35

– Сын?!!! У тебя???

Петька в полной прострации уставился на меня, не забывая теребить «счастливый» галстук, который он сегодня надел на переговоры.

– А что, у меня, по-твоему, не может быть сына? – усмехаясь, спрашиваю я.

– Ну почему же, может. Но откуда он взялся?

– Оттуда же, откуда и все. Тебе что, родители в детстве не сказали, откуда дети берутся?

– Оттуда маленькие берутся, максимум пять килограмм, я узнавал, хотя до сих пор не понимаю, как ОТТУДА может появиться что-то пятикилограммовое. А у тебя сразу шестилетка. Это что за новости гинекологии?

– Петр, хватит придуриваться! Я только недавно узнал, что шесть лет назад у меня родился сын.

– Тебе сообщение почтой России передавали, что ли?

Петька ржет как конь. Смешно ему, шутник, блин.

А мне не до шуток – сын себе на полном серьезе нового папку подыскивает. Приоритет у претендентов с собаками. А у меня собаки нет. У меня даже долбаного таракана в квартире нет, как-то не сложилось у меня в жизни с животными. И с семьей не сложилось, как выясняется. Да и вообще…

Горестно вздыхаю.

– Петя, а у тебя собака есть?

– У меня теперь не только собака есть, но и пара морских свинок. Правда, временно – сестрица отдала на передержку, пока сама по египтам разъезжает.

– Ясно, – вздыхаю я.

– Ну а Юлька-то как отреагировала? Или ты ей не говорил еще?

Рассказывать о том, что супруга мне наставила рога, язык не поворачивается. Странно – рога наставляла она, а стыдно почему-то мне.

– Сказал. Ну там сложно всё…

Петр понимающе кивает. Эх, знал бы он в подробностях, НАСКОЛЬКО все сложно…

Выторговав себе отпуск, правда, отсроченный на две недели и с условием, что затем в отпуск отправится партнер, я покидаю офис и направляюсь в подземный гараж. Что бы там ни было между мной и Юлей, я не хочу, чтобы она возвращалась домой одна так поздно. Уже восемь вечера и я знаю, что она до сих пор торчит в офисе.

– Юль, я буду ждать тебя на парковке.

– Хорошо, я уже почти закончила. Минут через десять-пятнадцать буду.

Иду к своему внедорожнику по проходу между машинами. Кто бы мог подумать, что в Москве столько трудоголиков – свободных мест на парковке совсем немного. Открываю дверь своей тачки и краем глаза замечаю, что ко мне кто-то приближается. Думая, что это Юлька, я поворачиваюсь:

– Быстро ты…

Закончить не успеваю. Удар кулаком в челюсть сваливает меня на пол, а затем я слышу басовитый голос какого-то мужика:

– Ну ты и сволочь! Пока ты по бля…м таскаешься, жена беременная тебя дома ждет! Удобно ты, чувак, устроился. Да у тебя, наверное, в каждом городе страны по любовнице?

Мне удается встать. Полы и рукава пальто в грязи, я чувствую, как из разбитой губы на рубашку капает кровь. Что за херня здесь только что произошла? И кто этот неадекватный тип? Может, меня с кем-то перепутали?

– Ты охренел, что ли? Ты кто такой, вообще?

Приглядевшись как следует, я узнаю рыжего верзилу из больничного сквера. Паззл в голове складывается моментально: рыжий-гинекология-нападение-жена.

– Ах ты, бл..дь, долбаный рыцарь-математик!

Дальше начинается невообразимое – после того, как мне удается повалить его на пол, я успеваю огрести еще пару довольно ощутимых плюх, затем мы наносим друг другу еще несколько ударов и катаемся по полу между машинами как два безумных кенгуру.

Кажется, я слышу, как кричит какая-то женщина.

Наконец, мне удается подмять противника и практически обездвижить его. Тот, однако, сдаваться не собирается, и мы еще какое время барахтаемся на полу. Мне, честно говоря, уже надоел этот цирк, но клоун успокаиваться никак не желает.

– Она моя! Ты ее недостоин, урод! И ребенка она от меня ждет, понял?

В коротких перерывах между нанесением друг другу тяжких (или не очень тяжких, это уж как повезет) телесных повреждений, замечаю кутающуюся в шубу Юльку – она стоит, оперевшись о стену неподалеку, закрыв рукой рот и глядя на нас с ужасом.

Я чувствую, как какая-то сила растаскивает нас в стороны. Двое здоровенных амбалов из охраны комплекса довольно скалятся – пищи для сплетен у них хватит дня на три. Еще бы, такое нечасто бывает – руководство на глазах у почтенной публики бьет морду какому-то типу и само получает по морде, причем, как обычно, все из-за бабы. Шерше ля фам, как говорится.

Тут же к нам подскакивает жена, до сего момента не решавшаяся приближаться ближе, чем на двадцать метров.

– Костик, ты совсем идиот? Ты что здесь делаешь?

Рыжий верзила счищает с рукавов куртки грязь, которая никак не желает исчезать. Предполагаю, что у меня вид ничем не лучше. Борец за права беременных жен, ничуть не сомневаясь в собственной правоте, заявляет:

– Ты лучше муженька своего спроси, что он обычно делает в командировках. Ты знала, что у него в другом городе любовница?

Все мои благие намерения замять дело, чтобы не смешить толпу и разобраться цивилизованно, идут прахом.

Прежде чем охрана успевает опомниться, я вырываюсь и успеваю еще разок врезать придурку.

– Не любовница, а мать моего сына, идиота кусок!

– Хватит уже! – Юлькин пронзительный крик отрезвляет нас обоих. Она подходит к своему Ромео и, ткнув ему пальцем в грудь, заявляет:

– Не умеешь себя вести – пошёл вон! И ты еще хочешь, чтобы я за тебя замуж вышла? Да после сегодняшнего представления и думать об этом забудь!

Костик мигом приобретает вид провинившегося сенбернара, которому хозяин угрожает надрать меховой зад тапком.

– Юленька, прости! Я хотел как лучше. Думал, что он к любовнице туда таскается. Впрочем, то, что это мать его ребенка, еще не доказывает того, что он с ней не спит.

– Слушай, ты! – Я уже с трудом держусь в русле цивилизованного общения, очень хочется треснуть чем-то по голове этого типа. – Ничего, что ты переспал с чужой женой, порядочный ты наш?

Рыжий Ромео мигом заткнулся, не найдя достойного ответа. Охрана с любопытством продолжает глазеть на бесплатное представление, с которым не сравнится ни одна мыльная опера на свете. Еще бы – тут-то все вживую и никаких актеров! Юлька спряталась в машину и, кажется, плачет.

***

В салоне автомобиля царит гнетущая тишина, еле слышное урчание мотора не способно заглушить Юлькины всхлипы. Я включаю радио, но жена протягивает руку и снова отключает его.

– Дима, прости. Я не думала, что он способен на такое. Это же надо придумать – припереться к нам на работу и закатить скандал! Завтра все местные кумушки во главе с охранниками будут перемывать нам кости. Хоть на работу не ходи, честное слово.

Честно говоря, меня мало волнуют сотрудники бизнес-центра со скудной личной жизнью. Если все, что их заботит – это чужое грязное белье, то это их проблема, а не моя. Наверное, для Юльки все иначе, ведь женщины более чувствительны к общественному мнению. Но кто в этом виноват?

– Юля, я принял решение.

Жена шумно сморкается в откуда-то взявшийся платок и вопросительно смотрит на меня.

– Какое?

– Я думаю развод – это наилучший выход в данной ситуации. Ты не любишь меня, я не люблю тебя. Все, что нас связывает – это брак-дружба и ребенок, который, возможно, не мой. На другой чаше весов женщина, которую я люблю и всегда любил, а также мой сын.

Принятое решение как будто освободило меня от тяжелой ноши. Один мудрый человек мне когда-то сказал, что правильное решение делает душу свободной и парящей. Именно это я сейчас и ощущаю – у меня будто выросли крылья, с души упал камень, я освободился, и теперь перед моим внутренним взором далеко за горизонт пролегла широкая дорога, по которой мне предстоит идти.

– А как же я, Дим? А ребенок?

– Ты же говорила, что вы с твоим Ромео любите друг друга?

– Да, но…

– Юля, обстоятельства таковы, что жить друг с другом мы больше не сможем, во всяком случае, я уж точно. Тебе остается или строить отношения с ним, либо воспитывать ребенка одной, если это его ребенок. Если ребенок мой, то, разумеется, я вас не оставлю без поддержки. Квартира останется тебе, алименты и совместную опеку оформим.

– Ты женишься на ней?

– На Кате? Я хотел бы этого, но не уверен, что она согласится. Я сильно обидел её. И Даньку обидел. Даже если у нас с Катей не получится, я буду рядом с сыном.

Жена напряженно молчит какое-то время. Я вижу, что ей сложно, но кажется, судьба решила за нас.

– Я хотела бы, чтобы это был ребенок Кости. Но если он не его…

Я вздыхаю. Это будет сложно – разорваться между двумя своими детьми. Кто-то из них все равно будет обижен тем, что приходится делить отца, никто не может гарантировать, что мне удастся разделить между ними поровну внимание и заботу. Быть отцом – это не только приезжать по субботам в гости как на праздник, быть отцом означает каждодневный труд, я осознал эту простую истину, пока два дня жил у Кати. Я наблюдал, как она готовит еду, прибирает квартиру, отвечает на Данькины вопросы, готовит с ним незамысловатые детсадовские домашние задания, заставляет мыться и чистить зубы и много чего еще. Тот родитель, который живет вместе с ребенком, берет на себя львиную долю ответственности и забот. Разумеется, Даньке достанется больше моего внимания, с этим ничего не поделаешь.

– Мы сможем заказать экспертизу, когда малыш родится.

– Да, конечно. Я слышала, что это опасно делать, когда ребенок в утробе.

– Вот поэтому мы дождемся родов и затем спокойно и безопасно для ребенка все сделаем.

Дома мы расходимся по разным комнатам, как чужие люди. Впрочем, мы и есть чужие – все эти годы мы оба занимались самообманом, пытаясь за жизнерадостным фасадом спрятать глубокие душевные раны. Играли в семью, взяв за образец семейные пары из идиотских рекламных роликов, которые обычно показывают по телевизору.

Надев удобный домашний костюм, я устраиваюсь в комнате для гостей с ноутбуком – мне удалось выудить у Даньки информацию, под каким ником Катя зарегистрирована в соцсети. Меня посещает шальная мысль – а не зарегистрировать ли мне левый аккаунт и не напроситься к бывшей в друзья? Возможно, анонимное общение как-то поможет мне ее лучше понять? Мысль интересная, но это небезопасно. Если Катька узнает, не сносить мне головы. Тогда еще больше все запутается.

В дверь осторожно скребется Юлька.

– Дим, а когда будем заявление на развод подавать?

Я удивленно смотрю на нее. Действительно, а об этом-то я не подумал.

– Я думаю, это пока преждевременно. Дождемся родов, сделаем экспертизу, потом развод. К тому же, если ребенок не мой, это при разводе послужит дополнительным аргументом для суда. Если подадим заявление сейчас, то нас неизвестно, сколько промурыжат, учитывая твое положение. В итоге по времени то на то и выйдет.

– Но тогда ты будешь юридически считаться отцом.

– Я в любом случае буду им считаться, разведись мы сейчас или потом. Правило трехсот дней никто не отменял – если ребенок рождается в течение трехсот дней после развода, отцом автоматически становится бывший муж, если судом не установлено иное. Для суда как раз и потребуется экспертное заключение. Если экспертиза покажет, что ребенок не мой, то вы с Костей через суд сможете лишить меня права отцовства и закрепить это право за твоим математиком.

– Да, я помню, что-то такое Костя говорил. Я пойду позвоню, узнаю, как он там.

Я не могу сдержать усмешки.

– Иди-иди, звони. Слушай, я все-таки сомневаюсь, что твой математик вменяем.

Юлька краснеет, видимо, ей стыдно за своего Ромео.

– Он всегда такой категоричный, за свои принципы на амбразуру готов кинуться.

– Что-то эти принципы не помешали ему трахнуть чужую жену.

Супруга слегка морщится от моей грубости.

– Вообще-то он не знал. Я ему не сказала тогда…

Я удивленно присвистываю.

– Да вы полны сюрпризов, Юлия Батьковна.