Глава 9. Двойняшки в действии
Мишка проснулся невозможно рано – забеспокоился Тим, растолкал хозяина, тычась носом ему в лицо.
– Тим, ну, ты чего? Рань такая! Что? Там что-то не то? – пёс явно показывал на окно.
Мишка, уже давно привыкший доверять своей живности, быстро оделся и, зябко поёживаясь, вылез из окна, порадовавшись, что у него рядом с таким удобным «выходом» из дома растут не хрупкие астры, а выносливый жасмин.
Увидев на улочке ПП, которые явно куда-то собирались без него, он в первый момент удивился, а потом страшно обиделся. Правда, это состояние продлилось недолго – Тим тявкнул, Пашка с Полиной обернулись и смущённо поспешили к нему.
– Миш… не сердись, – примирительно заторопилась Полина. – Тут такое дело… брат у меня стеснительный очень.
– Полька! Ну, ты и гидра! – зашипел заметно покрасневший даже в этот предрассветный час Пашка. – Прикинь, она придумала морочить яжку и её муженька с помощью Шекспира!
– Какого Шекспира? И почему ты стеснительный? – ничего не понял Мишка.
– Объясняю… Только давай, раз уж ты проснулся, пошли к озеру. У нас там «Двенадцатая ночь» намечается! – Полина помахала рукой, показывая направление.
– Пааааш? – озадаченно протянул Мишка.
– Не парься… ты с ума не сошёл. Да и вообще, тебе ещё повезло! Она мне все нервы вымотала этим Шекспиром. Есть у него такая книжка – «Двенадцатая ночь». Там события происходят с двойняшками, очень похожими, как мы, и тоже разнополыми. Короче, они разлучены, и девушке приходится переодеваться в парня. Их регулярно путают, куча всяких недоразумений происходит… И вот моя зараза-сестрица решила сделать этот же фокус, но наоборот!
– В смысле, тебя в девчонку переодеть? – Мишке было несложно догадаться, очень уж сердился и смущался Пашка.
– Ты умный! – похвалила его Полина. – Только если бы я это хоть предложила, братец мой вообще со мной не стал бы говорить. Хотя актёры же переодеваются для пользы дела, и ничего! Да, и не корчи такие рожи! – фыркнула она наПашку. – Речь всего-то о том, чтобы чуть поморочить голову яжке! Она очень, очень-преочень уверена в себе! Типа, никогда не ошибается. Вот нам и надо сбить её с толку, заставить засомневаться или в реальности, или в ней самой. Раз она выяснила, что радиации тут нет, надо дать ей другой повод отсюда свалить, только такой, который измерить нельзя! Меня она видела, разглядела, а Пашку – нет! С соседями, кроме Риточки, она ни разу нормально не разговаривала, то есть ей никто про двойняшек – брата и сестру – не говорил, так что есть шанс. Короче, Пашке надо всего-то приложить к себе верх от моего купальника! Можно просто лямки на шею накинуть и под водой придержать. Я специально взяла яркий-яркий и с бантами на шее. Только и всего, а воплей-то было… словно я его заставляю играть тётю Розу из Бразилии, где много диких обезьян!
– Миш, я прямо себе не верю, что согласился в этом участвовать! – простонал Пашка, опасаясь реакции друга.
– Да ладно тебе! И ничего такого… Ну, а что с ними, правда, делать? Реально ведь могут привезти пневматику и начать стрельбу по живности! Да, можно отцу сказать, но что он сделает? Никто не может запретить этому типу – мужу яжки – привезти свою собственность на дачу. Да и потом, если найдём кого-то подстреленного, можно будет в полицию заявить, но вряд ли они прям будут этим реально заниматься, а главное-то, что они кого-то прикончат! Знаешь, ради того, чтобы этого не допустить, лямка с бантиком на шее – это не страшно! – совершенно серьёзно сказал Мишка.
ПП выдохнули. Мишка, если уж совсем честно, был их первым настоящим другом, так что понимание того, что это настоящий ИХ человек, примирило Пашку с дурацкой идеей сестры и даже с его ролью и глупостью про «Озеро Отражений».
Пашка тут же стал жаловаться на слова своей роли.
– Мих, ну, кто в это поверит?
– Знаешь, если не понимать, что вас двое, то такие явления могут реально заморочить! – представил себе ситуацию Миха. – А что? Тут чем загадочнее, тем лучше! Может, яжка и купится!
Он собрался было идти с ними, но узнав, что, по разведданным близнецов, Стас остаётся дома, тяжело вздохнул и принял непростое решение. «Да, на спектакль посмотреть хотелось отчаянно, но мелкий поганец запросто может натворить какой-нибудь беды, тем более что родителей-то дома не будет».
– Ладно, идите, а я пока покараулю их Стасиньку… Заодно и следы страуса подотру, и перья уберу.
Он смотрел вслед ПП, пока они не скрылись в зарослях, а потом обнял Тима за шею.
– Спасибо тебе, что разбудил! Если бы я потом обнаружил, что их нет, обиделся бы жутко! Жаль, конечно, что представление не увижу, ну, да ладно…
Миха и не знал, что его ожидает представление не хуже, но с иными актёрами.
Он быстро уничтожил все ненужные уже следы, забрал перья и засел с Тимом в самом тёмном и заросшем углу участка. Через несколько минут Миха с восторгом наблюдал за слаженными действиями ворон и двух котов – Полосатости и Гнуся. Его собственный кот Фёдор пришёл к ним с Тимом в заросли, помурлыкал приветственно, а потом отправился наблюдать за собратьями, активно царапающими металлическую дверь, и воронами, делающими вид, что пытаются выбить стёкла.
«По ходу, Стасюк всех успел достать! – сообразил Мишка. – Интересно, как там дела у ПП?»
Именно в этот момент Пашка помогал сестре выбраться на берег, одновременно вручая ей верх от её купальника, так замечательно сыгравший свою роль.
– Ну, они и газанули! Вон, уже на дорогу выехали, – комментировал Паша, отвернувшись от сестры, чтобы она могла одеться. – Ну, готова? Давай, я сейчас быстро одеваюсь, и рванём напрямик. Да, Михе сообщение пошли, чтобы он валил с их участка, пока его не заловили!
По дороге домой Ксения так и не сумела объяснить мужу, что именно её напугало на озере. Сказала только, что там очень странное место… Правда, встретив ещё одних «ранних пташек» с соседней улицы – Александра и его сына Дмитрия – отчего-то перепугалась ещё больше.
– Ты видел? Нет, ты ВИДЕЛ? – она задёргала мужа за рукав, отчего он чуть руль не выпустил из рук. – Тут тоже что-то не то…
– Да чего? Что такое-то? – недоумевал Ник, глядя в вытаращенные глаза жены.
Она уже почти собралась рассказать про весёленькую оранжевую, явно девичью резинку для волос, которой молодой парень собрал чуть пониже макушки отросшие длинноватые волосы, но тогда надо было бы рассказать и о том, что ей мерещилось на берегу…
Дима, который не обращал никакого внимания на проезжающие мимо машины, пусть даже с тётками, которые на его чуть было голову не сворачивают, мирно шёл поплавать за компанию с отцом. Да, волосы ему в прошлый раз в глаза лезли, вот он и воспользовался случайно найденной в бардачке машины резинкой сестры.
Когда они подъехали к дому, вокруг царила утренняя благодать: пели птицы, на траве сказочными бриллиантовыми ожерельями блестела роса, зато в доме валялся перевёрнутый вверх ножками стул, который сбил Стасик, эвакуировавшийся в кладовку.
Ксения сразу насторожилась, кошкой метнула вверх и завопила:
– Cтасик! Стасинька!
Шум из кладовки смутил уже обоих родителей, а осторожно приоткрытая дверь и всклокоченный вид сына с палкой в руках их попросту шокировал.
– Малыш, сокровище моё! Что с тобой? – запричитала Ксения.
– Кто-то лез в дом! Стучали в окно и ломились в дверь! – выпалил Стас, утративший всю свою самоуверенность.
Почему-то тем, кто любит охотиться на окружающих и делать им гадость, совсем-совсем не нравится меняться ролями со своими жертвами и самому оказываться загнанным угол, особенно в угол кладовки.
– Кто посмел? – буквально зарычал Ник и кинулся на крыльцо, ожидая заметить следы взлома, но дверь была абсолютно целой, да и окна неповреждёнными. – Сынок, а тебе это не приснилось? – осторожно поинтересовался он.
В ответ Стасик, оскорблённый недоверием родителей, разразился разгневанными воплями и проговорился о динозавре, следы которого увидел вчера в саду.
– Там воооот такие следы и перья есть! Огромные! – он страшно сожалел, что не забрал их в виде доказательств.
Отец отправился в сад, но ничего там не обнаружил – Мишка не зря был очень внимателен к деталям. Так что в указанном Стасиком месте никаких следов не было, перьев тоже, только тетива и две сломанных стрелы оставались там, где и лежали. Миха счёл, что уносить их с территории будет лишним.
Ник вернулся в дом и нарвался на скандал с Ксенией, которая требовала немедленного возвращения в Москву. В историю с динозавром она, разумеется, не поверила, но то, что сын упорно твердит какую-то чушь, её реально смутило.
– Стасик, а тебе на озере купаться понравилось? – осторожно уточнила она у сына.
– Ну, ничего так, – отвлёкся от описания перьев Стас.
– А вот ту противную девчонку, которая тебя обидела, ты там не видел?
Стас едва сообразил, о ком мать говорит, помотал головой.
Тут явился муж с обломками стрел, но без перьев «динозавра», и заявил, что никаких следов и прочего нет и нечего глупости выдумывать. Стасичка с жаром, напугавшим мать, снова стал утверждать, что и перья были, и следы тоже.
Сын частенько утверждал разное… как правило, о том, что его обидели, задели, что-то отняли, хотя все окружающие говорили прямо противоположное. Но Ксения всегда верила своему малышу! А как же иначе? Только вот… Огромные следы, динозавр…
«В озере Отражений много чего можно увидеть… Вы бы поосторожнее… Понимаете, тут всё может меняться. Особенно, если люди новые… А уж каким всё останется – это как повезёт!» – внезапно припомнились ей слова странного паренька… или не совсем паренька, которого она видела совсем недавно. И ещё это: «Да, так про воду… Тут странная такая вода…»
«Странная вода! Рыба подохла, Стасик купался и теперь врёт почём зря, и мерещится ему…– она сама вышла, осмотрела дверь и окна, не найдя ни малейших следов того, что кто-то ломился. – И тот парень с резинкой в волосах… Это как-то странно. Непонятно. Даже опасно».
Она всегда-всегда и во всём была права… так представлялся Ксюше её личный мир. Все остальные люди крутились где-то на периферии её сознания. Это она решала, как с ними поступить, как разговаривать с неугодными, а таких было подавляющее большинство, какие порядки заводить, да и вообще, как жить тем, кто имел несчастье оказаться рядом. Нет, то, что бывает иначе, она, конечно же, понимала. Но бывает это только не с ней!
А вот сейчас возникла какая-то такая странная штука… Она не могла ошибаться, точно видела всё то, что было на озере! Но этого ПРОСТО НЕ МОГЛО быть! Или было?
Ну, хорошо… А если оно было, то, что всё это значит?
Да, бывают всякие странности в мире. Может, это такое странное озеро и есть? Может, они попали в плохое для них место?
Внезапно ей представился Стасик, который вдруг выныривает из воды и становится каким-то НЕ ТАКИМ…
– Как повезёт? Ну, уж нет! Мы собираемся и едем домой! – заявила она вслух, снова припомнив ту многозначительную фразу.
– С чего бы это? – удивился Ник. – Тут радиации нет, зато есть свежие деревенские продукты. Помнишь, мы вчера бабку эту видели с творогом и козьим молоком?
– Плевала я и на творог, и на молоко! Мы едем домой!
– Ксюш, я вчера хозяину дачи звонил и забыл тебе рассказать. Ну, когда ты про радиацию сказала… Так он ответил, что раз мы заплатили за дачу вперёд, он деньги не вернёт – конец сезона! Я с ним, конечно, поскандалил, но у нас и в договоре написано, что предоплата не возвращается. Если бы была радиация, то это был бы реальный повод, но её нет! Так что мы остаёмся! – Ник обычно думал так же, как и жена, а вот теперь никак не мог взять в толк, чего это она истерит, вопит и с каким-то странным вниманием присматривается к Стасу. Потом все женины выступления ему надоели, и он решительно заявил:
– Я сказал, что мы никуда не поедем, значит, не поедем! Зато я сейчас смотаюсь в деревню за молоком. Как раз дозиметр возьму – проверю перед покупкой. Не хватало ещё за непроверенное молоко деньги платить!
Он, проигнорировав дальнейшие Ксюшкины выкрики, сел в машину и укатил в деревню, а сама Ксения решила сходить и нарвать зелени на заросших травой грядах, оставленных уехавшим хозяином дачи съёмщикам.
Опустившаяся на дерево рядом ворона поначалу никаких эмоций у Ксении не вызвала, но ворона каркнула, и ей совершенно отчётливо и с какой-то даже интонацией ответил… полосатый серый кот, сидящий на заборе.
– Вот проклятые твари! Опять лезут! Нет, если не уедем, непременно нужна пневматика! Я-то уж их отважу отсюда! – прошипела разозлённая из-за упрямства мужа Ксения.
Фёдор только-только собирался дать сигнал к наступлению, как вдруг… Нет, положительно, в этот раз всё, буквально всё, шло не по плану! Вот, например, появление очень решительного упитанного чёрно-белого кота, который практически строевым шагом маршировал к вредной тётке!
– Эдик… – чуть не простонал Фёдор, сообразивший, что приятель, соскучившись, отправился его искать и нашёл… да только не совсем его, а…
– Прррррееелеееессссссть моя! – зашёлся от восторга Эдик, с головой нырнувший в заросли валерьяны, высаженной владельцем дачи.
Он в последнее время в эту сторону не ходил – привык, что ничего интересного тут нет, вот и не заметил такое сокровище! Даже запаха не учуял, потому что с трёх сторон дача была огорожена высоченным и сплошным плотно-гулким металлическим забором, не пропускавшим ветер, а с тыла, где были прогнившие доски, находился лесок, куда Эдик ходить не любил. Там было небольшое болотце, а коту в последнее время как-то хватало водных процедур.
На вопящую что-то и топавшую ногами тётку котосокил попросту не обратил ни малейшего внимания, ринувшись в самую гущу аромата, дурманящего его чёрно-белую бестолковую голову.
– Ой, дураааак! – страдал Фёдор, переживая за друга, который слишко близко был от агрессорши. – Ладно, будем действовать по плану… в смысле, уже обратно нет…
Это «обратно нет» опять получилось из-за Эдика, которого Ксения попыталась схватить за шкирку. Угрозы себе Эдик не уловил ни малейшей, зато решил, что у него пытаются отобрать его сокровище – целую кучу ароматного сокровища.
– Да хто ты тут какаййййяяяя? Я – Сокил, а тыыыыыыы? – Эдик, предупреждённый о возможном нападении мявом Фёдора, увернулся от лапы незнакомой тётки и…
– И он пошёл в атаку… – страдальчески прижмурился Фёдор, готовясь спасать олуха. – Смотреть на это не могу!
Но он недооценивал Сокила. Эдик проскочил мимо ног вредной тётки, а потом со всей силой своего валерьянового пристрастия рванул назад, к прелести своей! На ноги врагини, находящиеся между ним и грядкой, он как-то и не посмотрел, поэтому просто врезался головой да всей увесистой тушкой под колени Ксении. Та хрюкнула от неожиданности и рухнула в валерьянку.
– Мнеееееу! Моёёёааууу, это фффсё-фссё моёёёауууу! – Эдик уловил только покушение на его сокровище, посему бодрым лосиком промчался прямо по повергнутой противнице и снова нырнул всем своим организмом в валерьянку.
– Ааааааа! Кот с ума сошёёёёл! – взвыла Ксения, которая котов никогда не держала и почему-то наивно была уверена, что сбить с ног и пройтись по человеку они не могут. Ха, три раза!
Она с трудом, но очень быстро отползла на четвереньках подальше от вопящего что-то радостное чёрно-белого зверя, катающегося в вонючей траве, и поискала взглядом что-нибудь потяжелее пристукнуть психа.
– Ну, уж нет! Я ему потом сам рыльце начищу, но вот тебе прибить его не дам! – грозно загудел Фёдор, метнувшись к агрессорше. Та едва успела увернуться и кинулась к дому.
«Они тут все взбесились!» – решила она. Правда, кот и не подумал её преследовать, зато за дело принялись вороны, отлично запомнившие её недавние выступления…
Отмахиваясь от воинственных птиц, Ксения ворвалась в дом и крепко заперла входную дверь, кинувшись звонить мужу.
– Немедленно! Пусть сейчас же возвращается, и мы уезжаем отсюда! Стасинька, мы скоро уедем, малыш мой! Мы лучше в тот дом отдыха отправимся, где ты сломал бассейн и разбил три окна!
Она повторяла и повторяла вызов – муж на связь не выходил…
Зато в углу послышался странный шорох…
Ксения машинально покосилась в сторону звука и завизжала так, что муж мог бы её и без смартфона услышать, если бы не был так занят – на неё из угла смотрела крупная крыса.
Крыса разглядывала визжащую женщину довольно-таки флегматично, только что у виска лапой не крутила.
– Нда… правильно кот сказал – очень визгля! – вздохнул крысак. – Ну, чего, чего ты так вопишь? Я ж ещё ничего не сделал! А! Вот мои стайные уже того… сделали!
На визг матери отозвался вопль Стасика, который обнаружил, что в его вещах вдоволь похозяйничали…
– Мои наушники! Зарядка от смартфона, от планшета, сам планшет, кроссовки, даже новые часыыыы! Мааааа!
– Талантливая у меня стая! – порадовался крысак такому «отзыву клиента». – Надо сказать коту, что мы завсегда готовы, если чё… Особенно с такими визгуками и визглями!
– Эдик! Мaньяк валерьянковый! Да Эдик же! Вот наказание на мою полосатую голову! Вставай и пошли! – старался уволочь приятеля Фёдор. – Ну, сейчас же их человек приедет – беда будет!
– Йааааа их ффффсех победюююю, побеждюююю, корррроче, ты мну вууувааажаешь? Погодяу, а ты вааампще кто? – Эдик нетрезво сощурился, переходя к следующей стадии – агрессивной валерьяновой драчливости.
Его вдруг начал страшно раздражать этот смутно знакомый полосатень, а также собственные лапа, хвост и вообще всё окружающее.
– Нееее, я вввжу, ты мну тошешшшно не увжааашь! Я тебю счассс стукну и как укушнаюююю!
Для начала он укусил собственную левую лапу – она была какой-то более наглой. Потом ринулся за хвостом, но тот стремительно удрал. Эдик всегда знал, что все хвосты – подлые трусы, но не был уверен, что его хвост тоже такой…
А потом… потом он грозно, правда с большим трудом, сфокусировался на странно знакомом полосатом коте.
– Аааа, это ты оооопять! Ты оооопять мну не ув… ув… уважжжж… – на этом жужжании Эдик решил завязывать с разговорами и приступить к действиям – слопать полосатеня и всё!
Фёдор облегчённо выдохнул и принялся потихоньку выманивать позорно навалерьянившегося приятеля подальше от коварной грядки.
– Давай-давай… Тут вот проход есть в заборе, иди… не-не, ты куда это? Струсил? Я вот тебя сейчас совсем не уважаю! Даже на полкоготка! – дразнил умник Фёдор котосокила, пока не заманил его к болотцу и не макнул туда. – Фуууух, вот же работа – из болота достать пьянокота!