ГЛАВА 22

Когда над источником вдруг раскрылся портал, выплюнув из себя окровавленное тело, Марсо ошарашенно обернулся и заполошно вскинулся.

— Айра!

Она безвольным кулем рухнула прямо в воду и мгновенно погрузилась туда с головой, не имея ни сил, ни желания, ни возможности куда-либо плыть.

— Айра! Девочка моя… — призрак чуть не взвыл, с помощью левитации поднимая из бассейна ее неподвижное тело и осторожно укладывая на каменный бортик. В панике обшарил глазами израненную кожу, на которой не осталось живого места. А потом рассмотрел глубокие раны на боках и горестно застонал.

— Марсо, — вдруг слабо шевельнулись ее губы. — Как хорошо… я уж думала, не дойду.

— Что случилось?!

Не открывая глаз, девушка судорожно сглотнула.

— С урока… сбежала. Поздравь меня, Марсо: сегодня я впервые познала, что такое трансгрессия.

Марсо потрясенно отшатнулся.

— Господи… Викран! Что он с тобой сотворил?!

— Велел нападать, — бесцветным голосом ответила Айра и сумела наконец открыть глаза. — И я напала.

— Что ты сделала, что он совсем разум потерял?! — возопил призрак, в панике заметавшись под потолком. — В лицо ему плюнула?! Зуб выбила?! Хотела лишь его мужского достоинства?!

— Нет, Марсо. Я просто пыталась его убить.

— Что-о-о?!

— И не смогла, — помертвевшим голосом договорила Айра и, с трудом сев, неподвижным взглядом уставилась прямо перед собой.

Изможденная, с тонкими полосками свежих шрамов, растрепанная и почти неживая… Марсо едва не отшатнулся снова, когда рассмотрел ее пустые глаза и тлеющую лишь на самом дне ровную, холодную, какую-то жуткую ненависть, которая сейчас была почти так же мертва, как сидящая перед ним девушка.

— Господи… Айра…

— Я сбежала, — ровно сказала она, по-прежнему глядя в пустоту. — Когда все закончилось и он понес меня к Лоуру. По крайней мере, я думаю, что к Лоуру, потому что больше на территории первогодок ему делать нечего. Потом его что-то отвлекло: то ли Шипик, то ли Иголочка попытались до меня дотянуться… не знаю. Но когда он отошел, я добралась до хода, который мне показал Кер, и сбежала.

— А малыш где?!

— Следы от портала прячет. И кровь заодно убирает, чтобы дер Соллен не пришел сюда за разъяснениями.

— Ты создала портал?! — потрясенно выдохнул призрак. — В таком состоянии?!

Айра горько усмехнулась.

— А куда было деваться? Сама я бы точно не дошла.

— Да как же ты смогла, девочка моя?! — горестно застонал Марсо, в ужасе обшаривая ее неподвижное лицо. — У тебя даже сейчас резерв едва-едва теплится! А после трансгрессии, да еще обратной, сил не остается вообще ни на что!

— Как раз и хватило. У меня уже есть опыт по порталам, а в тот момент я просто очень захотела тебя увидеть. Вот и увидела.

Он схватился за голову и взмыл под самый потолок, не понимая, в чем дело, за что она так ненавидит своего учителя, но еще больше не понимая, почему Викран вдруг так себя повел.

— Трансгрессия для тебя — слишком рано! Кер слаб! Ты тоже слаба! Ты вообще могла не вернуться в свое тело! Я надеялся, когда-нибудь вы это сможете, надеялся, потому что твой крыс слишком необычен, чтобы быть простым диким, и его тоже к тебе тянуло, вы даже начали сливаться, но для трансгрессии еще слишком рано!

— При чем тут Кер? — слабо пошевелилась Айра.

— При том, что способность к оборотничеству и перевертыванию у него врожденная! Как у виаров, как у эльфов, как у Борже! А у тебя ее нет и никогда не было!

— Но как же мы тогда…

— Это исконная особенность метаморфов. Маленькое чудо, так как никто в мире больше на это не способен. И он подарил это чудо тебе. В тот момент, когда он лизнул твоей крови, вы окончательно слились, и именно в этом заключается ценность метаморфов. Они позволяют хозяевам меняться так же, как делают это сами. Позволяют стать сильнее, быстрее и гораздо опаснее, чем любое другое существо в мире. Метаморфы — паразиты, девочка моя. Об этом мало кто знает… считается, что они просто вливаются в чужую стаю и живут по законам, которые там приняты. Однако с магами они становятся совсем иными. Со временем они действительно становятся паразитами, питающимися исключительно за счет нашей силы. Но взамен отдают то, чего никто и никогда не смог бы подарить…

Марсо вдруг оказался так близко, что девушка почувствовала холодок его дыхания.

— Айра, — прошептал призрак. — Сегодня Кер отдал тебе себя целиком. И то, что вы выжили при этом, невероятно. Тебя никто не готовил к этому. Твое тело слабо и не способно выдержать полноценной трансгрессии. И я не понимаю, почему Викран решился так рано.

Она равнодушно отвернулась.

— Ему все равно. Захотел — сделал. Ему плевать на то, что мы чувствуем. Плевать, что думаем, что хотим, как живем. Ему неважно, выживем мы или умрем, поэтому я и сбежала.

— Он — твой учитель.

— Нет, Марсо, — отрезала девушка. — Он никогда не был моим учителем! Палачом, тюремщиком, охранником — да. Но учителем — никогда!

— Этого не изменишь…

Она только усмехнулась.

— Я все-таки попробую.

— Ты в академии, девочка моя, — грустно улыбнулся Марсо. — На острове. Посреди затерянного во льдах моря. Под защитой. За сотнями охранных заклятий, опутывающих это место, как кокон — гусеницу. Отсюда не убежишь, не улетишь и не уплывешь, потому что охранные сети стоят и в небе, и в море.

— Но и с ним я справиться не могу! — в отчаянии прошептала девушка. — Он слишком силен для меня! Слишком быстр! Я просто не могу больше, понимаешь?!

— Ты не сможешь скрываться от него вечно.

Услышав от входа неясный шум, Айра быстро обернулась, но это оказался всего лишь Кер, который закончил порученное ему дело и уничтожил следы ее пребывания в этом корпусе.

Марсо, проследив взглядом за потрепанным и страшно исхудавшим метаморфом, тяжело вздохнул.

— Прости, милая. Я хотел бы тебе помочь, но это невозможно. Я не могу тебя избавить от ученичества.

— А если это будет кто-то другой? Не дер Соллен?

— Кто? — невесело усмехнулся он. — Думаешь, Альварис просто так отдал тебя боевому магу?

— А лер Легран? — нахмурилась она. — У него ведь тоже Земля. Ты сам говорил…

Марсо неожиданно напрягся.

— Ты действительно этого хочешь?

— По крайней мере, это лучше, чем сейчас.

— Не уверен, — странным голосом отозвался призрак. — Поверь, ты многого о нем не знаешь.

— Лер Легран был ко мне добр, — возразила Айра, подхватив подбежавшего Кера на руки. — Он единственный, кто нам действительно помог.

— Есть вещи, которые определяют человека. И есть поступки, после которых ты больше не сможешь относиться к этому человеку, как прежде.

— Марсо, о чем ты? Лер Легран сделал что-то плохое? Ты не хочешь, чтобы он был моим учителем?

— Нет, девочка, — отрицательно качнулся дух. — И, поверь, ты бы этого тоже не хотела, если бы знала его так же хорошо, как я.

— Хочешь сказать, что дер Соллен лучше?!

— В чем-то. Иногда. По крайней мере, он не использует… ладно, забудь. Просто запомни мои слова и постарайся не оставаться с Леграном наедине.

— Почему? — искренне изумилась Айра. — Когда я забирала у него из кабинета Листика, все было хорошо! И потом, когда я так устала после занятий, что просто уснула…

— Ты спала у него в кабинете?! Одна?! — призрак аж побледнел от какой-то мысли, а затем метнулся к ней и тревожно приложил ладонь ко лбу, к чему-то напряженно прислушиваясь. Затем пристально всмотрелся в ее глаза и наконец облегченно вздохнул. — Нет, он бы не посмел до инициации.

— Марсо, в чем дело?!

Он помолчал, явно не желая обсуждать эту тему, а потом весомо уронил:

— Никогда больше не оставайся с Леграном наедине. Не приближайся к его кабинету и постарайся сделать так, чтобы избежать дополнительных уроков. Что бы ни произошло, как бы ни было тебе неприятно или стыдно, не задерживайся в классе после занятий. Будь очень внимательна, когда он подходит близко. И никогда не заикайся о том, чтобы просить его об ученичестве!

Девушка нахмурилась, но Марсо был серьезен как никогда. И так искренне обеспокоен, что она неохотно кивнула.

— Хорошо, я постараюсь. Но если не он, то мне просто не к кому обратиться: лер Легран — единственный, кто мог бы сравниться с дер Солленом.

— Не единственный. Но ты права — в ученичестве тебе больше никто не подойдет.

— Тогда я больше не хочу тут оставаться, — медленно произнесла Айра. — Я хочу выбраться отсюда. Домой. В Занд… куда угодно, только чтобы больше не встречаться с дер Солленом.

— Это невозможно, девочка моя, — призрак горестно опустил плечи. — Никуда ты отсюда не сбежишь. И учителя тебе никто не заменит — это не просто не принято, а еще и глупо. Никто не станет брать на себя такую ответственность. Никто не поможет тебе избежать внимания Викрана. И никто не позволит вам покинуть академию до окончания срока обучения.

— А какой срок?

— Семь лет… включая этот.

— Боже, — в каком-то ступоре застыла Айра. — Семь лет рядом с ним. Каждый день. Каждую ночь. И некого будет попросить о помощи, потому что никто не знает, что он делает со мной в этом зале.

У нее просто омертвело все внутри, едва она представила почти бесконечную пропасть дней, из которой уже точно не выберется. Викран дер Соллен замучает ее до смерти. И будет терзать до тех пор, пока не уничтожит полностью… нет, не убьет, конечно, потому что директор не одобрит. Но сделает так, что она сдастся. Рано или поздно все равно сломает, потому что сейчас у нее больше не было уверенности, что она сумеет это выдержать.

— Прости, девочка, что я забрал у тебя даже надежду, — тоскливо повторил Марсо. — Но я ничем не могу вам помочь. И даже вылечить твои раны уже не в силах.

— Тогда найди мне схемы охранных сетей! — она внезапно вскинула голову. — Выясни, как охраняется этот проклятый остров! Отыщи карты, старые схемы! Должна же найтись какая-нибудь лазейка, в которую я могла бы проскользнуть!

Марсо отвел глаза, не в силах выдержать ее умоляющего взгляда.

— Я сделала все, что могла, — прошептала Айра, когда он не ответил. — И этого все равно оказалось мало. Я ненавижу его, Марсо! Если бы ты знал, как я его ненавижу… Но я так и не смогла его одолеть. А теперь мне лучше умереть, чем ждать наказания, которое за этим последует. Или сбежать, чтобы он больше никогда меня не нашел. Пожалуйста, я тебя умоляю, Марсо: помоги!

И вот тогда у него дрогнуло сердце.

— Хорошо, девочка моя, я попробую.

— Спасибо, — бледно улыбнулась Айра, а затем активировала портал и ушла к себе в комнату, чтобы почти сразу измученно всхлипнуть и обессиленно рухнуть на мягкий ковер.

* * *

Всю ночь она провела, мечась по постели и вскрикивая от непроходящих кошмаров. Всю ночь продолжала бороться, терпя безумную боль трансформации, остервенело набрасывалась на своего мучителя и раз за разом отлетала прочь, бессильно царапая когтями холодный пол.

Ненависть и жажда крови снедали ее изнутри. Отчаяние захлестывало с головой. Она снова и снова поднималась с пола, сплевывая кровь с разбитых губ, а он все так же стоял напротив, равнодушно наблюдая за ее жалкими попытками победить.

— Ненавижу… — раз за разом шептала Айра, сворачиваясь в крохотный комочек и в ужасе ожидая, когда же снаружи раздастся сигнал к побудке. — Ненавижу тебя! Ненавижу!

Лишь когда снаружи окончательно рассвело, а гонг так и не прозвучал, девушка осознала, что сегодня выходной, поэтому никто ее больше не тронет.

Эта мысль пришла так внезапно, что Айра далеко не сразу в нее поверила. Но потом подсчитала дни, в какой-то прострации поняла, что очередная неделя пролетела, как кошмарный сон. После чего наложила на дверь полог молчания, чтобы девчонки не беспокоили, снова погрузилась в тревожный сон, где ей приходилось снова и снова ударяться о холодный пол тренировочного зала.

Только к обеду она немного пришла в себя и сумела подняться с постели. Потом отрешенно взглянула на заметно посвежевшего крыса. Перевела взгляд на потолок, под которым искрилась неимоверно сложная сеть, которую они целых два месяца доводили до совершенства. И наконец слабо улыбнулась:

— Спасибо, малыш.

Неясному шуму снаружи Айра сперва не придала значения: по утрам в женском корпусе всегда было шумно, поэтому она и озаботилась пологом молчания. Однако когда он стал отчетливее и начал доставлять ощутимый дискомфорт, ей все-таки пришлось подняться и, накинув на плечи мантию, подойти к двери.

Интересно, кто там такой настойчивый?

Сняв запирающее заклятие, Айра открыла дверь, ожидая увидеть бесцеремонную Лирку. И непроизвольно замерла, в шоке уставившись на Викрана дер Соллена, как раз занесшего руку с горящим на ладони огненным колесом.

«Господи… опять он! — пронеслась в ее голове паническая мысль. — Увидел, что я сбежала, и явился за разъяснениями!»

Айра застыла на пороге, не в силах оторвать взгляда от страшновато горящих глаз наставника, в которых вместо прежней холодной синевы бушевала такая буря, что она приняла бы ее за страх, если бы могла поверить, что он вообще способен его испытывать.

Что такого могло случиться, что он примчался сюда спозаранку и упорно пытается до нее достучаться? Да с такой настойчивостью, что готов шарахнуть со всей мощи, лишь бы открыть эту проклятую дверь?

Девушка медленно перевела взгляд с его белого как снег лица на дверь и со странным выражением увидела обгоревшую древесину, по которой не раз и не два прошлись боевыми заклятиями. Поставленной Бриером защиты там тоже не было, как и стандартных защитных заклинаний, которые она выставила снаружи для вида. Зато стало видно сложнейшее плетение, на которое Кер потратил целую неделю. Именно ради того, чтобы никакой маг не смог добраться до запершейся в комнате ученицы.

— Айра! — вдруг обрадованно пискнули в сторонке. — Живая! А мы так беспокоились!

Девушка так же медленно оглядела столпившуюся у стены стайку второкурсниц. С недоумением обнаружила рядом с ними лера де Сигона, лера Лоура, с нешуточным беспокойством изучающего ее растерянное лицо, мадам Матиссу, еще более рассеянную, чем обычно… и наконец вернулась к Викрану дер Соллену, которого больше не желала видеть.

Он был одет так же, как и вчера, только рубаху сменил да, видимо, руку успел перевязать, потому что она, должно быть, сильно кровоточила.

Маг был взъерошен, чего прежде никогда не случалось. Его коротко стриженные волосы были в полном беспорядке. Лицо выглядело еще бледнее, чем обычно, нос заострился, а глаза… странные у него были глаза: диковато расширенные, поразительно темные, почти черные, в глубине их ритмично вспыхивал и тут же гас знакомый янтарный огонек, как бывало у Керга, когда он с трудом удерживал рвущегося на свободу волка.

Чего это он? Спятил? А может, лер Альварис просто предупредил, что шкуру с него спустит, если с ценной ученицей что-нибудь случится?

— Доброе утро, лер, — сухо сказала Айра, помня о наказе мага: никто не должен узнать, что у нее есть учитель. И никто не узнает. Даже если для этого ей придется начать разговор первой и вежливо назвать его «лер».

Викран дер Соллен почему-то промолчал.

— Что случилось? Чем вам не понравилась моя дверь?

— С вами все в порядке, леди? — осторожно поинтересовался господин Лоур с другого конца коридора.

— Вполне.

Лекарь бросил быстрый взгляд на замершего возле двери боевого мага, но на всякий случай уточнил:

— И вы хорошо себя чувствуете?

— Я чувствую себя неплохо. Спасибо, лер, — кивнула Айра, кутаясь в мантию, из-под которой торчали голые ноги. — А что случилось? Кто-то умер?

Преподаватели озадаченно переглянулись.

— Кажется, мы зря пришли, — наконец пожал плечами лер де Сигон.

Господин Лоур пристально взглянул на спокойно стоящую девушку и вынужденно согласился:

— Наверное, вы правы. Ничего страшного. Просто крепко уснула и не слышала стука.

— Да, я спала, — немедленно подтвердила Айра. — Очень устала вчера, вот и легла пораньше.

— И вы ничего не слышали?

— Нет, лер. Девчонки часто шумят по выходным, поэтому я подумала, что будет лучше заранее поставить заклятие, приглушающее звуки, чтобы выспаться вдоволь хотя бы один раз в неделю. Разве это запрещено?

— Что за заклятия вы поставили, леди? — наконец подал голос боевой маг, удосужившись хотя бы при посторонних обратиться к ученице так, как положено.

— Полог молчания, лер, — спокойно сообщила Айра. Да и чего волноваться? Все равно он узнает. К тому же заклятие несложное и есть в одном из учебников, поэтому она ничем не рисковала.

У Викрана дер Соллена недобро загорелись глаза.

— Я не об этом заклятии.

— А о каком тогда?

— Что у вас с дверью? — угрожающе процедил он.

— Ничего. Дверь как дверь. Деревянная. Хорошая. Правда, Бриер обещал, что его «охранку» никто не тронет… впрочем, так даже лучше. Керу она все равно не нравилась, так что он переделал ее по собственному усмотрению. Это не запрещено правилами.

И это сущая правда — впрямую насчет мощной защиты в правилах ничего не говорилось. Просто подразумевалось, что ученики не могут ее создать в принципе. Айра только не добавила, что о метаморфах там не было сказано ни слова, так что формально она ничего не нарушила.

Удивительно, но ей неожиданно стало все равно, что будет. А внутри откуда-то взялась какая-то необъяснимая, бесшабашная, веселая злость, из-за которой хотелось язвить и даже неприкрыто хамить, наслаждаясь полной безнаказанностью. В присутствии посторонних дер Соллен ничего не сможет сделать. Правда, потом за все отыграется… но это будет потом. А сейчас она могла его немного подразнить и хотя бы так показать, что больше не боится.

Маг потемнел лицом и попытался войти, но девушка бесстрашно загородила ему дорогу, одновременно прикрывая дверь и не позволяя разглядеть, что находится в комнате.

— Отойдите, леди. Вы мне мешаете.

— Это женский корпус, лер, — сухо напомнила Айра, бесстрашно глядя ему в глаза. — И это моя комната, в которой, как мне кажется, вам совершенно нечего делать.

Он коротко выдохнул, а потом втянул ноздрями воздух, мгновенно поняв, почему ее аура, впервые за долгое время выбившись из-под щита Овсея, так пылает сегодня. И взглянул настолько страшно, что Айра бы присела, если бы могла сейчас испытывать страх.

— Кто дал вам воду из Ключа?!

— Друг, — холодно ответила Айра.

— Что за друг?!

— Старый и очень преданный.

— Имя! Кто это?! — ей вдруг показалось, что маг сейчас перекинется — до того жутко загорелись его глаза. — Кто дал вам эту воду?!

Она выпрямилась и твердо выдержала его взгляд.

— Этого я вам не скажу, лер.

— Вот как? — прошипел мастер Викран, лихорадочно рассматривая ее разгладившиеся волосы, очистившуюся кожу, чистое лицо, откровенно отдохнувший вид и ауру… несомненно, подправившуюся ауру, на которой имелись следы серьезного вмешательства и множество зеленоватых сполохов, красноречиво указывающих на то, что его ученице кто-то здорово помог прийти в себя.

Кто-то сильный. Уверенный. Наглый. Маг, конечно же. Причем имеющий доступ к воде из природного Ключа или привезший ее с собой. В количестве, достаточном для того, чтобы расточительно тратить на какую-то ученицу.

— Осторожнее, лер, — так же тихо сказала девушка, когда дер Соллен навис над ней массивной скалой и едва слышно зарычал. — Вы стоите на пороге логова метаморфа. И вы нежеланный гость в его доме. Не надо нас провоцировать. Или вы хотите сказать что-то еще?

Викран дер Соллен чуть вздрогнул.

— Да, хочу.

— Я слушаю, лер. Говорите.

— Я пришел сообщить, что через месяц состоится ваша инициация.

— Кто ее будет проводить?

— Я.

На лице Айры не дрогнул ни один мускул.

— Благодарю за информацию, лер. А теперь, если вы не возражаете, я попрошу вас уйти. Или в свой единственный выходной я не могу остаться одна? — она бестрепетно выдержала еще один пронзительный взгляд, в котором метнулось непонятное сомнение. Но потом дер Соллен все-таки отступил, опустил руку, гася опасное заклятие. И неожиданно глухо уронил:

— У вас есть три дня, не считая этого, чтобы отдохнуть. На это время вы освобождены от других занятий и вольны потратить его так, как считаете нужным. Все вопросы уже согласованы, поэтому никаких репрессий за ваше отсутствие на уроках не последует.

Айра нахмурилась, не понимая причин его щедрости, но маг резко отвернулся и, по привычке не попрощавшись, быстрым шагом направился к выходу. Мрачный, зловещий, неестественно прямой, какой-то закаменевший и… неправильный. Будто бы даже чужой. Словно вселилась в него этим утром совсем иная сущность. Или же случилось нечто такое, от чего он просто перестал походить на себя самого.