную силу, — повторил мужчина.

— Но я больше наяда, — попыталась возразить в ответ, пытаясь унять бьющееся от страха сердца. — Огненного во мне почти нет. И отец всегда так говорил.

— Это не важно. Кристалл заберёт всё. Высосет до капли.

Снова перед глазами возникли те чудовища из старых легенд, высасывающие кровь. Оказывается, я была не так далека от истины.

— И что со мной потом будет?

— Ничего. Будешь жить во дворце, в золоте и роскоши. С тобой будут обращаться как с принцессой, выполнять каждую прихоть.

Я, я и снова я. А где же?…

— А ты? Где будешь ты всё это время?

— Буду исполнять свой долг, охранять Каросс и подступы к Империи. Можешь не переживать, к тебе я больше не прикоснусь. Ты сама сможешь выбрать себе мужчину по своему вкусу. Поверь мне, желающих будет много. Не только Ниардо, хотя он как сын Первого является одним из самых желанных женихов Каросса.

— Почему? — едва шевеля губами, спросила у него. — Почему не ты? Ты же мой муж.

— Потому что после ритуала всё может вернуться назад. Кристалл нестабилен. И одна близость с тобой может обратить магию вспять.

— Даже так?

Сидеть на месте не было сил. Я быстро встала, мазнув по ногам мокрым подолом, и подошла к окну, всматриваясь в тёмное небо, усыпанное миллионом звёзд.

— Мою жену с рождения готовили к этому. С тобой сложнее. Я не думал, что всё это придётся объяснять и говорить. Поэтому, даже не знаю как сказать, какие слова подобрать.

— Со мной всегда сложнее, — ответила ему и тут в голове промелькнула новая мысль. — А как же?… Как же дети? Ребёнок? Что будет, если я забеременею от одного из подосланных тобой женихов? Ты признаешь его как своего? И как ты сам? Тебе ведь нужен сын. Кто родит тебе его?

— Ты не забеременеешь, — твёрдо произнёс он и уже тише добавил. — Не сможешь.

— Что значит не смогу? — сжав кулаки, чтобы не закричать, свистящим шёпотом спросила у него.

— Кристалл заберёт у тебя всё. Способность иметь детей тоже.

Я пошатнулась, судорожно схватившись за подоконник. Сандер хотел встать, чтобы мне помочь, но я не дала.

— Не надо! Не трогай меня, пожалуйста! Не трогай!

— Прости.

— Развода, я так понимаю не будет? И ты заведёшь потом себе любовницу, да?

— Это не любовница.

Сандер отвечал максимально честно и прямо. Но лучше бы он солгал. Я так добивалась от него правды, хотела всё знать и теперь не представляла, что делать с этой правдой.

Каждая наяда мечтает найти своего избранника и родить дочь. Девочку, которую смогла бы воспитать, подарить знания о Древе. И пусть я была наядой не до конца, но чувство материнства никуда не делось. А это у меня отнимут. Отнимут и оставят лишь пустую оболочку. Выжженное поле, которое никогда не сможет плодоносить.

— Амери. Это титул избранницы Каарха. Ту, что я выберу и та, которая родит мне сына.

— Зачем такие сложности? Зачем заключать браки? Поймал, отвёл на алтарь и сделал своё дело?

— Ты принцесса, потомок Сайрона. Такое поведение — это неуважение к Красному богу. Тебя будут чтить до конца твоих дней.

— Наверное, и похоронят со всеми регалиями, — язвительно вставила я.

— …Исполнят любое желание, — продолжил мужчина. — Это намного больше того, что ты получила бы, оставаясь в Империи.

— Ошибаешься. Да, жизнь была не сахар, но у меня оставалось самое главное — надежда. Надежда на то, что всё могло поменяться, что судьбу можно изменить. А ты отнимаешь её у меня.

— Мне жаль, но изменить ничего нельзя. Кристалл почти потух, ему нужна энергия. Еще пара месяцев и кракены почувствуют свободу и ринутся на берега, уничтожая всё на своём пути. Понимаю, ты думаешь о себе и не виню тебя за это. Но я думаю о других, о тех, что погибнут, если я отступлю. Мне нужна дочь Сайрона и есть лишь ты.

Да, только я. Другая девчонка слишком молода. А Эстель точно не сможет дать крови на жертвенный алтарь.

— Почему ты так долго тянул? Заявил бы права раньше и получил покорную и радостную девицу, которая бы с радостью исполнила предначертанное.

— Это не мне решать. Синий сам выбрал время, когда надо было призвать Императора исполнить договор. Он наступил именно сейчас. Тьяна, послушай…

— Мне надо подумать, — прервала его, спиной двигаясь к двери и мотнув головой. — Пожалуйста. Мне надо подумать. Осмыслить всё.

— Сбежать всё равно не получится, — предупредил Сандер.

— А куда мне бежать? Некуда, — горько усмехнулась в ответ. — Некуда и не к кому. Так что не переживай, не сбегу. И сопротивляться на алтаре не буду. Просто дай мне всё обдумать и принять. О большем и не прошу.

— Хорошо.

Ключ остался в замке. С легкостью его повернув, я выскочила в коридор, едва не столкнувшись с Ирилом, который как раз подходил к двери Сандера.

— Эй, осторожнее! — насмешливо крикнул он мне вслед.

Свернув за угол, вбежала в комнату, которую выделили для меня. Захлопнув замок, оперлась спиной о дверь и медленно сползла вниз.

Слёз не было, истерики тоже. Лишь опустошение.

Только совсем недавно мне казалось, что отнять у меня больше нечего. Ошиблась. Сглазила.

Оказалось, еще было кое-что ценное, но теперь придётся лишиться и его.

* * *

Большая часть ночи прошла без сна. Но слёзы так и не появились. Наверное, я выплакала их давным-давно, в первые годы, после казни родителей. Иссякла как пересохший ручей. Какое хорошее сравнение, скоро я сама стану такой, пустой и полуживой.

Поэтому я полночи просидела на широком подоконнике, теребя золотой кулон с именем и свесив ноги вниз. Сидела и вглядывалась в спокойный и безмятежный океан. Смотреть на него мне не запрещалось, но, если честно, то уже не хотелось.

Огромные створчатые окна были распахнуты настежь и в комнате гулял ветерок. Чтобы не замёрзнуть, я накинула на плечи плед, который стащила с дивана.

Ногам, конечно, было прохладно, но забираться внутрь я не собиралась. Сейчас как никогда хотелось почувствовать свободу. Хоть чуть-чуть и может даже в последний раз.

— Не советую, — раздался надо мной мужской голос.

От неожиданности, я подпрыгнула и едва не свалилась вниз, успев вовремя схватиться за оконную раму, которая жалобно заскрипела.

— Упасть — упадёшь, но расстояние тут небольшое, так что не умрёшь при падении, а вот покалечишься будь здоров. А лечение и восстановление такое мучительное, — равнодушно продолжил он.

— Спасибо, учту, — сухо ответила мужчине, потеплее кутаясь в плед. Задрав голову, я рассматривала плавающего по воздуху этажом выше сорджи.

— Сандер говорит, ты дочь четы Колдер, — произнёс мужчина, спускаясь всё ниже и ниже. А взгляд его сосредоточился у меня на груди.

В том самом месте, где показался из выреза медальон. Я быстро поправила сорочку и с вызовом взглянула на Ирила:

— Вы сомневаетесь?

— Ты не похожа на них.

— И что?

Быть благоразумной, кроткой и воздушной юной леди не хотелось. Я большую часть своей жизни провела на отшибе Империи и могла себе позволить быть грубой крестьянкой. Хоть немного. Да и настроение сейчас было не то.

Компанию я не звала, его не приглашала. Мне тут одной довольно неплохо сиделось. Оправдываться перед другом супруга, я тоже не собиралась. Жизнь и так под откос пошла, а тут еще и этот летун со своими вопросами и недоверием.

— Кусаешься? — хмыкнул он, склонив голову на бок. Наверное, так натуралисты изучают бабочку, пришпиленную иголкой к бумаге. Длинные светлые пряди мужчины упали на лицо, пряча глаза, которые горели ярче звёзд на небе. — Ты ведь не помнишь меня?

— А должна?

— Должна, наверное. Я ведь как никак твой почти жених.

Ну вот. Я второй раз за последние пять минут чуть не свалилась с окна. Поэтому, дабы избежать третьего раза, который точно будет фатальным, я вернулась в комнату.

Ирил за мной. Замер на мгновение, просунув в голову в оконный проём, осмотрелся и расположился на том самом месте, на котором я только что сидела. Хорошо так сел, свесив одну ногу на пол, вторую согнув в колене и положив на неё руку.

— Вы что решили стать еще одним кандидатом на роль моего преданного любовника и воздыхателя, — поправляя плед, спросила у него.

Стоять перед ним было глупо, поэтому я села на диван, тот самый с которого стащила плед и поджала босые ноги под себя, пытаясь согреться.

— Островные штучки совершенно меня не касаются. Так что, госпожа Тьана, придётся вам довольствоваться этим дурачком Ниардо. Для хорошего времяпрепровождения он идеален, ведь разговаривать с ним не придётся. Я был представлен чете Колдер и тебе в том числе много лет назад.

Я, нахмурившись, недоверчиво его изучала. Неужели правда? Было ли в нём что-то знакомое? Нет. Сорджи, как сорджи. Длинный, нескладный, но страшно обаятельный. А также наглый, бесцеремонный и самовлюблённый.

— Я вас не помню, — в конце концов ответила ему.

— Вполне возможно. В те годы тебе было всего семь и больше интереса вызвал белый самоедский щенок.

— Снежок? — с трудом смогла произнести я. — Это вы подарили мне Снежка?

Мой маленький щенок, белоснежный, словно снег, пушистый с черным носиком, крохотными ушками, которые делали его похожим на мишку, и чёрными глазками пуговками. Собаку я помнила, а вот дарителя — нет.

— Если ты назвала тот меховой комочек снежком, то да, это был я. Что с ним стало?

— Забрали.

— Ясно, — Ирил не стал продолжать эту неприятную для нас обоих тему и выбрал другую: — Твои родители пошли против обычных традиций. Обычно при рождении дочери у аристократов такого уровня, они стремятся как можно быстрее прямо над колыбелью заключить наиболее выгодную партию и подписать брачный договор. Они не стали, хотя предложений было очень много. Даже слишком много. Причин своих Колдоры не объясняли. Но одиннадцать лет назад мой отец вдруг получил письмо о том, что они предлагают тебя мне в качестве невесты.

— Вы настолько знатны и богаты? — не поверила я.

Одежда обычная, даже местами потёртая, никаких украшений и золотых побрякушек, кроме сокола в волосах.

— Не жалуюсь, — улыбнулся Ирил, закидывая руки за голову и сцепив их в замок.

— Но зачем они на это пошли?

— Хотели спасти тебя. Являясь моей невестой, ты бы попала под охрану моего народа. Тронуть тебя — обидеть всех сорджи. Дипломатический скандал, на который Император никогда не пошёл бы.

— Вам-то это зачем? Мне ведь было всего семь.

— У меня было целых десять лет свободы. Раньше казалось, что это непозволительно много. Но для нас время летит совсем иначе.

— Но выходит вашей невестой я так и не стала или Император нашел способ ввести вас в заблуждение.

— Твоя мать в последний момент отказалась. Сказала, что мы не имеем право решать за тебя. Что Тьяне Абремо уготовано иное будущее. Она оказалась права.

— Да, хороша судьба, ничего не скажешь, — ответила ему, обхватывая колени руками и положив на них подбородок. — Значит, они обращались к вам за помощью?

— Да. Ситуация в Империи с каждым днём становилась всё сложнее. То тут, то там вспыхивали восстания. Недоверие к Императору росло. Прошёл слух, что он незаконно занял трон.

— И это стало смертным приговором для отца. Но если они просили вас позаботиться обо мне, то почему вы не сделали этого?

— Тебя оказалось сложно найти. Признаюсь честно, если бы ко мне привели такую даму, я бы не поверил, что передо мной Тьяна Абремо. Разве, что кулончик помог бы тебя опознать. Мы отправляли запросы, но получили отказы. Моей невестой ты так и не стала, поэтому отследить было невозможно. Нам сказали, что ты скорее всего погибла вместе с родителями.

— Он всё предусмотрел. Как всегда. Не дал мне нормальной жизни, оставил в нищете и голоде, — горько усмехнулась я. — Зачем вы мне сейчас всё это рассказываете? Хотите заявить права? Так поздно уже. Я жена другого. Вашего лучшего друга. Последнего из рода Каархов.

— Я не претендую, сказал уже. Это мать наложила на тебя проклятье?

— И что?

— Она тебе сказала как его можно отменить?

— А с чего вы взяли, что оно обратное? — ответила я ему вопросом на вопрос. — Материнское проклятье — одно из сильнейших, мощнее только посмертное. Она приберегла его для другого, — хищно оскалившись ответила ему.

Её злобный шепот всё ещё звучал у меня в голове. Уверена, не только у меня.

Кивнул, сдувая легким ветерком пылинку со своей рубашки.

— Сандер не самый худший для тебя вариант.

— И главное надоесть не успеет. Одна ночь и мы свободны друг от друга. Каждый живёт своей жизнью. Он радостной, я не очень.

— С чего ты взяла, что у него жизнь радостная? Ты ведь ничего не знаешь о своём муже. Чем и как он живёт.

— А мне и не надо. Я же всего лишь зарядка для кристалла. На этом моя функция и полезность для синего потомка заканчивается. Большего не требуется.

— Ты всё видишь в чёрном цвете.

— А есть еще золотой? Как моя клетка? — подсказала я ему.

— Забываешь о спокойной жизни вне влияния Императора.

Ах, если бы всё было так легко и просто. Нет, даже на Кароссе мне не скрыться от повелителя, как ни старайся. У него в лапах няня, как гарант того, что я буду хорошей девочкой и не совершу ошибку.

— Вы сами в это верите? У повелителя длинные руки.

— В чем еще состоит суть твоего проклятья? Только морок или что-то еще?

— Господин Ирил, давайте без лишних разговоров. Что именно вас интересует?

— Если я узнаю, что ты навредила Сандеру, — его тон и легкомысленность в голосе совершенно не вязались с жесткими словами. — Я тебя убью. Сам. Очень долго и очень больно. Поверь мне, я умею.

— Не сомневаюсь.

— Ложись спать, — вставая во весь рост на подоконнике, произнёс сорджи. — Завтра рано вставать. Остров ждёт.

И пошёл по воздуху как по дорожке.

После его ухода, я закрыла все окна и забралась в кровать. Понадобилось всего пара минут, чтобы я крепко заснула и проспала без сновидений до самого рассвета.

* * *

— Вы настоящий герой, господин Ирил, — восторженно ворковала дочь мэра номер один.

— Один против огромного монстра, — вторила ей дочь номер два.

— Рискнули всем, чтобы спасти нас.

— Так благородно.

— Так мужественно…

Господин Ирил сидел в окружении двух очаровательных девиц и наслаждался повышенным вниманием. Кажется, еще немного и они начнут кормить его с ложечки и вытирать уста кружевными платочками.

Обе девушки были очень красивы. Кукольные личики с безупречной фарфоровой кожей, алые губки бантиком, небесного цвета глаза, румяные щечки, густые ресницы. И всё это в обрамлении золотистых, идеально уложенных кудряшек. Они были хороши собой и прекрасно об этом знали. И, кажется, каждая из сестёр мечтала заполучить обаятельного сорджи в мужья.

Не знаю как остальные, а у меня от их болтовни разболелась голова. Или может дело было в том, что я почти не спала эту ночь. Настроение еще усугублялось присутствием Ниардо, который сидел рядом со мной за столом и всё пытался завести разговор, пару раз даже хотел взять меня за руку.

Еда, наверное, была очень вкусной. По крайней мере запахи в столовой стояли великолепные. Но на вкус, лично для меня, всё казалось пресным. Я ела скорее по привычке, потому что знала, что по-другому нельзя, организму требовалась пища для восстановления сил.

— Даже не знаю, как вас отблагодарить, господин Ирил, — произнёс мэр. — Мы бы погибли, если бы вы не пришли на помощь.

— Ты должен как можно скорее разобраться с укреплениями, дорогой, — вставила его жена. — Почему они не сработали вчера? Почему не прогнали кракена назад в океан? Преступная, просто вопиющая небрежность! Надо найти и наказать виновных. И как можно скорее!

— Да, дорогая, ты совершенно права, — затряс лысой головой мужчина.

— Ловушки и ограждения сработали, — вмешался Сандер.

Он сидел вдалеке от всех и почти ничего не ел, большую часть времени смотря в окно.

Я знала, потому что наблюдала за ним. Не хотела, не должна была, но взгляд всё равно возвращался к мужу.

— При всём моём уважении, господин посол, — вновь подала голос жена мэра. Вот кто оказывается руководит городом. А еще вчера была такой кроткой и спокойной. — Вы не можете этого знать. Факты упрямая вещь и говорят как раз об обратном.

— Сандер прав, — вмешался сорджи. Надо же он оказывается прислушивался к разговору, несмотря на щебет восторженных поклонниц. — У вас отличные укрепления и защита. Одни из лучших на побережье. Проблема в кракене и только. Он просто свихнулся и попёр, игнорируя раны.

— Но я всё равно настаиваю на проверке.

— Ты права, дорогая, — вытирая потный лоб кружевным платком, произнёс мужчина. — Я сегодня же этим займусь.

— Смотрите, чтобы ваше вмешательство не сделало только хуже. Сейчас всё исправно и работает как часы, — продолжил Сандер. — Репрессии и незаслуженные наказания могут всё разрушить. И следующего прихода кракена городок просто не выдержит.

— Ох, какие ужасы вы говорите, — пролепетала дочь номер два.

— Просто кошмар, — вторила ей сестрица.

— Господин сорджи, вы должны остаться.

— И спасти нас.

— Мы пропадём без вашей защиты.

— Погибнем.

— Умоляю…

— Прошу прощения, — с грохотом отодвинув стул назад, я положила салфетку на стол и натянуто улыбнулась. — Спасибо за гостеприимство. Всё было очень вкусно. Мои комплименты вашему повару. А теперь прошу меня извинить, пойду подышу свежим воздухом.

— Я с то…, - начал Ниардо, вскакивая следом, но тут же был перебит.

— Я сам.

Сандер уже поднялся и подошёл ближе, готовый сопроводить.

— Здесь есть чудесный сад, можем прогуляться там, — заметил муж, видя мою нерешительность.

И отказаться нельзя. Как вежливо объяснить мужу, что сейчас мне больше хочется побыть одной, а не изображать из себя счастливую новобрачную?

— У нас самый лучший сад в округе, — поддакнул мэр.

Кто бы сомневался.

— Спасибо, — только и смогла произнести я, понимая, что от навязанной компании не отвертеться.

Проблема возникла, стоило нам спуститься со ступенек. Слуги еще не успели убрать, и вся дорожка была усыпана мелкими ветками, листьями, песком и речной галькой.

Обычный мусор, но для моих босых ног — это настоящее препятствие.

Сандер всё решил за меня. Преодолел два метра, что разделяли нас, подхватил на руки и пронес вперёд, до тех самых пор пока дорожка не стала относительно чистой.

Я не сопротивлялась, просто застыла и отвернулась, рассматривая проплывающий мимо пейзаж.

— Это было не обязательно, — пробормотала я, как только муж отпустил меня на землю.

— Мне было не трудно.

— Тебе совсем не надо быть таким милым и добрым. Я не сбегу.

— Уже сложила мой портрет и поставила на один уровень с Императором?

В его голосе не было злости или ехидства, скорее любопытство.

— Нет, — честно ответила мужу. — Тобой движет долг и обязательства. Вместо меня должна была быть другая, послушная, кроткая. Та, которая с рождения знала о своей участи. А появилась я, и ты не знаешь, что со мной делать. Мне даже тебя жаль… Если только чуть-чуть… Себя жальче.

— Поверь, меня самого это не радует. Если бы было возможно, я бы давно всё поменял.

— Но это невозможно, — кивнула в ответ.

Мы медленно двигались по аллее. Мусора тут тоже хватало, но не в таком количестве, мне удавалось легко его перешагнуть и не потерять равновесие. Сандер шёл рядом, не пытаясь коснуться или помочь. И я была ему за это благодарна.

— Тьяна, — начал он, но я покачала головой.

— Не стоит. Всё и так понятно. Вы правы, могло быть и хуже.

— Кто мы? — вдруг спросил он, уцепившись за мою оговорку.

Это же надо было так попасться.

Мы застыли посреди аллеи, как раз у ароматных розовых кустов, бутоны которых рассыпались после вчерашнего происшествия, разноцветными лепестками усыпая всё вокруг.

— Никто.

Но его разве обманешь. Глаза сузил, нахмурился и смотрит так пристально, словно хочет пробраться под кожу. Еще немного и в его глазах начнётся самая настоящий шторм и засверкают молнии.

— Кто еще говорил с тобой? Ирил?

Лгать не стала.

— Да.

— Когда?

— Ночью.

— Он пришел к тебе ночью?

Кажется, я сделала только хуже.

— Спокойнее. Я всё еще невинна. — Шутка не удалась, поэтому быстро продолжила. — Мы встретились у окна, я дышала воздухом, а он… летал.

— И что он тебе сказал?

— Волнуется как бы я не причинила тебе зло.

— Ирил угрожал тебе? — Голос стал совсем зловещим и тихим.

— Он за тебя волнуется, — попыталась я оправдать сорджи, сама не зная зачем.

— Значит, угрожал. — Сделал он правильные выводы. — Мне жаль, что тебе пришлось пережить еще и это. Я с ним поговорю и заставлю извиниться.

— Не надо.

— Надо. Ирил не должен был так поступать.

Сорджи действительно принёс «самые искренние извинения», когда меня через три часа под конвоем доставили на корабль.

Ирил ждал нас у каюты, которая должна была стать моей тюрьмой на следующие несколько дней.

— Госпожа Тьяна, — отвесив мне шутливый поклон, провозгласил он. — Прошу прощение. Я был не прав.

— Извинения приняты, — пробормотала я, теряясь от его пристального и насмешливого взгляда.

— Я рад.

После чего развернулся и ушёл, а я быстро вошла в комнату. Дверь гулко закрылась.

Здесь было красиво, богатая обстановка, широкая кровать, прибитая к полу, стул, стол, сундук для вещей и ни одного окна. Помещение освещали лишь светильники, которых было целых пять. Поразительная щедрость.

— Добро пожаловать в новый мир, — прошептала я и сделала шаг вперёд.