Глава 5 · «ПО ДОЛИНАМ И ПО ВЗГОРЬЯМ…»

Первый день прошел спокойно, если не считать постоянных козлиных психических атак. К вечеру я уже готова была сама придушить склочную скотину. О Кане было нечего и говорить. Думаю, после этого путешествия он вообще возненавидит весь мелкий рогатый скот. Обязанности разделили честно. Кан ухаживал за нашими транспортными средствами, я готовила ужин, Тёрн обустраивал место для ночлега. Им стала небольшая сухая пещера неподалеку от дороги.

— Придется обойтись одним ложем на троих, — наконец решил он. — Я могу устроить три кровати, но они будут очень тонкими, а на камнях лучше не спать.

Я равнодушно кивнула.

— Хорошо, что вы не храпите.

— А я не согласен! — взбеленился Кан. Похоже, козел его все-таки боднул. — Я вовсе не собираюсь спать в обнимку с этим элваром!

— А со мной? — уточнила я. — Если вы так не любите, друг друга, я лягу в середине. Мне вовсе не улыбается подцепить воспаление легких из-за вашей глупости.

Мое предложение не понравилось Кану еще больше.

— Еще тебе не хватало обниматься с этим нелюдем!

— А что такого?

— Что такого?! Что такого?!

— Каждый думает в меру своей испорченности, — процедила я. Интересно, о чем думал Кан? Тёрн поймал мой взгляд и подмигнул мне.

— Ты считаешь, что я такой испорченный?!

— Кан, прекрати! Если ты в плохом настроении, пойди, проветрись, а не срывай его на своих друзьях! — Я повысила голос, и Кан вылетел из пещеры. Он отлично знал, что я не предупреждаю, а сразу привожу в действие какое-нибудь заклинание. Например, могу запечатать рот или погрузить в сон. Если я повысила голос, это значит, что я нервничаю. А Кану со мной не справиться. Он тоже довольно сильный маг, но я не только сильна, но и очень талантлива.

— И скромна, — поддержал мои мысли Тёрн.

— Если бы я говорила это вслух, я была бы нескромной, а я — так, — махнула я рукой. — А о чем думал Кан? Ты читал его мысли? Расскажи, умоляю!

— Он ревновал, — подмигнул мне элвар. — Он не слишком любит не-людей, а мысль о том, что я вообще могу прикоснуться к тебе, даже к твоей руке, приводит его в бешенство. Учти, если выйдешь за него замуж, тебе придется носить очень плотную вуаль. И не смотреть по сторонам. Иначе…

— Если человеку охота нервничать из-за глупостей, это его проблемы. Лично я никогда не понимала, почему нужно кого-то ревновать.

— Да, Кану не повезло.

— Каша готова.

Тёрн протянул свою миску.

Каша действительно удалась на славу. Я не люблю готовить, но студенческая жизнь в общаге приучит еще и не к тому. Даже Кан соизволил проглотить пару ложек. Я не обратила внимания. Если ему хочется изображать лорда в изгнании, пусть изображает. Каждый сходит с ума по-своему. Я вымыла котелок и демонстративно улеглась в центре походной постели. Тёрн расположился слева, Кан — справа. И тут же обнял меня за талию. Я не стала сопротивляться. И вскоре уснула.

* * *

Утро встретило меня холодом. Я открыла глаза. Я лежала лицом к Тёрну, мои руки обнимали элвара за шею, он одной рукой прижимал к себе мою голову, а Кан обхватил меня за талию. Сюжет для журнала «Плейбой». Надо вставать. Если Кан увидит меня в обнимку с элваром, он опять весь день будет дуться. Конечно, на него мне наплевать с пляжной вышки, но у нас еще впереди дело. И нельзя провалить его из-за всяких глупостей вроде ревности и непонимания. Мы — одна команда. И я в этой команде стану цементом. Чего бы мне это ни стоило.

Я вылезла из-под одеяла и начала одеваться. Брюки, куртка, сапоги, плащ. Потом развела костер и поставила греться воду. Сварила друидский кадри — незаменимая вещь холодным утром. У меня, к сожалению, не самый лучший сорт, но довольно приличный.

Кадри сварился быстро, и в пещере запахло хвоей и яблоками. Нет, оценить всю прелесть вкуса и запаха я не могу, я все-таки человек, а обоняние людей не слишком острое, но даже на мой неразвитый вкус кадри пах восхитительно. Проснулись и парни. Завтракали мы бутербродами. И отправились в путь. Сегодня к вечеру мы доберемся до драконьего замка. Я очень на это надеялась, забыв старую истину: план писали на бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить. Мы пешком не шли, но оврагов нам избежать не удалось.

Мы ехали уже несколько часов. Внезапно Тёрн вздрогнул и начал оглядываться по сторонам.

— Что случилось? — спросила я.

— Не знаю, — признался Тёрн.

И меня настигла его мысль:

— Здесь кто-то есть. Я чувствую чужое присутствие. Но мыслей не улавливаю. Странно. И пахнет странно.

Я принюхалась. Пахло чем-то смутно знакомым, но чем? Черт его разберет!

— Я знаю этот запах, — прищурилась я. — Так воняло… где же, Тьма его забери, так пахло?! В моем мире? Нет. В вашем? В Универе? Да, но где?

— В лаборатории, — помог Кан. — Так воняло в лаборатории, когда мы подсунули алхимику в склянку с эликсиром Риагга…

— Драконью чешую! Но откуда здесь драконья чешуя?!

— А я, по-вашему, кто? — раздался откуда-то голос.

Я посмотрела на Кана. Потом — на элвара. Они молчали.

— Кто это? — поинтересовалась я у неба над головой.

— Я.

Голос звучал откуда-то слева. Я перевела туда глаза и вздрогнула. Из-за скалы показалась верхняя часть белоснежного дракона.

Козлы и ослы отреагировали как последние… козлы! Взвились на дыбы, не хуже эльфийских скакунов — и ломанулись прочь с такой скоростью, что даже Тёрн ничего не успел сделать. Мы остались сидеть на земле, очумело мотая головами.

Ни денег, ни вещей, животных ловить придется… эвхаар!

— А что вы тут делаете? — поинтересовалась драконья голова.

Я захлопала глазами.

— Ты умеешь разговаривать?! — спросила я, не придумав ничего лучше.

— Но и ты умеешь разговаривать, — парировал дракон. — И никого это не удивляет!

— Согласен, — кивнул Тёрн. И добавил уже мысленно: «Ёлка, лучше сотвори какое-нибудь мощное противодраконье заклинание, пока ему не надоело беседовать».

Я посмотрела на него злыми глазами. Я ни одного не знаю. Я же только учусь! А это проходят через шесть лет.

— Тогда остается только одно. — Тёрн положил руку на эфес меча.

Слух и зрение у доисторической рептилии оказались великолепными.

— Так вы меня убить хотите?! Я вас сейчас сама съем!

— О, так вы драконица?! — обрадовалась я, пока та не начинала осуществлять свое намерение.

— Да, — удивилась рептилия. — А вам не все равно, кто вас съест?

— А вам было бы все равно?

— А я бы вообще не хотела, чтобы меня ели, — вдруг улыбнулась та.

— И я тоже. Договоримся?

«Ёлка, ты с ума сошла?»

«А ты можешь предложить что-то получше?»

«Я не могу считать его мысли!»

«А я вообще их не читаю. Но выжила же как-то?»

И я опять переключилась на дракона.

— Меня зовут Ёлка. А тебя?

— А я Лилия.

— Лилия? Красиво…

— Мама сказала, что я такая же беленькая, — призналась дракошка, вылезая из-за скалы.

Вблизи она оказалась намного симпатичней. Крупная, да. Размером с микроавтобус, с чешуйчатой белой шкуркой и огромными голубыми глазами. В розовой пасти блестели клыки размером с локоть, при виде которых Кан чуть в обморок не хлопнулся. Уже и поулыбаться дракошке нельзя! Я вот сразу поняла, что Лилия нам зла не желает.

— А я раньше никогда людей не видела. Мама говорила, что вы опасные.

— А я никогда не видела драконов. И мне тоже говорили, что вы страшные, — призналась я.

Мальчики благоразумно молчали, оставив нам переговоры.

— Да разве я страшная?

— Нет. Ты очень симпатичная и грациозная. И шея у тебя шикарная.

— Ты тоже ничего. Но вы, люди, такие мелкие…

— А ты будешь еще крупнее?

— У меня папа был раза в четыре больше, — улыбнулась дракошка.

— Тогда ты тоже будешь, — решила я. — Погоди… был?

— Папу убил какой-то рыцарь.

— Козел, — высказалась я. — Рыцарь тот — козел.

— А мама плакала.

Я вздохнула.

— Так что не доверяй людям, малышка. Самые мелкие насекомые могут быть ядовитыми.

— И мама тоже…

Наш разговор прервало хлопанье крыльев и свист воздуха.

С небес медленно планировал громадный лиловый дракон. Я взвизгнула и спряталась за Тёрна. Кан шарахнулся куда-то к скале. А Лилия растопырила крылья.

— Мам, не трогай их! Они хорошие!

Мама?! МАМА!!!

Учитывая убитого рыцарем мужа, вряд ли драконица будет с нами любезна.

Туча пыли скрыла ее приземление. Мы расчихались, а когда протерли глаза — рядом с нами были уже два дракона. И лиловая громадина надвигалась на нас, а Лилия старалась не стронуться с места.

— Я тебе сколько раз говорила — удирать от опасности?!

— Они не опасные!

— Все люди сволочи! Они ВСЕ опасны! Без исключения!

— Неправда! Мы уже долго разговариваем — и мне никто не причинил вреда!

— Они просто знали, что я рядом. И все. Уйди с дороги!

— Не уйду!

М-да… долго дракошка не продержится. А ладно! Двум смертям не бывать, а одной не миновать!

Я прошептала коротенькое заклинание, усиливающее голос. Своего рода рупор. И вежливо прокашлялась:

— Кхе-кхе…

Получилось душевно. Тёрна чуть не контузило, а драконицы замолчали, как пришибленные. С соседней скалы сорвалось несколько камней.

— Простите, что вмешиваюсь, но мы здесь просто проходили.

— И куда же вы собрались? — переключила на меня внимание заботливая мамаша.

— Будете смеяться. В сторожевую башню.

— Долго же вы туда идти будете.

— А что делать?

— Не знаю, что вы хотите делать, но то, что все тропы завалены, а две оставшиеся перекрыты кордонами, — факт.

Я чертыхнулась. Вот уж что не учитывалось.

— И никак не пролезть?

— А зачем вам туда?

— А нам надо оттуда вытащить пару приятелей.

— Это не принца ли с принцессой?

Упс.

Я ощутила себя полной дурой.

— А вы откуда знаете?

— Один из кордонов как-то заглянул к нам в гости. Вкусные оказались.

Меня слегка замутило. Дракон-людоед. С другой стороны — и что дальше?! Если бы меня убить хотели, я бы тоже не церемонилась.

— А вам нравится есть людей?

— А у меня есть выбор?

— Конечно! Мы вот вам ничего не сделали. Просто мимо проходили…

— А вдруг вы просто не успели?

— Поклясться?

— Что мне твои клятвы, человечка?

— А если я силой поклянусь?

Я вытащила из-за шиворота пластинку с гербом Универа.

— Знаете, что это такое?

— Ведьма?

— Да. Если я на этом поклянусь своей силой — отступить уже не получится. Клятва фиксируется Универом. На веки вечные.

Драконица прищурилась.

— И при нарушении?

— Я перестану быть ведьмой.

— Клянись.

Я вздохнула. Сжала цепочку в кулаке и заговорила, взвешивая каждое слово:

— Я, ученица факультета боевой магии, носящая в этом мире прозвище Ель, клянусь своей силой, что направлялась в горы исключительно для того, чтобы спасти принца и принцессу из заточения. Я не собиралась причинять вред ни одному дракону в горах, пока дракон не попробует причинить вред мне. Клянусь!

Пластинка полыхнула так, что видно стало даже сквозь сжатые пальцы.

Драконица-мать прищурилась.

— Ладно. Верю. Но что же с вами делать?

— Пригласить в гости и поболтать, — предложила я. — Все равно у нас нет другого выхода.

Драконица так пасть и раскрыла.

— С какой это стати?

— А почему нет? Что-то мне подсказывает, что сотрудничество может быть выгодным для всех. Неужели у вас нет ни одной проблемы, которую может решить хороший маг? А у нас разбежались животные…

Драконица закатила глаза.

— Люди — удивительно наглые существа.

— Вы еще пожалейте, что сразу нас не сожрали.

«Ты что несешь?»

«Но нас пока и правда не сожрали, нет?»

«Я с тобой поседею раньше времени».

«Ты и без меня поседеешь».

«Ведьма».

«Элвар!»

— Может, и пожалею, — оборвала наш мысленный диалог драконица. — Ладно. Двигайтесь вон к той скале.

Я прикинула расстояние.

— Ждите к завтрашнему утру, не раньше.

— М-да…

Драконица оскалилась так, что Кан шарахнулся еще дальше, а у меня ноги похолодели.

— Донести вас, что ли? В когтях?

— А приземляться вы как будете?

Вопрос был актуальным. Размажет ведь. При приземлении.

Драконица смерила нас насмешливым взглядом.

— Уцелеете. Лилия возьмет тебя, а я парней. Рискнете?

Думала я две секунды. А потом:

«Если мы сейчас не поверим ей, она не поверит нам».

«Ты чувствуешь ее мысли?»

«Эмоции. Это типа проверки».

— Хорошо, — тут же отозвалась я. — Мы тебе доверяем. Лилия, ты мне штаны об скалы не порвешь? Тебе как удобнее меня нести?

Лиловая драконица оскалила зубы.

— Вот так.

И вдруг почти распласталась по земле.

— Парни, ко мне на шею. Ты, девушка, — к Лилии. И — полетели.

— А мы не упадем?

— А вы за гребень держитесь.

Выбора все равно не было.

* * *

— Лоррелайн ан-Астерра, к директору!!!

Лорри вздрогнула от рева. И помчалась что было сил. Неужели что-то с внучкой?

С Ёлочкой?!

Боги, помогите!!!

Только не это!

Но директор вроде бы был… ошарашен.

— Лорри, я знаю, ты тоже беспокоишься за эту балбеску.

— Да.

— Только что пришел сигнал от ее цепочки.

Лорри выдохнула.

— Хвала богам. Где она?!

— В драконьих горах.

— Где?!

— Я сам не рассчитывал, что она туда доберется. Но тем не менее… Она там. И она дала клятву своей силой на знаке Универа.

— Что еще за клятва?

— Послушай.

«Я, ученица факультета боевой магии, носящая в этом мире прозвище Ель, клянусь своей силой, что направлялась в горы исключительно для того, чтобы спасти принца и принцессу из заточения. Я не собиралась причинять вред ни одному дракону в горах, пока дракон не попробует причинить вред мне. Клянусь!»

Лорри захлопала глазами.

— Так можно со всеми клятвами?

— Только с теми, что остаются в наших архивах.

— То есть она в горах. А при чем тут драконы?

— Не знаю. Но они с Каном живы и более-менее здоровы. А драконы… драконов мне заранее жалко.

— А мне внучку жалко! Вы мне ее вернете?

— Сама вернется. А ты отсюда сейчас выйдешь в расстройстве. Усекла?

— Да. Шпион?

— Знаешь?

— Подслушала.

— А еще аристократка…

— А еще — бабушка. Ладно. Сыграю все что угодно. Лишь бы Ёлочка была цела и невредима.

— Тогда — плачь и рыдай. Ясно?

Лорри было все ясно.

И из кабинета она вышла с таким убитым видом, что никто не усомнился: с Ёлкой — беда.

Ее попытались расспрашивать, но поди поймай привидение.

Так что Лорри удрала от любопытных и задумалась.

Где же носит ее внучку?

* * *

Как это — летать на драконе?

Грустно. Не был бы у меня крепкий вестибулярный аппарат — сдохла бы. Два раза. Первый — от страха, второй — от холода. Ветер на высоте пронизывающий. Так что в гребень я вцепилась только что не зубами, обхватила шею дракошки всем, чем смогла, впиявилась — и зажмурила глаза. Так было спокойнее.

Земля парила глубоко подо мной. И горы казались неоправданно острыми. Упадешь — и проткнут насквозь.

Страшно…

Что ощущали парни — даже представлять не хотелось. Только уши горели. Точно — матерят меня во все легкие.

Хорошо хоть полет продолжался недолго. Меня лихо тряхнуло при приземлении, я сползла набок и приземлилась на попу.

— Фу-у-у-у… страшно!

Лиловая драконица наблюдала за мной с насмешкой.

— Это вам не на драконят охотиться!

— Да я вообще ни на кого и никогда не охотилась! Кроме нечисти! — возмутилась я. — Силой поклясться?

— Не надо.

— Вот и отлично.

Тёрн подхватил меня под мышки, помогая подняться.

— Держишься?

Пока еще плохо.

— Опирайся на меня. Вот так… Кан, шевелись там…

Приятель проворчал что-то про жертв генетического аборта и криворуких вивисекторов, но кое-как встал.

— Проходите в пещеру, — пригласила нас драконица.

Пещера оказалась просто огромной. В ней могли спокойно поместиться не только двое наших знакомых, но и еще пять драконов. Коридор, по которому можно было провести небольшой самолет, выходил в пещеру. Посреди пещеры находился бассейн с пронзительно-голубой водой. Она шипела и пенилась. От главной пещеры отходили еще три коридора. Мы расположились рядом с озером, прямо на камушках.

— Никому в кустики не требуется? Или в пещерку? — попыталась пошутить я. — В чем дело, Кан? Ты на меня так смотришь, словно у тебя нервы не в порядке. Дать тебе валерьянки?

Несколько секунд мне казалось, что приятеля хватит удар. Лицо его побагровело, он с трудом вдыхал и выдыхал воздух, потом наконец обрел дар речи и разразился нехорошими словами. Мы молча ждали конца истерики.

— Ну, Ёлка, ты и трепло! — наконец выговорил он. — Что ты наплела?! Как тебе это в голову вообще пришло?!

— Помолчи, болван! — осадил его элвар. — Ёлка нам жизнь спасла. Обоим. Ты что думаешь, драконы бы тобой не закусили? Побоялись бы Универа? Счаз-з-з. Размечтался! — И повернулся ко мне, оставив Кана хватать ртом воздух. — Ёлка, прими мое восхищение. Я всегда был о людях невысокого мнения, да и сейчас его не поменял, но ты — это что-то с чем-то. Ехать в драконьи горы, не зная ни одного нужного заклинания, с собственным нахальством и длинным языком вместо оружия и стратегическим запасом в виде пары козлов — это стоит уважения. Ты уверена, что у тебя в роду не было ни одного элвара?

— Шовинист, — припечатала я.

— Попрошу без оскорблений, — тут же парировал элвар.

— Дуракам — счастье! — проворчал немного успокоившийся Кан.

— Это точно, — не спустила я. — Наверное, потому мне и повезло, что ты был со мной.

— Вот выберемся отсюда — и я надеру тебе уши, — мечтательно сказал приятель.

— Рискни здоровьем, — ухмыльнулась я.

— Оно того стоит. Нет, ну на что это похоже?!

— Кан, ты ведь поляк?

— Ну да.

— А у нас в России есть такое непереводимое ни на один язык слово. Авось. Согласно ему я всегда и поступаю. Вопросы, возражения, возмущение будут?

— Тьфу!

Беседу прервала вошедшая в пещеру Лилия:

— Мама сейчас придет. Не хотите пока умыться?

Еще как хотели. И напиться, и умыться. Кстати, вода была — чистый нарзан.

Драконы терпеливо ждали, пока мы напьемся и умоемся. Но наконец все уселись, и лиловая драконица нарочито спокойным тоном поинтересовалась:

— Итак, чем я могу вам помочь?

Я тряхнула головой.

— Простите, а как вас все-таки зовут?

— Лаванда.

— Красиво. И по цвету похоже.

— Да. Итак, что я могу сделать для вас, а что вы можете сделать для меня?

— Вы можете… — я подумала пару минут. А что? Наглеть — так по полной программе! — А можете вы нам помочь освободить ребят из башни?

— Нет. Там есть баллисты и катапульты. И потом — что я за это получу?

— А что вы хотите?

— Спокойно жить в горах.

— Этого вы в любом случае лишитесь.

— Почему? — раздался удивленный голос. И в пещерку вполз еще один дракон. Угольно-черный.

— Мой сын. Тёмик, — представила его драконица.

Мы тоже представились по второму кругу, и слово взял Тёрн:

— Лаванда, Тёмик, Лилия. Скажите, вы часто бываете за пределами гор?

— Последний раз — пять лет назад, — пожала плечами драконица. — А что?

— Несколько дней назад король Кейротолла объявил войну всем не-людям. Войну до полного истребления. И начал истребление с элваров. Это необходимо прекратить. Но пока Деркаан на троне, сделать это невозможно. То есть нужно не просто убрать короля, но заменить его кем-то другим. Например, его сводным братом-оборотнем, который сейчас заключен в замке. А замок находится именно в ваших горах. Туда мы и направлялись.

— Простите, но вы — люди, а он, — Лаванда повела крылом на Тёрна, — элвар?

— Мы встретились в пути, — пояснила уже я. — И Тёрн поехал с нами. Я считаю, что могу ему доверять.

— Пусть так. Ёлочка, только не считайте, что я хочу вас обидеть, но кто послал сущих детей на такое ответственное дело?

— А мы сами сбежали, — честно призналась я.

— А ремнем вас драть не пробовали? — поинтересовалась драконица.

— Нет, — оскорбилась я. — А надо?

— Надо. И вашего директора тоже. Если у него ученики сбегают.

— Нас не удержишь и не догонишь, — пожала я плечами. — Мы умные и активные.

— А что ваш директор и без вас справится? Это вам в голову не пришло?

— Может, он кого и послал, — обиделась я. — Да только даже нас чуть по дороге два раза не угробили!

Лаванда задумчиво выслушала наш рассказ. И подвела итог:

— Драть вас надо. Но сбежали вы, наверное, не зря. Что же происходит в вашем Универе?

— Я отвечу, — негромко произнес Тёрн. — Мне кажется, все дело в предательстве. Кто-то в вашем Универе работает на Деркаана. Ваш директор отправил одновременно несколько групп. Но я сомневаюсь, что они доберутся до цели. Ты уж прости, Ёлка, но ты просто обезьяна с магическим амулетом на шее. Невозможно представить, что ты сделаешь в следующую минуту, — и только поэтому ты до сих пор жива. Или второй вариант. Вы — группа прикрытия. Ваш директор разрешил вам удрать как отвлекающему фактору, специально, чтобы на вас бросились охотиться. Какой вариант тебе больше нравится?

Никогда не думала, что в глазах может потемнеть от ярости. Ярость, обида за Антела Герлея, к которому я была искренне привязана, злость на элвара и напряжение последних дней — все слилось в одну темную пелену.

— Заткнись….! — прошипела я. — Ты ……, не смей марать своим языком наш Универ!!!

Тёрн опустил глаза. Наверное, понял, что слишком заигрался в детектива.

— Извини, Ёлка.

— Пошел ты рыгыз квехарарг! — я не собиралась прощать и мириться.

— Успокойся, — пригвоздила меня Лаванда. — Он прав. Я не знаю твоего директора и могу говорить спокойно. Обе эти версии равновероятны. Вторая даже больше.

— Это наше внутреннее дело.

— Может быть. Итак, вернемся к вопросу об оплате моей помощи. Что вы можете мне предложить?

Мы задумались. А правда — что?! Уж точно не золото с брюликами.

— Лаванда, а вы не хотите сменить место жительства? — внезапно спросил Тёрн. — В государстве элваров также есть горы. И к нам постоянно лезут из Азермона всякие мерзкие типы. Внаглую. Как раз через эти горы. Если же вы обоснуетесь там, сможете поступать с ними по своему усмотрению. Вам станет выплачиваться содержание из казны Элвариона и никто не посмеет охотиться на вас. К вам будет только одна просьба. Не трогать никого с охранной грамотой от элваров.

— Я должна подумать, — пробормотала драконица. Похоже, мозги у нас работали в одинаковом ритме. Через две минуты она открыла глаза и задала вопрос, который вертелся у меня на языке: — Кто вы такой, что можете обещать мне все это от имени Элвариона?

Тёрн поднялся с одеяла и изящно раскланялся во все стороны:

— Позвольте представиться, дамы и господа. Я — наследный принц Элвариона Эйверелл Эстреллан эн-те Арриерра. И мое слово в Элварионе ценится дороже жизни.

Третий раз за последние десять минут у меня отпала челюсть. Я неласково поглядела на элвара, жалея, что не могу дотянуться до его шеи. А то бы я отвесила ему хороший подзатыльник, не глядя на родословную. Но с телепатом этот номер не проходит. А жаль!

— Повтори, пожалуйста, — попросил Тёмик. — У тебя такое длинное имя. Зачем тебе столько букв?

— Для друзей я всего лишь элвар Тёрн. Эйверелл Эстреллан эн-те Арриерра — это мое официальное имя, полученное при рождении. Эйверелл — имя собственное, Эстреллан — имя моего первого предка, эн-те Арриерра — это от названия столицы. Например, Вермин Герейнский, Элаорн Друидский, Кантер Азермонский. Это то же самое.

— А почему именно Тёрн?

— Из-за мерзкого характера, госпожа. — Тёрн поклонился драконице. И внезапно покраснел. — И еще меня мама так прозвала из-за цвета глаз.

Глаза у него действительно были темно-фиолетовые, почти черные. Совсем как ягоды терновника.

Лаванда кивнула, принимая объяснение.

— Я согласна. После войны мы перевезем свое имущество в горы Элвариона. Надеюсь, у вас там рыцарей не водится?

Вопрос был явно задан с шутливым подтекстом. И я решила тоже пошутить.

— Ох уж мне эти рыцари, — посочувствовала я Лаванде. — Никакого от них покоя. Шатаются по всем континентам в своем дурацком ржавом металлоломе, дают заведомо невыполнимые и никому не нужные обеты, например не бриться, не мыться, не менять нижнего белья… Ими не только дракон отравится, рядом с такими героями и воздух-то ядовитый!

— Но без рыцарства не было бы романтики! — некстати влез Кан. Я сверкнула на него глазами. Вот ведь придурок!

— Да о какой романтике может идти речь?! На каждом турнире у них новая дама сердца, в каждой придорожной таверне пьянка с мордобоем, а ты сиди у окна дура дурой и жди, пока он нагуляется и вернется к тебе вместе с трофеями в виде радикулита, остеохондроза, гастрита, вшей, алкоголизма и мерзкого характера! Часто еще и без каких-нибудь нужных конечностей! Про деньги я уж и не говорю. Зачем им деньги, им славу подавай! А все эти бродячие певцы и рады расписывать их подвиги! Небось за одним столом пили!

— Это точно. Свою славу дураков и драчунов они и получили.

— И заслуженно. — Я уже врала напропалую. Ну да ладно, кроме Тёрна меня так и так никто не рассекретит. А он промолчит, никуда не денется. — Представляете, одну мою подругу, она маг-временщик, едва не просватали за такого идиота. Но ей очень повезло. Этот железноголовый пообещал подарить ей на свадьбу голову дракона!

— Какая гадость! — возмутилась Лаванда.

— Вот и я о том же, — поддержала я. — Он бы ей в подарок еще пару трупов с поля боя приволок! Ума-то нету! К счастью, он наткнулся на менее воспитанного дракона и был съеден. Подруга благодарила все Высшие Силы и щедро пожертвовала на храмы. И я могу ее понять!

— Еще бы. Эти рыцари и ходят в кастрюлях, и ума у них, как у супа, — улыбнулся Тёмик. — Никогда не думал, что с людьми так интересно разговаривать. А мы ведь могли бы съесть вас.

— Это было бы очень печально… для нас, — фыркнула я. — Хотя нами вы вряд ли бы отравились. Лично я каждый день моюсь.

Называйте это как хотите, женской истерикой, глупостью, но я чувствовала, что мы можем подружиться с драконами. Да, многие посчитали бы меня сумасшедшей за эту мысль, но мы говорим на одном языке, мы одинаково думаем. Все остальное не так существенно. Два существа, которые понимают друг друга и не хотят войны, всегда смогут договориться.

— Так что мы решаем? — влезла Лилия.

Лаванда пристально посмотрела на нас троих.

— А что тут решишь? Мы сейчас летим с вами. Доставим вас к замку и поможем вернуться.

— Вернуться?

— В Магический Универ. Вы же туда хотите?

— Да. А вам это будет не слишком сложно?

— Мне? Я смогу нести двоих мужчин, Тёмик — двоих женщин, еще один несчастный полетит на Лилии.

— А почему несчастный?

— Летать я умею, — потупилась драконочка, — а вот садиться пока еще плохо получается. Мама говорит, что это от недостатка практики.

— Бывает, — кивнула я. — Кан, я тебе заранее сочувствую.

— А почему я?!

— По чистой математике. Считай сам. Двое женщин полетят на Тёмике. А королем и принцем мы рисковать никак не можем.

Кан закатил глаза и сдался без боя.

— У вас есть что-нибудь, что вы хотите взять с собой? — спросила Лаванда.

— Нет, — покачала я головой. — Животные же убежали.

— Я попросила Тёмика. Кое-кого он нашел. Ваши сумки сложены у входа.

— Шикарно! Благодарю!!!

Драконица улыбнулась.

И я даже не шарахнулась от оскала. Привыкать надо. Пусть они и драконы! Не важно!

Был бы человек хороший, а дракон он, элвар, вампир или эльф — не важно!

* * *

Мы привязали сумки за спину, потом приладили к Лаванде два седла от осликов, к Тёмику одно и уселись. Мы с Тёрном — вместе, Кан — на другом драконе. Сперва мой приятель спорил, но потом я напомнила, что у меня веса немного поменьше, чем у него (килограммов на тридцать, если быть точной), и вообще, зачем утомлять драконов раньше времени. Кан не нашел что мне возразить и только кидал укоризненные взгляды. Наверное, надеялся, что у меня совесть проснется. Наивный чукотский юноша! Простите — польский!

Потерпев неудачу со мной, Кан попытался прицепиться к Тёрну, но я опять шикнула на приятеля. Нам еще только дипломатических проблем не хватало. Нет, рехнусь я с этими мучениками истории. Элвар вообще полностью ушел в себя, так что седла прилаживали мы с Каном. Потом привязались веревками на всякий случай и — в путь. Я крепко держала сумку. Потерять свой подарок я просто не могла. Я бы лучше руку или ногу потеряла.

Лаванда разбежалась и рухнула с утеса прямо в пропасть. Я зажмурилась, желудок подкатил к горлу. Но через несколько секунд драконица расправила крылья. Меня сильно тряхнуло, но полет выровнялся. Теперь Лаванда взмахивала крыльями уверенно и мощно. Немного трясло и подбрасывало, но это мелочи. Ездила же я в родном российском автобусе до деревни Гадюкино по дорогам, которые не ремонтировались, наверное, со времен Суворова. После такой поездочки все остальное уже несущественно. Чего стоят только одни запахи в автобусе. Форточек-то в нем нету! Причудливы пути конструкторского разума. К концу поездки по сельским дорогам я начинала себя чувствовать коктейлем из пота и мочи. А здесь, по крайней мере, ничем не воняет. Хотя лицам со слабым желудком и боязнью высоты ездить на драконах все же не рекомендуется. Тёрн, судорожно вцепившийся в веревку, окликнул меня минут через десять полета. То есть не окликнул, а позвал мысленно.

— Ёлка!

— Да?

— Спасибо!

— За что? — я искренне не понимала, за что меня благодарить. Ничего такого я не сделала, разве что едва нас всех не угробила. Но с этим Тёрн и сам бы справился. Так за что спасибо?

— За все. За то, что ты есть, за то, что спасла меня, за то, что подружилась с драконами. Ты и не представляешь, как много ты для меня сделала!

— Не говори ерунды.

— Для меня это очень важно.

Я откровенно не поняла, что элвар имел в виду, но и расспрашивать не стала. Захочет — расскажет. Не захочет — не надо. Моя дружба заключается в ненавязчивости и готовности прийти на помощь по первому зову. А лезть кому-то в душу с сапогами — это не наш метод!

— Тогда лучше не благодари. Кто знает, куда нас еще занесет, с моей-то любовью к неприятностям…

— Хоть во Тьму.

— Ловлю на слове.

— Лови.

Мысль оборвалась. Лаванда совершила пару кругов и стала снижаться.

— Мы что, уже долетели? — не поняла я. Замка вообще-то не было, я видела только маленький домик.

Нас сильно встряхнуло, когда драконьи лапы коснулись земли, потом еще раза два подбросило, и мы утвердились на земле.

— Что произошло? — поинтересовалась я. — Где мы?

— Драконы не любят летать над магическим провалом, — объяснила Лаванда.

— Магическим провалом? — не понял Тёрн.

— Антимагическая точка.

— Именно. Отсюда всего три часа пути до замка. А в этом домике постоянно живут несколько человек.

— Надо поздороваться, — решил Кан.

— Согласен.

Тёрн направился к домику, на ходу вытаскивая мечи из ножен. Я только покачала головой. Все-таки мои спутники жутко невоспитанные. И проблемы решают как-то нецивилизованно. Сразу идут на штурм. Нет, чтобы обсудить, продумать все варианты, разработать на каждый из них подробный план, еще раз все обдумать, потом проголосовать, оспорить и снова проголосовать. И дня через три — за дело. Так проблемы решаются в нормальных странах. А тут! Ну никакой демократии!

— Постойте! Давайте оставим кого-нибудь в живых, чтобы допросить можно было!

И я помчалась вслед за ними. Им, видите ли, хочется снять стресс мордобоем! А я что — самая лысая?!

В домик вламывались стратегически. Тёрн треснул ногой по двери. Та, не выдержав общения с элварами, рухнула вместе с косяком. И Кан влетел в пролом, размахивая перед собой мечом. Кстати, зря. В домике сидел всего один стражник и мирно пил чай с вареньем из блюдца. Увидев нас, он подскочил на два метра, выронил блюдце с кипятком себе на штаны и заорал что-то о наших предках. Кан лениво приставил меч к его глотке, дожидаясь окончания потока ценной информации.

— Вам чего надо? — наконец спросил ошпаренный.

— Скажите, милейший, вы знаете, что такое экспроприация? — спросила я.

— Че-го?!

— А ваши товарищи? Может, они знают?

— Какие товарищи? Я здесь один.

— Не врет, — согласился Тёрн. — А зачем ты здесь?

— Не ваше дело! Вот хоть убейте — ничего не скажу!

— Еще чего, — покривилась я. — У-би-вать? Фи, как неэстетично!

— Зато дешево, надежно и практично, — вставил Кан.

— Практично будет скормить его драконам! В нем же не меньше восьмидесяти килограммов мяса!

— Ты права. Так что, сразу тебя им скормим или сперва поговорим?

— Поговорим, — признал стражник правоту элвара. Самое обидное было, что Тёрн уже наверняка вскрыл его мозг и прочел там все, что нужно. Но Кан-то не знал об этой его способности! Так что пришлось вести допрос по всем правилам. Или вопреки ним…

— Чем ты здесь занимаешься? — спросила я.

— Сторожу установку. Как какое сообщение от короля придет, так я его принимаю и в замок доставляю.

— Неужели? Для принятия сообщения нужен телепат, а ты кто?

— Кто нужен? — не понял стражник.

Я подошла к странному сооружению в углу, накрытому белой тканью.

— Это она и есть?

— Да.

Я стащила ткань. Да нет, вроде установка как установка. Для приема и отправки телепатических сообщений, такими все пользуются. С ней даже телепат первого уровня справится. Но у стражника нет никаких магических способностей. Их я проглядеть не могу при всем желании! А установка… Ну не разбираюсь я пока во всей этой технике. Нам ее устройство начнут только на седьмом курсе читать. А до тех пор для меня что установка, что половина установки — все непонятно.

— Тёрн, он не врет?

— Нет.

— Хорошо. Давно было последнее сообщение?

— Нет. Совсем недавно. Его величество обещал прислать еще пятьдесят солдат в дополнение к уже имеющимся. Приказал строже охранять пленников. Чтобы ни одна мошка не проскользнула.

— Недавно — это сколько?

— Дней пять-семь назад.

— Примерно перед началом войны. Ясно. А подкрепление уже прибыло?

— Прибыло, — зловредно оскалился охранник. — Из вас там начинку для блинчиков сделают! С томатным соусом!

— О кулинарии мы потом поговорим, — отмахнулась я. — Как приходят предписания? В смысле, как ты их доставляешь?

— Иду и говорю. А как еще?

— М-да, документ телепатически не перешлешь. Маги в охране есть?

— Нет.

— Сколько там всего человек?

— Не меньше семидесяти! Вы уже трупы!

— Врет. Тридцать человек.

Я даже не фыркнула. Куда там! Мне как-то раз предсказывали мою безвременную кончину — еще пять лет назад! И что? Живу!

— У меня другие планы. Ребята, давайте свяжем его, заткнем рот, и пусть полежит до нашего возвращения.

Так мы и поступили. Вопрос был в другом. Что делать дальше? Трое против тридцати — это боевик для Шварценеггера или Ван Дамма, каждый из которых по сорок злодеев одной левой пяткой перед завтраком вместо зарядки. А для нас троих — это просто версия коллективного самоубийства. Жить еще хотелось. С другой стороны…

— Кан, Тёрн, если я отвлеку солдат, вы сможете пробраться в замок и выкрасть пленных? Кан, ты говорил, что увлекался альпинизмом? Заберешься по стене ночью?

— Ну, если со снаряжением…

— С руками и ногами! Где я тебе тут альпинистское снаряжение возьму?! Рожу?!

— А сотворить не можешь?

— Ты думай, о чем говоришь! Я могу сотворить иллюзию, а если творить что-то реальное, то мне еще неделю потом отлеживаться! Не говоря уже о том, что я просто не знаю, как все это выглядит и что именно надо творить!

Тёрн улыбнулся.

— Ёлка, этот спор никому не нужен! Ты забыла, что я элвар? Я могу перекинуться в летучую мышь и взлететь вместе с Каном.

— Это антимагическая точка, — резанула я по крыльям надежды. — Даже если ты просто перекинешься, то окажешься обычной летучей мышью. А лететь просто так ты вряд ли сможешь.

— Ты права. Только не с твоим приятелем. Он для меня тяжеловат. А если мне придется еще и оборотней на себе спускать…

— Блин, куда ни кинь, всюду клин. — Я всерьез задумалась, что же нам делать. Может, Тёрну взлететь и передать оборотням напильник или что еще понадобится. Но ведь и напильника нет! Ничего нет!

— Да, совсем про это забыл, — задумчиво протянул Тёрн. — Хотя…

Из пальцев элвара выскочили устрашающие синевато-стальные когти.

— Когти друидов, — опознала я.

— Неудачное название. Они есть и у нас, и у вампиров, и у оборотней, но до сих пор называются когтями друидов. Но сил на них тратится…

— А в антимагической точке?

— Если я буду постоянно ходить с ними — это минут на двадцать.

— Эвхаар…

— Ёлка! Девушки так не выражаются.

— Моим воспитанием потом займемся. Сейчас о деле. Ты сможешь забраться на стену с их помощью?

Тёрн улыбнулся. И легонько так провел по деревянной стене домика. На землю посыпалась стружка.

— Вопрос снимается как политически незрелый. А Кан?

— А что — Кан? Обвяжемся веревкой, в случае чего я его удержу.

— Так и поступим.

— А ты уверена, что сможешь всех отвлечь?

— Еще бы! Только сами не попадитесь. Да! И как вы дадите мне знать, что все закончено?

— Я подам знак. Ты поймешь, — подмигнул Тёрн.

Я кивнула. Значит, договорились. Стемнеет — и пойдем. Хотя нет. Лучше пойти засветло. А то мы себе ноги переломаем. Но выступать можно только часов через пять. Сейчас темнеет поздно, а моим диверсантам нужна полная темнота для осуществления страшных замыслов.

До темноты мы внаглую сожрали десятидневный запас продуктов, выбирая, что повкуснее, за час до заката попрощались с драконами, вооружились и отправились на ратный подвиг.

* * *

Его высочество Эйверелл Эстреллан эн-те Арриерра шагал по пересеченной местности — и сам себе удивлялся.

Вот кой эвхаар его занес в эти горы?

Рассказать дома — никто не поверит. А начиналось все вполне неплохо.

Он не лгал насчет своей юности. Быть телепатом тяжело. А быть телепатом в королевской семье — вдвойне тяжелее. Но по крайней мере его миновали толпы девиц, охотившихся на его старшего брата — Ронниэла. Да и семья у него была отличная. Отец сам обладал сходными способностями. И помог мальчику справиться с потоком чужих мыслей.

Мать любила сына, вне зависимости от его способностей. И отца. Так что дома Тёрн расслаблялся и отдыхал.

Однако стоило Тёрну подрасти — и отец поставил его работать инспектором. Элвар ездил по всей стране из конца в конец, беседовал с чиновниками, казначеями… иногда по результатам и голов кое-кто лишался. Но лучше использовать его способности было просто нельзя. Да и молодому человеку это нравилось. Постоянно в движении, новые элвары, новые места, новые впечатления…

Ронни отец гонял в хвост и в гриву, приучая к государственным делам. А Тёрн с удовольствием рос вторым наследником. И молился только о скорейшей женитьбе старшего брата. И паре-тройке посланных ему небом наследников. Уж очень парню не хотелось править.

А пару лет назад отец вызвал его в кабинет. Тёрн послушно явился на зов.

— Пап, я ни в чем не виноват, — сразу начал он с порога. — Они все врут.

— А я думаю, что нет, — ухмыльнулся отец. — А посему ты отправляешься с посольством в Кейротолл.

Тёрн только глазами хлопнул. Отец не уставал поражать его.

— Пап, зачем?

— А затем. Меня беспокоит обстановка в Кейротолле. Так что будешь наполовину послом, наполовину разведчиком.

— Разведчик из меня не очень…

— А ты просто ходи почаще на балы. Там все и узнаешь.

Тёрн пожал плечами.

— Хорошо. Я поеду, если ты так хочешь. Но мне было бы легче, если бы…

— Мне бы тоже. Но у меня пока ничего нет. Только свербеж в затылке, — признался отец.

Надо сказать, Кейротолл элвару понравился. Королевский двор — наоборот.

Но… эмоции к делу не пришьешь! Мало ли кому что не нравится! Элвары тоже не посланники Вечного Света.

Тёрн наблюдал, но доказать ничего не мог. Если кто-то и злоумышлял — он не показывался молодому элвару на глаза.

А три покушения… а что?

Нашли покушавшихся, казнили — и забыли. Все было замотивировано. Две группы отправил ревнивый муж. Одну — слишком умный отец. И Тёрн не мог не признать, что — да. Был грех. И не один. И могли покушаться.

В памяти разбойников были именно те люди. А уж что там, как там… можно влезть в разум другого человека, но нельзя вернуться в прошлое. За отдельными исключениями.

Война грянула, как снег на голову. Только что он танцевал на балу с симпатичной девушкой, а потом увидел приятеля. Не друга, нет, друзей у него не было. Приятеля.

И Райхо отчаянно строил гримасы из-за занавески.

Тёрн закончил танец, проводил даму к ее месту, вежливо раскланялся — и нырнул к Райхо.

— Что случилось?

— Надо бежать.

— Что?!

— Война! С Элварионом! Останемся — сдохнем!

— Бредишь?

— Основателями клянусь! Хотя… не за тобой ли?

Стражники в бальном зале были не слишком уместны.

Тёрн вслушался в их мысли — и понял: Райхо не лжет.

Именно за ним…

Но как он мог ничего не почуять?!

Как?!

Они сорвались в ночь в последнюю минуту. И были правы.

А дальше… погоня, скачка, погоня, трое элваров во главе с Райхо, оставшиеся, чтобы устроить засаду и задержать преследователей, — и тоска, накатившая спустя несколько часов.

Райхо больше не было. Тёрна тоже собирались убить. Он знал.

Но — на пути судьбы встали двое недоучек.

Смешная растрепанная ведьмочка и ее друг.

Тёрн прочитал всю их память еще в первый час. И твердо решил навязаться в попутчики. А там — как получится.

Одному ему до Элвариона не добраться. Маги могут быть полезны. Их можно использовать в своих целях. Ей-ей, он так и думал… первые пару дней — точно!

А потом… что же произошло потом?

Почему он доволен, что Ёлка и Кан — просто друзья?

Почему ему весело, когда веселится странная ведьмочка с ореховыми глазами?

Почему ему хочется поднять ее на руки и закружить — и чтобы она цеплялась за его шею и счастливо смеялась?

Что происходит?!

* * *

До замка мы добрались за три с половиной часа, осмотрев по дороге местность. Замок как замок, стены высокие, ворота железные, одно хорошо — сзади стена замка переходит в скалу. Иначе шиш бы у нас что получилось. Там мы договорились о месте встречи и разделились. Как я собралась отвлекать внимание охраны — это отдельная история.

Как уже говорилось, колдовать в антимагической точке нельзя. То есть можно. Но энергию ты будешь использовать только свою. Внутреннюю. И пополнить ее не сможешь. Неоткуда.

А как только она истощится — в ход пойдет энергия жизни. А потом — просто помрешь.

Равным образом в антимагической точке теряют силу все заклинания.

Ты не воспользуешься там амулетом или артефактом. Не поработаешь с накопителем — он просто разрядится. Не… не… не…

Единственное, на что я могу рассчитывать, — это на свой скромный запас сил.

Ну и на свою богатую фантазию.

Мне надо сделать так, чтобы в течение двух часов минимум никто не думал о пленниках. Но при этом нельзя разрушать замок, устроить что-то типа землетрясения… одним словом — задача сложная.

Но идей у меня хватало.

Я распотрошила запасы стражника — ну и свои скромные тоже. Ни одна ведьма не пренебрегает алхимией, если желает жить долго и счастливо.

Первым делом в ход пошли галлюциногены.

Вторым — газ с лирическим названием «засранец».

Третьим — «пелена тумана».

Ребятам я скормила все противоядия, которые только можно. И предупредила ни на что не реагировать. А сама пошла на дело.

Как выглядит сторожевая башня?

Это именно что башня. Ни подсобного хозяйства, ни множества строений рядом. Так, пара сарайчиков. Гарнизон живет в башне, туда же доставляют продукты. Сменяется стража раз в круг. И периодически патрулирует территорию. На башне установлены катапульты и баллиста. Пара самострелов. Так что налета драконов охранники не опасаются.

Ворота могут выдержать натиск боевых слонов — куда там одной ведьме.

Но в каждой башне есть бреши.

Например, уборная.

Септик сделан внутри, а вот вывод у него наружу. В колодец. И судя по запаху и виду — этот колодец уже месяц не чистили.

Отлично!

Никто не пробовал, простите, в соседский туалет типа сортир в деревне дрожжей подсыпать?

Я вот попробовала. Сосед, хоть и не доказал ничего, неделю потом на нас волком смотрел. А здесь…

Магических дрожжей у меня не было. Но парочка зелий отлично их заменила. А легкий ветерок, тянущий к замку, я могла наколдовать и здесь.

Да, тяжело. Да, плохо. Но я справлюсь.

* * *

— Цепляйся же, недоумок!

— Сам идиот!

— Шевели задом!

— Не наступай мне на голову!

— Все равно она у тебя только для декорации! Ты ею все равно не думаешь!

— На себя посмотри гибрид ушастый, ангидрид твою мать!

— И тебе того же! Да держись же ты!!!

Элвар и человек с трудом ползли по стене, шепотом внося изменения в родословную напарника. У Кана получалось лучше, за счет ругательного запаса аж двух миров, у Тёрна немного хуже, но не слишком. Тёрн прислушивался к мыслям людей в башне. И это его не особенно радовало. Наследники престола никак не попадались, зато людей становилось все меньше. Наверное, действовал Ёлкин план. Оставалось только лезть вверх и по пути извлекать из мыслей всех встречных, где находятся оборотни.

* * *

Зловоние от ямы пошло такое, что меня чуть саму не стошнило. Каково пришлось диверсантам — я даже не представляю. А вот в замке… в замке зашебуршились. И спустя минут двадцать выглянули наружу. В составе человек десяти.

Командовал ими мрачный тип в кольчуге. И судя по репликам — он был чем-то очень недоволен.

Недолго.

Я же говорила про галлюциногены?

Вот они и пошли в ход.

Спустя пятнадцать минут товарищи уже и думать забыли про запах. Мое зелье действовало не хуже ЛСД. Краткосрочные шикарные глюки были обеспечены.

А я тем временем накинула простенький отвод глаз. И под «пеленой тумана» проскользнула в ворота.

Эх, тяжело это здесь. Очень тяжело. Словно гири выжимаешь. И запас сил тает на глазах. Пользуешься тем, что внутри тебя — и только.

Но внутрь замка надо попасть.

Я же не знаю, какой приказ у гарнизона? А если принца с принцессой попросту прикончат при попытке к бегству? Или уже?

Ох, надеюсь, что мы не опоздали. И этот замок не превращен в ловушку для незадачливых освободителей.

* * *

Тёрн прислушивался к мыслям людей. Они были все одинаковы. О каком-то происшествии. Нет, ну какие паразиты! Нет бы о пленниках подумать! Минутку… есть! О нет! Только этого ему не хватало!

— Окно оборотней выходит на эту стену, но оно забрано решеткой. Ты счастлив? — спросил он у Кана.

Кан подробно описал, где он видел всех оборотней вместе с их счастьем. Тёрн молча согласился и продолжил свой подъем. Пусть окно с решеткой. Но у Кана есть меч, и у него два, не считая кинжалов. Что-нибудь они с этой решеткой точно сделают. Интересно, а окно достаточно широкое? А то вдруг оборотни в него не пролезут…

Диверсанты медленно поднимались. Настроение так же медленно падало.

* * *

Первое, что я сделала внутри замка, — расколотила флаконы с «засранцем». Такая милая смесь — один вдох — и опорожнение кишечника гарантировано. Чего только не умудряются получить студенты на уроках алхимии. Да ради «любимого» преподавателя.

Подумала — и добавила флакон с галлюциногеном.

Люди, сидевшие в трапезной — зря мы, что ли, подгадывали к ужину, — сразу стали немного оживленнее. К сожалению, я не знала, где находятся искомые оборотни. Наверху — или внизу?

Скорее в подземелье?

Спуститься, проверить?

* * *

Окон в стене было до фига, но с решеткой — одно единственное, не ошибиться. Небольшая комната с очень приличной дверью. А в комнате сидели двое. Мужчина и женщина в простой темной одежде. Оба — черноволосые, кареглазые, с резкими чертами лица, похожи друг на друга и на Деркаана. Гены пальцем не раздавишь.

И мысли у них текли соответствующие. Что-то о заточении, о смерти, которую они здесь встретят… Что ж, оборотни найдены. Это радовало. А вот все остальное заставляло грустить. Решетка была толстой и глубоко вбитой, даже вплавленной в камень. Выдрать не удастся. Раскрошить камень — это до утра работы. Только перепилить. На такую уйдет не меньше часа. Что ж, оставалось надеяться на Ёлку и пилить с четырех сторон. Тёрн подтянулся до окна, поудобнее устроился на выступе, подтащил Кана и окликнул узников:

— Привет, ребята!

Его голос произвел на оборотней такое впечатление, словно в комнате появилась сама Тьма Вековечная. Узники подскочили и бросились к окну.

— Кто вы?

— Что вы тут делаете?

— Вас спасаем, — кратко пояснил Тёрн. — Остальное потом. Нужно перепилить решетку. Вот возьмите.

Элвар пропихнул в комнату два кинжала. Оружие было изготовлено в королевских кузнях Элвариона, и кинжалы в умелой руке могли перерубить легкий меч. Но не решетку в детскую руку толщиной. Ее придется перепиливать. Мужчина и женщина жадно схватили оружие.

— К вам сегодня никто не придет?

— Нет. Мы уже ужинали.

— Тогда вы пилите, — распорядился Тёрн, — а ваша сестра пусть сделает веревки из простыней, одеял, да чего угодно, лишь бы держали. Кстати, как ваш титул? Полностью?

Он уже знал, что они нашли именно принца и принцессу, но хотел еще раз проверить.

— Принц Дейлион ан-Амирион. Моя сестра — принцесса Дейлианна ан-Амирион.

Тёрн кивнул. Они не лгали. Это действительно были те самые оборотни, необходимые Ёлке. И не только ей. Что ж, надо поторапливаться. Ёлка не сможет вечно отвлекать стражу. И элвар принялся за работу.

Первый прут они перепилили за двадцать минут. Дейлианна уже успела сделать канаты и теперь помогала с решеткой. Но дело двигалось слишком медленно. Надежда оставалась только на Ёлку. На то, что всем в замке будет не до них. В принципе подруга должна была справиться.

* * *

Подземелий в замке не оказалось. И я ощутила себя полной дурой.

Конечно же!

Кто их тут рыть будет?! В антимагической точке? В скальном грунте?

Технически — возможно. Практически же…

Дураков нет. А с гномами договариваться — они столько заломят, что башня золотой покажется.

И вообще…

Выяснить про пленников оказалось очень легко.

Стражники, не ожидая ничего особенного, спускались в столовую — и становились жертвами моих алхимических талантов. За них можно было не беспокоиться.

«Дурман» моего изготовления давал прочные и устойчивые глюки аккурат на сутки. Не вызывал привыкания. Не причинял вреда организму… в мире техники наркоши меня бы на руках носили. Люблю, люблю себя, любимую…

Дальше все было делом техники.

Молоденький стражник, надышавшийся «дурмана», вообще принял меня за свой личный глюк. И честно ответил, что, мол, да, пленники наверху. И в случае чего, ну ты ж понимаешь, их надо того… а теперь иди ко мне… Надеюсь, я не слишком сильно приложила его по башке поленом.

Ну да ладно!

А наверху меня ждали.

Наконец я добралась до башни. Перед дверью камеры оборотней стояли двое стражников. И разговаривали. Я провела пальцами по амулетам на шее. Коснулась пояса. Выбора не было. Если я не убью их, они расправятся со мной, а потом война между людьми и элварами разгорится, сжирая все новые и новые жизни. Этого допустить я не могла.

Дурман… но я оставила его внизу. Не так уж его и много было. «Засранец»? Тоже не поможет.

Есть другое. Небольшая склянка с «летучей смертью». Если я ее брошу — флакончик разобьется аккурат между стражниками. Один вдох — и все кончено.

Быстро, безболезненно, бесшумно, почти безопасно для меня — рассеивается секунд за десять.

Но я еще никогда не убивала человека вот так, из-за угла, по-подлому. Только в бою, а это совсем другое. Хотя здесь убийство — наш единственный шанс. Легко сделать выбор на словах, легко хвалиться перед друзьями, но легко ли ударить беззащитного спящего человека? Это подлое убийство. И за него я буду отвечать тоже. И отвечу.

Я получше прицелилась. Склянка должна удариться об стену и разбиться рядом с их головами. Чтобы сразу вдохнули. А то могут зашуметь, закричать…

Не успели. Скорчились, захрипели — и все закончилось. Я отсчитала для верности минуту и вышла из укрытия. Вот ты и стала убийцей, девочка Ёлка…

Еще минуту я стояла над трупами, привыкая к мысли о том, что убила людей. Расчетливо, хладнокровно, безжалостно. Но ничего не чувствовала. Ни тошноты, ни угрызений совести. Глубоко в душе образовалась какая-то пустота, но мне было не до души и не до самоанализа. Я хладнокровно усадила стражников в прежние позы и протянула руку к двери.

— Aasterreex vergertel!

Замок легко поддался. Дверь открылась, и на меня уставились четыре пары глаз. Две — карих, одни голубые и одни темно-фиолетовые, как ягоды терновника.

— Привет, — поздоровалась я. — Как проходит подготовка побега?

— Хреново, — честно признался Тёрн.

— Эту дрянь пилить — проще гороха наесться! — возмутился Кан. — Два прута за час! Надо еще два, чтобы хоть кто-то пролез!

Я захлопнула дверь и прошла внутрь.

— Кан, ты козел! Ты что, колдануть не мог?

— А потом как? Трупом?

Я разозлилась. Нет, ну жлоб!

— Отошли все от окна. Кто не отошел — вылетит вместе с прутьями. Dexlitt! Fassarvioksa!

Камень дрогнул и потек расплавленными струйками по стене. Тёрн и Кан шарахнулись прочь. Оборотни бросились к окну и вцепились в прутья. Рывок! Еще один! Еще! Три прута вылетели из гнезд. Теперь в окно могли пролезть сразу двое оборотней. Принцесса привязала к двум оставшимся прутьям веревку, но я покачала головой.

— Привяжи поперек кровати. Еще вылетят ненароком.

Чего мне хотелось — так это лечь и поспать. Сил не осталось. В антимагической точке расход сил намного больше. Меня тошнило, голова кружилась. В общем, все сорок три удовольствия. И в таком состоянии спускаться по стене? В таком состоянии я и по лестнице не спущусь. Интересно, что лучше — грохнуться в пропасть самой или дождаться, пока тебя туда выбросят солдаты? Все паршиво.

Похоже, оборотень понял мое состояние.

— Прости, — обратился он ко мне.

— Ёлка, — представилась я.

— Ёлка, ты явно измотана. Ты не можешь идти.

«А мне идти и не надо, — подумала я. — Мой номер здесь сорок десятый. Коронованные особи в форме. Как выведет, драконы помогут. А мне светят лавры капитана Сорви-головы, который остался прикрывать свои войска. Хотя он-то выжил. У меня такой надежды не будет. Да мне и жить в таком состоянии не хочется! Потрачу всю силу и грохну эту башню. И ура камикадзе!»

Но вслух я говорить этого не стала.

— Предлагаешь подождать до утра? И пусть меня выпроводят с почетным эскортом к вашему братцу?

— Предлагаю привязаться ко мне. На всякий случай.

— Нет, — тут же оборвал его Тёрн, почему-то сердито косящийся в мою сторону. — Вами мы рисковать не можем. Сейчас я отвяжу Кана. И будем спускаться. Сперва Кан, на случай опасности, потом вы, принц, потом ваша сестра, мы с Ёлкой пока останемся здесь. На всякий случай. Доберетесь до земли — подергаете за веревку, и мы спустимся. Но вы нас не ждите. Кан, сразу веди их к драконам. Вопросы есть?

— Есть, — огрызнулся принц.

— Тогда потом спросите. Когда спустимся.

Больше возражений не было. Кан исчез за окном, за ним принц и принцесса. Я смотрела на веревку как на врага народа. Тёрн с сочувствием посмотрел на меня.

— Ты как, очень плохо?

— Хорошо, спасибо, хреново, — ответила я.

Принц с принцессой спускались. Мы ждали. Наконец веревка задергалась. И трое людей-нелюдей бросились в темноту. Я вздохнула и попыталась подняться. У меня даже получилось сделать это самостоятельно. Только пол почему-то шатался. Вверх-вниз, вверх-вниз. Хорошо, что у меня нет морской болезни.

— Ну что, полезли?

В коридоре нарастал шум.

— Упс. Кажется, наш поезд ушел.

Тёрн выругался. Положение было хуже губернаторского. В замке тридцать человек. Нейтрализовала я десятка два. Еще десяток рассеян по замку. Что они устроят, когда обнаружат элвара и ведьму вместо оборотней, — догадаться несложно. Разберут на составляющие без наркоза. А потом бросятся ловить узников. А тем еще три часа до драконов бежать. И Тёрн. Он все-таки принц элваров. То есть его гибели я тоже допустить не могу. Остаюсь я. А что я? Ведьмой больше, ведьмой меньше… Возможно, я даже уцелею и смогу сбежать.

— Отдай мне меч и проваливай, — предложила я.

Элвар посмотрел на меня как на чокнутую.

— Ёлка, ты с ума сошла?

— Пока еще нет. Можешь предложить что-нибудь еще?

Кто-то затопал по коридору. Через несколько секунд все начнется. Элвар оглянулся вокруг, схватил кресло и подпер им дверь. И вовремя. Через минуту кто-то грохнулся об нее так, что стены задрожали.

— Откройте! — потребовал чей-то голос.

— Сам открой, — предложил Тёрн. Он отвязал веревку от кровати и выкинул в окно.

— С ума сошел? — спросила я.

— Ёлка, у меня вопрос. Ты сильно вымоталась?

Тон у него был такой, что шутить и ругаться мне расхотелось.

— Достаточно.

— Можешь мне еще немного помочь магией?

— Могу.

Вот чего мне это будет стоить — неясно. Но я справлюсь. Если надо — я все сделаю…

Жить хочется… и чтобы Тёрн жил…

— Немедленно откройте! — потребовали из-за двери. — А то мы вас сожжем на костре, если не откроете!

— А если откроем — вы нас пряниками угостите? — огрызнулся Тёрн.

Его плащ полетел на пол, а сам элвар расправил крылья и снова сложил их.

— Ёлка, сейчас я вылезаю в окно, ты за мной. Поможешь мне немного магией. И мы просто слетим вниз.

Я очень надеялась, что мы слетим не кирпичом, а хотя бы как лист с дерева.

— Договорились.

В дверь колотили чем-то тяжелым, но кресло пока держало. Тёрн подумал и придвинул к ней еще и кровать с обрывком веревки. И нырнул в окно. Я полезла за ним. Элвар уже расправил крылья и стоял, даже не держась за стену. Я встала на подоконник.

— Что дальше?

Элвар зловредно оскалился.

— Теперь обними меня покрепче за шею и цепляйся ногами за бедра.

— Извращенец!

— Сама такая. Лучше представь, как еще мне лететь? Не могу же я повесить тебя к себе на шею или прицепить к ногам? Крылья у меня на спине, так что туда я тебя тоже не посажу. Да и руки у меня должны быть свободны.

— Хорошо Кан этого не видит, — фыркнула я, выполняя его распоряжения. Тёрн улыбнулся, поправляя мои ноги, чтобы было удобнее лететь.

И в этот момент дверь не выдержала. Кровать отлетела в сторону вместе с креслом, и в комнату ворвались злющие воины с мечами наголо. И остановились, как вкопанные. Челюсти у них медленно падали, а глаза лезли на лоб. И я их понимала. Картина была та еще. Словно со страниц «Дракулы». Вампир (на нем же не написано, что он элвар, а на первый взгляд их почти не отличишь) с расправленными крыльями прижимает к себе за бедра девицу в изодранной рубашке и весьма откровенной позе (и поди докажи, что он всего лишь мои ноги поправлял, чтобы я в полете не свалилась!). А девица, особо не вырываясь, обнимает его за шею. Стражники медленно окосевали. Было так тихо, что я слышала, как бьется сердце элвара. Тук… тук… тук… Этот мерзавец еще крепче прижал меня к себе и, похабно оскалившись, подмигнул воинам:

— Мужики, выйдите на минутку, мы тут еще не закончили.

— Эт-то чт-то т-т-так-кое? — начал заикаться первый влетевший.

— А ты сам не догадываешься? Пошли вон, дайте получить удовольствие! — и вдруг взревел тремя медведями так, что я чуть на пол не грохнулась. — Во-о-о-он!!!

Солдаты вздрогнули и выбежали из комнаты. По лицу элвара гуляла наглая ухмылка.

— Ну ты и гад! — прошипела я. — Немедленно убери руки с моей задницы!!!

— Туман!

Я послушно грохнула об пол флакончик с «туманом».

Тёрн подмигнул мне и шагнул в бездну. Сзади раздались возмущенные вопли стражников, до которых наконец дошло, что любовь любовью, но занимаются ей почему-то в комнате заключенных и у окна с выдранными решетками. Элвар кирпичом летел вниз. Примерно на середине пути я опомнилась и стала помогать ему магией. Полет выровнялся. Мы мягко приземлились в нескольких метрах от забора.

Я с удовольствием отцепилась от приятеля.

— Интересно, что они обо мне подумали?

— Тебе рассказать или сама догадаешься?

— Можешь не рассказывать. — Я и сама знала, что каждый думает в меру своей испорченности. Ну, а королевские войска в некоторых отношениях гораздо больше испорчены, чем я, единственная девушка в Магическом Универе на факультете самоубийц.

— Всерьез? — опять влез в мои мысли наглый элвар.

— Нет, в шутку, — обиделась я.

— Ладно, потом подумаешь о своем горе. А сейчас давай сматываться.

Возразить было сложно.

— Ты можешь найти наших приятелей?

— Вполне. Бежим.

Я послушно сделала несколько шагов и едва не заорала от боли. Камни впивались в мои босые ноги как раскаленные угли.

— Сам беги! А я босиком! Я могу только идти!

— Тьма и Свет! — выругался элвар. — Ладно, придется тебя везти.

Я непонимающе захлопала глазами. Тоже мне — автобус нашелся!

— Совсем сдурел?

— Садись ко мне на шею. Не на руках же тебя нести. Нам надо уйти подальше, а то догонят.

— Темп в любом случае будет одинаковым! Что бежать со мной на шее, что медленно идти пешком!

— В тебе сколько веса? — деловым тоном спросил элвар.

— Пятьдесят пять килограммов.

— Пустяки. — Тёрн опустился на колени. — Садись. Элваров создавали как боевые машины, так что я вполне могу бежать целый день с тобой на плечах.

— Если ты отдохнул. — Я поудобнее устроилась у элвара на шее. — А этой ночью у тебя не было времени на отдых. — Я пыталась спорить, но голова кружилась, и рисковать особо не хотелось.

— У тебя тоже.

Тёрн легко перешел на бег, расправив для равновесия крылья. Я старалась не цепляться за его уши и сохранять равновесие. Голова по-прежнему кружилась, но мое состояние улучшалось, стоило только вспомнить лица стражи. Смех накатывал неудержимой волной. Все-таки лихо Тёрн их одурачил!

Около ста тысяч лет назад один преподаватель в Магическом Универе, кажется, его звали Лерэн Дроксетт, открыл странный закон. Оказалось, что чистый и искренний смех, что называется, смех от души помогает восстановить магические ресурсы организма. Даже в антимагической точке. Открытию, как водится, сопутствовали куча формул, уйма определений и бесчисленное множество обвинений в антинаучности. Но оно работало, несмотря на все попытки магов доказать, что такого не может быть. Тёрна тоже пробрало, и он на бегу давился от смеха.

Через полчаса мы догнали Кана с оборотнями. Увидев нашу двухэтажную конструкцию, Кан споткнулся на бегу, и если бы принц не поймал его за шиворот, полетел бы носом в землю. Меня это рассмешило еще больше, и я заржала в голос.

— Это как понимать? — удивился Кан.

— А вот так, — засмеялась я. — И не отвлекайся. За нами может быть погоня. Вы вовремя спустились. Еще бы минут пять — и все было бы кончено. Да! Господа оборотни! Кан успел вас предупредить о драконах?

— О драконах? — не понял принц-оборотень.

— Их бояться не надо. Это Лаванда, Тёмик и Лилия. Они наши союзники. Они хорошие. Остальное уже на месте расскажу.

Я так и не узнала, была ли за нами погоня. Да меня это и не интересовало. Бег продолжался. Через час я потребовала спустить меня на землю, но Тёрн предложил мне заткнуться и не выпендриваться. Я, разумеется, ответила, что могу передвигаться сама, элвар пообещал, что перекинет меня через плечо и понесет как овцу, если я не успокоюсь, я поинтересовалась, в каком свинарнике его воспитывали, — короче, скучно не было никому.

Еще через полтора часа мы вышли к границе антимагической точки. Драконы уже ждали нас.

— С вами все в порядке? — спросила Лаванда.

— Нет, — честно ответила я. — Я почти без сил.

— По дороге восстановишься? — поинтересовался Тёрн.

— Куда ж я денусь, — огрызнулась я.

— Тогда хватит размазывать сопли. Лезь на дракошку.

— Интересно, все элвары такие сволочи или я опять наткнулась на исключение?

— Все. Можешь не сомневаться. Но я среди них — первый.

Тьфу!