Глава 14

Князь Разумовский шагал в нашу сторону в сопровождении целой свиты. По левую руку с неизменной ухмылкой двигался Демьян. Он ещё издалека высмотрел меня и теперь не сводил хищного взгляда.

По правую же руку от князя был молодой человек, по виду лет двадцать с чем-то. Русоволосый, с точёными чертами лица, которые намекали на родственные связи с князем. Наверное, это…

— Тот самый хер из клуба! — воскликнул Данила рядом со мной. — Которому мы накостыляли!

Он уже спустился с крыши и с довольным видом ждал, пока закончат остальные. Даже появление «того самого хера» не смогло испортить его настроения.

— Из клуба? — удивился Палыч, который тоже вылез из фургона следом за Леной. — Накостыляли⁈

— Да там всё по делу, Василий Павлович, — успокоил я. — Не волнуйтесь, я уже в курсе.

— В смысле — по делу⁈ Кхм, — мигом поправился он и нацепил улыбку в сторону подошедшей делегации. — Владимир Мстиславович! Добро пожаловать! А мы вас ждали.

— Почему соревнование началось до прибытия ревизора? — в довольно грубой форме кинул Разумовский в ответ. — Немедленно прекратить!

Палыч напрягся. Нахмурился, поджал губы и уже хотел было что-то ответить, как вдруг позади раздался радостный возглас:

— Ур-р-ра-а-а! Выкусите, ха!! — это Саня добрался до крыши и стал вторым, кто прошёл испытание.

— Савельев⁈ — удивился Аркадий. — Н-но как… Как ты так быстро разгадал мою головоломку⁈

Саня на воздушной подушке спустился на землю, успев потрепать за ушком Теодрира, который уже снова дежурил наверху.

— Да мы на заклинаниях кучу подобных штук решаем, Аркадий Самуилыч, — заявил он. — Л — логика! — и постучал указательным пальцем по виску. — Я в этом мастак! — тут он перевёл взгляд в сторону делегации, слегка прищурился, а затем резко округлил глаза и указал пальцем на княжича: — О! Так это ж тот хер из клуба!

Наступила тишина.

Казалось, даже ветер остановился, чтобы получше расслышать, что будет дальше.

А дальше раздался скрип зубов — так сильно злился княжич, вперив свой взгляд в Саню.

Даня пихнул Саню локтем и что-то шепнул ему на ухо.

— А-а-а! — протянул тот с понимающим видом. — Ну, раз нельзя говорить «хер», так бы и сказали, чё! Я ж ничё. Голова не болит, кстати? Как тебя там… Мы ж в прошлый раз не познакомились толком.

Кажется, Палыч побледнел так сильно, что вот-вот сейчас потеряет сознание.

— Сергей Викторович, — с поистине выдающейся выдержкой произнёс Разумовский, — угомоните своих учеников и соберите всех участников соревнования.

— Нет, — отрезал я.

У Палыча слегка закатились глаза, но он сумел удержаться на ногах. Не без помощи Лены, которая придержала директора за спину.

— То есть — нет? — сверкнул яростью во взгляде Разумовский. — Это приказ. Он не обсуждается.

— Мы не в армии, — пожал я плечами. — И вы не можете приказывать, я знаю ваши полномочия, господин Разумовский. Если у вас есть какие-то претензии, прошу обождать до конца испытания. Как закончу с ребятами, так и поговорим… Грацкий! — повернулся я к зданию.

«Да, Сергей Викторович!»

— Твой следующий вопрос…

Я продолжил грузить ребят вопросами в самый (уж по их мнению точно) неподходящий момент решения сложной головоломки у самого финиша испытания.

А, ну да. Ещё с помощью Ока подглядывал за реакцией людей за спиной.

Палыч, кажется, на пару секунд натурально потерял сознание. Лена держалась хорошо, даже бровью не повела — моя девочка.

Аркадий сыпал вопросами пуще меня и очень волновался за свои головоломки, ведь слова Сани его заметно задели.

Демьян хищно скалился мне в затылок; он, кажется, вообще ни на что больше внимания не обращал. Княжич весь кипел от ярости и едва не пускал пар из ушей.

А Разумовский… Хех, это самое замечательное. Князь Владимир Мстиславович внешне не подавал виду. Только его ледяной взгляд выдавал холодный расчётливый гнев, который бурлил в глубине его же Источника.

А значит, всё идёт по плану.

━─━────༺༻────━─━

Первая дюжина претендентов закончила испытание. В шестёрке лидеров оказались Даня, Саня, Артём, Анжела, Владислав и Денис.

Последний успел чуть ли не в последний момент, и его спасением стала головоломка Аркадия. Марк, который прибыл на последний этап заметно раньше, почти обогнал его, но решил головоломку позже всего на пару секунд и выбил с дистанции. Умники не хуже заклинателей решали логические задачки, так что Островский получил отличную фору.

Пара ребят отлетели из-за вопросов, остальные просто не успели добраться до крыши вовремя.

Аркадий находился в смешанных чувствах. С одной стороны, только Артём из троицы «А»-шек добрался до финиша, а с другой стороны, головоломка стала отличным отсеивателем.

Не всегда нужно принимать решения быстро и верно, реагировать и полагаться на реакцию. Иногда, наоборот, дело не требует спешки — только сосредоточения и концентрации. Анжела это хорошо показала, когда отвечала на все вопросы быстро, чётко и несколько отрешённо, потому что основное её внимание было обращено на головоломку.

Аркадий оказался виртуозом по этой части, должен признать. Он решил подкинуть ребятам задачу «о землемере и трёх домах».

Нужно расположить на плоскости три дома и три колодца. И соединить дорожками каждый дом с каждым колодцем так, чтобы эти дорожки не пересекались.

Поначалу звучит не так уж сложно, да? Но только поначалу. Когда начинаешь это делать на практике, всё становится куда веселее. А самое весёлое в том, что эта задача не имеет решения, хех. Нельзя соединить эти грёбаные дорожки!

А я ведь пробовал… Кхм, у Аркадия, надо сказать, довольно специфическое чувство юмора, короче говоря.

В общем, загадка с подвохом. На плоскости её просто невозможно решить, поэтому нужно перевести её в трёхмерное пространство. Венедикт разработал небольшое приложение для этой задачки, и её решение работало как электронный замок к выходу.

В общем, мне понравилось. И головой подумать, и смекалку применить. Нигде ж не сказано, что там вообще можно перевести в трёхмерное, хех. То есть ученики должны допетрить, что решения при текущих условиях нет, найти функцию редактирования осей координат и пройти испытание.

Хм, кстати. А ведь если бы Даня не прошёл испытание другим путём через окно, гравитацию и шоколадный батончик, он наверняка застрял бы надолго. Не, он не глупый — просто с технологиями не очень дружит.

Так, о чём это я? Ах да, испытание закончилось, но следующей дюжине пришлось ждать своей очереди, пока мы с Палычем и Леной разберёмся с делегацией ревизора в учительской. Хоть администрация и стала полигоном для испытаний, ловушки в любой момент можно было отключить.

Правда, на третьем этаже стало немного ветрено, благодаря Даниле, хех.

— Это грубое нарушение протокола, — с лёгким раздражением произнёс Разумовский.

— Согласен, — кивнул я. — Очень грубое.

— То есть вы согласны? — удивился Разумовский.

— Конечно, согласен, — кивнул я. — Вы крайне грубо нарушили протокол, Владимир Мстиславович. И продолжаете его нарушать.

Хм, забавно. Разумовский-старший ничем не выдал удивление или гнев, которыми вспыхнул его Источник. А вот его сынишка Разумовский-младший выдал всё подчистую. Аж подскочил с места, сверкнул яростью в глазах и едва не раскрыл рот, но быстро уловил жест от отца и осёкся.

— Вы смеете обвинять меня, граф Ставров? — почти прорычал Разумовский. — Вы хоть понимаете, в каком положении находитесь?

— Ага, — кивнул я и нарочито глянул на наручные часы. — Хреновое положение. Очень. Походу, придётся пропустить обед, чтобы сегодня закончить первый этап соревнований.

Тут наконец-то очнулся Палыч. Он хоть и чертовски хитрый манипулятор, который обычно лишь притворяется наивным человеком, но сейчас явно не играл, а действительно до чёртиков волновался. С ним я своим планом не делился.

Эх, Палыч, прости! Но так было нужно.

— Владимир Мстиславович, — с широкой подобострастной улыбкой обратился он. — Давайте не будем слишком категоричны. Прошу нас понять, мы не могли просто так взять и прервать этап соревнований. Мы в первую очередь думаем о своих учениках, вы это должны учесть, я уверен!

Разумовский перевёл свой взгляд на директора. Его сын, будто зеркало отцовской души, сделал то же самое, но с торжествующей ухмылкой.

— Василий Павлович, — процедил князь. — Вы приступили к началу соревнований, не дождавшись моего появления. Более того, о том, что испытание уже началось, я узнал совершенно случайно. Думать о своих учениках нужно заранее, чтобы не оправдывать свою некомпетентность заботой о них.

— Объяснитесь, как вы смеете обвинять нас в нарушении протокола! — решил вдруг подать голос княжич.

За это он был одарен стальным взглядом своего отца, но пути назад уже не было, и парень держал надменную мину, хотя уже понимал, что ему прилетит от собственного батеньки, если не сдюжит этот разговор.

Звиняй, парняга, помогать я тебе не собираюсь.

— А вы, простите, кто? — приподнял я бровь. — Кажется, мои ученики вас знают, молодой человек. Но не я.

Парень поперхнулся, чем вызвал недовольный всплеск Источника у князя внутри. И мигом потерял надменную мину.

Эх, Володя, зря ты притащил сюда своего пиз… кхм, отпрыска.

— Это мой сын и наследник рода Разумовских, княжич Владимирович, — уже со слегка заметной примесью раздражения вклинился его батяня. — И он задал правильный вопрос. Вы обвинили меня в нарушении протокола, и я требую объяснений, Сергей Викторович.

Я улыбнулся.

Обожаю наблюдать, как от моей улыбки… Нет, не становится сразу всем теплей (хотя это отчасти тоже правда). Она раздражает недругов, и очень сильно. Особенно в такие моменты, когда улыбка становится вишенкой на торте из наглости и дерзости в сторону тех, кто привык к стелющимся подхалимам.

— Видите ли, Владимир Мстиславович, — ответил я. — Мы уведомили вас о дате и времени начала соревнований должным образом.

— Я ничего не получал, — парировал князь.

— Но это не значит, что мы не отправляли, — заявила Лена.

Палыч с удивлением повернулся в её сторону.

— В приказе от министерства по какой-то причине не было никаких контактов, — с улыбкой продолжила Лена. — Поэтому мы направили в канцелярию министерства официальное уведомление о дате и времени начала соревнований с приглашением, Владимир Мстиславович.

— Это всего лишь слова, — прищурился князь. — Не знаю, что за проблемы у вас возникли, но это не освобождает вас от…

— А вот тут вы не правы, — я потянулся за телефоном. — Мы даже знаем входящий номер обращения… Сейчас, пару секунд.

Я открыл академический чат с Ястребом, где единственным сообщением был длинный номер, который канцелярия министерства образования зарегистрировала на наше письмо. Но почему-то никто не прислал этот номер нам в ответ на кучу запросов. И, как потом оказалось, даже не занёс в базу канцелярии наше письмо.

— Входящий номер «ИКМО/1243/МА», — улыбнулся я.

Всё это мы узнали, когда Ястреб разозлился и применил свои навыки, чтобы найти одно грёбаное письмо.

Это было для него чуть ли не оскорблением. Он отыскивал тайные документы, коды секретности, расположение ключевых фигур целых стран и разработки, полную информацию о которых не знал ни один человек во всём мире. А теперь ему пришлось рыскать в поисках какого-то письма, которое решили придержать, чтобы подложить нам очередную свинью.

Да, эти засранцы, Астахов с Разумовским, решили задавить нас бюрократией!

Наивные…

У вас есть целая канцелярия, секретари, базы и армия чиновников? ХА!

У нас есть Лена!

Она подняла тревогу, как только прочитала приказ от министерства. В тот же день отправила запрос и чуть ли не каждый час отслеживала судьбу письма. А когда поняла, что её специально игнорируют, подключила Ястреба.

Короче, попытка князя засчитана, но ход слабоватый.

— А сейчас, Владимир Мстиславович, — продолжил я, — вы остановили соревнование прямо в процессе. При этом опоздали и начали качать права. А теперь, — он попытался открыть рот, но я не позволил вставить ни слова, — давайте иметь уважение к тем людям, ради которых вообще построены эти стены и ради которых мы все с вами занимаемся своим делом. К ученикам, которые уже должны быть как минимум на этаже сверху и раздавать трындюлей фантомам Дикобразных Бобров.

И хотя последнее моё утверждение было спорно, ведь Дикобразные Бобры даже в ослабленной версии представляют собой настоящую угрозу для учеников второго курса (и не только для них), на этой пафосной ноте я поднялся из-за стола и пошагал на выход.

— Куда вы, Сергей Викторович⁈ — удивился директор.

— Это наглость! — взвизгнул княжич, кажется, он снова поверил в себя.

А вот Владимир Мстиславович…

— Господа… — поднялся он.

Все замолчали. Я остановился на полпути к выходу, княжич медленно сел, нервно сглотнув. Директор навострил уши, а Лена, которая уже хотела последовать за мной, напряглась. И не зря.

Князь меня удивил.

— Как выяснилось, мы оказались жертвами бюрократической ошибки, — произнёс он строгим голосом, но без тени угрозы или упрёка. — Вы приложили все усилия, чтобы соблюсти правила, и потому не должны нести ответственность. Я приношу извинения за столь резкое обращение и предлагаю последовать предложению господина Ставрова и вернуться к ученикам.

— Да, — кивнул я. — Это отличное решение.

Мы с Леной переглянулись. И хотя на лице Василия Палыча промелькнуло облегчение, мы с ней поняли, что наша задача провалилась.

Князь Разумовский, по информации Ястреба, весьма сдержанный, умный и расчётливый персонаж. Я надеялся дерзкими и наглыми нападками вывести его из себя и заставить совершить ошибку. Не хотелось ждать его следующего хода слишком долго.

А вот пожалуйста, хех. Индейская национальная изба, как говорится…

Но ничего. Так даже интереснее!

Мы всем составом отправились обратно, на улицу. Шагали по коридору в полном молчании и каждый наверняка думал о своём.

Палыч, например, судя по его выражению лица, благодарил богов, что первый удар пришёлся по касательной, и уже сочинял молитву, чтобы так оно и продолжалось дальше.

Лена хмурилась, строго цокала каблуками и наверняка уже просчитывала в голове варианты, как именно Разумовский может нам навредить в последующем.

Сам Разумовский, видимо, как раз продумывал следующий ход. Ну, или если быть точнее, перебирал заготовленные варианты в поисках самого подходящего. Его Источник сейчас дико крутился вихрями энергии, хотя при этом не выпускал ни единого лишнего пучка вовне. Считай, буквальное воплощение холодной ярости, когда гнев используется в качестве топлива, но не затмевает разум.

А вот Демьян хоть и казался внешне спокойным, однако он ни на мгновение не уводил с меня хищного взгляда. Этот придурок чуть не облизывался на меня, как собака на свежую косточку, вся его магическая система была взбудоражена от жажды получить знатных пизд… кхм, то есть сразиться с сильным противником. То есть со мной.

Ну да ладно, хотеть не вредно. А о чём же думал княжич и наследник рода Разумовских Владимир Владимирович?

Этот парень, казалось, не моргал. Его взгляд был устремлён в никуда перед собой, а магическая система находилась в полнейшем беспорядке. И тут вдруг…

ТРАСТРАСТРАСТРАСТРАС!!!

Гремучая Сороконожка появилась прямо перед ним. Взглянула в стеклянные глаза княжича своими чёрными холодными глазищами и распахнула жвальчатую пасть, откуда сверкнули два изогнутых острых зуба.

— Владимир!!! — воскликнул Разумовский, резко обернувшись.

Наконец-то его лицо выражало настоящие эмоции — страх и ужас за собственного сына. Лишь одно мгновение, и я нашёл, вероятно, его единственную слабость.

А в следующее мгновение столп пламени развеял фантома, оставив на полу и потолке коридора два круглых тёмных следа.

— Всего лишь жалкая подделка, — презрительно фыркнул Демьян, который и спалил Сороконожку.

— Извините, видимо, ложное срабатывание, — без зазрения совести соврал я.

— Ничего страшного, — тут же вернул хладнокровие Разумовский и с прищуром окинул сына суровым взглядом, отчего тот заметно ужался. — Полагаю, настоящей опасности эта подделка не представляла.

— Естественно! — выступил директор. — Это совершенно безопасные тренажёры, которые господа Ставров и Стадников используют для первого этапа соревнований.

— Стадников? — переспросил князь.

Мы уже двинулись дальше, и пока они разговаривали, я размышлял над кое-чем.

— Аркадий Самуилович, — пояснил директор. — Второй организатор соревнований, классный руководитель второго «А». Он сейчас с учениками.

— Теперь понятно, — кивнул Разумовский.

— Быть может, княжичу тоже стоит опробовать свои силы? — с ехидной улыбкой предложила Лена. — В качестве приглашённого гостя.

— Я не какой-то сопливый второкурсник! — тут же возмутился княжич.

— А может, стоит попробовать? — хмыкнул Демьян, за что получил резкий взгляд от своего господина и тут же притих.

Вот оно!

О Хаос, вот это хорошо. Использовать парня, каким бы он ни был засранцем, против его же отца мне бы совесть не позволила.

Но тут явно какой-то конфликт между княжичем и Демьяном. А с этим уже можно работать, хе-хе!