Глава 20

На следующий день стажеров наконец-то допустили в хранилище. Первый сектор находился на верхнем, пятом, этаже цитадели. Благодаря окнам во всю высоту стены в помещении было солнечно: свет, отраженный от поверхности озера, заполнял обширные залы, искрился на золотых тиснениях переплетов, играл пылинками. Уж чего-чего, а пыли здесь хватало. Эви даже расчихалась с непривычки и мысленно взмолилась о том, чтобы Великий Подлюка не заставил их генералить, протирая книжные полки.

Для начала Эвелина и Дегар сделали круг почета по залам, разглядывая стеллажи, забитые фолиантами, свитками, пергаментами, встречались даже глиняные таблички с нанесенными на них древними письменами.

Если бы Эви располагала временем, то не пожалела бы сил, исследуя это богатство. Король Бальтазар Драглен, правитель Ферранда, вел себя как жадная скотина. Запер ценные знания в цитадели, приставил к ним людей без дара, чтобы сами они не могли ими воспользоваться, и выдает информацию Магистериуму по крохе в обмен на золото или магические услуги. У мейджи прямо ладошки зачесались, так захотелось заглянуть в тайны, хранящиеся здесь веками, хотя бы одним глазком.

– Здесь нам делать нечего, – заявил вдруг демон, до этого молчаливо взиравший на книги.

– Почему? – опешила Эвелина.

– Если в первый сектор без опасения и присмотра пускают стажеров, значит, здесь нет ничего важного, – спокойно объяснил Дегар. – И вчера ночью мертвецы не разгуливали бы только по коридорам пятого этажа.

Эви передернуло от отвращения, когда она вспомнила сморщенное зеленое лицо и бессмысленный взгляд. Все утро она волновалась, что Великий Подлюка заметит пропажу одного из стражей, но за завтраком все прошло мирно. Их даже сдержанно похвалили за магическое мастерство и порядок, наведенный на кухне.

«Мастерство, ага!» – думала Эвелина, догрызая корочку вчерашнего хлеба и разглядывая свежую мозоль на пальце.

Одно из двух: либо стражей не пересчитывали, либо исчезновение никак не связали со стажерами.

– В цитадели пять этажей. Вероятно, самое ценное хранят на самом нижнем. Там нет окон, и его охраняют лучше всего, – продолжал Дегар.

– И нам туда ни за что не прорваться, – мрачно подытожила Эви. – Ночью там кишмя кишат мертвяки, а днем нас туда не пустят.

Дегар на это ничего не ответил, нырнул между стеллажей и – Эвелина глазом не успела моргнуть – сорвал гобелен. Обнажились серые стены с пятнами влаги и зеленым налетом плесени. И это наверху еще было относительно сухо!

– И зачем ты это сделал? – прошипела Эви, оглядываясь, не идут ли хранители.

– Можешь вернуть как было? – Дегар будто не услышал вопроса, вид у него был сосредоточенный.

– Могу! Только… Эй! Ты опять!

Эвелина не успела прикрепить магией сорванный гобелен, как демон с хрустом отодрал следующий. Вандал!

– Прекрати!

Мейджи повисла на руке Дегара, протянутой к последнему на этой стене полотнищу, но это было все равно что пытаться остановить катящийся с горы камень. Демон словно и не заметил болтающуюся у него на предплечье Эви – гобелен пыльной тряпкой рухнул на пол.

– Ты!..

Эвелина проглотила слово «дикарь», да и вообще на время позабыла все слова – под сорванным гобеленом обнаружилась металлическая дверь. Следы ржавчины и вездесущей плесени говорили о том, что этим выходом хранители давно не пользовались, возможно, даже забыли про него.

– Откуда ты узнал? – пристыженно спросила Эви.

– Цитадель Виир построена по образцу крепости Ноор, – бесстрастно сказал Дегар и добавил: – Мы захватили ее прошлым летом.

Эви заморгала, не сразу сообразив, о чем речь, а когда поняла – побледнела. Крепость Ноор стояла на границе королевства Ферранд и расползающейся во все стороны Парши – Ашхатара. В прошлом году отряд демонов занял ее и сделал своим форпостом. Погибло много людей…

Дегар не заметил, что Эви притихла, продолжил объяснять:

– Я сам исследовал ее и составил план. В толще стен скрывался тайный ход, чтобы защитники крепости могли спастись. Он ведет в подвал, а потом через подземный ход наружу.

– Спаслись?.. – прошептала Эви.

Дегар сузил глаза, не сразу догадавшись, о чем вопрос. Качнул головой:

– Нет.

Коротко и ясно. И никакого раскаяния на лице. У мейджи мороз пробежал по коже, когда она вспомнила, кто рядом с ней.

– Сможешь открыть? – демон снова перешел к делу.

Времени на то, чтобы спуститься и исследовать пятый сектор, не много – три часа до того, как колокол пригласит на обед. После трапезы Великий Подлюка придумает для стажеров новое дело. Нельзя терять даром драгоценные минуты. Эви ничего не ответила: после откровений Дегара пропало всякое желание разговаривать, молча положила ладони на замок. Оплела магией заржавевший язычок, дернула изо всех сил. Металлическая дверь отозвалась гулом и просела на пару сантиметров, повиснув на трухлявых петлях. Главное, чтобы хранители не прибежали на звук!

Но дело было сделано. Гобелен вернулся на место, Эви скользнула в прохладную темноту, и Дегар, придерживая тяжелую дверь, осторожно притворил ее за собой.

В толще стен скрывалась винтовая лестница. В тесном закрытом пространстве было душно, сверху сочилась и капала вода, каменные ступени и стены покрывала слизь. Эви сотворила огненный шар. Она экономила магический резерв, и светлячок получился крошечным, едва разгонял темноту.

– Сразу вниз? – уточнила она.

– Да.

На каждом этаже располагались такие же заброшенные двери. Если вести себя осторожно и не наглеть, можно постепенно исследовать все хранилище – если Олгун в цитадели, он обязательно найдется.

Дверь в пятый сектор полностью затянула плесень. Ее изумрудный оттенок даже показался Эви красивым. Она никогда не видела такой яркой плесени и немного полюбовалась ею, пока Дегар оттирал поверхность, освобождая замок. Эви положила ладонь, но тут же отдернула: ей почудилось, будто плесень ее обожгла. Нет, конечно, это холод металла щипал кожу.

Через секунду они вошли в хранилище.

– Ого… – выдохнула Эвелина.

Дегар ничего не сказал, но сжал кулаки и челюсти. Он был начеку. Ему не нравилось то, что они увидели.

В залах закрытого сектора не было ни стеллажей, ни книг, ни окон. Все стены покрывал слой светящейся зелени. На подставках, накрытые стеклянными колпаками, лежали предметы. Эви протерла запотевшее стекло и ахнула.

– Это… это ведь легендарный Глаз Ворона! – благоговейным шепотом произнесла она.

В углублении лежал черный круглый камень, на вид ничем не примечательный. Дегар взглянул и отошел, не впечатлившись. А Эви будто воочию увидела перед собой открытый учебник истории магии и мейджи Таллию, которая поднимала над головой знаменитый артефакт. Из Глаза бил темный луч, сражающий полчища врагов. Мощное оружие. Только одно в нем плохо – Глаз Ворона питался жизненной силой мага. Мейджи Таллия состарилась на десятки лет за пару минут и умерла глубокой старухой. Ей было двадцать, и она только-только окончила академию… Артефакт считался утраченным, а он, оказывается, все это время хранился в цитадели.

Эвелина будто завороженная переходила от подставки к подставке, не веря своим глазам. Некоторые предметы были знакомы ей по учебникам, другие она видела впервые. В воздухе вибрировала мощная затаенная сила. Артефакты взывали к ней. Эвелине чудились неразборчивые голоса, которые бормотали на все лады: «Возьми меня. Забери меня с собой».

Не осознавая, что творит, мейджи приподняла колпак и… едва успела убрать пальцы: Дегар заметил ее маневр и тут же припечатал купол к подставке.

– Нет. Нельзя. Ищи Олгун.

Пришлось согласиться. Они с Дегаром разбрелись в разные стороны зала, вглядываясь в предметы. Вероятно, Олгун будет несложно узнать по огранке. В крайнем случае заберут все изумруды, которые найдут.

Они так увлеклись поисками, что не заметили, как пролетели три часа. Будто издалека раздались приглушенные удары колокола – сигнал к обеду. А им еще бежать вверх по скользким ступеням!

«Вот только взгляну еще на один артефакт… – мысленно бормотала Эви, полностью лишенная воли: артефакты влекли ее, молили забрать с собой. – И вот под тот купол загляну… Я быстро…»

Но заглянуть не удалось: Дегар перехватил по пути, потащил к выходу.

– Не сейчас. Вернемся завтра.

Однако зов был так силен, что первые секунды Эвелина вырывалась и брыкалась. Лишь когда демон с ней на руках преодолел пару лестничных пролетов, наваждение схлынуло.

– Все… все… Отпусти. Дальше я сама.

Они ворвались в хранилище и рухнули на пол, запутавшись в гобелене. Мейджи едва успела вернуть его на место, когда раздался скрипучий голос брата Менерва:

– Ребятки, обедать. Я вам ломтики потолще отрезал. А Великий Наставник дозволил ушицы плеснуть. Полакомитесь!

Эвелина предполагала, что ушицей их собрались кормить не за красивые глаза и даже не в благодарность за отмытую кухню – Великий Подлюка приготовил для стажеров новое задание.

– Силы вам пригодятся. – Мужчина растянул губы в подобии ласковой улыбки, ну просто добрый дедушка, наставляющий внучат. – Я в этом не слишком сведущ, но магичить всяко лучше на сытый желудок.

С этим Эвелина была полностью согласна и, пока начальник цитадели не передумал, уплетала наваристую рыбную похлебку за обе щеки. А то с него станется – решит, что взгляд у мейджи вызывающий. Или дышит она слишком шумно, небось надерзить хочет. Да при желании какую угодно крамолу можно разглядеть! Эви и так подрастратила резерв сегодня утром, надо восстановить. Вовсе не хотелось снова полночи скакать с тряпкой в руках.

– Итак.

Великий Наставник дождался, пока трапезную покинут братья, сел напротив, увесисто опустил ладони на столешницу, сурово уставился на Дегара, но, встретив прямой взгляд, стушевался и предпочел смотреть на Эвелину.

– Дело несложное, скорее скучное и требует усидчивости. Цитадель ведет переписку с Магистериумом и с его величеством королем Бальтазаром. Каждый лист под счет – грандмагистр лично присылает и велит отчитываться. Потом начинается катавасия: то пересчитайте свитки, то найдите рецепт противочумной сыворотки. А мы что, мы ничего. Мы скромные хранители знаний, библиотекари, можно сказать. Наш Ясноликий тоже не отстает в пожеланиях. Давеча вот требовал составить опись книг, где рассказывается о появлении демонов в нашем мире. Так эта опись на пяти листах вышла. Но ведь не откажешь королю!

Эви внимательно слушала и пока совершенно не понимала, к чему весь этот разговор. Доброжелательному тону она больше не доверяла, но вежливо кивала. Речь шла, видимо, о переписке с помощью магической почты. На обычные бумажные листы накладывались стойкие чары, и если написать на таком листе послание, сложить из него голубка и произнести вслух имя получателя, то письмо само себя доставит прямиком в руки адресата. Но при чем здесь они?

– У нас скопилась гора писем, если точнее – два мешка, а чистых листов не больше десятка.

Тут до Эвелины дошло.

– Вы хотите, чтобы мы очистили старые письма?

– Да, девочка. Очистили, разгладили и стопочкой сложили. – Взгляд Великого Подлюки вдруг сделался цепким. – Кому другому бы не доверил, но вы вроде как свои, из Магистериума. Я понимаю, что с завязанными глазами вы работать не сможете, но все же настоятельно советую тут же забывать все, что увидите.

Он подался вперед и резко придавил руку Эвелины к столу, она и дернуться не успела. Доброжелательная маска медленно сползла с его лица.

– И помните о том, что молчание – главная добродетель, – процедил он.

Дегар приподнялся и водрузил свою немаленькую лапищу на плечо Великого Наставника, так что тот покривился и даже перекосился на один бок.

– Помним, – проникновенно сказал «стажер». – Не забудем.

И почтительно улыбнулся, вот только начальник цитадели от этой услужливой улыбки побледнел и принялся вертеть головой в поисках поддержки. Но Дегар уже выпустил плечо, и Великий Подлюка вспомнил, что вообще-то он здесь главный.

– Вас проводят, – буркнул он.

В провожатые вызвался брат Менерв – кто бы сомневался!

– Мы вас закроем, – объяснял он на ходу. – А вечером, как все будет готово, постучитесь.

Комнатушку для работы выделили крошечную – стол с двумя стульями и, как было обещано, два мешка с шуршащей бумажной начинкой. Очищать магические листы от чернил было несложно, с этой задачей справился бы даже первокурсник. Провинившихся студентов частенько оставляли в аудиториях именно для этой цели. В Академии все настолько привыкли к простому и доступному способу связи, что преподаватели порой ленились дойти до соседнего кабинета и отправляли голубка.

Отбелить лист – пара пустяков: высохшие чернила превратить в жидкие да стряхнуть. Но Эвелина никогда не любила муторную и однообразную работу.

– Будешь подавать, – велела она Дегару. – Начнем с переписки с его величеством.

– Просматривай письма, – посоветовал он. – Ищи упоминания об артефактах, обо всем, что может пригодиться.

– О демонах ничего не скажу! – Эви с облегчением вспомнила, что демону тяжело разбирать послания на чужом языке. – Шпионить на вас не буду!

– Я об этом и не прошу.

– И не подглядывай!

– Обещаю.

– Отлично… – буркнула Эви, снова некстати вспомнив о захваченной крепости Ноор и погибших защитниках.

Работали молча. Дегар вынимал из мешка очередное послание и передавал его Эвелине, она бегло просматривала, надеясь увидеть знакомые названия. Вероятность этого была чрезвычайно мала, но такую возможность все-таки нельзя было упускать. Пока из скупых строчек писем-приказов стало ясно, что король отнюдь не глуп и хорошо осведомлен в магии, причем не на любительском уровне. Эвелина была рада, что предупредила Дегара о том, что о демонах умолчит, потому что все письма короля Ферранда так или иначе были связаны с «рогатыми исчадиями», как он их называл. С другой стороны, о чем еще должен думать дальновидный правитель государства, как не о благе своих подданных? Вот и изучает, с какой стороны подобраться к демонам, какими способами их победить. Если бы Райли так пекся о будущем королевства!

Боль от разлуки с балбесиной остро кольнула сердце. Эви покосилась на Дегара, чтобы напомнить себе, что вот он, Раулар, живой и рядом. Просто спит. Демон расценил этот короткий взгляд по-своему.

– Они были воинами.

Эвелина приподняла брови.

– Ты молчишь с тех пор, как я рассказал о крепости Ноор. Защитники крепости знали, что их ждет, и были готовы к смерти.

«Никто не готов к смерти!»

Но слова так и остались непроизнесенными. Дегар верил в то, что говорил. Он-то к смерти был готов…

– Неважно. – Эви тряхнула головой, отгоняя навязчивый образ: демон, покрытый рубцами, закованный в кандалы, стоит у плахи и смотрит вверх. – Давай работать.

Еще час они трудились в тишине и почти опустошили мешок посланий от величества. Дегар, следуя своему вывернутому наизнанку демонскому мировоззрению, даже не пытался заглянуть в написанное. Эви непременно бы исхитрилась, несмотря на обещание. Странные они все-таки – сыны Джалгарра…

Дегар разгладил и положил на стол перед Эвелиной очередной лист. Почесал ладонь, причем не первый раз, но когда Эви хотела посмотреть, что за зуд напал на демона, сжал кулак.

– Что там у тебя?

– Ничего.

Заговорил о другом:

– Как часто сюда присылают стажеров?

Эви пожала плечами:

– Судя по тому, что в цитадели всегда нужны помощники для мелкой магической работы, довольно часто. Скорее всего старых меняют на новых… Повезло, что мы не застали в цитадели наших предшественников! Это бы выглядело подозрительно.

Эвелина потерла слезящиеся глаза, ровные строчки – король Ферранда писал аккуратно, точно по линейке, – наползали друг на друга. Какой смысл тратить время на бесполезное чтение, не легче ли одним махом очистить все листы?

Но следующее же письмо заставило ее вздрогнуть и придержать чары, растворяющие чернила. «Померещилось!» – была первая мысль, но когда Эви стала перечитывать, она покрылась испариной от ужаса, что едва не уничтожила послание.

– Слушай! – воскликнула она, покосилась на дверь и добавила шепотом: – Этого просто не может быть!

Письмо Дегару не отдала, зачитала вслух:

– «Повелеваю найти в хранилище любые сведения, касаемые артефакта, именуемого Ленар, и незамедлительно отправить магической почтой. Хорошо ли охраняется Олгун? Действует ли защита, наложенная мной на хранилище?»

Эви охватило нервное возбуждение.

– Ленар! Тот самый! После разделения артефактов агат должен был остаться в Коргестане. Неужели король Бальтазар сумел добыть его? Этот может! Он, как сорока, тащит все, что блестит! Пополняет свою магическую коллекцию. Но в цитадель камень пока не доставили.

– Пополняет магическую коллекцию, – медленно повторил демон. – Или же, как мы, собирает древние артефакты.

– Это плохо…

– Это еще не плохо, – Дегар сделал ударение на первом слове. – Что ты думаешь о защите, наложенной на хранилище?

– Не знаю… Мы проникли без труда, выходит, не такая уж надежная эта защита.

Дегар раскрыл ладонь. У основания большого пальца зеленело пятно, такое же яркое, как плесень на двери пятого сектора, а вот кожа вокруг него потемнела и сморщилась, стала такого же цвета, как лицо недавнего знакомца – жуткого живого мертвеца.

– Или эта защита с отложенным действием, – поправил ее демон, не меняя обычного невозмутимого выражения лица.

– О Пресветлая!

Эвелина вскочила, опрокинув стул. От ужаса было трудно дышать, Эви оттянула воротник, сжимающий горло, и тут же опасливо отвела руку от шеи и заставила себя посмотреть на ладонь.

– О нет, нет, нет!

На коже светилось крошечное зеленое пятнышко, размером с булавочную головку, а не с серебряную монету, как у Дегара. Однако не стоило обманываться – это была та же зачарованная плесень. Сколько времени нужно, чтобы она разрослась? И что будет, когда она доберется до мозга?

«Известно что! Ты станешь очередным стражем, Эвичка!» – ехидно сообщила мейджи сама себе.

Но может быть, еще не все потеряно?

– Дай мне руку! – Она ухватила Дегара за пальцы, зажмурилась, направляя на чужеродную субстанцию лечебную магию, но никаких изменений не заметила. – Да что же это!

– Это значит, что защиту устанавливал сильный маг. Король Ферранда сильный маг?

– Король? Маг? Не знаю… – Эви схватилась за голову, но скривилась, вспомнив о плесени, и отвела руки, будто они были испачканы в грязи. – Если судить по письмам, в магии он разбирается. И да, припоминаю, что ходили слухи… Но правители не учатся в Академии, поэтому точно сказать не могу. Стой, я попробую еще раз!

Но Дегар качнул головой:

– Не выйдет. Уверен, они тоже пытались.

– Кто они?

– Стажеры, которых подвело любопытство. Или жадность.

– Ты думаешь?.. – Спазм сдавил горло, Эви закашлялась. – Ты думаешь, что все эти чудовища – бывшие стажеры?

– Не только стажеры. Хранители, которые нарушили устав.

Эвелина без сил опустилась на корточки, прижалась спиной к прохладному камню. Ее била дрожь, но в голове прояснилось.

– Полагаю, их обращали в стражей понемногу, по несколько человек в год. Отличная защита. Подлая. Но отличная. Мы в Академии изучали нечто подобное. Наш преподаватель магистр Лавер называл такой прием «Паутина и пауки». Плесень не убивает, но создает себе слуг, которые даже не хранилище защищают, а ее – грибницу! Посвященные знают, как не заразиться, но держат в тайне… А я еще удивлялась, как же легко мы проникли в пятый сектор! Дегар, ты слушаешь?

Демон поднял руку: тихо, мол, помолчи, приложил ухо к двери. Он прислушивался к чему-то, что происходило в коридоре, и все сильнее хмурился. А потом вдруг медленно, стараясь не шуметь, задвинул засов.

– Что ты делаешь? – удивилась Эви. – Вообще-то нас и так заперли.

– Хочу выиграть время.

Дегар, осторожно ступая, приблизился к мейджи и присел рядом.

– Что-то мне не нравится твой мрачный вид, – призналась Эви. – Он всегда мрачный… Но сейчас как-то особенно!

– Асахеш шаари! – злобно выплюнул Дегар.

– Это какое-то страшное демонское ругательство?

– Да! Я говорю, что был глуп, как улитка!

Эви хотела было обидеться за человеческую расу, за улиток и за глупость, но решила, что «рогатые исчадия» и «краснорожие лягушки» тоже не самые лестные выражения, и промолчала. Сейчас куда важнее было понять, о чем догадался демон, потому что сама Эвелина до сих пор была в неведении.

– Это задание! Это… – Дегар сжал кулаки и челюсти, возвращая себе самообладание. – Шавар! Ловушка.

Впервые на памяти Эвелины спутник так разнервничался. В последние дни он все лучше говорил на человеческом языке, а лицо больше не казалось застывшей маской. Он действительно быстро учился и схватывал все на лету. Но сейчас ему было бы проще объясниться на языке сынов Джалгарра, вот только Эви не понимала ни слова. Хотя нет, одно слово выучила – «шаари».

– Ловушка… – повторила она. – Ты думаешь, нас специально отвлекли этим заданием? Чтобы мы смирно сидели и разбирали письма? Чего он ждет?

Эвелина вспомнила добренькое лицо Великого Подлюки и то, как их накормили ухой, – усыпляли бдительность. Иначе с чего бы такие милости? Поугрожал для вида, чтобы его поведение не показалось странным. Ему было нужно спровадить стажеров, запереть их. До тех пор, пока…

– Он знает! Он понял, что мы заразились! И ждет, пока мы обратимся!

Дегар кивнул.

– О таких случаях он наверняка должен докладывать в Магистериум! – Эви испуганно прижала ко рту ладонь, но опомнилась и брезгливо отстранила руку. – А там поймут, что никаких стажеров не присылали!

Демон снова согласно наклонил голову.

– У нас очень мало времени, – сказал он.

– У нас его совсем нет! – крикнула Эви. – Все! Это конец! Ты не понимаешь, глупый демон? Мы заразились и скоро станем безмозглыми стражами! Но прежде чем превратимся в ходячих мертвецов, явятся егермейстеры и вытрясут из нас всю душу! Давно ли тебя жгли каленым железом? Теперь и за меня примутся! Потому что теперь я не человек! Я… я…

«Труп!» – вертелось на языке. И ясно виделся магистр Куин с пустым, безразличным взглядом и раскаленный прут в его руке. Эвелина зашла слишком далеко, он больше не станет ее жалеть.

– Я… – повторила она в десятый раз, хватая ртом воздух, из глаз хлынули слезы. – Я…

Дегар смотрел, смотрел, а потом наклонился и поцеловал. Сгреб в охапку, заполнил собой все пространство, встал нерушимой стеной между Эви и тем ужасом, что ожидал ее впереди. Дегар по-прежнему целовался неправильно, но даже он что-то понял и теперь будто пробовал губы Эви на вкус, очень осторожно и нежно, боясь поранить. Большие теплые ладони гладили ее спину и плечи, перебирали волосы. Несколько счастливых и странных мгновений Эвелина ощущала только покой и защиту. А потом включился мозг.

Эви затрепыхалась, освобождаясь от объятий. Занесла руку, чтобы влепить пощечину, но поглядела в спокойные темные глаза и не смогла ударить.

– Зачем? – прошептала она. – Ты ведь даже не понимаешь, для чего поцелуи, глупый… демон…

– Понимаю. Они облегчают другую боль. – Дегар тронул следы слез на ее щеке. – Эту. Помогло?

– Нет, – сердито буркнула мейджи.

Сердилась на себя – за вранье. Потому что помогло: ужас отступил и сердце, пусть и колотилось как бешеное, но теперь уже по другому поводу.

– У нас мало времени, – повторил Дегар. – Надо найти изумруд и сбежать прежде, чем появится отряд егермейстеров.

– Хороший план. Главное – невыполнимый. Но у меня нет сил спорить. Что ты предлагаешь?

– Иди рядом со мной и прикрывай магией.

С этими словами он поднялся и подошел к двери, со скрежетом отодвинул засов. Эви скомкала письмо короля Бальтазара и сунула его в рукав: оно могло пригодиться в будущем. Дегар бухнул кулаком по металлической обшивке.

– Открывай! – рявкнул он.

– Да неужто всё? – раздался с той стороны заискивающий голос брата Менерва. – Оба мешка готовы? Какие вы шустрые!

– Открывай! – Дегар не утруждался объяснениями, от которых все равно не было бы толку.

– Да-да, сейчас. Только ключи найду, – залебезил хранитель.

В коридоре раздался звук удаляющихся шагов: кто-то метнулся за Великим Подлюкой, пока брат Менерв продолжал отвлекать пленников. Он гремел связкой ключей, скребся в замочную скважину – делал вид, что никак не подберет нужный.

– В сторону, – вполголоса приказал Дегар Эвелине. – Пора уходить.

В крошечной комнатке было не развернуться. Дегар обрушил стол об стену, освобождая пространство для маневра. От удара массивный деревянный стол развалился на доски, Дегар поднял увесистую ножку с торчащим из нее толстым гвоздем, взвесил в руке.

– Что это вы творите, паскудники? – взвизгнул брат Менерв.

Демон с разворота ударил в дверь ногой, та жалобно скрипнула, но выстояла. Однако было понятно, что еще одного толчка не переживет. Хранитель почувствовал, что дело пахнет жареным.

– Я все доложу Великому Наставнику! Ах вы!.. Поганцы!

Его голос становился все тише по мере того, как хранитель удирал по коридору.

– Убежал! – радостно воскликнула Эви, не веря в такую удачу.

Дегар ничего не ответил, он был занят – доламывал дверь. Замок оказался крепким, а вот доски подкачали – прогнили от вечной сырости. Сначала вылетела одна, за ней другая, а под натиском плеча сломались петли.

В коридоре было пусто и безмолвно. Надолго ли? Сколько у них времени?

– За мной! – скомандовал Дегар.

– Куда?

– В пятый сектор. Надо найти Олгун.

– Но там… Плесень! Стражи!

Демон, шедший впереди, вернулся, взял Эви за плечи, посмотрел в глаза.

– Надо. Я рядом, огонек.

«Что еще за огонек! – мысленно ворчала Эвелина. – Придумал тоже!»

А на душе сделалось тепло. И не страшно было сразиться с толпами мертвецов, и егермейстеры не пугали так, как прежде.