Глава 14

Я почти бежал вверх по сопке, вглядываясь в густой лес. Он где-то здесь, совсем рядом. На всякий случай прямо на ходу отвязал от рюкзака топор, а второй рукой набросал пару знаков, которые повисли в воздухе и двигались передо мной. Если произойдет что-то неожиданное, мне всего лишь нужно будет активировать подготовленную руну.

Вой прекратился так же неожиданно, как и возник. Любой другой бежал бы от этого душераздирающего звука так быстро, как мог, но не я. Мне во что бы то ни стало надо увеличить свой энергетический потенциал, и другого способа, кроме убийства твари, я не знал.

Кайская сопка оказалась довольно большим возвышением. Я поднимался и поднимался, но все никак не мог добраться до вершины. Вой же больше не повторялся, и вскоре я уже начал сомневаться в правильности выбранного направления. Остановившись, чтобы выровнять дыхание, сбившееся от быстрой ходьбы, я осмотрелся. Такое ощущение, будто здесь постоянно ходят толпы людей: вся трава примята, ветки кустов сильно обломаны, на части деревьев содрана кора. Я внимательно осмотрел эти места, но не увидел следы когтей или зубов. Такое ощущение, будто кору чем-то соскребли. Странно все это.

Отдышавшись, я продолжил путь и вскоре достиг вершины сопки, с которой надеялся оглядеть округу. Однако вокруг густо росли деревья и кусты, поэтому дальше десятка метров я ничего не увидел. Вот если забраться на дерево…

Я задрал голову и посмотрел на кроны многовековых сосен. Долго придется подниматься и, скорее всего, мне не хватит сил, чтобы заползти на крону. Выдохнусь на середине пути, и придется съезжать вниз. Можно было бы воспользоваться руной под названием «Сила», но тогда у меня не останется энергии на борьбу с монстром.

Эх, придется всю сопку облазить, чтобы найти убежище монстра. Я почему-то был уверен, что именно на возвышенности монстр облюбовал себе место. Во-первых, убийства начались именно здесь, а уже потом начали находить трупы за пределами сопки. Если россказни про тварь, живущую под землей и выбирающуюся раз в несколько десятков лет на пропитание, правда, то она явно убивала тех, кто проходил мимо. И только когда люди перестали сюда ходить, тварь спустилась вниз.

Во-вторых, судя по статьям в газете, которые я вычитал в библиотеке, в прошлый раз тоже находили людей на сопке, а не в окрестностях. Похоже, тогда твари нужно было меньше голов, чтобы наесться. А это значит, что она растет. Что же будет, если ее не убить? Через сто лет она вылезет и сожрет весь Иркутск? Вполне возможно.

Передохнув, я решил спуститься вниз, а потом выбрать немного другое направление, снова подняться и спуститься на противоположную сторону. Таким образом я смогу обследовать всю сопку и не пропущу логово монстра.

Я прошел по довольно прямой вершине и начал спускаться вниз. В отличие от подъема, спуск давался гораздо легче, ноги будто сами несли меня вперед, а я только и делал, что осматривался, чтобы не пройти мимо чудища.

Вдруг за кустами, которые росли в метрах десяти от меня, послышался знакомый щелчок, а следом звук выстрела. Наверху, в кронах, раздался треск, и на землю попадали мелкие ветки.

— Гриша, снова ты балуешь?! — крикнул я.

— Степка, ты? — сын охотника вылез из кустов и с облегчением выдохнул. — А я слышу, идет кто-то. Вот решил дать тебе сигнал, а то страшно стало.

— Раз страшно — иди домой. Вроде на демона пошел, а сам боишься, — с укоризной сказал я, подошел к нему и увидел, что его руки мелко трясутся, а лицо побледнело.

— Теперь уж никуда от тебя не отойду. С тобой мне как-то спокойнее, — он провел рукой по лицу и с облегчением выдохнул.

Я понял, что мне придется взять этого молодчика с собой. Может, это даже к лучшему, неизвестно как все обернется.

— Если ты идешь со мной, то будешь делать то, что я говорю. Понял?

— Э-э-э, вообще-то я старше тебя, — возмутился он.

— Какая разница? Либо все будет по моим правилам, либо мы расходимся, — я строго посмотрел на него.

Гриша глубоко вздохнул и кивнул.

— Ладно. Только ты тоже меня слушай, — он выставил палец. — Я с малолетства с отцом на охоту ходил, поэтому много что знаю.

— Много что знаешь, говоришь... А вот это что такое? — оживился я и показал на толстый ствол сосны. Примерно в метре от земли белело пятно — была содрана кора.

Гришка опустился на корточки и провел пальцем по древесине. Затем осмотрел землю, подобрал несколько кусков коры, внимательно осмотрел и понюхал.

— Ну что? — в нетерпении спросил я. — Знаешь, кто это сделал?

— Нет. Это точно не медведь и не лось. Такое ощущение, что… А это что такое? — он что-то подобрал с земли и поднес к глазам.

— Что там? — я подошел и опустился рядом.

В руках Гриши было нечто, похожее на рыбью чешую, только толще и размером почти с мою ладонь. Чешуя была черная с золотистыми прожилками.

— Когда-нибудь видел такое? — спросил я и забрал у него чешую.

С другого края она была острая как бритва.

— Не-а, это что за рыбина такая? Сом, что ли? — почесал он затылок.

— Боюсь, что это не рыбина, — вполголоса проговорил я и осмотрелся.

Гриша вытаращился на меня и испуганно прижал ладонь ко рту.

— Демон.

— Да, он, — еще тише сказал я и, осмотревшись, приметил в округе еще несколько деревьев, с которых была содрана кора. Притом голые стволы белели друг напротив друга.

Значит, монстр пробирался по лесу и боками сдирал кору. И, судя по расстоянию между деревьями, он просто огромного размера. Не меньше трех метров в ширину.

Как же тогда он незамеченным подбирался к людям, ведь такую махину издалека было бы видно? Или я не прав, и он не такой уж и большой, просто любитель почесаться о деревья, и по ходу движения терся то об одно дерево, то об другое? Хм…

— И ведь какая прочная чешуя, не сломать, — подал голос Гришка, который забрал у меня находку и пытался разломать ее надвое. — Как думаешь, пуля пробьет?

— Не уверен, — честно признался я. — Никто из охотников не выжил, а ведь они тоже не с пустыми руками ходят в лес.

— Верно, — Гриша снова испуганно вытаращился на меня. — Что же мне теперь делать?

— Можешь возвращаться домой, — предложил я и прислушался.

Тишина. Лишь ветер шуршит листьями высоко над головой.

— А как же ты?

— Я останусь и завершу начатое.

Охотник задумался, а я поправил рюкзак, поудобнее перехватил топорик и двинулся вниз по сопке, внимательно осматривая округу.

— Я с тобой останусь, а то как-то нехорошо. Будешь думать, что я — трус, который тебя бросил, — поспешил за мной следом Гриша.

— Какая разница, что я буду думать? Главное, чтобы ты жив остался. Сам ведь говорил, что в семье мужиков больше нет.

— Большая разница. Я уважать себя перестану, — буркнул он и зашагал рядом.

Мы спустились до подножья, немного передохнули, попили воды и вновь пошли вверх, но уже взяли чуть влево. Я рассчитывал, что таким образом мы охватим всю сопку и точно не пропустим монстра или его логово.

— Ты так и не сказал, как будешь демона убивать? — подал голос Гриша, когда мы поднялись на вершину и остановились передохнуть, прежде чем снова спуститься уже на другую сторону сопки.

— С помощью рун.

— Чего? — недоверчиво спросил он. — Каких еще рун? Посмеяться надо мной решил?

— Я владею магией рун, с помощью которой не только лечу людей, но и могу убить.

— Не верится как-то. Может, покажешь что-нибудь?

— Не могу. Энергии и так маловато. Хотя… — я вспомнил о болячке за ухом охотника. Мне сейчас не помешает шар энергии. — Дай сюда руку.

— Зачем это? — настороженно спросил он.

— Подлечу тебя.

Гриша помедлил немного и протянул руку.

— Ну ладно. А это не больно?

— Нет.

Я быстро начертил руну «Чистоты», и болезнь исчезла, а я получил свою долю энергии.

— Ну что? Чувствуешь что-нибудь?

— Шум в ухе пропал, — он приложил ладонь к уху и даже потряс головой. — И боли больше нет. Как ты это сделал?

— Нарисовал руну, которая избавила тебя от болезни, — ответил я, и мы продолжили путь.

— Ну ты даешь, — Гриша улыбнулся и еще несколько раз потряс головой, чтобы убедиться, что болезнь больше не отзывается болью.

Оно и понятно, ведь она просто пропала.

Когда мы в третий раз взобрались на сопку, начало смеркаться. Искать монстра в темноте — плохая идея. К тому же, судя по чешуе, он черного цвета, поэтому сможет легко спрятаться от нас и напасть сзади.

Обсудив, мы решили спуститься с сопки, дойти до реки Кая и переночевать там, а на рассвете продолжить поиски. Конечно, если монстр нас раньше не найдет.

Когда мы отдалились от сопки, лесные звуки снова вернулись, что очень даже успокаивало. Возникло ощущение, что сопка — это и есть логово твари. Наверняка звери, птицы и даже насекомые чувствовали присутствие злобного существа и покинули опасное место.

— Ты только глянь, какой закат, — Гриша, который только что поджег костер, вскинул руку и указал в сторону сопки.

Над возвышенностью разливалось кроваво-красное зарево. Зловещее предзнаменование.

Мы поели сухарей с подтаявшим салом и запили горячим чаем, который Гриша вскипятил на костре в котелке.

— Иди первым спать, — сказал он мне. — В прошлую ночь ты глаз не сомкнул. Плохо это. Сон — лучшее лекарство. Так говорила моя бабка и всегда, чтобы ни случилось, отправляла спать. Если за ночь легче не стало, только тогда начинала лечить или давать советы. Умная была бабка. Жаль, что рано померла.

Я кивнул и, еще раз бросив долгий внимательный взгляд в сторону сопки, забрался в шалаш. Заснул почти сразу — накопилась усталость. Снился мне длинный темный туннель, какой бывает под старинными городами. А вокруг из темных ниш на меня смотрели сотни красных глаз. Я чувствовал себя зверем, загнанным в угол, ведь из туннеля не было выхода.

Проснулся от шепота Гриши.

— Степа, вставай, — взволнованно проговорил он.

— Что-то случилось? — вмиг насторожился я.

— Да. Он опять воет.

И в это самое время я услышал пронзительный, ужасающий вой, который слышал уже дважды. Вой доносился со стороны сопки.

Вслед за Гришей я выбрался из шалаша и посмотрел вдаль. Темно, ничего не видно, но от душераздирающего воя мурашки побежали по спине. Создалось ощущение, что чудище мучается. Будто испытывает такие страдания, что не может сдержаться и воет от боли. Что же с ним происходит?

Первым порывом было побежать на звук и найти наконец монстра, но я вовремя взял себя в руки. Темнота в этом случае — мой враг.

— Ложись спать, — сказал я Грише. — Я покараулю.

Тот не стал отказываться и забрался в шалаш. Вой вскоре прекратился, и наступила звенящая тишина.

Я опустился у догорающего костра и уставился на сопку, которая возвышалась вдали. Мы почти целый день провели на возвышенности, но монстр не вышел к нам. Почему? Наелся? Или все дело в этом душераздирающем крике, от которого кровь стынет в жилах?

Погрузившись в мысли, я не заметил, как начало светать. Умывшись прохладной водой из реки, набрал котелок и вернулся к шалашу. Как оказалось, Гриша уже не спит и в напряжении присматривается к еще темному лесу.

— Там кто-то есть, — шепотом сказал он мне и взял ружье наизготовку, прижав приклад к плечу.

— С чего ты взял?

— Слышал. Будто кто-то сопит.

— Да? — я опустил котелок на землю и рванул в ту сторону, куда указал Гриша, выкрикнув на ходу: — Оставайся здесь!

Я буквально влетел в лес, оглядываясь. Если монстр здесь, я не хочу его упустить. Оббежав всю округу, выдохся и весь взмок, но не нашел никого, кто сопел. Может, Грише показалось? На всякий случай я отдалился еще глубже в лес, но снова никого не нашел. Только заяц рванул от меня из кустов.

Вернувшись к шалашу, увидел, что Гриша стоит на прежнем месте и, вцепившись побелевшими пальцами в ружье, напряженно вглядывается в лес.

— Нет там никого, — махнул я рукой и вытер пот со лба. — Может, тебе приснилось?

— Нет. Не приснилось, — упрямо заявил он. — Я проснулся, когда ты пошел к реке, а потом кто-то вдруг как засопит. Тяжело так, будто задыхается.

— Не знаю, кого ты слышал, но в округе никого нет. Давай перекусим чем-нибудь и пойдем на сопку. Надо уже найти этого гада и прищучить. У меня полно дел в Иркутске, а я здесь комаров кормлю, — раздраженно сказал я и прихлопнул носатого кровососа, присосавшегося к моей руке.

Мы перекусили черствыми баранками, которые Гриша вытащил из своей котомки, съели по куску яблочной пастилы, выпили горячего чая и засобирались обратно к сопке.

— Если сегодня демона не найдем, я тоже вернусь в деревню. Домашние, наверное, уже с ума сходят. Я ведь сказал, что пошел зайцев к ужину настрелять, а сам уже пятый день по лесу шастаю. Мать небось думает, что и меня демон забрал.

— Возвращайся сейчас, — я остановился и выжидательно уставился на него. — Я серьезно говорю. У меня нет семьи. Никто не будет плакать, если пропаду. А у тебя мать, сестры. Кто им будет по хозяйству помогать?

— Нет, я тебя одного с демоном не оставлю, — упрямо произнес он. — Если суждено помирать — значит так тому и быть. Пожил и хватит. А за батю отомстить — святое дело. Так и представляю, как вернусь в деревню и за рог голову демона принесу, — он мечтательно улыбнулся.

— Как бы он твою голову себе не оставил, — я попытался достучаться до него.

— Всякое может быть, но и я не лыком шит. Еще поборемся, — в его глазах было полно решимости.

Ладно, посмотрим, как он будет себя вести, когда монстр снова завоет. Или когда найдем его логово.

Мы продолжили путь и вскоре добрались до подножья сопки. На этот раз я решил обойти сопку по кругу, а потом начать подъем по спирали.

— Слушай, а чем ты ещё занимаешься в Иркутске? — спросил Гриша, чтобы нарушить гнетущую тишину.

— Больше ни на что времени не хватает. Больных много. Да и на лечение много сил уходит.

— Как фельдшер, что ли, лечишь?

— Почти. Только фельдшер — человек образованный. А я пока нет.

— Я вот тоже хочу в город перебраться. Только мать не пускает. Говорит, что лихих людей там много.

— Чего тебе лихих людей бояться, если ты против монстра пошел? — усмехнулся я.

— Это верно. Если его одолею, то больше никого бояться не буду… Лишь бы только живым остаться, — последнюю фразу он произнес еле слышно, и я заметил, как он напрягся.

Страшно ему, но храбрится. Мы обошли сопку по кругу и начали подниматься. Вскоре попали в довольно каменистое место. То тут, то там торчали камни, поросшие мхом и травой.

Вдруг я заметил вдали между скал, посреди густой травы, большой ком свежей земли.

— Стой здесь, я проверю, — предупредил я и двинулся вперед.

— Вместе пойдем, — ответил Гриша и, пригнувшись, пошел следом.

Когда мы дошли до остроконечных скал, Гриша ошарашенно выдохнул:

— Что за…

Прямо перед нами разверзлась земля. Огромные куски камней и комья земли раскиданы по всей округе, а посреди — широкий арочный вход, выдолбленный прямо в скале. На камне вокруг входа вырезаны непонятные древние символы. Из глубины подземелья веяло холодом, сыростью и гнилью, а темнота внутри была такая плотная, что поглощала утренний свет.

Внутрь вел след с отпечатками чешуи на свежей земле.

— Ну вот и добрались до логова, — выдохнул я.