Глава 16

— Да, Виктор Эдуардович пригласил нас с Максом погостить немного.

— Так ты с Максом?

Мне показалось, или в голосе Леи прозвучало плохо скрытое облегчение?

— Типа того, — неопределенно ответила я и обернулась, услышав шум подъезжающего автомобиля.

Из припарковавшейся машины Макса вышел Илья, махнул приветственно рукой и полез в багажник за сумками.

— Мне бы в душ, — обратилась я к Лее. Посмотрела на свои сбитые колени и добавила грустно: — И аптечка не помешает.

— Ох, конечно. Пойдем, провожу тебя в гостевую комнату. — засуетилась женщина.

Мы прошли через просторный холл первого этажа и поднялись по крепкой деревянной лестнице с резными балясинами на второй этаж. Леа шла по широкому коридору и кивала на встречающиеся по пути двери:

— Здесь комната альфы, а вот эта — моя спальня. Дальше гостевые. О, Макс тут остановился.

Леа постучала и распахнула дверь. В просторной комнате оборотня не наблюдалось, зато явно слышался шум воды из-за приоткрытой двери в ванную комнату.

— Проходи, — пригласила женщина. — Сейчас Макс ванную освободит. Или вы вместе в душ?

— Эээ, — проблеяла я, стушевавшись. — А можно мне другую комнату?

Леа изучающим взглядом прошлась по смущенной и краснеющей мне и задала резонный вопрос:

— Ты же сказала, что вы вместе с Максом?

— Ну как бы да, но еще как бы и нет.

— Ясно, что ничего не ясно, — вздохнула женщина и направилась вон из комнаты.

— Кто здесь? — крикнул из наполненной паром ванной Макс. — Женя, это ты?

— Мойся, мойся, Максик, мы уже уходим. Ошиблись дверью.

Я пулей выскочила из комнаты, не вслушиваясь в голос оборотня, явно в чем-то убеждающий меня.

— Леа, а можно спросить?

— Спрашивай.

— А как ты узнала, что это комната Макса?

— По запаху, как же еще. — удивилась моей непонятливости Леа.

— Ааа, так ты тоже оборотень?

— Я оборотница. Так у нас называют женщин-оборотней. Ты не знала? — спросила Леа, открывая дверь очередной гостевой комнаты.

— Нет, не знала. Я пока мало что знаю о вашем мире. Ой, а можно еще спрошу? Я слышала, как ты назвала Виктора Эдуардовича альфой. Это что значит?

Леа пораженно уставилась на меня.

— Ну ты даешь… Ты и этого не знаешь? Ты только узнала про нас, да? — предположила оборотница, а я лишь согласно кивнула головой. — Альфа — это глава стаи. Виктор Эдуардович у нас вожак.

Леа мечтательно заулыбалась, а я подумала, что о чем-то таком и подозревала. Уж больно важный вид имел Игнатов. И слушаются его все, а уж какой он сильный!

— Ну как тебе комната? — прервала мои размышления Леа.

Я осмотрелась и вынесла свой вердикт:

— Она чудесная!

Просторная и очень светлая спальня была обставлена качественной мебелью из натурального неокрашенного дерева. Небольшой столик с зеркалом у окна, комод, прикроватные тумбочки и, конечно, сама кровать — все производило впечатление добротности и основательности. Светлые льняные занавески хорошо вписывались в интерьер. На полу грубый домотканый коврик-дорожка, а на кровати одеяло и подушки, сшитые в технике пэчворк. Проще говоря — лоскутные. Пока я рассматривала обстановку, Леа принесла аптечку, а Илья — мою дорожную сумку. Выхватив из сумки первое попавшееся чистое нижнее белье, я отправилась осваивать ванную комнату.

Пространство санузла было организованно просто и удобно. Белая чугунная ванна, достаточно просторная, чтобы в ней с комфортом мог расположиться высокий человек, небольшая раковина для умывания, душевая кабина и унитаз. Полотенца и флаконы с косметическими средствами расположились на двух открытых этажерках. Я решила принять душ, а долгое отмокание в ванне отложить до полного заживления ссадин и царапин.

Из душа вышла счастливым человеком. Думаете, мне мало надо для счастья? Правильно думаете. Смыв с себя грязь и пот, почувствовала, что избавилась и от ряда проблем. Прибавьте сюда чувство безопасности и отличное настроение от пребывания в таком чудесном месте. Еще бы с Максом что-то решить, и можно спокойно наслаждаться отпуском.

Не успела подумать о единственной проблеме, омрачающей настроение, как тут же узрела ее воочию. Коротко стукнув в дверь и не дождавшись ответа, Макс по-хозяйски вошел в мою комнату, застав меня в одном нижнем белье и полотенце.

— Чего надо? — мрачно спросила незваного визитера, прижимая к груди аптечку.

Макс уже переоделся в стильные джинсы и очередную обтягивающую майку с открытыми плечами. Влажные волосы зачесал назад, а на наглую морду нацепил фирменную самоуверенную ухмылку.

— Давай помогу.

Оборотень кивнул на аптечку и, снова не дожидаясь ответа, отобрал ее и уверенной рукой усадил меня на край кровати.

— Я сама могу, — запротестовала я, отползая на попе подальше от внушающего опасения в своей квалификации медбрата. А ну как опять лизать ноги начнет?

— Сиди, — просто, но твердо сказал Макс и, ухватив за щиколотку, вернул мою ползущую попу на место.

Сам опустился на колени перед кроватью, раскрыл чемоданчик с лекарствами, выудил из него пластиковый флакон и упаковку ватных дисков. Смочил один диск прозрачной жидкостью и прижал к пострадавшему колену. Я дернулась и зашипела от неприятных ощущений, но Макс не дал вывернуться, второй рукой удерживая ногу в нужном положении.

— Потерпи, — хрипло произнес и поднял голову, посылая мне знакомый желтый взгляд.

Захватил меня в плен своих глаз, а сам, под шумок, ногу поглаживает. И я хороша тоже. Сижу, как под гипнозом, в глазках огненных тону и разрешаю себя трогать. Наконец, оборотень убрал ватный диск и аккуратно подул на рану. Приятно-то как…

Всего на секунду прикрыла веки, а когда открыла их вновь, обнаружила, что Макс склонился к моим коленям и осторожно целует поврежденную кожу.

— Что ты делаешь? — выдохнула возмущенно.

Так и знала, что этим все и закончится. Лекарь-самоучка опять распускает свои губы и язык.

— Я тебя лечу, Женя. Расслабься. Слюна оборотней обладает мощным заживляющим действием.

— И что, вы и друг друга лижете? — поинтересовалась я у усердного врачевателя, уже вовсю нализывающего царапины.

— Нет. Но у нас и своя регенерация на высоте. А вот у тебя нет, и я не хочу, чтобы моя пара мучалась от боли.

Ага-ага. Так я и поверила. Только обо мне и заботится доброй души парень. А своей выгоды вовсе не преследует. И дрожит от усердия, а не от похабных мыслишек, вьющихся в предприимчивой голове.

— Макс, — тихонько окликнула я, когда царапины под старательным языком закончились и голова оборотня начала продвигаться выше.

Руки усилили захват, впиваясь пальцами в кожу до боли, а губы покрывали жаркими жесткими поцелуями уже внутреннюю поверхность бедер и явно не собирались останавливаться на достигнутом.

— Макс! — жалобно всхлипнула и дернулась, почувствовав жаркое опаляющее дыхание сквозь хлопковую ткань трусиков. — Прекрати!

Оборотень зарычал, злясь сопротивлению, и вскинул голову, делясь безумным пылающим огнем во взгляде. Я испуганно отшатнулась, упала на локти и оттолкнулась пятками от края кровати, отползая к изголовью. Макс рыкнул и одним скользящим движением накрыл меня собой, плотно прижав к постели.

— Что за… - договорить я уже не успела. Остаток фразы пришлось промычать в требовательный рот оборотня, но получилось так неразборчиво, что он ничего не понял.

Да и я тоже мало что понимала, застигнутая врасплох страстью Макса и собственными ощущениями. Дикая звериная энергия кружилась вокруг безумным водоворотом, втягивая меня в сумасшедший танец ярких эмоций. И я, против воли и доводов разума, постепенно втягивалась в этот водоворот и захлебывалась от переизбытка и яркости ощущений.

— Моя, моя, моя… — бормотал оборотень, покрывая поцелуями лицо и шею.

Прошелся жесткими губами по ключицам и опустился к груди, втянув бусинку соска в рот через кружево белья. Оставит меня, паразит, без приличных лифчиков.

— Нет, не надо! — вскрикнула я, на мгновение вернув ясность рассудка и отталкивая от себя сильное тело.

— Тссс.. — Макс выпустил плененный сосок, перехватил мои руки своими, переплетая наши пальцы и прижимая их к подушке и впился сокрушающим поцелуем в губы.

Его поцелуй подавлял и завоевывал, заставляя признать безоговорочную власть и сдаться на милость победителю. Лишал возможности сделать вдох и доводил до звона в ушах от недостатка кислорода. Перед глазами поплыли разноцветные круги и все вокруг слилось в безумный калейдоскоп из ярких вспышек, рычания и требовательного уверенного шепота:

— Моя!

— Прости, Евгения. Не уследил. — громовой голос Виктора Эдуардовича раздался в тот момент, когда горячая рука Макса проникла под резинку трусиков и накрыла не менее горячее местечко.

Грохот, удар, изысканный набор витиеватых ругательств, и вот я уже в комнате совершенно одна. Растрепанная и растерянная, с горящими губами и тоскливым чувством пустоты внутри. Интересно как — еще минуту назад старательно выстанывала ноты протеста в наглые губы оборотня, но стоило ему прерваться и я уже взращиваю чувство обиды.

Несколько минут потребовалось на то, чтобы немного прийти в себя, выровнять дыхание и попытаться сползти с кровати. Напор Макса произвел на меня впечатление асфальтоукладочного катка, ласково прошедшегося по телу пару раз.

Умывание холодной водой прогнало туман из одурманенного мозга и лихорадочный румянец с лица. Стянула волосы в высокий хвост и, надев летний сарафан на широких бретелях, отправилась на поиски кухни. Со всеми этими переживаниями опять разыгрался зверский аппетит.

Кухню-столовую легко нашла по аппетитному запаху и шкворчанию яичницы. Леа возилась возле большой плиты, ловко управляясь с громадной сковородой и несколькими кастрюлями.

— Проходи. Завтрак почти готов, — пригласила оборотница, заливая кипяток в пузатый заварочный чайник.

Вот кто не ленится делать все основательно и от души. Не то, что я: чай употребляю пакетированный, а на завтрак по-простому заливаю хлопья холодным молоком. Почему холодным? Говорю же — ленивая.

Я прошла через столовую в кухонную зону, уселась за светлый деревянный стол и с умилением посмотрела на стопку ажурных блинов и многочисленные розетки с наполнителями к ним.

— Чай, кофе, молоко? — спросила Леа, продолжая выставлять многочисленные тарелки и стаканы.

— Мне чай, если можно.

Передо мной тут же появилась кружка со свежезаваренным черным чаем.

— Мальчики решили размяться, — рассеяно кивнула в сторону окна Леа.

Я макнула блин в сметану, откусила и привстала, чтобы лучше видеть пространство внутреннего двора. А посмотреть там было на что, честно сказать.

Волк Виктора Эдуардовича трепал волка Макса по свежей зелени травы, и Макс явно проигрывал в этой схватке, хоть и держался достойно, на мой взгляд.

— Может, попробовать разнять их? — с сомнением спросила у оборотницы. — Макса жалко. Виктор Эдуардович так сильно его грызет.

— Ты что, девочка! — вскинулась Леа. — Нельзя вмешиваться, когда альфа учит кого-либо уму-разуму.

— Даже собственного брата?

— Особенно его, — сказала, как отрезала женщина и вернулась к сковороде.

Я еще понаблюдала за схваткой волков, больше напоминающей избиение, учитывая физическое превосходство Виктора Эдуардовича, и отвернулась. Нервов моих не хватает смотреть на это. В груди пекло и щемило от жалости к моему непутевому бандиту.

— Давно ты знаешь Макса? — нарушила тягостную тишину Леа, ловко орудуя лопаткой.

Я старательно нахмурила лоб, подсчитала дни и ужаснулась.

— Позавчера познакомились. А впечатлений от общения с ним набралась на годы вперед.

— Он тебе так сильно понравился? — осторожно поинтересовалась оборотница.

Я рассмеялась.

— Шутишь? Ну, если представить, что Макс сидит смирно на стульчике в углу, сложив ладони на коленях, молчит и не зыркает злыми глазами, то да — такой Макс мне может понравиться.

Теперь уже Леа засмеялась.

— Слушай, ну сидеть на стуле ровно — это не про него история, конечно. Ну и почему ты с ним тогда?

— Да меня особо и не спрашивали, — наябедничала я. — Сказали, что пара и это не обсуждается.

Я обиженно надула губы и вздрогнула от неожиданного резкого звука, когда Леа уронила металлическую лопатку на пол.

— Помочь поднять? — спросила у остолбеневшей оборотницы, разглядывающей меня круглыми от удивления глазами.

Где-то я совсем недавно видела такой же взгляд. Вспомнила — у Виктора Эдуардовича, когда он узнал, что я пара его брата. Чувствую, еще не раз придется столкнуться с подобной реакцией оборотней. Видимо, и правда редко у них находят истинную пару, раз они так удивляются.

— Пара? — переспросила Леа. — Макса?

Я обреченно кивнула головой и взяла еще один блин.

Больше Леа с вопросами не приставала, погрузившись в глубокую задумчивость и изредка бросая в мою сторону изучающие взгляды.

Я заканчивала с завтраком, когда в столовой появились братья Игнатовы. Они уже успели вновь сменить одежду, а Макс даже обзавелся парой свежих ссадин.

Его беспокойные глаза выхватили меня с грязной кружкой в руках у мойки. Секунда, и я притиснута к твердой груди, обтянутой на этот раз простой серой майкой.

— Макс! — грозно рыкнул Виктор Эдуардович, усаживаясь за стол и принимая из рук Леи тарелку с яичницей.

— Не уходи, — прошептал на ухо оборотень и жадно обнюхал волосы.

С явным усилием отстранился и под строгим взором старшего брата направился к столу.

Я неторопливо вымыла за собой посуду, протерла столешницу от капель воды, вытерла руки и повесила полотенце на крючок. Оглянулась, думая чем бы еще себя занять. Мужчины завтракали, изредка перебрасываясь фразами друг с другом и с Леей. А мне не хотелось им мешать.

Вспомнила, что у Виктора Эдуардовича чудесная терраса и решила выйти на нее.

— Альфа, я посижу на террасе?

В тот же миг раздался грохот, от которого подпрыгнула и зазвенела посуда на столе. Виктор Эдуардович громко захохотал, а Макс потер кулак, которым только что саданул по столешнице, и зло крикнул:

— Не смей называть его так! Он тебе не альфа!

— Ну почему же — не смей? Я совсем не против, Женечка. Можешь называть меня альфой, я разрешаю. — Игнатов старший вытирал выступившие от смеха слезы.

А я уже не была уверенна, что вообще захочу когда-нибудь открыть рот в присутствии Макса.

С улыбкой подошла Леа и, подхватив под руку, повела меня к выходу из дома. Мы вышли на террасу и расположились в удобных плетеных креслах.

— И чего он так взбесился? — недоумевала я, пребывая в растерянности и легкой обиде.

Леа хихикнула и я вопросительно посмотрела на нее. Похоже, оборотнице есть, что рассказать по интересующей меня теме.

— Понимаешь, Женя, — начала она, — Макс когда-то ушел из стаи, разругавшись с братом и поклявшись, что никогда не признает в нем альфу. А ты сейчас одной фразой дала понять, что считаешь Виктора Эдуардовича своим вожаком. И он тебя принял в стаю. — глаза оборотницы хитро блеснули. — Теперь Максу придется взять свои слова обратно и обратиться к брату, как к альфе, чтобы получить разрешение связать ваши судьбы!

Я раздумывала над словами Леи и любовалась великолепными ухоженными цветами, украшающими террасу и прилегающую к дому территорию.

Макс поссорился с братом? Интересно, что между ними произошло? Это должно быть что-то действительно серьезное, раз Максу пришлось покинуть стаю.

— Готова к прогулке? — По ступеням террасы на гравийную дорожку легко сбежал улыбающийся Виктор Эдуардович. Хмурый Макс следовал за ним и его серьезные серые глаза смотрели на меня с явной укоризной.

Сам же втянул меня в эту свою парность и даже не потрудился ничего объяснить! Зато с энтузиазмом распускал руки и ругался так, как наш школьный трудовик не умеет. И теперь имеет совесть строить из себя обиженную невинность!

Я фыркнула, гордо задрала нос и ответила:

— Конечно, альфа. С вами — хоть на край света.

Очень хотелось увидеть перекошенную физиономию Макса, но обернуться назад не решилась. А он в два прыжка нагнал меня и крепко ухватил за руку, пресекая все возможные попытки освободиться. Я была бы не я, если бы не попробовала отвоевать свободу плененной конечности, но претерпела неудачу и, вскоре, смирилась. Так и шли мы дружной компанией — Виктор Эдуардович на шаг впереди, исполняя роль экскурсовода, и мы с Максом, держась за ручки, как детсадовцы на прогулке.

Прогулочным шагом мы прошли мимо нескольких домов, слушая историю создания поселка в изложении Виктора Эдуардовича.

— Поселение основал наш отец почти 60 лет назад, — неторопливо рассказывал Игнатов-старший. — Он тогда только стал альфой Волжской стаи, приняв бразды правления у своего отца, нашего с Максом деда. Еще будучи подростком он нашел и полюбил это место. Одним из первых его решений на посту альфы было создание на этих землях закрытого и безопасного поселка. Он мечтал о том, чтобы тут могли спокойно жить и дружно растить потомство все волки стаи. Не все шло гладко, но отец большую часть жизни посвятил строительству и развитию поселка и постепенно решил все вопросы. Теперь я занимаюсь руководством и благоустройством нашего общего дома.

Игнатов остановился, заложил руки за спину и задумчиво произнес, оглядываясь по сторонам:

— Надеюсь, у меня получается.

— У вас чудесно получается, Виктор Эдуардович. Я такого красивого и ухоженного поселка в жизни не видела. — заверила я Игнатова. — Пойдемте в парк?

— Спасибо, Женя. Я рад, что тебе нравиться здесь. — оборотень улыбнулся и многозначительно посмотрел на грустного брата. — Почти пришли, парк за поворотом.

И мы отправились дальше, обсуждая преимущества жизни за городом. Макс в беседе участия не принимал, на вопросы реагировал вяло и всем видом демонстрировал вселенскую усталость и желание оказаться где-нибудь в другом месте. Меня его желания волновали мало и прогулка приносила громадное удовольствие.

Внезапно, рука Макса, сжимавшая мою ладонь, напряглась и оборотень остановился. Я перевела взгляд с очередного цветущего куста на него и тут уже пришел мой черед напрячься от колючего и жесткого выражения его лица. Волны недовольства предназначались мужчине, стоящему у нас на пути в нарочито-расслабленной позе. Мужчина был высок и хорош собой. Подтянутая фигура с четко очерченными мышцами позволяла заподозрить в нем оборотня. Они все спортивные и поджарые, как и мой Ромочка. Ой!

Опасливо покосилась на Макса, надеясь, что он не догадывается, какие мысли бродят у меня в голове при взгляде на новенького оборотня. Но ему было не до моих мечтаний о Лисовце. Затейник вовсю играл в злые гляделки с незнакомцем, не забывая при этом притягивать меня к своему боку.

— Кхм-кхм… - кашлянул Виктор Эдуардович.

— Доброе утро, альфа. — перевел на него взгляд незнакомец.

— Здравствуй, Егор.

Егор кивнул Виктору и слегка приподнял один уголок рта, что должно было обозначить улыбку в знак приветствия. Затем вновь вернулся к изучению нашего с Максом тандема. Его взгляд неторопливо прошелся по мне сверху вниз и обратно, задержался на руке Макса, лежащей на талии и, наконец, вперился моему спутнику в лицо.

— Поверить не могу, что ты снова здесь. — насмешливо произнес Егор. — Какими судьбами?

— Не твое дело.

Егор усмехнулся и посмотрел на меня цепким изучающим взглядом.

— Какая красавица… — его голос звучал медленно и тягуче.

И, вроде, комплимент сделал, но чувствовался в нем подвох. Что-то нехорошее происходило между этими двумя, и я не хотела принимать участие в их игре. Непроизвольно сама прильнула к Максу и прикоснулась ладонью к его каменному, подрагивающему от напряжения прессу.

Егор провел рукой по темным волосам, взъерошивая их, задумчиво посмотрел на мою ладонь, прижатую к животу Макса и, вдруг, сделал широкий шаг в моем направлении, протягивая руку.

— Нас не представили, я Егор.

Макс зарычал и резко задвинул меня за спину, одновременно с силой отталкивая Егора в сторону.

— Макс, Егор, прекращайте, — прикрикнул Виктор Эдуардович. — Женя, идем. А то мы до парка так не доберемся.

Я осторожно обошла Макса и направилась к Игнатову-старшему, чувствуя затылком и спиной острый прожигающий взгляд Егора.