Глава 25

Через несколько дней произошло поистине невероятное событие. Как если бы в разгар лета выпал снег. Гоша пригласил гостей. Впервые я видела кого-то из его окружения. А то у меня уже начинала закрадываться мысль, что он меня ото всех прячет и не желает афишировать наши отношения. Это были круглый, как шар, очень весёлый мужчина, и девушка-брюнетка на полголовы выше него. Весьма колоритная и очень шумная пара.

– Ну привет, кум, – она звонко расцеловала Сарояна в щёки.

А с её спутником Гоша обнялся и тот похлопал его по спине. После чего все взгляды обратились ко мне.

– Знакомьтесь. Александра. А это мои друзья Саша и Влада, – представил он гостей.

– О, это и есть твоя девочка? – мужчина широко улыбнулся.

Я догадалась, что передо мной тот друг, которому Сароян писал о нас в феврале. И жутко смутилась. А Гоша ответил с нескрываемой гордостью:

– Да, Саша – моя девочка. Гляди, какого она мне пацана родила! – он указал подбородком на сына у меня на руках.

– Ну, привет, тёзка! – он вдруг приобнял меня по-свойски и слегка потряс.

– Саня, Лада, проходите. Марси, нельзя! Свои. Не толкай гостей, – скомандовал Сароян, и собака мигом послушалась.

– Крутая! – заметил Александр. – Меха от неё, наверное, много. Можно пояс сделать, носки связать…

Он беспрестанно болтал, шутил, и сам же над этими своими шутками смеялся.

Гости прошли на кухню. Благо, она у меня была достаточно просторной.

– Как доехали? – спросил Гоша.

– Да Владка, как всегда, гонки устроила, – ответил Саша. – Видишь, у меня пара новых седых волос появилась? Это за сегодня. И так после каждой поездки с ней. Скоро стану блондином. Или полысею вообще.

– Не сочиняй! Я аккуратно ехала, – отозвалась Влада, гладившая в этот момент Марси. – Нет, ну вы представляете? Метров за двадцать до светофора он всегда кричит: «Притормаживай! Притормаживай! ТОРМОЗИИИИ!!!» Нормальный человек? У меня сердце к педалям убегает. Потом злюсь и ору на него. Конечно, водить хорошо, по его мнению, только мужчины умеют. Или при повороте заявляет: «Ты налево не посмотрела! Ага! Я видел, видел!» И ехидно так лыбится. А мне смешно. Смотрела я и налево, и направо. Я ещё жить хочу.

– Надо и Саше моей на права учиться, – неожиданно сказал Сароян, когда они устроились на диване.

Я впервые о таком слышала, поэтому поглядела на него удивлённо.

Никогда не думала о том, чтобы освоить вождение. После трагедии, случившейся с родителями, вообще побаивалась ездить в автомобиле. А уж чтобы управлять им – эта перспектива вводила меня в ступор.

– Давид ещё маленький, – заметила я, стараясь не показать своего расстройства тем, что его идея мне не по душе.

– Через годик он подрастёт и можно будет пойти в автошколу, – повёл плечами Гоша, давая понять, что не видит в этом никакой проблемы.

Я с облегчением вздохнула. За год он ещё, может быть, передумает или вообще забудет об этом.

– Ой, а я обожаю ездить! – воскликнула Влада. – Это такой кураж! Особенно когда мужики замечают, что за рулём женщина. И начинаются попытки обогнать, подрезать. То с одной стороны сунется, то с другой, а я не пропускаю. Ох, как его, бедолагу, корёжит! Саш, ты не бойся, это не трудно! Когда попробуешь, поймёшь, что водить круто. Потом Гора тебя не оттащит от машины. Главное, про всякие там ДТП не читай, не накручивай себя, и всё будет супер!

Я хоть и занималась всю жизнь танцами, но порой ловила себя на том, что совершенно неуклюжа в быту. Могу случайно удариться, что-то уронить. Пока Гоша и наши гости оживлённо обсуждали перспективу моей учёбы в автошколе, я уронила чашку и та разлетелась на кучу осколков. А потом ударилась о шкафчик с такой силой, что зазвенели оба – и моя голова, и шкафчик.

– Ну что ж ты так себя не бережёшь, – Гоша поднялся, закрыл дверцу над моей головой и чмокнул меня в пострадавший лоб.

– Так у всех, – пожал плечами Александр. – У женщин плохая ориентация в пространстве. Эта зона мозга работает гораздо хуже, чем у мужчин. Поэтому они постоянно врезаются, что-то роняют, мельтешат, падают.

– Что за намёки? – вспыхнула Влада. – Прекращай уже травлю свою. Мы давно поняли, что ты считаешь женщин плохими водителями. Только мой тебе совет – лучше о нас гадости не надо говорить. Мы – создания злопамятные и мстительные. Да и мужиков во многом превосходим, как ни крути. Просто признай это и смирись.

Все засмеялись, и никто не обиделся, поскольку прозвучало это очень добродушно.

Влада всё пыталась подманить Марси, чтобы погладить. А та упорно не подходила и лежала у ног Гоши.

– Бесполезно, – констатировал Саша. – Она тебя боится.

– Почему это? – изящные брови Влады взмыли вверх.

– Потому что ты страшненькая.

– Ой, на себя посмотри. Сидит небритый, нос поцарапанный.

– Это я прыщик разодрал просто, – сконфуженно пояснил Гошин друг.

Они пили кофе и то и дело подкалывали друг друга. Я покатывалась со смеху от каждой их фразы.

– Так, собака, иди сюда. Ты что, не уважаешь мою женщину? – серьёзно спросил Саша, наклонившись к Марси.

А та даже ухом не повела.

– Мы же все с юности знакомы, – пояснила мне Влада. – Мой Сашка с Сарояном вместе на тхэквондо ходил.

– Да? Я не знала, что Гоша занимался тхэквондо.

– Ага, было дело. Мы с Сашей встречаться начали в мои шестнадцать лет. Он на четыре года старше. Уже десять лет вместе. Он меня с Горой и познакомил. Мне тогда Сароян таким придурком казался! Ну, правда! Всё, что в нём было хорошего – это ресницы. Шикарные, длинные. Вот зачем они мужикам? У моего брата такие же. Я в детстве его постоянно била за это.

– Ресницы сразу росли у тебя? – уточнил Саша.

Влада засмеялась.

– А вообще это эволюционный момент, – заметил тот. – Мужчины – охотники. Им в суровых условиях нужна была дополнительная защита для глаз. Ведь изначально ресницы нужны для защиты, а не для красоты.

– Пф, охотники… За кем? За бабами? – Влада фыркнула.

– Да пусть и за ними. В природе же самцы красивее и ярче, чем самки. Это люди всё перекрутили, – поучительно произнёс Александр.

– А чем же тебе Гоша не угодил? – спросила я у Влады.

– Он постоянно дрался! Ни одна тусовка не обходилась без разборок. Не успеешь оглянуться – Сароян уже с кем-нибудь за углом выясняет отношения. И гляди-ка, каким солидным дядей стал. В нормального человека превратился. Прям неожиданно.

Мне Влада понравилась своей непосредственностью. Она рассказывала все это так забавно и с юмором, что получалось совсем не обидно. Как же по-разному мы с ней смотрели на Гошу! Мне в юности он, наоборот, казался образцом мужественности и почти идеалом, несмотря, на всю ту смесь из неприязни и безответной девчачьей любви, которую я испытывала.

Когда Гоше позвонили, и он вышел, чтобы поговорить, гости переключили своё внимание на меня.

– Я за вас рад, – объявил Саша. – Ты хорошая девушка, Гора нормальный мужик. Владку не слушай. Гора даже в юности уже как-то по-взрослому себя вёл, по-мужски. Такой был… душа компании. Везде, где появлялся, люди замирали и смотрели только на него. Девки говорят, магнетизм в нём какой-то есть, что не устоять.

Я потупилась. Эти слова меня почему-то задели. Складывалось впечатление, что «девок» у него было много, несмотря на наличие жены…

– Ой, я что-то не то сказал, – озадаченно заметил Александр. – Ты не думай, он не из тех, кто за каждой юбкой волочится. Скорее наоборот.

У меня мелькнула мысль, что раз они так давно дружат с Гошей, то наверняка хорошо знакомы и с Любой. Вероятно, с ней они тоже сидели вместе на кухне и болтали, вместе отмечали праздники, и вообще у них много общих воспоминаний. Я не чувствовала себя чужой, но было немного дискомфортно, когда представляла, что они вот так же шутят и улыбаются ей…

Надо отдать им должное, о Любе никто ни словом не обмолвился. Лишь когда Гоша с другом выходили на балкон, я случайно услышала, как Саша спросил что-то про «нарколыгу, устроившего поджог». Потом дверь за ними закрылась, и дальше говорили уже наедине.

Посидела я с ними не долго. Вскоре ушла под благовидным предлогом – сын требовал внимания. Влада заходила ко мне, поболтала с Аней. Та показала ей свои рисунки и девушка их похвалила. На малыша гостья особого внимания не обращала и вообще детская тема ей, кажется, была совершенно не интересна. Или даже неприятна. Как я поняла, хоть с Сашей они вместе уже лет десять, но детей у них нет. Может быть, они – чайлдфри, или не получается завести малыша. Спрашивать об этом не тактично, поэтому мне оставалось только гадать.

Они провели на кухне несколько часов, обсуждая покупку дома. Кажется, этот Саша – специалист по ремонту или его деятельность как-то связана с недвижимостью, поэтому Сароян с ним советовался.

Мы ещё раньше остановили свой выбор на двух домах, один из которых находился в посёлке, где я прожила эти полгода. Мне очень хотелось, чтобы Гоша купил именно его. Тем более что рядом трасса, школа и детский сад. Но я понимала, что окончательное слово за Сарояном. Второй вариант тоже выглядел достойно – двухэтажное строение с просторным двором. Но посёлок в плане расположения гораздо дальше от города и сам дом находится на берегу реки. Место, судя по фото, очень живописное. Александр сказал, что дома на берегу реки попадаются редко, а тем более в хорошем состоянии. Мол, дом у озера или реки – мечта многих. Но меня немного пугало непривычное безлюдье. Конечно, в оба места нам нужно съездить и все посмотреть лично. Только после этого уже можно будет сделать выбор. Как посоветовал Саша, надо ориентироваться на свои ощущения. Если внутри что-то тревожит, есть сомнения и боязнь пожалеть – то покупать точно не стоит. Даже при условии, что дом идеальный. Самое главное, чтобы было уютно, легко дышалось и вот это ощущение, что «твоё». Хотя мне кажется, рядом с Гошей мне в любом доме будет хорошо. Я полностью полагалась на его выбор.

Переехать Гоша хотел как можно скорее, успеть до нового года. Поэтому, скорее всего, он отдаст предпочтение дому, с покупкой которого будет меньше мороки.

Брошенная вскользь фраза Александра о многочисленных Гошиных поклонницах не шла у меня из головы. Я подумала, как всё могло бы сложиться, не соверши Люба этот отчаянный поступок, чуть не погубивший меня, и не будь Давида. Был бы Сароян сейчас со мной? Чем я лучше всех этих его девушек? В очередной раз мысленно отметив, как несуразно выглядят вместе наши гости – высокая худая брюнетка и коренастый толстячок, – я впервые задумалась в подобном ключе о нас самих.

– Мы с тобой, наверное, смотримся странно, – заметила задумчиво. – Ты метр девяносто, а я метр…

– С кепкой, – перебил меня Гоша.

– Нет, метр шестьдесят пять.

– Хорошо мы смотримся, не выдумывай. И вообще кому какое дело? Главное чтоб нас всё устраивало. Ты лучше скажи, что с тобой делается?

– В смысле? – я напряглась.

Он склонил голову чуть на бок, поглядел с прищуром, будто не верил, что я не понимаю.

– Вот эти все кофты до шеи, пижама, похожая на скафандр… Что происходит? Всё из-за этого?

Гоша дотронулся до горловины моей водолазки, почти успел схватить пальцами ткань, чтобы потянуть её вниз, но я резко дёрнулась, отпрянув.

Сароян убрал руку, и стал глядеть выжидающе. А я только прятала глаза.

Не выдержав тяжести затянувшегося молчания, Сароян повторил:

– Так что?

Обсуждать с ним моё душевное состояние мне было откровенно сложно. Я не знала, как избежать темы, которая заставляет меня теряться. И поэтому заговорила о том, что первое пришло на ум.

– Саша сказал, что ты всегда имел большой успех у женщин. Ты раньше изменял жене?

Гоша нахмурился, очевидно, совсем не ожидая подобного вопроса. Но всё же ответил.

– Я впервые в жизни решился на измену. Даже не на измену… Я решил уйти от неё к тебе, потому что полюбил. Она это поняла и стала бороться за семью своими методами. Сначала думала, что тебя отпугнёт её рассказ о том, какой я бессовестный бабник и изменщик. Но это не подействовало, вот она и пошла на крайние меры. Чем значительно ускорила наш с ней окончательный разрыв.

Потому что полюбил… От этой фразы у меня ёкнуло сердце. Он ещё ни разу прямо не говорил мне ничего подобного. Да и сейчас сказал как-то между прочим, будто это само собой разумеющийся факт.

А Гоша продолжал:

– Я, конечно, сомневался. Не понимал, правильно ли поступаю. Я бросил жену, а ты бросила меня.

– Но я тебя не бросала…

Он поднял брови в неприкрытом удивлении.

– Разве? А как ещё это можно назвать? Что я должен был думать? Ты не подпускала меня к себе, не давала поговорить с тобой, сама варилась в котле своих переживаний, а мне оставалось только гадать, что происходит в твоей голове. Я был уверен, что ты решила со мной навсегда порвать из-за поступка Любы. И что ты винишь во всём меня. Я думал, ты меня вообще ненавидишь! Все мои попытки поговорить ты игнорировала. Ты отстранилась от меня, скрыла свою беременность. Что бы ты там обо мне не думала, я не мог приехать за тобой, потому что у меня в жизни просто жесть какая-то началась. И на работе, и в семье. Если честно, я даже думал, что они решатся Аньку похитить. Везде её сопровождал, как цербер какой-то. Глаз не спускал. Бизнес потерял, но потерять ребёнка я точно не готов. Прости, оправдываюсь как дурак.

– Не говори так! Я тебя понимаю. Это всё ужасно. Я эгоистка. Мне нужно было как-то тебе помочь.

– Как? Что бы ты сделала, если даже я мало что мог?

– Не знаю. Я о тебе всё время думала и очень переживала. Из-за этого и родила раньше срока, в больнице пролежали месяц.

– Я этого не знал…

Так я ему всё и рассказала. И как объятая ужасом ехала в роддом, и про операцию, и как потом целый месяц наш ребёнок провёл в кувезе под аппаратами. Даже лёжа в постели мы продолжали говорить и проговорили полночи.

Но я не сказала Гоше, как благодарна ему за появление в моей жизни и за Давида. Потому что постеснялась. На самом деле он меня буквально спас от депрессии. Я отдала танцам всё детство и юность. Но каких-то реально высоких результатов не достигла. Мой максимум – тренерская работа. Там, откуда уходит энергия, образуется пустота, которую заполняет либо досада, либо другое занятие. К счастью, мою пустоту заполнило глубокое и искреннее чувство к Гоше, а потом рождение нашего сыночка.

Когда Давид в очередной раз захныкал, Гора опередил меня, и встал к нему первый. Покачал, и тот быстро затих. Любимый положил сына снова в кроватку и, думая, что я сплю, тихонько лёг на свою часть постели. Я же прижалась к нему, ткнулась лицом в грудь и прошептала, чувствуя, как вокруг меня смыкаются его объятия:

– Мне очень хорошо с тобой. Спасибо, что ты рядом.

И почувствовала, как он нежно коснулся губами моего виска. Мы ещё не догадывались, что впереди ждёт очередное испытание.