глава 23

Потом вся эта толпа переместилась в подземный дворец.

Нескольких секунд не прошло, а они уже стояли на большой входной террасе. Нагов туда мгновенно сползлось видимо-невидимо. Все в боевой трансформации. Асуры и феникс тоже явились, куда ж без них!

Не было только Гаруда Амара, тот исчез куда-то. Честно говоря, Зейрашу была наплевать, куда мог деться пернатый. Он прижимал к себе девушку, а она жалась к нему и вздрагивала. И черта с два бы он отдал ее сейчас! Только через его труп. Вернее, через их трупы.

Останавливало то, что это Машина семья. Ее отец, мать, дядья, сестры, братья.

Но если взрослые еще как-то держали себя в рамках, хоть и смотрели на него так, словно собираются живьем освежевать, то Машин брат-близнец Данияр, чуть не кинулся на него. Замер в нескольких шагах и прошипел, проводя отросшим когтем по горлу:

— Ты труп, понял?!

Маша сжалась и пискнула:

— Нет, Данияр!

А Зейраш и мотнул головой:

— Отойди, пока цел.

Вперед рванулась Машина старшая сестра Ася:

— А ну повтори, что ты сказал!

Зейраш взглянул на туманный клинок в ее руке. Хорошее оружие, древнее, мистическое, для его магии отличная пища. И тихо рыкнул:

— Уберите вашу зубочистку, леди, пока я случайно не развоплотил ее.

Та задохнулась от возмущения, Наги подались вперед, а он прижал к себе Машу сильнее и чуть пригнулся, приготовившись драться.

И тут вмешался глава клана Черных Нагов.

— Довольно! — бросил он, резко обрывая все споры.

И столько силы было в его низком голосе, что не подчиниться было невозможно. А ДалгетХан Умранов медленно подошел ближе и проговорил:

— Лера, забери дочь.

Все неуловимо изменилось. Маша тут же слезла у него с рук, и Зейрашу пришлось отпустить ее. Откуда-то из-за спины главы клана выступила его жена, весьма похожая сейчас на Горгону Медузу, во всяком случае, взгляд у нее был такой, как будто она собиралась обратить его в камень.

— Пойдем, дочь, — обняла Машу за плечи и сразу увела ее в сторону.

Зейрашу показалось, что он осиротел. Тоскливо стало, он сжал зубы и замер. ДалгетХан Умранов смерил его тяжелым взглядом и приказал:

— А вы — за мной.

И, медленно впечатывая шаги в мраморный пол террасы, пошел к входным дверям.

Зейраш двинулся за ним сквозь строй Нагов, уставившихся на него так, словно он разорил их святыню. Почти все они были трансформированы и на своих хвостах значительно выше, некоторые просто огромные.

Плевать он на них хотел! Никто из них ему не указ.

Кроме отца девушки.

А глава клана шел впереди, от его строгой фигуры в черном костюме веяло мрачной уверенностью. И Зейрашу оставалось только гадать, как теперь все сложится. ДалгетХан был в своем праве и мог отказать, а он даже думать не хотел о том, что ему могут запретить встречаться с девушкой. А при мысли о ее женихе у него непроизвольно отрастали когти, и раскаленные иглы вонзались в затылок.

Сначала они подошли к двери апартаментов.

— Оденьтесь прилично, — безэмоционально выдал глава Черных Нагов. — Я подожду.

Зейраш и забыл, что на нем из одежды одни драные и обтрепанные джинсы. Молча пошел и в считанные минуты привел себя в порядок. Вышел уже в строгом темном костюме. ДалгетХан Умранов оглядел его, развернулся и направился уже в кабинет.

Как только вошли, глава клана рывком запечатал двери магией, сам пошел к столу, а ему указал на кресло.

— Сядьте, господин Архан.

— Прежде, чем мы начнем, я хотел бы говорить о Марии, — проговорил Зейраш.

ДалгетХан обернулся к нему вполоборота и застыл каменной статуей.

— Я хочу, — начал Зейраш, потом вспомнил про ее жениха и исправился. — Я должен жениться на Марии.

Черный Наг мгновенно оказался рядом и прошипел:

— Хочешшшь? Или долшшшжен?

Он не сменил трансформацию, но сейчас был подобен смертоносной кобре. Зейраш не ожидал, в первый момент отшатнулся, потом выпрямился, глядя в горящие ледяной яростью глаза Нага, и сказал:

— Я. Хочу.

— Ты. Касался ее. — Ноздри Нага гневно раздувались.

Да, черт побери! Касался! Потому что иначе не мог. И еще Зейраш знал, что от него сейчас разит кровью. Его кровью и ее. Змей чувствовал это и бесился. Но сам он, при мысли, что ему могут отказать, бесился еще больше! Потому четко и раздельно произнес:

— Я ее не тронул.

— Но ты дал ей сссвою кровь! — Наг подался еще ближе.

— У меня не было выбора! — рыкнул Зейряш, сжимая кулаки. — Отдайте за меня Марию.

Несколько секунд они так и стояли друг против друга, наконец ДалгетХан резко бросил:

— Сядь!

И отвернулся. Зейраш наконец опустился в кресло, а глава Черных Нагов уселся за стол. Некоторое время царило тяжелое молчание, ДалгетХан вертел в руках нож для разрезания бумаги, потом отшвырнул его в сторону и спросил:

— Значит, жениться на Марии хочешь?

— Да. — кивнул Зейраш. — И чем скорее, тем лучше.

— Не выйдет.

ДалгетХан рывком поднялся и оттолкнул кресло в сторону. Зейраш поднялся тоже, он готов был драться за девушку. И тут услышал:

— Даже если она согласится, тебе придется подождать, пока она закончит обучение! — бросил Черный Наг, сверкнул на него взглядом и отошел.

А он так и осел от неожиданности. Однако оторопь быстро прошла.

— В таком случае, — сказал Зейраш. — Я настаиваю на том, чтобы моя невеста проходила дальнейшее обучение в моем учебном заведении и под моим руководством!

— А не много ли ты на себя берешь, господин ректор? — сузил глаза ДалгетХан.

Зейраш качнул головой:

— Не много.

Еще несколько мгновений мужчины смотрели друг другу в глаза, наконец ДалгетХан сказал:

— Посмотрим.

Когда Зейраш, совершенно обалдевший, вывалился из кабинета, в коридоре за дверью выстроилась вся мужская половина необъятного Умрановского семейства. Все они смотрели на него. Зейраш засунул руки в карманы брюк, откинул голову назад и презрительно хмыкнул.

Плевать ему было на это все. Девушка его.

***

В это самое время Гаруд Амар был на внеплановом сеансе у Софии Карловны. Приятная пожилая дама сидела за своим столом и понимающе улыбалась, а бессмертный метался по павильону и кипел:

- Вы представляете?! Он сказал мне: «Пошшшел ты»!

- Да, без сомнения, это было невежливо, — сложила вместе руки София Карловна. — Но, Гаруд Кашьялович, он ведь молод и влюблен. И вы должны согласиться, что он был хорош. Очень хорош.

- Кхммм? — пернатый прокашлялся и расправил плечи.

***

Постепенно толпа Умрановских родственников по мужской линии, стоявших в коридоре недалеко от двери кабинета главы клана Черных Нагов начала редеть. Зейраш смотрел на них, насмешливо кривя губы, и произносил мысленно:

«Давайте, валите отсюда, чем меньше вас будет, тем лучше».

Его все еще штормило после разговора с ДалгетХаном Умрановым. Не ожидал, что добьется своего так легко. Думал, что Наг упрется и откажет ему, не захочет породниться с ракшасом. И тогда ему придется забирать Машу силой. Он мог бы положить тут многих, но Зейраш понимал, что Маша не простит, это потом всегда будет стоять между ними. А она нужна была ему вся, маленькая мажорка, боящаяся пауков и грозы. Но ДалгетХан не отказал, и он был слегка пьян от своей победы и дезориентирован.

И да, протискиваться мимо будущих родственничков ему не хотелось. Потому Зейраш ждал, когда они разойдутся, чтобы беспрепятственно пройти.

Толпа постепенно редела, первыми ушли ребятки помоложе, потом ушел брат ДалгетХана Захри, и следом за ним Саха. Но перед тем как уйти, что-то шепнул на ухо Такару Ялабаеву и хлопнул его по плечу. Плевать было Зейрашу, зачем остался Янтарный и еще другой, кажется, его звали Инар. А вот то, что здесь остались асур и красавчик феникс, слегка бесило.

Особенно, когда эти четверо не спеша подошли к нему.

— С возвращением, — достаточно вежливо обратился к нему Такар.

— Спасибо, — проговорил Зейраш.

И уже хотел пройти мимо, как Инар (кажется, его так звали, этой Умрановской родни было столько, что Зейраш просто не запомнил всех) выдал:

— Добро пожаловать в наш клуб!

— Не понял, — Зейраш замер и нахмурился.

— В клуб Умрановских зятьев.

Трое засмеялись, асур, он был постарше, очень смуглый, его Зейраш видел впервые, сдержанно улыбнулся.

— Что здесь смешного? — спросил Зейраш.

А Инар протянул:

— Ну да, ты же еще не знаешь.

— Чего я не знаю? — Зейрашу это уже начало надоедать.

А тот хмыкнул:

— Такар, объясни ему.

— Видите ли, господин Архан, — проговорил Такар Ялабаев, подходя ближе, и как бы невзначай оглянулся на дверь кабинета, а потом обвел жестом остальных. — Мы все тут Умрановские зятья. А были женихами с солидным стажем.

Хотелось сказать: «А мне-то какое дело», но Зейраш слушал.

— Я ждал двадцать лет, — продолжал Янтарный. — Ты, Гадес? — обратился он к асуру постарше.

Гадес… Что-то это имя Зейрашу напоминало. Черт, он чуть не хлопнул себя по лбу. Смотрящий Северной Общины асуров! Сильнейший маг смерти. Хмммм.

— Двадцать лет, — кивнул Гадес и смежил веки.

Бредово звучало.

— Теперь ты, прекрасный принц, — со вкусом произнес Инар и перевел взгляд на красавца феникса, в котором явно прослеживалась кровь асуров.

Ширас. Да, видел Зейраш его жену тогда в клубе с асурами. Девчонка, затянутая в черную кожу. Уж ему с его смазливой внешностью явно ждать не пришлось.

А тот беззлобно фыркнул:

— Пошшел ты.

Потом сказал, вскинув бровь:

— Я дольше всех — двадцать пять. Сначала двадцать лет, но вот он, — и показал на Гадеса. — Увел мою невесту. А потом еще пять лет ждал, пока моя Амра вырастет.

— Ага, — радостно заржал Инар. — И все пять лет не менял носки!

— Вообще-то, большую часть из этих пяти лет я проторчал в цистерне с серной кислотой, — перебил его Ширас.

Зейрашу стало казаться, что они ему просто голову морочат.

— А ты? — обернулся он к Инару.

— А ему больше нас всех повезло, — лениво проговорил Ширас. — Всего пять лет с половиной.

— К чему вы мне все это говорите? — спросил Зейраш.

— Да так, господин Архан, — нейтрально проговорил Такар и потер нос. — Вам что сказал ДалгетХан?

Он невольно наморщился, вспоминая.

Даже если она согласится, тебе придется подождать, пока она закончит обучение.

Янтарный, видя, что он задумался, сочувственно хлопнул его по плечу:

— Крепись, брат.

Наконец все они разошлись, Зейраш остался в коридоре один. И как-то даже слегка тревожно стало после всего услышанного.

***

С террасы Машу сразу же увели, и она так и не узнала, что сделают с Зейрашем. А спрашивать не решалась, потому что мама Лера просто светилась от гнева. К тому же, туда набились все, и Маша готова была сгореть со стыда, оттого что она грязная и оборванная, да еще босиком.

А мама стремительно расхаживала по комнате, и вопросы вперемешку с угрозами «дикорастущему ректору» сыпались из нее, как из рога изобилия.

— Что он с тобой сделал?! Почему ты в таком виде?! Я убью его! А этому гаду пернатому все перья выщипаю! Он тебя трогал, этот тип?! Трогал, да, Маша?! Убью, гада!

— Он меня спас, мама! — не выдержала Маша наконец.

— От чего?! Только не говори мне…

— Там не такой мир, как наш! — Маша уже чуть не рыдала. — Там нет магии!

— Как это нет?!

— Вот так! Моя магия там не действовала, — взмахнула руками Маша. — Получалось только танцевать. И я смогла трансформироваться. И все!

Все молча на нее уставились.

— А Зейраш… господин Архан… Он ходил на охоту и построил шалаш, в котором мы спали! — выпалила она.

И только потом поняла что сказала.

— Так значит, шалаш?! — переспросила Валерия Умранова, темнея лицом. — В котором вы спали?! Да еще ты была вся в крови! Я убью его!

— Мама, прекрати! Он спас меня!

— От чего?!

И тут Маша заговорила быстро-быстро, захлебываясь, потому что слишком свежи были те ужасные воспоминания:

— Там не такой мир, как наш, у него грань подвижная, перемещается, ходит! А после грозы она разбухает! Как… Как губка! Или паутина. И все, что окажется рядом, затягивает в нее. Она… впитывает это и встраивает в свою структуру. Переваривает… Меня затянуло. И если бы он не разорвал грань, я не знаю… У этой паутины такие острые нити, и они стягивают сильно-сильно. У меня была рана не шее, я чуть не задохнулась.

Она еле выговорила это все и замерла, глядя на всех.

Несколько секунд висело молчание, потом мама Лера выругалась сквозь зубы на пернатого и сказала:

— Так! Подожди, все надо выяснить. Я сейчас иду к отцу!

Но не успела Валерия выйти из комнаты, как ДалгетХан Умранов сам явился к ним. Оглядел всех и произнес:

— Зейраш Архан просил у меня разрешения жениться на Маше.

Повисла гробовая тишина, все уставились на Машу. А она затихла, закусив губу, а потом опустила голову, пряча довольный блеск глаз, и хитро улыбнулась.

Просил разрешения жениться?

Зейращ Архан?

Ну-ну…