Глава 6. На Риктории

В кабинете принца была впервые. Признаться, не представляла, что на космических кораблях могли быть комнаты, по стенам которых громоздились бы стеллажи с книгами, как у папы, а еще стоял бы огромный письменный стол, рабочее кресло, диван… И правильно делала, что сомневалась, будто увижу такое. Это была совсем небольшая комната, может, чуть больше моей каюты, обставленная в духе времени и места: пластик и еще раз пластик. И носители информации тоже были современными, компактными, даже в большом объеме они помещались в узкой длинной стойке.

— Присаживайтесь, госпожа Ортаис… — мне был предложен стул в лучших традициях дворцового этикета, наверное.

Но на этом, все, приветливости в принце не осталось нисколько. Глаза его смотрели строго и даже как-то колко. Брови хмурились. Губы он поджимал в жесткую линию. Н-да, образ ловеласа был утрачен, что стало непривычно наблюдать, так-то вот сразу.

— А давайте вы представитесь полным именем для начала. Приступайте!

— Ортаис Сортекс, мне двадцать пять лет, гражданка Вартекса, по профессии фармацевт…

— Гортакс Сортекс, практикующий хирург главной клиники королевства вам случайно…

— Мой папа, — качнула я тут же головой.

Вот оно что, он знал моего отца. А значит, папа возможно и в курсе, чем был болен принц. Но разве же он раскроет тайну пациента!..

— По стопам отца не пошли?

— Таланта дотянуться до него точно не хватило бы…

— А быть в тени славы и пользоваться его знаменитостью не пожелали?

— Мне моя профессия очень нравится. И это тот редкий случай, когда имеется влюбленность в свое дело. А еще…

— Насчет влюбленности! Другую имею в виду, — прервал он меня. И правда, зачем ему слушать о том, что получила дипломы по нескольким научным достижениям, имела патенты на пару очень популярных на планете лечебных средств, а мои наработки в области гомеопатии интересовали нескольких крупных производителей лекарств. — Что у вас за отношения с наследником клана Голантау?

— С наследником?.. Мы были помолвлены, — не выдержала и отвела взгляд. Пусть расценивал бы это, как хотел, а мне стало трудно выдерживать его цепкое внимание. — До того, как… в общем, через месяц случилась бы наша с Радемусом Голантау свадьба, если бы… у заместителя главнокомандующего не появились иные планы, то есть самому сеть в кресло командующего и заиметь адмиральские погоны.

— Вот как! Н-да!.. — его высочество ненадолго о чем-то глубоко задумался. — Не похоже как-то на Рада. Он никогда не был карьеристом. А то, что быстро и высоко продвинулся по служебной лестнице, так это все вполне заслуженно. Но вот его сегодняшнее поведение… мне кажется, мужчина одержим вами, леди. А что вы можете сказать про себя?

Его бровь очень выразительно изогнулась. Но в выражении лица принца нисколько не наблюдалось веселости или игривого любопытства. Напротив, взгляд высочества по-прежнему был очень жестким.

— Наши отношения были разорваны по желанию Радемуса. Я сочла, что так тому и быть. И тогда же приняла решение держаться от бывшего жениха подальше… например, на другой планете.

— Бежали, значит. Но на вопрос вы не ответили. Этот побег… он был от собственных чувств? И не лгите мне, говорите правду, леди.

— А вы, ваше высочество, как относитесь к предательству?

— Не выношу. Но речь идет не обо мне. И я по-прежнему жду ответа, Ортаис. Что вы чувствуете к лорду Радемусу Голантау?

— Возможно, моя любовь к нему еще корчится в агонии, потому что мне больно думать о нем. Но я знаю точно, что не хочу… я не могу…

— Что? Говорите открыто. Я должен знать, что происходит.

— Мне было предложено стать любовницей. А это невозможно!..

— Рад? Это предложил Радемус Голантау? — Патритис выглядел удивленным. — Я знаю его много лет. Мы вместе учились в академии когда-то. Это я менял подружек в те годы чуть не каждый месяц. Но, чтобы Рад!.. Хотя, сегодня он тоже меня сильно удивил…

— Я не вру, ваше высочество.

— А ну-ка! Расскажите мне вашу историю целиком и с подробностями. Как познакомились, и прочее… нет, при этом смотреть мне в глаза, леди! Это приказ.

Мой рассказ занял минут пятнадцать от силы. И правда, что особенного было в нашей с Радом истории? И на сказку она совершенно не тянула. Но я честно пересказала все, как было. И при этом смотрела принцу в глаза.

— Вижу, что честны. Это хорошо.

— Для кого? — мои губы сами собой изогнулись в скорбную улыбку.

— Для вас, леди, для вас. Я, признаться, думал, наказать и самым строгим образом ту, по чьей милости мой корабль подвергся нападению. Вы не в курсе, а имеются раненые из-за стычки, как у нас, так и у военных. Вот как считаете, ваши разборки с Радемусом стоят того, чтобы из-за них гибли люди? И дальше! Что прикажете делать? Писать протест на недозволенные действия главнокомандующего? Добиваться его разжалования? А ведь мы были некоторым образом друзьями… до встречи с вами. И что теперь? Мало мне врагов, так заимел еще одного?..

— О чем говорим? Конечно, я этого не желала. Мне и в голову не приходило…

— Вот именно, — посуровел лицом его высочество. — Послушать вас, так просто воспользовались случаем. Бежали от принуждения, и подвернулся этот корабль, вместо другого.

— Так и было. Я перечеркнула свое прошлое и стремилась начать жизнь заново. И лучше подальше от Вартекса. Площадки в космопорту действительно перепутала — никакого расчета или умысла не имела. Поставила перед собой вполне четкую и нормальную цель — обосноваться в ином месте и трудиться. Что предосудительного в таком стремлении? И я уже созналась, что да, радовалась, что так удачно все сложилось. Из-за возникшей путаницы меня, практически, пригласили подняться на это корабль, и он немедленно стартовал. А кто бы на моем месте вел себя иначе? Вот вы, сами, окажись на моем месте…

— Не будем очень затягивать разговор. Время позднее, мы перенесли нападение, надо бы чуть передохнуть, да и готовиться к скачку в пространстве, а мне еще вашу судьбу решать…

— То есть?.. Как это вы хотите меня наказывать? Не выкинете же в открытый космос? Да и за что?!

— Выкинуть? Нет, это вам не грозит. Но стоит вопрос, что же с вами делать…

— Разве вам не нужны люди в колонии? Я могла бы принести пользу.

— Могли бы… — смерил он меня задумчивым взглядом, признаться, не сулил тот ничего хорошего. — Но можете и добавить проблем. А колония небольшая… каждый колонист на счету, вот здесь вы оказались правы. Но у меня там все больше семейные пары. Что, если по вашей милости начнутся беспорядки?

— Как это? — я действительно недоумевала. — О чем вы говорите? Как я могу принести хаос в отлаженную жизнь колонии? Я! Одинокая женщина.

— Именно, что одинокая. А на Риктории все больше мужчины: женатые и холостые. А вы привлекательны и беззащитны. Уверен, найдутся и скоро желающие оказать леди помощь и поддержку…

— Что же в этом плохого? Я вас не понимаю, наверное. То, о чем говорите, это же вполне по-человечески. Но если имеете какие-то сомнения, в праве ли я рассчитывать на поддержку, то могу заверить, что по жизни стараюсь справляться с трудностями сама. И у меня есть некоторые средства… стартовый капитал, так сказать… на обустройство. Да и потом, разве моя профессия не будет востребована?..

— Все так. Но и не совсем… — продолжал смотреть на меня задумчиво принц. — Профессия, возможно, и к месту придется, но вы… в общем, Радемус сказал правду, что на планете не безопасно. Поэтому предлагаю вам… что, если поучаствую в вашей судьбе?

— Вы? Лично? — что-то я не понимала, куда он клонит. И этот его еще такой странный взгляд. Вроде бы и отстраненный, но в то же время он меня им как прожигал.

— А кто же еще? Мы, кажется, одни сейчас в этой комнате. И я прямо так и сказал, что могу кое-что для вас сделать.

А меня настораживал его ставший вкрадчивым тон. К чему принц клонил? Мне бы хотелось, чтобы прямо сказал, что да, для меня в колонии есть работа. И все! Но, судя по его позе и выражению лица, он явно имел в виду что-то иное, только на ум не приходило ничего, оттого и нахмурилась.

— И что же? — я тоже откинулась к спинке стула и сложила руки на груди.

— Например, могу отправить вас на другую планету… более обжитую.

— А чем ваша мне не подходит? Ну, помимо того, что там много… мужчин, а я одинокая женщина.

Не удержалась и хмыкнула. А еще меня начало слегка потряхивать, но пыталась сдержаться и не зайтись в нервном смехе. Нет, сам же высказался, что день был трудным. Между прочим, не только для него. А мне-то, что сегодня пришлось перенести! Но вынуждена была держаться. Вот и изображала из себя невозмутимость, а то, подумал бы, что я совершенно неуравновешенная.

— Вы же не собирались туда лететь. А на Риктории довольно трудные условия для проживания. Особенно весной и осенью.

— А сейчас там что?

И правда, ничего-то не знала об этой планете. Здесь Патритис был прав. Я же думала, что окажусь на Сюрмоире. Вот про ту планету успела найти в сети информацию.

— Начало зимы, — при этом ответе принц слегка поморщился.

Что это значило? Ему не нравилось это время года? А! Поняла!..

— Вот видите! — я же стала выглядеть, напротив, повеселевшей. — Вполне безопасное время. Я успею осмотреться и понять, подходит ли мне жизнь в колонии. Ну, пожалуйста, дайте мне шанс!..

— Не хотите воспользоваться предложением, и оказаться в более приспособленном для жизни месте?

— Я чего-то не понимаю? Так и скажите честно, что именно. Ведь летела же я вполне спокойно в качестве медсестры! Что же теперь изменилось?

— Медсестры, медсестры! — сжал кулаки высочество. О, кажется, я его рассердила. — Забыли, что вообще не должны были оказаться на судне? А потом, что должен был с вами делать?! Не выбрасывать же, в самом деле, за борт!..

— Извините. Я хотела сказать…

— Хватит! — он вдруг ударил по крышке стола. — А если скажу, что оставаться на Риктории неразумно, потому что Радемус знает, где вас искать?

— Что-то мне подсказывает, он не захочет больше оказаться в ваших владениях.

— Но не в том случае, когда речь идет о вас, его суженной.

— Какой еще?.. Бросьте! Он отказался от меня.

— Вы ничего так и не поняли, Таис. Рад не из тех, кто запросто творит безрассудство. Он очень и очень уравновешенный человек. Хм, я знал его именно таким. У него всегда все было под контролем, рассчитано до мелочей.

— Это точно! — скривила губы поневоле. — Рад имеет холодный и расчетливый ум. Делец!

— Вот именно, — принц начал сверлить меня взглядом из-под бровей. — Ему не свойственно легкомыслие и порывистость. А если он совершил то, что… в общем, он сорвался именно из-за вас, Таис. И я, так понимаю, не отступится, станет и дальше вас добиваться. И это только вопрос времени. Вот залечит рану и…

— Но вы же не выдадите меня ему, правда? Ваше высочество, пожалуйста!..

Я так и подалась к нему. Руки сложила в мольбе, мой взгляд тоже умолял.

— Вы меня не слышите! — Патритис снова ударил по столу. — Ну, не убивать же мне его! Ортаис, этот мужчина одержим вами. Я так понял его проблему. Потому что Радемус никогда не вел себя раньше вот так. Никогда и ни при каких обстоятельствах. А то, что с ним творится… Да, он задумал, какой-то сложный ход. Стратег, мать его! И решил, что может отсрочить воссоединение с любимой, с вами, Таис, когда уладит служебные дела…

— Вы ему поверили! — покачала я обреченно головой. — Потому гоните меня теперь.

— Не только, — теперь принц выглядел очень уставшим. — Есть еще причины, по которым я не смогу на сто процентов гарантировать вам безопасность на планете. Что вы так на меня смотрите? — он заметил мою настороженность и прищурился. — А! Вы же видели приступ недавно… И в общем-то, да, это тоже причина, почему не могу быть надежным защитником. Да не смотрите вы на меня так!..

— Как? Я всего лишь хочу понять, насколько вы, ваше высочество, вымотаны. И чем могу помочь.

— Вот еще! Помощница! Боитесь, что снова буду близок к отключке?

— Опасаюсь. И знаете, вы зря не принимаете всерьез мою профессию. Мне так кажется, что могла бы быть очень полезна вашим колонистам и вам в частности. Но сейчас имею другое предложение, ваше высочество…

— Можете звать меня Патритисом, — махнул он рукой.

— Давайте, забудем сейчас обо мне, о Радемусе, да обо всем. День действительно был ужасным. Я точно вымотана. Предлагаю, оставить все до завтра. Идет?

— А куда деваться? С вами, знаете ли, трудно вести переговоры, Таис.

— О, да! Я упрямая.

— Вам уже говорили такое? — хмыкнул Пат.

— Не раз.

— Тогда я отступаю… на сегодня. Идите отдыхать, а завтра договорим.

Думала, мне будет трудно заснуть, а получилось, что в сон ухнула, как со скалы в пропасть прыгнула. Признаться, не помнила даже тот момент, когда голова коснулась подушки. Упала на койку, и сразу же переутомленный организм как выключился. А проснулась очень мягко. Еще не открывая глаз, почувствовала некую негу, будто и не оказалась неизвестно где и с кем. Сладко зевнула и с удовольствием потянулась. Не значило ли это, что ощущала себя в полной безопасности? А, наверное!..

Но глянула на информационную панель и засуетилась. Надо было скорее приводить себя в порядок, ведь время как раз подходило к завтраку. Пока споласкивалась, все думала: как оно там, удачно ли прыгнули. Еще меня очень волновало состояние принца. Что ни говорите, а моя судьба теперь полностью зависела от него. И только оделась и причесалась, как в дверь постучали.

— Леди, пожалуйте в каюткомпанию, — на пороге возник один из членов команды. — Ждут только вас.

Я совсем не желала заставлять кого-то себя ждать, вот и заспешила по коридору в известном направлении. А как проходила мимо общекорабельной комнаты отдыха, так мои ноги приросли к полу. Сначала так, а потом понесли меня к огромному иллюминатору. Что я видела! Это было нечто: зеленая-зеленая планета.

— Вот ты какая… Риктория!

Представляю, как я выглядела, когда влетела в каюткомпанию. Возбуждение во мне зашкаливало. Лицо горело, а значит, оно было алым. И от вопля не удержалась:

— Она бесподобна! Вы ведь видели это, видели?! О, прекрасное зрелище!..

На отодвинутый для меня официантом стул чуть ни плюхнулась. Тогда и заметила, что док против обыкновения не занимался изучением предложенных блюд, а смотрел на меня со вниманием. И будто впервые увидел, честное слово. А его высочество… да, синие глаза принца щурились по-доброму, и еще заметила в них смешинки.

— Доброго утра и удачного дня, Ортаис! — проговорил он весело. — Надо же, никогда еще не видел у кого-то такой реакции на мою планету. Сразу сознаюсь, мне она очень нравится, и еще… как вам удалось так просто поделиться со мной сейчас своей позитивной энергией, леди?

Назвал Ортаис! Значит, доктор в курсе всего, что произошло ночью…

— Наверное, у меня ее значимый переизбыток, — заулыбалась широко и открыто. И вдруг осознала, что уже несколько дней, как не отпускало напряжение, а теперь, раз, и его не стало. Чудеса! — Но даже, если бы было мало, с вами я бы поделилась, Патритис.

— Даже так? Вы ко мне прониклись симпатией? — он тоже ответил улыбкой, но она у него отличалась от моей. Было в ней что-то непонятное вот так сразу, какая-то таинственность. Все же не зря его прозвали первым сердцеедом планеты Вартекс… — А доверием тоже? Что же, постараюсь оправдать. Но остерегитесь, леди. Вы же знаете, что обо мне в сетях вещают? Что, если начну всерьез ухаживать?..

Как не знать! И память у меня хорошая, и она только-только сработала, просигналив не очень засматриваться на этого мужчину. Мало ли, что ему пришла охота мне улыбаться? На моем месте вообще сейчас должна была сидеть Аделаида. Да, об этом не следовало забывать!

— Как считаешь Вит? — принц перевел взгляд на друга. — Там чего больше: правды или лжи?

— В сетях? Ну! — покрутил тот в воздухе зажатой в руке вилкой. — Кое — что и возможно… Но, например, они раструбили, что перед тобой не может устоять ни одна особа женского пола, а я что-то в этом стал сомневаться.

Док что, тоже надумал улыбнуться? Он?! Надо же! Глазам своим не верила. Сегодня был галактический день улыбок? Но о чем они завели речь? Что-то оба теперь начали меня настораживать. Куда они клонили? Балагуры, понимаешь ли! Один про ухаживания намеки начал делать… может, и в шутку, но глаза уж больно хитрыми стали. Другой явно подыгрывал…

— Я и сам, знаешь ли, не понимаю, что со мной стало происходить. Даже вот сейчас… говорю комплименты Таис, а у нее в глазах так и стоит увиденный зеленый шарик…

Это точно, шарик… оно вернее будет. Хватило мне уже одного подобного мужчины, умеющего ухаживать и говорить комплименты. И за плечами у него тоже имелись и знатность, и богатство, и неотразимость с мужественностью. А еще чувство долга, ага! ОЧЕНЬ развитое. Тот отвечал за космофлот, а этот за планету. За ту, вон, зелененькую. Думаю, у принца и без меня забот хватало, все же являлся правителем на Риктории. У него целая колония с какими-то там проблемами осенью и весной, а тут я на его голову свалилась. Нет, уже разобралась, что он человек благородный, таких сразу видно, как только судьба столкнет поближе. Но если что-то случится глобальное? Как поступит? То-то и оно, что это большой вопрос.

А у принца, похоже, было замечательное настроение. Еще он выглядел отдохнувшим. Из этого сделала вывод, что скачок прошел вполне успешно. Подумала про скоростное перемещение в пространстве, а перед глазами снова появилась она… Риктория.

— А планета выглядит такой зеленой, это от обилия суши, покрытой сплошь растительностью? — не удержалась от вопроса, хоть и видела, что мужчины принялись за завтрак.

— Н-да, деревьев и прочего там хватает, — пробурчал док, не отрывая уже глаз от своей тарелки.

Но ответил же! Это ли не странно? Вчера меня старался игнорировать за столом. И вообще, без надобности не смотрел даже в мою сторону.

— Да, но только отчасти. Есть и другие причины. Они сплошь научные. Химический состав газов, к примеру, в некоторых слоях атмосферы и вообще, в околопланетном пространстве.

— Что вы говорите! А дышать там…

— С этим все нормально! — прервал меня Витакс. — Воздух чистейший. Дыши — не надышишься! Источники воды тоже чистейшие и в достаточном количестве.

— Значит, колонисты занимаются сельским хозяйством? — высказала простейшее предположение и тут же заметила, как высочество помрачнел.

Неужели напомнила ему о проблемах? Похоже на то. И вероятнее всего, угадала, что являлся человеком ответственным. А чувство долга для него первостепенно, оттого личная семейная жизнь и отошла на второй план. Я так подумала. А интрижки… Какой мужчина обходится без них? Да что там, в наше время и женщины им уподобились.

Провести интересно и эмоционально время — это да. Хотеть при этом глубоких чувств и отношений — это нет. Я лично знала много таких, как мужчин, так и женщин. Сама была другой, как сказала одна моя сотрудница, являлась закомплексованной и отсталой. Вот так! Кстати, ей же принадлежало еще одно высказывание, про бабников. Она говорила, что бабник — это мужчина с правильной и яркой сексуальной ориентацией. И не поспоришь, ведь в наше время чего только не насмотришься в сетях…

— Угадали. В колонии многие занимаются фермерством, — снова ответил за принца док. — И вполне успешно. Вообще не знаю, что бы мы без них делали…

Последняя фраза у него вылетела, скорее всего, случайно. Потому что он на последнем слове закашлялся и воровато стрельнул глазами в друга.

— Э!.. У нас есть даже свои достижения, — поспешил продолжить на позитиве, заметив нахмуренные брови высочества. — Представьте, на планете выведена новая порода лошадей. Эти рысаки пользуются теперь большим спросом на рынке галактического союза. Еще есть успехи в разведении свиней и разной домашней птицы.

— Очень интересно! — закивала я доку. — А я с собой имею коллекцию семян лекарственных трав. Как думаете, если их высадить в том климате…

— Да у нас там все растет! — махнул рукой Вит. — Климат — просто конфетка! Годовые температуры ровные, без особого перепада на зиму и лето. Солнечных дней много больше, чем пасмурных, дожди идут, как по расписанию. А почва, она такая плодородная! В общем, без теплиц можно по несколько урожаев в год собирать.

Похоже, он был очень предан Риктории. Вон, каким восхищением и энтузиазмом зажглись его глаза. И что же тогда было с зеленой планетой не так? Про какие опасности говорил Рад?

— Вы уже позавтракали, Ортаис? — прервал нас голос принца. — Тогда, может, продолжим вчерашний разговор? Прошу в мой кабинет!

Я, как вошла, так села на прежнее место, высочество уже привычно уселся напротив.

— Приготовьтесь меня внимательно выслушать, Ортаис, — начал он очень серьезным тоном. — Но то, что сейчас расскажу, должно остаться между нами. Это вам понятно?

— Да. Совершенно. Можете быть уверены.

— Отлично, — произнес и замолчал.

Потом Патритис поднялся и несколько раз прошелся по комнате, меряя ее по диагонали. Зачем тянул? А хмурился к чему? Собирался с силами? Да что же такое намерился рассказать?

— Эта планета… в историю ее открытия вдаваться не буду, но она является, как бы местом моей ссылки.

Ничего себе начало! Ссыльный принц? За что его отлучили от семьи и трона? Что за многочисленные любовные похождения и безответственное поведение в юности, как-то не верилось.

— Разумеется, внешне все выглядело так, что в устроении здесь колонии были сильно заинтересованы, а мне доверили очень важное дело. Были еще речи, что я с блеском должен был справиться с порученным делом, ведь имею несколько дипломов об образовании, могу управлять межзвездными кораблями, людьми и бизнесом. Наверное, слышали ту шумиху?

— Я не очень много времени проводила в соцсетях… если только по делу… Но могу сказать, что то, что недавно о вас там нашла, было мало похоже на хвалебную оду.

— А, ну да! Ловелас, бабник и все в том же духе!.. — принц криво усмехнулся. — Да я вообще не должен был дожить до этих лет. Видите ли, у меня неизлечимая болезнь крови. Наследственность, но которую тщательно скрывают в роду. То ли близкородственные браки прошлых времен дали такой результат, то ли еще что-то, но в каждом поколении рождался больной ребенок с подобным диагнозом. И, Таис, разумеется, это тайна.

— Могли и не напоминать — я это уже усвоила.

— Обычно такие дети редко доживали до шестнадцати лет, а умирали младенцами. Но мая матушка… В общем, она не пожелала сдаваться и прятать меня от лишних глаз, а искала возможность вылечить. И вот тогда… ее не стало. Официальная версия: звездолет, на котором она летела, разбился.

— Это ужасно, — прошептала, искренне сочувствуя.

— А меня тогда уже закрыли в родовом замке, но дали возможность учиться чему только пожелаю, правда, дистанционно. И не надо меня жалеть, Таис. Я смог все же дожить до этих лет, выбраться из заточения и, вообще, успел пожить в свое удовольствие. А все потому, что к власти пришел дядя, брат матери. Но со временем он тоже обратил свой взгляд на меня. Уже и он не мог дождаться, когда же болезнь со мной совладает. А все потому, что… в прочем, думаю, вам это понятно…

— Он стар, а вы молоды, и никто не знает о вашем недуге, так как это тщательно скрывалось. И вы стали… представлять угрозу его власти?

— Это он так решил. А в общем-то, некоторые политики действительно начали посматривать в мою сторону, чего скрывать.

— И вас послали на Рикторию возглавить экспедицию и организовать на планете колонию?

— К экспедиции не имел отношения. К сожалению. О назначении наместником узнал, когда уже вовсю разрабатывался проект заселения лагерей. Хотите посмотреть, как выглядел первый город на Риктории?

— Да, конечно, — я даже подвинулась на стуле от нетерпения.

Пат подошел к сланшету, лежащему на его столе, и вскоре над ним выросла потрясающая голограмма. Зеленая равнина имела тот же цвет, что и увиденная мною в иллюминаторе планета, устремленные ввысь похожие на пики строения, навесные мосты. И все так гармонично смотрелось, что дух захватывало.

— О! Как красиво!

— Вам нравится? — как-то грустно спросил меня принц. — И эта вот красота должна была стать моим саркофагом…

— Как? — я подумала, что ослышалась.

— И ладно бы только мне, а должны еще были пострадать ни в чем не повинные люди. Ведь колонистов перебросили на Рикторию поздней осенью, семьями, несколько десятков тысяч. Мы в радостном предвкушении счастливого освоения таких обширных и плодородных земель отлично перезимовали. Весна тогда выдалась отчего-то сухой, что тоже оказалось для нас удачным стечением обстоятельств, о которых и не догадывались. Вот скажите, почему в отчете экспедиции, проведшей на планете год, ни слова не говорилось о том, что они нашли в ее недрах?

— Я не знаю, — ответила чуть ни заикаясь под его гневным взглядом.

— А ведь основная ставка проекта делалась не на сельское хозяйство, разумеется, а на добычу очень редкого для галактического союза минерала, на ирониониум. Он подороже золота и алмазов будет. И это значит, что специалисты точно должны были изучить грунты. Я же и до переселения сюда и после изучил каждый документ и отчет, но там ни строчки, ни слова не говорилось, что в недрах Риктории обитают неизвестные полуразумные существа.

— Что? — подозревала, что еще и ахнула от неожиданности.

— Разве же я утвердил бы такой проект застройки, знай, что творится в глубине земли? Да я вообще бы не допустил заселения на планету людей. А тут еще эти постройки не имели шанса выстоять, когда те монстры принялись вздыбливать землю, выбираясь осенью наружу.

— Ах! — вот теперь и сама услышала свой возглас.

— Эта голограмма… Таис, от нее в жизни теперь остались одни руины. А те твари осенью выбираются, чтобы отъесться перед зимней спячкой. И жрут они все подряд: от травы, до… А люди нисколько не были предупреждены! Представляете, что здесь творилось, когда начали заваливаться их дома?

— Жуть! — выдохнула через силу. — Так что же это за монстры?

— Это гигантские черви. Как, напугал? Извините, но утаивать не имею права, раз собираетесь здесь поселиться.

— И… многим ли удалось выжить? — спросила и придержала дыхание, ожидая ответа.

— Из той части, что остались в живых, многие возвращались на Вартекс. С ними работали психологи, а потом отсылали назад.

— Подчищали память?..

— Разумеется. Но без этого их бы отсюда не выпустили.

— Я понимаю.

— Так что все еще хотите искать здесь убежище?

— А что вы говорили про весну?

— Это сезон дождей на планете. Подземные обитатели выбираются на поверхность, так как вода заливает их тоннели. И они очень злы в этот период. Но это оставшиеся поселенцы узнали уже через полгода после первого нашествия тварей.

— И они все же остались здесь? — я, наверное, очень неприлично таращила глаза на принца, но ничего не могла с этим поделать.

— Да, — качнул он утвердительно головой. — Таких насчитывается всего несколько тысяч. Но они закрепились на этих землях и не хотят их оставлять.

— А как же им удается…

— Противостоять? Приспособились. Выработали целую систему защиты жилищ. Да и сами здания теперь выглядят иначе. И люди вооружились, и созданы истребительные отряды.

— Отчаянные!

— В некотором роде, да. И мы все здесь теперь, как одна семья.

— А меня в нее примете?

— Вот же упрямая!

— Но раз живут другие…

— Ладно. Идите к себе, Таис. Сейчас отдыхайте. У вас есть еще время и на размышления, и на отдых. Мы сядем на землю Риктории ближе к вечеру. Да, сейчас зима, а это значит, что темнеет рано.

Я поднялась и направилась к двери. На самом пороге развернулась.

— Питритис. Мне не надо время на размышления — я бы хотела здесь остаться.

— Тогда знайте, Ортаис, что я стану вас опекать, раз сам лично привез в такое опасное место. Я уважил ваше решение, а вы в ответ должны принять мое. Идет?

— Спасибо, Патритис.

— Но это не все. Возможно, еще стану за вами ухаживать. Примите и это к сведению.

Он говорил это так серьезно, да и услышанный только что рассказ сильно на меня повлиял, поэтому, наверное, не посмела возразить и сказать, что мне сейчас совсем ни до чьих-либо ухаживаний. Я просто кивнула головой и вышла из кабинета.