Глава тринадцатая. Комната на шестом

“Как все же полезно иметь в семье мага ветра!” –  думала Ида, наблюдая, как снятые со спины дракона кофры и чемоданы выстраиваются в цепочку и бодро плывут по воздуху за Адой. Вот интересно, а злющий декан знал о магии рода Виленто или планировал полюбоваться, как две девицы будут надрываться со своей поклажей? Во всяком случае, предлагать свою помощь он не стал, как и звать кого-то, кто мог бы донести багаж. А как справляются другие студентки?

Впрочем, решение умозрительных вопросов пока точно стоило отложить на неопределенное время. Потому что за пределами загона выяснились сразу две неприятные вещи. Во-первых, купол, который защищал их от слишком пристального внимания, куда-то делся. Во-вторых, хоть преподавателям и удалось разогнать большую часть толпы, зевак кругом все еще хватало.

А еще сразу за загоном их ждал Кей. Почти не изменившийся за этот год, разве что чуть вытянувшийся и повзрослевший –  но с все такими же растрепанными русыми волосами, едва заметными трогательными веснушками и веселыми карими глазами. Разве что раньше он всегда слегка смущался в присутствии сестер –  или только одной из них? –  а теперь широко и открыто улыбался. Как будто и не было того самого разговора, который заставлял Иду мучиться чувством вины и бесконечно размышлять, верно ли она тогда поступила.

– Привет, девчонки! Умеете вы произвести впечатление! Помощь нужна?

– Привет, –  Ида ответила все же слегка настороженно.

– Сами справляемся! –  хмыкнула Ада и радостно улыбнулась в ответ. Что ни говори, а приятно видеть хоть одно знакомое лицо здесь. Особенно когда знакомец, в отличие от всех вокруг, смотрит доброжелательно и весело.

– Да я уж вижу! –  расхохотался парень и, каким-то образом мгновенно ввинтившись между сестрами, непринужденно подхватил под руки обеих. –  Вы вообще дико самостоятельные! А как насчет познавательной экскурсии по академии? Куда вас поселили?

– Туда, –  Ида указала подбородком на здание общежития драконьего факультета.

– Ууу, –  тут же поскучнел Кей, однако тут же зашагал по дорожке в указанном направлении, увлекая девушек за собой. –  Вот крух. Трудно вам там придется…

– Мы сами попросили, –  поспешила объяснить она, –  тут…

– Да я понял, –  парень обернулся на драконий загон. –  Ты своего дракона без присмотра не оставишь…

Он что, обращается к ней на “ты”?! В первую секунду возникло даже желание одернуть –  это было, как если бы один из ее учеников в школе вдруг позволил себе…

Но в итоге пришлось мысленно одергивать себя саму. Все верно. Это в доме Виленто они с сестрой были дочерьми хозяев, а Кей –  учеником их матери и служащим отца. А здесь они на равных –  студенты, так он еще и на курс старше. Все вполне логично.

И нет, все-таки он, пожалуй, изменился –  стал как-то увереннее, спокойнее. Дома он в присутствии сестер Виленто чаще молчал, а теперь ведет себя так, будто они –  старые друзья…

Да и замечательно, решила она. Если его юношеская влюбленность осталась в прошлом –  а на то очень похоже –  то добрый приятель здесь им точно не помешает.

Вон, народу кругом сколько, шушукаются, пялятся, кто-то и пальцем показывает. И что-то никто не выражает радости от встречи. Кто-то обсуждает их наряды –  ну да, штаны, а вы пробовали в юбке на драконе полетать?! Кому-то их феерическое прибытие покоя не дает. Или сам факт, что девушки прилетели на драконе? Как же хорошо, в самом деле, что до общежития рукой подать!

А все же непременно нужно будет погулять по территории! Отсюда видно только несколько остроконечных крыш, но, подлетая к острову, девушки видели, как он на самом деле красив. Если человеческие здания напоминали позднесредневековые постройки –  от скромных каменных домов до замков в романском стиле –  то архитектура ритхов, преобладавшая здесь, больше смахивала на готику с ее стрельчатыми окнами, устремленными в небо шпилями и кружевными арками. Между корпусами академии вились многочисленные аллеи, обсаженные деревьями и кустами.

– Кстати, давно хотела спросить, –  весело спрашивала тем временем Ада, –  что такое “крух гыблыный”?

– Что?! –  Кей, поперхнувшись, даже споткнулся и покраснел. –  Ты где такое слышала?

– От тебя! –  не моргнув глазом и все так же лучезарно улыбаясь, сообщила сестрица. –  Ну, и ее вот препод только что орал про этого круха гы…

– Ээээ, ну, ты лучше не повторяй это, ладно? Ну, крух –  это такой мелкий вредитель… летучий. С воробья размером, только клюв у него зубастый. Крухи магию жрут, из чего угодно –  даже металлы прогрызают. Если заведется такое в лаборатории –  все, хана всем артефактам и зельям… А гыб… –  тут он покраснел еще больше, –  ну, такое, в общем, девушкам не стоит говорить. Совсем. Ты же не будешь?..

– Ага, –  с таким довольным и честным видом кивнула Ада, что ее сестра ни на минуту не усомнилась: будет.

Так втроем они и подошли к своей цели.

Общежитие драконьего факультета было невелико в сравнении с другими зданиями, да и выглядело куда строже –  даже без арок и остроконечных башенок. Оно напоминало узкую и высокую пирамидку, сложенную из гладких белых кубиков. Первый этаж выше других по высоте, второй и третий по площади были такими же, а каждый следующий меньше предыдущего. Верхний, шестой, казался снизу совсем крохотным.

Кей приостановился, придерживая дверь, пока в нее вплывали чемоданы сестер, так что именно девушки прошли в просторный холл с бесчисленными колоннами первыми.

– Девок сюда не водить! –  от вопля едва не заложило уши. –  Сколько раз повторять!

Владелицей дребезжащего и одновременно пронзительного голоса оказалась немолодая женщина маленького роста, с морщинистым лицом и до того опущенными уголками губ, будто она непрерывно кривила их в недовольной гримасе. Судя по одежде, это была обычная женщина –  не маг. Женщина выскочила из-за конторки, расположившейся в дальнем конце холла.

– Каждый раз одно и то же, –  бубнила она, приближаясь к ним, –  как вареньем им тут помазано, шлю…

– Мы заселяться, –  холодно прервала ее Ида, не дожидаясь более прямых оскорблений и жестом останавливая сестру, явно уже готовую ринуться в бой –  причем не исключено, что в самом прямом смысле. Если Ада решит вцепиться в волосы гадкой бабке, вряд ли ее остановит уважение к почтенным годам.

– Заблудились, значит! –  рявкнула старуха. –  Тут девок не селят!

– Девок, может, и не селят, –  стараясь держать себя в руках, все так же ровно ответила Ида, –  а мы студентки. Я поступила на факультет драконьей авиации, со мной моя сестра, и по личному распоряжению декана Легана мы будем жить именно здесь.

Старуха сначала изумленно-насмешливо приподняла брови и мелко захихикала.

– Чего только не сочинят, лишь бы пролезть! Разных сказок я тут наслушалась, но чтоб девка на драконьем факультете!

Пришлось со вздохом лезть в поясную сумку за документами. Интересно все же, кто эта невежливая старуха? Вахтерша? Да, с вахтершами так часто бывает…

Документы она изучала долго, приближая их к глазам, разглядывая на просвет и едва не облизывая –  хотя никто бы уже и не удивился!

– Что за чушь! Куда я вас поселю! –  бросила она наконец в сердцах. Девушки синхронно независимо пожали плечами, а старуха, подняв, наконец, глаза, остановила их на Кее.

– А ты еще кто? Ты тоже не из ритхов!

Точно, на факультете же учатся только ритхи, вспомнила Ида.

– Я просто помог знакомым…

– Это с нами…

– Мужиков не водить! –  рявкнула старуха тем же тоном, каким до этого вопила о “девках”. –  Заселиться не успели, уже мужиков ведут!

Кей с вытянувшимся лицом повернулся к девушкам.

– Через пару часов ужин. Вам же хватит времени, чтобы устроиться? Я буду ждать у выхода!

Едва дождавшись слаженного кивка, он как-то моментально испарился.

– И не думайте, что раз к мужикам просочились, я вам тут позволю гульки устраивать! –  продолжала тем временем старуха.

– А вы кто вообще? –  не слишком вежливо, но терпение Иды и без того уже было на исходе.

– Комендант!

– А звать как? –  не менее невежливо, но по делу вмешалась Ада.

– Можете называть меня тэри Гава.

– Тэри… как?! –  оторопело переспросила Ида, а Ада тихонько прыснула.

– Гава! –  снова рявкнула комендантша. И вышло у нее до того похоже на скандальный “гавк” бабки Зинкиной брехливой дворовой собачки Муськи, считавшей своим долгом облаивать каждого прохожего, что обе девушки, не выдержав, все-таки расхохотались. Ида изо всех сил старалась сдерживаться и зажимала рот рукой, а ее сестра хохотала откровенно и искренне, вытирая с глаз слезы, пока старуха все сильнее багровела от злости, не понимая причины веселья, но подозревая худшее.

– И-и-и-извините, –  нашла в себе силы простонать Ида. –  Это… это нервное. Понимаете, у нас сегодня день… сложный. Это мы не вам… не над вами… не…

В последний день перед началом занятий тэри Гава лично дежурила на вахте, чтобы проследить за заселением первокурсников. И размещение двух девушек в полностью мужском общежитии действительно было серьезной проблемой.

Собственно, единственным выходом казался тот самый, что меньше всего ей нравился –  отдать наглым девкам, вкравшимся на ее территорию, шестой этаж!

Факультет драконьей авиации всегда был элитным, и учились здесь отпрыски знатнейших семейств ритхов. Комнаты, как и во всех общежитиях академии, были рассчитаны на двоих. Но селили в них нередко и по одному –  благо комнат хватало. И они немало отличались от тех, в которых жили студенты прочих факультетов. Редко на каком курсе факультета оказывалось больше пяти студентов –  а иногда бывало и меньше.

Первый этаж общежития целиком занимали холл и хозяйственные помещения. А жилых комнат в нем было всего 19: шесть на втором этаже, шесть на третьем, четыре на четвертом, две на пятом и всего одна –  на шестом. Комната шестого этажа уже своей отдельностью и уникальностью отличалась от прочих. А если учесть, что она была еще, пусть ненамного, но больше остальных, легко понять, что именно туда обычно селили самых “непростых” студентов. Если, конечно, не было других распоряжений или пожеланий от их родителей.

Вот только именно комната на шестом была и единственной возможностью не селить девиц в общем коридоре с парнями. Можно даже запирать лестницу на ночь! А тэри Гава ни на секунду не сомневалась, что это необходимо –  девок только пусти!

Дверь между тем захлопала –  раз и другой. Компания старшекурсников прошествовала к лестнице, оглядываясь на девушек и переговариваясь. Еще один молодой ритх остановился и, заметив девушек, присвистнул. Дверь снова хлопнула, и двое служащих внесли чемоданы. В списке тэри Гавы на заселение оставалась еще одна фамилия –  должно быть, задержавшийся наконец прибыл. Нужно было разбираться с девицами поскорее.

Ключи она почти швырнула на конторку.

– Комната 19, шестой этаж. Имейте в виду, после 23 часов общежитие закрывается. Не успели –  ночуете там, где шлялись. Хоть под кустом. И зарубите себе на носу: дверь в лестничном пролете на шестой этаж на ночь будет запираться! Я прослежу лично и поручу всем вахтерам. За бельем и формой зайдете к кастеляну, это на первом. И чтобы просто так мне по общежитию не слонялись, ясно?

– Ого! –  молодой ритх тем временем, не обращая внимания на суровую комендантшу, откровенно разглядывал близнецов. –  А говорили, сюда девчонок не пускают! Да здесь будет не так скучно, как я рассчитывал! Я Сирш Вириус, а…

– А мы пойдем заселяться! –  поспешно прервала его одна из девушек, заметив, как снова багровеет на глазах тэри комендант. –  Спасибо, тэри Гава!

Сцапав ключи и подхватив под руку сестру, Ида потащила ее к широкой лестнице за конторкой.

– Значит, девятнадцатая? Я зайду в гости! –  под рычание комендантши крикнул им вслед Сирш Вириус.

– Чтоб тебя, –  бухтела Ида, поднимаясь по лестнице. –  Надо было этому недоумку к нам клеиться при этой церберше!

Ада пожала плечами.

– То ли еще будет. Насчет парней с твоего факультета нас точно не зря предупреждали…

Разговор об этом незадолго до их отъезда затеял тисс Тристобаль, и поговорить он решил с дочерьми наедине, чтобы не давать супруге лишних поводов для страхов и беспокойства. А вот девочек он посчитал нужным предупредить обязательно, и специально пригласил их в свой кабинет.

– Ида, тебя это особенно касается! На твоем факультете только они и будут… впрочем, их на всех факультетах хватает, так что прошу вас обеих: будьте осторожны. Я понимаю, что влюбляться свойственно юности…

– Кх-кхм, –  скромно кашлянула Ида и опустила глаза. Ада хихикнула.

– Ничего смешного! Это вам так кажется, что вы опытные умудренные жизнью дамы! Что бы там ни было у вас в прошлом, сейчас вы –  юные девушки, и я уверен, что вы сами вскоре это осознаете. Может, разве что чуть менее наивные, чем большинство ваших ровесниц. Но вряд ли это вас спасет. Эти юноши кажутся девушкам очень привлекательными. И они умеют красиво ухаживать. Просто помните главное: ритхи немного… иначе относятся к женщинам.

Ида задумчиво кивнула. О том, как устроено общество у ритхов, им уже рассказывали на уроках. Вроде бы во всем остальном они были едва ли не цивилизованнее людей –  но патриархальный уклад диктовал свои правила.

У людей женщины не только сами решали свою судьбу, работали и учились наравне с мужчинами, но  и вполне могли себе позволить отношения до брака, за которые никому бы не пришло в голову осуждать их –  тоже наравне с мужчинами.

У ритхов все было иначе. Мужчина у них тоже мог и в сто лет оставаться еще холостым, а вот девушек обычно выдавали замуж совсем юными –  и, разумеется, непременно невинными. Мораль для мужчин и женщин сильно отличалась. И девушки из высшего общества у них учились только в специальных учебных заведениях, где их готовили к семейной и светской жизни.

В итоге в смешанных академиях вроде Облачной, где учились представители обеих рас, девушки-студентки были только из числа людей. А разница культур приводила к множеству неприятных ситуаций.

Конечно, с точки зрения ритхов именно их уклад был единственно верным. И соответственно, к человеческим девушкам, куда более свободным в поведении и нравах, чем ритханки, они относились несколько… своеобразно. Многие молодые ритхи попросту считали их поголовно доступными и рассматривали исключительно как удобное развлечение. И вели себя так, как никогда не позволили бы себе с соплеменницами.

А их юные сокурсницы далеко не всегда понимали это –  и часто всерьез влюблялись. Результатом становились бесконечные трагедии и множество разбитых сердец.

– Словом, –  тщательно подбирая слова, заключил тисс Тристобаль, –  я попросил бы вас не заводить романов с ритхами, не убедившись, что ваши с юношей намерения, планы и чувства действительно совпадают.

– Я поняла, –  серьезно кивнула Ида.

– Тю! –  фыркнула Ада. –  Авось отобьемся!

Сейчас, поднимаясь по лестнице к своей комнате, они осознавали, что проблема может быть куда серьезнее, чем им представлялось поначалу. Ну да, никто как-то не планировал заранее заселение именно в мужское ритховское общежитие. Но из-за Котангенса выбора все равно не оказалось –  так что придется как-то выкручиваться.

Подъем казался каким-то бесконечным –  этажи здесь были высокими. Каждый из них отделялся от лестничной площадки проемом с двустворчатыми дверями –  сейчас открытыми на всех этажах.

– Может, и к лучшему, что она наш этаж собралась на ночь запирать, –  задумчиво проговорила Ида. –  Если там, конечно, нет других жильцов. Но о пожарной безопасности здесь определенно никогда не слышали.

– Та хай ту безопасность… а вот шоб им лифты не поставить, а! Я уж запарилась!

Ида хмыкнула.

– Может, надо было меньше халтурить на тренировках? Маг воздуха с одышкой –  это даже забавно. Наверное, они считают, что студент должен быть резв и поджар, а лестницы очень этому способствуют.

– Я щас как та Гава гавкать начну, –  набычилась Ада. –  В мои годы… и вообще, я чемоданы тащу!

На очередной лестничной площадке их поджидала та самая компания старшекурсников, что проходила мимо внизу.

– Помочь? –  снисходительно спросил один из ритхов, с самым самодовольным видом прислонившийся к стене, сложив руки на груди. Ну конечно, именно на предпоследнем этаже –  самое время предлагать помощь!

– Справляемся! –  одновременно рявкнули девушки, ускоряя шаг, насколько это оказалось возможно.

– Какие строгие! –  хмыкнул ритх, не делая, впрочем, попыток приблизиться.

– Да куда они денутся, –  протянул его приятель.

– Ну да, поначалу они часто строят из себя…

– Не обращай внимания, –  тихо буркнула Ида сестре.

– А может, –  та все-таки оглянулась с надеждой, –  хоть волосенки повыдергаем? А?

– Что, всем?

– Ну… хоть парочке.

– Давай в другой раз? –  с некоторым даже сожалением вздохнула Ида. Не то чтобы она действительно планировала драться с парнями, но выяснять отношения и ставить недоумков на место, похоже, придется. Однако лучше все же не сейчас –  когда обе они устали и на взводе. Да уж, учеба начинается… декан наорал, –  мысленно начала она загибать пальцы, –  комендантша наорала, будущие сокурсники –  лучше бы уж орали, ей-богу… Интересно, что-нибудь хорошее сегодня случится?

– Шестой! –  блаженно выдохнула Ада, расплываясь в улыбке.

Коридора как такового на шестом этаже не было –  только небольшая площадка с единственной дверью, на которой и обнаружился искомый номер “19”.

Дверь отпирали с некоторой опаской –  мало ли что им вредная комендантша подсунула! У Иды вертелись в голове сюжеты прочитанных “академок”, где героинь нередко селили в каких-нибудь чуланах. Да и собственные воспоминания об университетском общежитии не добавляли оптимизма.

Комната оказалась просторной и залитой светом, с легкой белой мебелью и большими окнами. У стен расположились две кровати –  довольно широкие, совсем не того казарменного вида, что ожидаешь обычно от общежития. В изголовье каждой примостилось по прикроватной тумбочке со светильником на гнутой ножке. У окон стояла пара письменных столов, а между ними –  чайный столик с двумя удобными креслами.

Никаких шкафов здесь не было, зато за дверцей в углу обнаружилась небольшая гардеробная, а за еще одной –  туалет и даже собственная ванная.

– Живем! –  радостно заключила Ида после краткого осмотра.

– Ну шо… половичков постелить, шторки повесить и ничо, жить можно, да, –  покивала ее сестра.

– Ой, не жила ты общагах, баб Зин! Да это ж хоромы, и все –  нам одним! Да я практически люблю эту Гаву!

– Да… –  вздохнула та, –  только нам по той лестнице туда-сюда каждый день гоцать. И вся эта братия там будет.

– Разберемся! Со всем разберемся! –  Ида подбежала к окну и радостно улыбнулась. Из окна открывался чудесный вид на парковые аллеи и на шпили и башни академии. Но главное –  отсюда было отлично видно загон Котангенса, который как раз возился, выбираясь из своего домика. Идеально!