14 · Незваный гость

Лучезар обессиленно лежал на кровати и смотрел в потолок. Он не помнил себя. Он помнил лишь боль и страх.

– Ты убиваешь его, – произнёс незнакомый женский голос.

– Он мой сын! – ответил какой-то мужчина. Кажется, старик. – Лучезар жив уже несколько дней. Этого хватит, чтобы найти ему новое тело.

– Он больше не узнаёт тебя, Белогор. Двадцать лет ты мучаешь мальчика. Двадцать лет, сотни тел, реки крови. Рано или поздно всё, что останется от твоего сына, – безумие и ненависть.

– Я успею раньше, – Белогор обхватил сына и помог ему сесть. Лучезар скользнул взглядом по лицу отца, но не узнал его.

«Он всегда был таким седым?» – промелькнула слабая мысль, но Лучезар тут же её упустил.

– Ты же знаешь, что гарантии нет. Это лишь твоя теория, – женщина появилась в поле зрения. Высокая, с седыми волосами и молодым лицом. Он уже встречал её?

Белогор погладил Лучезара по голове, поднёс к губам чашку с горьким варевом.

– Пей, сынок. Это поможет тебе поправиться, – приговаривал он. – Совсем скоро я разрушу границу миров и найду для тебя идеальное тело. Твоё собственное тело.

– Ты же понимаешь, что его двойника может не существовать ни в одном из миров? – женщина скрестила руки на обнажённой груди.

– Я всё рассчитал! – раздражённо ответил Белогор. – Заклинание безупречно. Оно соединит душу с телом двойника. Наш мир – лишь один из бесконечности. Двойник должен быть!

– Папа? – позвал Лучезар.

– Вот видишь! – торжествующе воскликнул Белогор. – Он помнит!

– Где мой папа? – спросил Лучезар.

– Отпусти его, Белогор, – прошелестела женщина и растворилась в воздухе.

* * *

Дождь барабанил по зелёной крыше терема до самого утра. Размеренный шум капель убаюкивал, отчего Василиса едва заставила себя подняться и отправиться на поиски завтрака. По дороге в трапезную чародейка встретилась с Атли.

– Ты не чувствовала себя вчера странно? – аккуратно спросил он, и Василиса непонимающе вскинула брови.

– В каком смысле?

Атли понизил голос:

– Белава подлила нам в вино любовное зелье. Хотела затащить кого-то из нас в постель.

Василиса вытаращила глаза. Но, – она тут же облегчённо выдохнула – это хотя бы объясняет её вчерашнюю тягу к Кирши.

– И ты с ней?.. – начала было Василиса.

Атли замотал головой и покраснел.

– Нет-нет! Похоже, со мной она не рассчитала дозу.

– А Кирши?..

– А Кирши, – вывернул из-за угла Тёмный, – в отличие от вас, знает своё дело и не тянет в рот что попало.

Василиса застыла на месте, глядя на напарника. Похоже, действие зелья ещё не закончилось – сердце предательски ёкнуло при его появлении.

– Что-то не так? – спросил Кирши.

– Похоже, действие зелья ещё не закончилось, – Василиса зачем-то повторила мысли вслух. – Ты всё ещё кажешься мне привлекательным.

Кирши опешил.

– Что?

– Чего? – Атли, похоже, тоже.

Василиса отмахнулась. Слова вырывались из неё, будто дрожжевое тесто из миски, бежали вперёд, опережая мысли, – ещё одно последствие любовного зелья.

– Да всё нормально, пройдёт. Но я рада, что поняла, почему сны о тебе мучили меня всю ночь. Я вчера думала, что схожу с ума. Но это оказалось любовное зелье! Какое облегчение.

– Я тебе снился? – переспросил Кирши.

Василиса присмотрелась: он что, покраснел?

– Кирши?! – Атли выглядел шокированным.

Василиса засмеялась.

– Да ладно вам, это же просто любовное зелье. Я как-то ставила эксперимент на соседском мальчишке, а он влюбился не в меня, а в нашу травницу. Месяц ей ромашки из её же цветника таскал. Но ничего, отошёл. Но это я постаралась, крепкое сварила. А тут, судя по ощущениям, ничего серьёзного. Отойду через день-другой.

В трапезной никого не было, но столы уже ломились от еды. Василиса заняла ближайшую подушку. Атли с Кирши сели рядом.

– Хочешь сказать, что без зелья я бы тебе не понравился? – зачем-то спросил Кирши.

– Не знаю, – пожала плечами Василиса. – Скорее всего, понравился бы. Иначе почему мне всю ночь снился ты, а не Атли, например?

– Но говоришь так, будто рада, что это влечение скоро закончится? – спросил Атли.

Василиса закивала.

– Ты не представляешь, как меня вчера мучила совесть! Какая я несобранная, позволила себе увлечься напарником в разгар задания. А это просто зелье!

– Ты так легко об этом говоришь, – выдохнул Атли, набирая в тарелку побольше булочек с корицей. – Обычно девушки такое скрывают.

Василиса задумалась. Она не знала, как это бывает обычно: мало общалась с тригорскими девицами и юношами, предпочитая общество Беремира и Тирга, а до этого строгая мать старательно ограждала дочь от внешнего мира, отдавая её на откуп няньке, которая тоже не была искусницей в сердечных делах.

– Возможно, это от того, что я ещё ни в кого не влюблялась, – пожала плечами Василиса. – И о подобных правилах мне не рассказывали. Но я читала пару книжек про любовь! Отыскала у Беремира в закромах. И одна была жутко похабная! Представляете, там царевну отдали в жёны медведю, и он в первую же ночь ка-ак…

– Думаю, подробности можно и опустить. – Лицо Атли стало пунцовым.

Кирши, не выдержав, расхохотался.

– А ты полна сюрпризов, чародейка! – отсмеявшись, он покачал головой и сменил тему. – К слову о сюрпризах. Где Белава? Разве ты не должен быть везде с ней, Атли?

– Она решила сходить в баню. Я отправил с нею двух Воронов, – ответил он.

– И не пожелала твоего прекрасного общества? Поняла, что ты – неприступная крепость? – вскинул брови Кирши.

– Как знать. Но так или иначе, сегодня ночью в осаде окажется твоя, – парировал Атли.

Василису неприятно укололи слова Атли. Она совершенно точно не хотела, чтобы Кирши оставался с Белавой наедине.

– Я могу пойти вместо Кирши! – встряла Василиса.

Синие глаза посмотрели игриво, неожиданно по-доброму.

– Не переживай, чародейка, – Кирши легонько щёлкнул Василису по носу. – Я ей не дамся.

– И вовсе я не переживаю, – проворчала Василиса, чувствуя, как наливаются жаром щёки. – Я же знаю, что тоже тебе нравлюсь. Даже без всяких зелий.

Кирши опешил. Атли закашлялся, подавившись булкой.

– Откуда такая уверенность? – спросил Кирши.

– Вот видишь, ты не сказал «Нет», – усмехнулась Василиса, встала из-за стола, так ничего и не съев, и покинула трапезную в надежде, что никто не услышал барабанной дроби её сердца.

Она почти бежала по коридору, не разбирая дороги, когда внезапно столкнулась с одним из Воронов.

– Ой, прости! – воскликнула Василиса, едва удержавшись на ногах.

Вместо ответа Ворон потерял голову. В прямом смысле. Василиса застыла, наблюдая за тем, как медленно, будто масло по лезвию ножа, сползает с шеи его голова, наклоняется набок, с глухим ударом падает на пол и катится по изумрудному ковру, оставляя за собой кровавую ленту.

Василиса, охнув, схватила тело за плечи, не давая упасть вслед за головой. Убийца в тереме! Шум может его спугнуть. Скорее, надо позвать Кирши и Атли. Нет, на это уйдёт слишком много времени. Дрожащими руками чародейка уложила тело на пол и быстро двинулась в сторону покоев Белавы, щелчком пальцев зажигая в ладони пламя.

У дверей спальни лежали ещё двое убитых Воронов. Он так легко и тихо расправился со стражей? Василиса испугалась. Только осознание того, что медлить нельзя, не давало ей сбежать. Собрав всю свою смелость, Василиса ворвалась в покои.

Белава распласталась на кровати с запрокинутой головой и распоротым горлом. Остекленевшие глаза смотрели в потолок. Кровь, пропитывая простыни, ритмично капала на пол. Над телом стоял старик, завёрнутый в тёмное одеяние, и сжимал в руке окровавленный серп.

– Чубась, – выругалась Василиса и, не раздумывая, метнула в убийцу огненный шар.

Магический снаряд изменил траекторию и рванул к серпу, который мгновенно впитал огонь в себя, на секунду раскалился докрасна и вновь погас, оставшись невредимым.

«Артефакт!» – поняла Василиса.

Старик победно улыбнулся.

Василиса спешно принялась плести ловушку, пальцы в бешеном темпе перебирали фигуры, но старик оказался быстрее. Василиса готова была поклясться, что он не сказал ни слова, не шевельнул и пальцем, но чародейка так и не доплела чары. Невидимые тиски сдавили Василису, тело свело судорогой, стопы оторвались от земли. От этого невозможно было защититься! Она даже не ощущала атакующей магии, а значит, не могла выставить щит.

Василиса захрипела – всё, что она могла сейчас.

Старик приблизился и замахнулся серпом. Чародейка зажмурилась в ожидании смертельного удара – но его не последовало. Василиса приоткрыла глаза. Старик с интересом смотрел на неё чёрными глазами, склонив голову набок.

– Ты вся искришься, – прошептал он. – Я такого прежде не встречал…

Серп изучающе коснулся её кожи. Василиса закричала, выпуская наружу панику и страх. Не успев стать чарами и обратиться в пламя, они сразу впитывались в артефакт. Серп снова раскалился, и старик выронил оружие – оно обожгло ему руку. Путы ослабли, и Василиса рухнула на пол.

– Умно, – ухмыльнулся старик, глядя на покрывающуюся чёрными волдырями ладонь. Она оплавилась и потеряла чёткие очертания, став бесполезной. Запахло глиной и ладаном.

Не тратя время на размышления и чары, Василиса бросилась на чародея.

Ни один мускул не дрогнул на старом лице, а Василиса уже вопила от боли, скрючившись у его ног. Невозможно! Невозможно творить магию без пассов или слов! Никто на это не способен!

Боль пеленой застилала глаза. В тело будто раз за разом вонзали десятки ножей, разрывая плоть, пронзая органы, терзая сознание.

Старик неторопливо поднял с пола серп, не очень ловко – левой рукой.

– Ты стала бы очень хорошей чародейкой, – улыбнулся он, а в следующий миг его сбило с ног что-то белое и огромное.

Боль стихла, и Василиса попыталась сфокусировать взгляд – это был огромный белый волк. Он вонзился зубами в шею старика, но тот даже не закричал. Волк мотал головой, терзая плоть своей жертвы и забрызгивая всё вокруг чёрной жижей. Вдруг он замер и разжал челюсти. Тело, почернев и иссохнув, безвольно распласталось на ковре. Волк озадаченно склонил голову.

– Это чучело, – Кирши помог Василисе подняться на ноги и быстро проверил наличие ран.

Волк недовольно фыркнул и отступил, открывая взору чародейки ошмётки чёрной глины. Вот как. Теперь понятно, как старик творил чары без слов. Заклинания произносил его хозяин где-то далеко. Но тогда это должен быть невероятно сильный маг! Сильнее, чем Василиса могла себе представить. Кирши присел рядом с чучелом, изучая остатки глины.

Волк заскулил и прижался к полу, оборачиваясь обратно в человека. Несколько мгновений – и перед Василисой уже лежал обнажённый Атли.

– Чучело, которое колдует? – Атли поднялся на ноги, тяжело дыша и совершенно не стесняясь своей наготы. – Раньше я таких не встречал.

– Раньше ты и с Белогором не имел дела, – пожал плечами Кирши. Снял с плеч кафтан и кинул его Атли.

– В смысле? – Атли ловко завернулся в ткань.

– А ты не узнал?

Василиса подошла к телу и охнула. Действительно! И как она раньше не заметила! Постаревший и исхудавший, но без всяких сомнений – перед ней лежал великий чародей с портрета в гарнизоне.

– Может, кто-то решил, что это будет отличной шуткой? – Атли с сомнением смотрел на глиняное лицо. – Чтобы чучело выглядело как Белогор? Или чтобы сбить нас со следа.

– Это невозможно, – покачала головой Василиса. – Чучело всегда принимает форму своего создателя. По-другому не бывает. Кстати, неплохо было бы упомянуть, что ты оборотень, а?

Атли поднял брови и неопределённо дёрнул уголком рта.

– Эм, не знаю. Разве этот факт определяет меня как личность?

Василиса ничего не ответила, только недовольно цокнула языком, гадая, что ещё скрывает этот парень.

Все в комнате продолжали молча глядеть на растерзанное чучело, старательно игнорируя мёртвое тело на кровати. Если не смотреть, закрыть уши и не слышать звуки капающей на пол крови, можно даже представить, что ничего не случилось, они не оплошали и Белава не погибла.

Атли нервно покусывал губы и смотрел на чучело невидящим взглядом. Ещё немного, и лужа крови на полу подберётся к его босой ноге. Василиса взглянула на кровь и вспомнила, как точно так же не могла поднять глаза на погибшего Беремира.

Кирши первым нашёл в себе силы оглянуться на Белаву.

– Она постарела, – хрипло сказал он, и теперь уже и Василиса нашла в себе силы посмотреть.

Горло вспорото, точно как у Беремира, лицо испещрили морщины, в выцветших глазах застыл ужас. Крови было столько, что одеяло вымокло насквозь и стало практически чёрным. Василиса закрыла глаза, медленно выдохнула, отгоняя подступающую тошноту. Кирши набросил на Белаву свободный край одеяла и отвернулся.

Атли на Белаву так и не взглянул.

– Опасная вещь, – пробормотал он, склоняясь над серпом. – На лезвии какие-то знаки.

– Артефакт, – отозвалась Василиса, вспоминая, как оружие поглотило огненный шар. – Впитывает магию. Всё так, как говорил Аргорад. Я не чувствую, чтобы в Белаве осталась хоть капля.

Василиса шагнула к серпу и тут же отпрянула. Казалось, воздух вокруг вибрировал, создавая странное притяжение. Она чувствовала: даже лишившись хозяина, серп жаждал напитаться её магией, выпить чародейку до капли. Василиса сглотнула, конечности наполнились тяжестью, ей безумно захотелось коснуться оружия и легонько, совсем легонько чиркнуть лезвием по запястью. Хватит даже маленькой капельки крови…

– Тогда он точно за ним вернётся, – голос Атли рассеял наваждение, Василиса встряхнула головой. – Нам останется его только встретить.

– Самого могущественного чародея всех времён? – усомнилась Василиса. – Не обижайтесь, ребят, но у нас от рук чучела только что погибла последняя из Всадников. Против Белогора во плоти у нас нет шансов. Чучело меня чуть по стенке не размазало. А вы даже не чародеи. Надо возвращаться в Даргород, собрать Совет и лучших гвардейцев.

– Лучшие гвардейцы закончились. Последняя из них лежит перед тобой, – Атли кивнул в сторону Белавы. – Трое других тоже вряд ли смогут поучаствовать.

– Значит, надо собрать лучших из оставшихся, – всплеснула руками Василиса. – Но точно не сидеть здесь и не ждать, когда Белогор нас убьёт.

– Оборотням не страшны многие ваши заклинания. А ещё у нас есть Тёмный и имя убийцы, – сказал Атли.

– На чучело твоя сила тоже действует, Кирши? – поинтересовалась Василиса.

Тот пожал плечами.

– Ни разу не пробовал, но что-то мне подсказывает, что нет.

– А я думаю, что Белогор придёт за серпом лично, – возразил Атли. – Одно чучело мы уничтожили, справимся и с другими. Но мы не можем рисковать жизнями Совета и Гвардии. Мы сейчас же отправим в гарнизон Ворона со всеми сведениями и попытаемся сами схватить Белогора. Если не выйдет – Совет успеет подготовиться. Будем надеяться, мы его хотя бы задержим.

Василиса ошарашенно смотрела на Атли.

– Но это же самоубийство, – выдохнула она.

– Ты можешь уйти. Мы тебя не осудим, – понимающе улыбнулся Атли.

– Я осужу, – хмыкнул Кирши. – После трусливого побега можешь даже не надеяться на свидание.

Василиса закатила глаза.

– Во-первых, флирт сейчас неуместен, – проворчала чародейка. – Во-вторых, с мертвяками я на свидания не хожу из принципа. А в-третьих, никуда я не сбегу.

– В таком случае, можешь выбрать, куда мы сходим, когда всё закончится, – подмигнул Кирши.

Василиса хотела разозлиться, возразить, едко поставить Кирши на место, но отчего-то размякла, застеснялась и уже была готова расплыться в глупой улыбке. Дурацкое зелье!

– У нас тут труп, имейте совесть, – воскликнул Атли. Пожалуй, чуть громче, чем того требовала ситуация. – Времени нет. Нужно спрятать серп и подготовиться.