Глава вторая

Иван ожидал, что Полина Александровна сейчас резко встанет и убежит, оскорбившись до глубины души. Он рассчитывал именно на такое завершение разговора.

Но она сидела и думала. Думала так напряжённо, что даже губы кусала.

Ого! А соперник-то сильный оказался! Точнее, соперница. Но с ним, Иваном, сложно бороться. Он видел по выражению лица активистки, что она надеется обхитрить его.

Ух ты, всё будет даже интереснее, чем он ожидал! Похоже, она готова дать согласие в надежде на то, что либо Иван забудет о рисунке, либо она как-нибудь «отмажется».

«Нет, милая, придётся позировать! Причём, за это вот всё, позировать будешь долго!».

Он не позволит водить себя за нос!

— Хорошо, договорились, — Полина приняла решение и выпрямилась. Она была уверена в том, что он пытается взять её на слабо. — Вы проводите два занятия по пять дней, а потом я вам позирую.

Она была весьма довольна собой и даже не подозревала, что Иван видит её насквозь.

— Замечательно! Приятно вести переговоры с деловым человеком, — Ивану было смешно, но он лишь легко улыбнулся.

— Когда вы готовы всё подробно обсудить и подойти со мной к руководству, Иван Николаевич?

— Хоть сейчас.

— Я как раз собираюсь вернуться в санаторий, сейчас начнутся занятия. Вы накупались?

— Да, пожалуй. Становится слишком жарко, — он взял с шезлонга шорты и начал неторопливо их натягивать.

Полина отвернулась, сделав вид, что смотрит на море. Этот тип слишком раздражает её, смущает.

Так же неторопливо натянув футболку, Иван поднялся и пошёл рядом с активисткой. Оказалось, он выше её почти на голову.

— Завтра среда, — деловито и бойко заговорила Полина, немного успокоившись и нащупав почву под ногами. Вроде, она смогла выбрать верный тон в разговоре с этим насмешливым красавчиком. — Значит, первый мастер-класс будет в среду, четверг, пятницу, понедельник и вторник. А следующий потом хоть как: можно сразу со среды, а можно с последующего понедельника.

Иван понял, что она надеется оттянуть момент «позирования», пытаясь устроить перерыв в несколько дней между мастер-классами.

— Со среды, — ответил он. — Сразу провести, да и всё, по горячим следам, не растягивать во времени.

— Как скажете, — ей удалось скрыть разочарование. — С какого направления хотите начать?

— С графики. Проще найти материалы к завтрашнему дню. Я знаю, где находится нужный магазин, поеду сам.

— Хорошо. Возьмите товарный чек в магазине, отдадите потом мне, я всё оформлю в бухгалтерии. Пока вы ездите за материалами, я займусь небольшой рекламой новых занятий. Сколько человек вы готовы взять в группу? Думаю, графикой больше заинтересуются взрослые, а вот лепкой дети.

Иван задумался. Он никогда не работал с детьми.

— Оптимальная группа — от пяти до десяти человек, больше не надо точно. А можно как-то без детей? Я не умею с ними работать. Если честно, побаиваюсь их.

— Детей побаиваетесь? — удивилась Полина. — А у вас…

— Нет. Есть племянник, ему уже за двадцать, и когда он рос, я сам был ещё слишком юн.

— Если на лепку заявятся дети, пусть приходят на занятия в сопровождении родителей. Как вам такой вариант?

— Хорошо, пусть будет так. А вы? Вы же обещали посещать мои занятия?

— Я и собиралась посещать занятия по графике.

— И по лепке тоже, — улыбнулся Иван. — Если там будут дети, должен быть куратор, не только родители.

— Хорошо, лепку тоже буду посещать.

Она впервые улыбнулась, и Иван вынужден был признать, что улыбка у неё очень красивая.

Они уже вошли в корпус санатория и свернули в один из коридоров первого этажа. Там располагались кабинеты администрации санатория.

Только вечером Полине удалось спокойно посидеть в своей комнате и поразмышлять.

К счастью, спектаклями, фильмами и дискотеками занималась не она, для этого был другой аниматор.

Странный сегодня был день. Она растеряна, выбита из колеи. Поведение её нового знакомого было непредсказуемым, не поддавалось объяснению. Он отказался от денег за материалы, а ту зарплату, которую получит за занятия по графике, обещал потратить на материалы для лепки.

То не хочет проводить занятия, то собирается работать бесплатно. То детей боится.

Полина достала смартфон, нашла статью об Иване Николаевиче в Википедии. Только сведения о семьях родителей и брата, а также профессиональные достижения. Впечатляющие достижения, кстати! Хорошо, что она прочитала это сейчас, а не утром, иначе постеснялась бы подойти с просьбой о занятиях к такой персоне.

Она мало разбиралась в современном искусстве, потому имя Ивана Николаевича было незнакомо ей.

Посмотрела другие статьи, нахмурилась. Слухи разные, порой откровенная грязь. Много фото с какими-то дамами, но все фото случайные, видимо, снятые папарацци. Ну и вишенка на торте: он один из тех, кто попал в рейтинг самых красивых холостяков. Не самых богатых, там другой рейтинг. Иван Николаевич входит в десятку самых привлекательных холостяков. С ума сойти! Всё-таки хорошо, что она не прочитала это утром!

Полина задумчиво слушала сверчков у открытого окна. Она тоже «холостяк», и это её сознательный выбор.

Её родители и брат с сестрой живут в Татарстане, все семейные. А она, Полина, «волк-одиночка», у неё никогда не было ни мужа, ни детей. Она всегда мечтала о море и сбежала сюда восемь лет назад. Сейчас ей тридцать четыре года.

* * *

Нужно отдать должное Полине Александровне: его «дама с БАМа» нашла для мастер-классов помещение, в котором утром было достаточно света, но лучи не слепили, притащила в компании с каким-то юношей старые мольберты; были и столы, и стулья. Всё не слишком новое, но вполне пригодное для работы.

Группа собралась большая: девять человек. Иван и не надеялся на такой ажиотаж. Неужели кому-то хочется тратить отпуск на занятия? Оказывается, да!

Пришла заниматься пара молодожёнов, Ольга и Денис, очень активные и весёлые.

Пришли его соседи по столу, оба крайне воодушевлённые. Всегда приятно работать с такими людьми.

Очень быстро Иван понял, что искренний интерес к занятию был только у Анатолия Ивановича и Нины Васильевны, у молодожёнов, Ольги и Дениса, ну и у Полины Александровны, конечно, она же сразу хотела заниматься графикой.

Остальные пришли заниматься, имея за душой иной интерес.

Молодой человек, который помогал Полине Александровне таскать мольберты, судя по виду, школьник-старшеклассник, Арсений, явно был влюблён в «даму с БАМа», несмотря разницу в возрасте. Он точно притащился заниматься ради неё. Забавляясь, Иван наблюдал за тем, как Арсений следит за «предметом обожания» телячьим взором. Неужели сам он выглядел со стороны так же глупо, когда был влюблён в Юлю? Бррр… Хорошо, что всё прошло.

Девушка лет четырнадцати, Лиза, пришла из-за Арсения, и смотрела на него так, как он смотрел на «даму с БАМа». Арсений вероломно Лизу не замечал.

Ещё два персонажа, сёстры-близнецы, студентки, окончившие первый курс медицинского ВУЗа, Олеся и Ульяна (Иван так и не понял, кто из них кто), пришли ради него самого. Он это понял по тому, как они переглядываются, перешёптываются и бросают на него красноречивые взгляды. Интересно, где и когда они успели его заметить?

Всё это было очень интересно, конечно, но раз уж пришли, Иван всех заставил работать на совесть, дотошно проверял каждого, никому не давал спуску.

Однако, уходя, все благодарили его за занятие, а соседи по столу продолжали нахваливать Ивана ещё и за обедом.

Иван думал, что на второе занятие придут из-за его строгости не все, но группа явилась в полном составе. Что ж, всё оказалось не так уж плохо. Во всяком случае, он и пользу другим приносит, и своё тщеславие тешит. А заодно наблюдает людей в их взаимоотношениях.

Жизнь в санатории проходила быстро, несмотря на то, что кроме мастер-класса и недолгой работы в интернете, Иван был ничем особо не занят. Отдыхалось Ивану очень хорошо и приятно. Он много гулял и купался, его вполне устраивала довольно простая санаторская пища.

Он настолько привык к занятиям за три дня, что в субботу утром ему было даже как-то скучновато.

Наибольшие способности к графике проявляла Полина Александровна. Иван подолгу задерживался возле её мольберта, игнорируя пылающие взоры Арсения и ревнивые — сестёр Олеси и Ульяны.

Когда есть отдача и потенциал, интереснее и ему как педагогу. Вдыхая лёгкий, почти невесомый аромат духов «дамы с БАМа», он часто брал её руку в свою и вместе с ней водил карандашом, что-то исправляя или делая штрихи более выразительными.

Его не волновали юношеские порывы этого молокососа Арсения. Как выяснилось, парню всего шестнадцать! Ему бы с Лизой за ручку на мультфильмы ходить, или вон на сестёр-близнецов бы заглядывался, а не на взрослых женщин.

К счастью, Полина Александровна виртуозно избегала двусмысленных ситуаций. Видимо, уже привыкла к разного рода ухажёрам.

Похоже, она одинока, как и Иван. Не видно ни мужа, ни детей, и живёт она прямо тут, в санатории, в комнатке на втором этаже.

Они общались только на занятиях, всё остальное время Полина Александровна проводила в делах, а Иван в отдыхе.

Возвращаясь с ужина, Иван размышлял, чем лучше заняться этим субботним вечером: погулять у моря или вернуться в номер, почитать, посмотреть кино?

Его приятные размышления были прерваны тем, что взгляд наткнулся на афишу: в кинозале сегодня предлагали фильм «Покровские ворота». Во-первых, до сих пор фильмов не показывали, видимо, ждали выходных. Во-вторых, фильм был одним из любимых.

Начало через пять минут. Решившись, Иван толкнул двери.

Кинозал оказался маленьким, но современным, с огромным телевизором, висящим на стене и работающим, видимо, от интернета. Звук тоже оказался вполне приличный.

Кроме Ивана, в кинозале уже находились две пожилые пары. Аниматор, который работал по вечерам (по утрам работала «дама с БАМа»), молодой человек богемной наружности, погасил в зале свет, и начался фильм.

Аниматор ушёл проводить дискотеку, предупредив, что когда фильм закончится, ничего выключать не нужно, просто разойтись по номерам, и всё. А лучше, прийти после кино на дискотеку и как следует оттянуться, так сказал парень.

Фильм шёл уже минут пятнадцать, когда двери в кинозал чуть приоткрылись и внутрь проскользнула Полина Александровна.

Она не видела Ивана, хотела пройти мимо, чуть ближе к экрану, но Иван поймал её за руку и усадил рядом с собой.

Он сам толком не понял, зачем сделал это, но почему-то был очень рад, что она, как и он, пришла смотреть «Покровские ворота».

— Вы сегодня без Арсения? Он, наверно, в это время уже готовится отойти ко сну? — блестя глазами, прошептал Иван.

Ну не мог он отказать себе в удовольствии подколоть её!

Полина Александровна сверкнула на него глазами, но прыснула в кулак, как девчонка.

— Не вы один такой «замечательный», я тоже кое-что замечаю! — зашептала в ответ она и нарочито внимательно огляделась. — Где ваши преданные фанатки, Олеся и Ульяна? Мне точно ничто не угрожает, когда я сижу рядом с вами?

Иван улыбался. Ему почему-то было приятно, что она заметила интерес к нему со стороны сестёр-близнецов. А ещё ему нравилось, что она сегодня такая весёлая и шутит с ним.

Одна из пожилых женщин, сидящих в кинозале, бросила на них укоризненный взгляд, и пришлось притихнуть.

Некоторое время они молча смотрели кино, а потом Иван вдруг предложил:

— Давайте зайдём за куртками и пойдём гулять по побережью? Давно мечтаю выйти вечером, но одному скучно.

— А давайте, — кивнула Полина Александровна, и пока он размышлял, как выйти, чтобы никому не мешать, встала и энергично потянула его за руку. Рука у неё была небольшая, но тёплая и крепкая.

Они шли вдоль моря, прямо у кромки воды, лёгкая пена плескалась почти у их ног.

Полина Александровна переоделась, на ней были джинсы, а на футболку накинута лёгкая курточка. Иван остался в шортах, взял только ветровку.

Сначала они молчали, думая каждый о своём. Полина Александровна нарушила молчание первая.

— Откуда вы приехали, Иван Николаевич? И почему выбрали именно «Искру»?

— Я уже более четырёх лет живу здесь неподалёку, в тридцати километрах отсюда.

Она удивлённо уставилась на него:

— А зачем вам тогда санаторий? Если вы и так постоянно здесь живёте?

Сказать? Почему-то у него возникла потребность с кем-то поделиться. Он вечно один, скоро совсем одичает, отвыкнет общаться с людьми. Как хорошо, что приехал в санаторий! Вот где общения хоть отбавляй!

— Мне нужно было срочно уехать, нет пока желания находиться в своём доме.

— Почему?

— Не переживайте, у меня нет неприятностей с законом, — усмехнулся он. — Просто не хотелось соответствовать чужим ожиданиям. И общаться с некими людьми тоже не хотелось.

Полина Александровна с интересом смотрела на него, ожидая продолжения, и Иван, тяжело вздохнув, выложил ей историю своей любви, от начала в первом классе, до приезда Алексеевых чуть меньше недели назад.

— Значит, вы из Питера? — она знала, читала в Википедии, но не рассказывать же! — И вот так взяли и оставили город, о котором все грезят?

— Да, вот так взял и оставил. Здесь мне нравится гораздо больше. Хотя в Питере вся моя семья.

Некоторое время они шли молча. Потом увидели скамейку и сели, не сговариваясь.

— Знаете, вы правильно поступили. Это не побег. Это стремление жить своей жизнью и не делиться с другими своей энергией. То есть, энергией делиться нужно, но в мирных, созидательных целях, а не для подпитки чужих амбиций.

Полине было очень грустно от его истории, она сопереживала ему и кажется, от всей души ненавидела эту Юлю!

С тех пор, как он схватил её за руку в кинозале, она не могла унять своё сердце, которое считала ледяным уже много лет. Когда-то оно было горячим. И сейчас вдруг снова стало горячим! Почему ей есть дело до этого чужого, малознакомого человека?!

— Спасибо вам! Когда поговоришь с человеком, который понимает и не осуждает, становится легче, — Иван сказал это искренне, не из желания сделать комплимент.

— Я понимаю, потому что мы чем-то похожи с вами, Иван Николаевич! Я ведь тоже убежденный холостяк. И семья моя тоже живёт в другом месте.

— Откуда вы родом? Где живёт ваша семья?

— Я из Татарстана, из Бугульмы. Родители там и живут, а брат с сестрой в Казани. Окончила педагогическое училище, работала в начальной школе, но попутно получала высшее образование заочно. Менеджер по туризму. Мне, как и вам, всегда хотелось моря. Восемь лет назад, как только доучилась, я всё бросила, собрала вещи и приехала сюда.

— И с тех пор живёте в санатории, в комнатке?

— Да. Мне очень нравится и это место, и санаторий, и моя жизнь! Это и есть вся моя жизнь! Не мыслю себя без моря, не вернусь в другое место.

— Вы так говорите, будто обороняетесь, Полина Александровна! Достают?

— Не то слово!

— А вы не обращайте внимания. Я научился не обращать внимания на всё, что мне не нравится.

— Спасибо за поддержку! Это действительно очень приятно, — говорить с человеком, с которым находишься на одной волне. Когда не смотрят косо, не говорят о том, что «часики тикают».

— А почему вы встали на путь «убеждённого холостяка», Полина Александровна? Разве не все женщины стремятся выйти замуж?

Она молчала, опустив голову. Иван даже встревожился: что это с ней? Он заглянул в её лицо, но слёз там не было.

— Я тоже раньше хотела замуж, — спокойно заговорила она. — Уже было готово платье, разосланы приглашения, а я носила ребёнка. Если бы он родился, ему было бы почти восемь лет сейчас. Но у меня произошёл выкидыш на раннем сроке, когда жених сказал, что свадьбы не будет, он другую полюбил. Я вот думаю, хорошо, что на раннем сроке! Акт гуманизма со стороны бывшего.

Иван протянул руку и взял её ладонь. Она крепко сжала в ответ его пальцы, словно хватаясь за реальность, не давая прошлому себя поглотить.

— Вы не подумайте, Иван Николаевич, у меня не было такого долгого чувства, как у вас! Я не смогла любить предателя. А я считала и считаю его предателем. Может, я и не права. Он же полюбил кого-то там, а не просто так. Может, это и не предательство, а просто мне легче так думать. Но, перестав любить его, я разучилась любить совсем. Сердце будто льдом покрыто, ничего не чувствую, ничего не хочу в личной жизни. Ни чувства не интересуют, ни близость.

Ивану почему-то было очень жаль, что её сердце покрылось льдом, и что она не хочет ничего. Не будь он сам закоренелым и убеждённым холостяком, он бы уж постарался, чтобы это сердце оттаяло!

А она смотрела в его «бархатные» глаза, видела неподдельное сопереживание, и ей становилось по-настоящему легче! Впервые она рассказывала свою историю кому-то не из семьи, и неожиданно всё показалось ей не так страшно и непоправимо, как казалось раньше.

Они возвращались в корпус далеко за полночь. Полина Александровна сама взяла его под руку. Впервые им было так легко вместе.

— Ну вот, не выспитесь теперь! Или проспите, и кто тогда будет петь «На зарядку, на зарядку!»?

— Не переживайте, не просплю! Разбужу вовремя!

— Эх, а я надеялся поспать подольше!

— Ничего не выйдет, Иван Николаевич! — смеялась она, а его сердце переполнялось теплом и ещё чем-то, до сих пор незнакомым.

Во вторник закончились занятия по графике. Для занятий по лепке Иван всё купил ещё в воскресенье.

В санатории не было единых смен, отдыхающие приезжали и уезжали постоянно. Анатолий Иванович и Нина Васильевна должны были уехать в четверг, потому на лепку не попали, о чём очень печалилась.

В воскресенье должен был уехать и Арсений (наконец-то!), потому на занятие не записался. Не пришла и опечаленная предстоящей разлукой Лиза.

Сёстры-близнецы, видимо, поняв, что искусство — не их конёк, тоже не пришли на лепку.

Из прежнего состава были преданные делу Ивана молодожёны Оля и Денис, и Полина Александровна, которая была связана обещанием.

Зато появились новички: дети из большой семьи, сразу пятеро, старшей было семнадцать, а младшему шесть. Три девочки и два мальчика, а с ними родители. Семья была дружная, весёлая и очень творческая. В своём городе они были довольно известны, выступали как музыкальный ансамбль, пели. Путёвку в санаторий «Искра» им подарила администрация города за победу в краевом конкурсе многодетных семей.

Таким образом, на мастер-классы по лепке народу собралось ещё больше — десять человек.

Оказалось, что в работе с детьми нет ничего страшного, напрасно Иван переживал. Возможно, конечно, что ему просто с детьми повезло. Ребята были очень мотивированные, заинтересованные, никто не мешал другим заниматься, все внимательно слушали и вопросы задавали только по делу.

Разговорчивее других был лишь самый младший, Савва, худенький русоволосый мальчик с длинной стрижкой.

Иван вообще не замечал ничего, настолько естественно Савва держался. Но в какой-то момент Иван сел рядом, он собирался помочь ребятам помладше в изготовлении особо сложной детали, и лишь тогда понял, что Савва совсем не видит.

Иван не подал вида, что заметил, продолжал объяснять, как ни в чём не бывало, стараясь не обращать внимания и на сердце, которое предательски сжалось, и на ком в горле.

Он мягко взял ладошки Саввы в свои руки и начал помогать ему.

— У тебя пальцы длинные, — сказал вдруг Савва.

— Иван Николаевич — настоящий скульптор, — отозвался отец Саввы.

— Ты делаешь памятники?

— И памятники тоже, — улыбнулся Иван.

Савва, подняв маленькую, измазанную в глине ладошку, легко коснулся щеки и подбородка Ивана.

— Савва! — предостерегающе сказала мать.

— Пусть, — тихо ответил Иван.

— Ты как Иван Царевич, — вынес свой вердикт Савва и вернулся к работе.

— Жизнь покажет, — усмехнулся Иван. — Царевич я, или другой сказочный Иван.

Неожиданно он поймал задумчивый и какой-то странный взгляд Полины Александровны. Она сегодня была очень молчалива.

У Ивана было ощущение, что она избегает его после вечерней прогулки у моря. Ему же, напротив, очень хотелось как-то продолжить и закрепить то доверительное общение, которое между ними возникло.

В четверг произошли сразу два интересных события.

Сначала Иван, неожиданно для себя, пообещал Савве, который всё расспрашивал его о работе скульптора, что после окончания мастер-классов покажет им всем свою мастерскую, если они согласятся поехать.

Вся семья Саввы радостно приняла приглашение Ивана. Поскольку там же, на мастер-классе, присутствовали молодожёны и Полина Александровна, Иван пригласил и их.

На удивление, согласились все, даже Полина Александровна. Иван почему-то очень переживал, боялся, что она откажется, сославшись на дела, но она согласилась.

Договорились, что в машине Ивана поедут молодожёны и Полина Александровна, а следом семья Саввы в своей семиместной машине.

Что он скажет Алексеевым, если они вдруг заметят его приезд, да ещё с гостями, Ивана интересовало меньше всего. На месте сориентируется, если что.

Вторым событием оказался приезд представителя туристической фирмы, предлагавшего отдыхающим попробовать новый маршрут.

Представитель заявился прямо к ним на мастер-класс, потому что ему нужна была Полина Александровна, которая могла помочь с рекламой.

Представителю выделили пятнадцать минут, решив, что занятие потом тоже продлят.

Маршрут заключался в следующем. На вершине одной из не самых высоких и довольно пологих гор, неподалёку от санатория, турфирма построила домик, типа шале, рассчитанный на четырёх человек. В идеале, конечно, это должны быть две пары. Домик благоустроенный, с электрическим отоплением, водонагревателем в душевой, маленькой кухонькой.

Добираться на гору нужно по канатной дороге, потом немного идти пешком. Вверху, на горе, температура на десять градусов ниже, чем внизу, потому необходимо взять тёплые вещи.

Утром в субботу туристы должны быть у канатной дороги, а во второй половине дня в воскресенье их доставят обратно, на исходную позицию, к подножию горы.

Поскольку Полина Александровна всегда очень помогает турфирме с рекламой и вообще всячески сотрудничает с ними долгое время, ей предлагают бесплатное тестовое путешествие. Она может так же бесплатно пригласить с собой троих друзей на свой выбор, главное, чтобы они были старше восемнадцати лет и без вредных привычек.

Оля и Денис умоляюще уставились на Полину, и ей пришлось дать согласие на путешествие, хотя она не была уверена, что ей это путешествие вообще нужно.

Полина сообщила представителю, что с ней отправятся Ольга и Денис.

— Отлично, но желательно, чтобы отправился ещё один человек, нам нужны будут отзывы, да и домик рассчитан на четверых.

…Иван держал за руки Савву, и они выполняли мелкие детали, потому не сразу обратил внимание на возникшую паузу.

Видимо, почувствовав взгляд, поднял голову: на него выжидательно смотрели Ольга, Денис, представитель турфирмы и Полина Александровна.

Ну нет! Не надо так на него смотреть! Он никогда не увлекался пешим туризмом и всякими шале в горах, не собирается и сейчас. Сейчас он откажется. Пусть найдут кого-нибудь другого.

— Я? — растерянно спросил Иван. И неожиданно добавил: — Хорошо, буду четвёртым.

Полина Александровна и представитель турфирмы договорились о том, что завтра утром она ему пришлёт данные на всех четверых «путешественников», и тот откланялся.

Иван сидел и думал о том, что с тех пор, как он приехал в этот санаторий, он за какую-то неделю согласился на мастер-классы, пригласил толпу гостей в мастерскую, хотя всегда вёл очень закрытый образ жизни, и вот теперь подписался на какое-то невразумительное тестовое путешествие в горы.

Что происходит вообще?!